2. Морозный виски
30 ноября 2014 г., 12:52
Гоуст подливал Роучу виски и говорил пить: Роуч икал и пил, он не хотел показаться хлюпиком. Гоуст говорил Роучу, что ему надо расслабиться, и Роуч хмуро кивал: он не мог всю службу в ОТГ убиваться по МакТавишу.
Гоуст вывел Роуча на мороз и сунул головой в сугроб, когда тот начал, глотая желчь, бормотать, что его сейчас вырвет. Роуча все-таки вырвало. Желчь сожгла ему горло и брызнула виски из ноздрей. Он пригоршнями хватал и совал в рот снег, стоя на коленях за казармами.
— Ты не умеешь пить, Роуч, — Гоуст взял его за шкирку и потащил к душевым.
Гоуст сунул его под холодный душ и держал там, пока Роуч не начал отбиваться.
— Все, хватит, я трезвый, — крикнул Роуч, и Гоуст завернул кран.
Роуч встал, держась за стенку. С его парки стекала вода, вода хлюпала в ботинках, мокрые футболка и штаны липли к телу.
— Тебе нужно потрахаться уже с кем-нибудь, — сказал Гоуст, сдирая с Роуча куртку и пинком отправляя его в сторону торчащей из раздевалки скамьи. — Сиди тут, я принесу одежду.
— В смысле — потрахаться? — не сразу понял Роуч.
— В прямом, — Гоуст держал его мокрую куртку немного на отлете. — Собираешься умереть девственником? Капитан тебе не даст. Он не по этой части.
— Чего? — Роучу казалось, что он сгорит на месте. Сначала испарит с одежды воду, а потом вспыхнет, как спичка.
— МакТавиш, — раздельно начал Гоуст, — тебя не трахнет. Добро пожаловать в реальный мир, Сандерсон. Не все парни, которые тебе нравятся, геи. Но если ты сбавишь амбиции и перестанешь мечтать о капитанской заднице, мир окажется полон возможностей. Главное, — сказал он, разворачиваясь к дверям, — их не упустить.
