Улей

- Погоди! - окликаю. - Тут одно дело... слушай, я раньше мужчиной был, а теперь... им себя не ощущаю! Даже выгляжу как-то по-женски. Не знаешь, что со мной? Поворачивается и в очередной волне света отчетливо удается рассмотреть, что у него нет носа! Вернее есть, но не выступает, как у человека. Да и торс его кажется каким-то... корявым. Становится жутко. Может, он пришелец?! - Догадываюсь, - отвечает. - Пол поменял по... прибытии. Тут со всеми так. Привыкнешь... Да и поверь, это не самое страшное. - А что страшнее? Может быть... ты? - Я?! Ляпнул первое, что взбрело в голову и, похоже искренне удивил Марка, по растерянности (или потрясенности) неточно сформированным вопросом. - Ну... ты как-то странно выглядишь... - А-а-а! Ты про это? - вдруг отлепляет от тела еще пару конечностей и взмахивает всеми четырьмя в воздухе, вырисовывая жуткий силуэт на фоне исчезающего за ним сияния. - Так просто руки! Почти обычные. Ничего страшного! - А мне страшно! У человека только две руки! - А у меня четыре, но я тоже человек... человеком себя чувствую. Да и тебя не обижу: сказал же, что друг! - А если врешь? - Тогда бы тебя уже съел, пока ты тут беспомощный в себя приходил! Если что, извини, не хотел напугать. - А ты точно человек? Вот чем докажешь? - немного отползаю от него, стараясь делать это незаметно, когда помещение окутывает тьма. Замечаю еще, что у него не только четыре руки, но и четыре вполне женских груди. Уже почти не удивляюсь. Усмехается: - Ну ты Фома неверующая! Я же по-русски говорю! Я же... эх, да. Ты прав. Я действительно подозрительно выгляжу... Что же мне такого рассказать, чтоб ты мне поверил?.. - задумчиво, совсем по-человечески, рассеянно чешет голову верхней рукой. - А! Вот. Я в младших классах втрескался в дочку директрисы! При том взаимно, а никто мне не верил, думая, что выгоду ищу, я тогда хорошистом был... Хотя пример не самый удачный, просто именно это всплыло в памяти! А еще я в девятиэтажке живу. Жил. Еще у меня кошка есть: Варварой зовут - рыжая, злющая... Даже не представляю, что с ней сейчас... - Ладно, верю, - вздыхаю. - А как ты так изменился? - Сам не понимаю! Просто меняюсь и все... Может, от еды... - Что?! А ты мне поесть предлагаешь? - Ой, ну зря ляпнул! Пацан теперь с голоду помрет... Да не слушай ты меня! Я тебе что сканер какой научный? Биоанализ сделать не могу и подтвердить свои слова не чем, так что не знаю в еде дело или нет! Может, тут воздух мутагенный! Может, это что-то сразу в теле заложено... Без понятия! Всё. Пойдем... есть. Посещает нехорошая догадка. - Погоди! А я? - Что "ты"? - Тоже, - указываю на него пальцем, - таким же стану? - Ой, - бьет себя нижней парой рук по бедрам. - Давай поедим, а? Я потом тебе, что знаю расскажу! - Так всё плохо, что отвечать не хочешь? - уныло предполагаю. - Да почему "плохо"?! - возмущается, но неискренне, нервно. - Все даже... почти хорошо! Даже... замечательно! Жить можно, короче. Пошли... - Но... - Или я один уйду! А ты тут сиди. С молчунами. Новый знакомый вызвал симпатию: похоже не врет, что человеком был. Лучше доверюсь. Проводник в этом странном месте мне очень пригодится. Да и, что я теряю? - Не! Подожди! Я с тобой... А молчуны это кто? - Кому не повезло лишиться памяти. Ты идешь? - Да! - поднимаюсь, покачиваясь и стараясь удержать равновесие. - Ноги, как не мои... Такое чувство, что после долгого купания вышел... - Еще бы! Ты сколько в коконе пробыл! А там как раз жидкость. Так что заново привыкай к тяжести тела. - Не совсем себя так чувствую, - подхожу к нему, цепляясь за "стену", которая слегка то поднимается, то опускается, словно дышит. - Понимаешь... тут именно равновесие держать непривычно. Я вроде раньше как-то не так ходил... - А! Так должно быть в центре тяжести дело: фигура-то у тебя другая, вот и чувствуешь себя не в своей тарелке. Дело привычки. - Какая другая? - пугаюсь. - Бедра пошире стали. - Правда? - с ужасом оглядываю себя, провожу ладонью по боку, смахивая на пол комочки слизи. - Вроде такие же... Ну может чуть-чуть совсем. Это пройдет, да? Вздыхает, ничего не ответив, направляется к отверстию выхода - довольно узкому - в рост не пройти. Марк приседает и ловко, помогая дополнительной парой рук, взбирается по пологому склону вверх, исчезает в темном отверстии. - Погоди! - кричу, направляясь за ним. - Как тут подниматься? - Очень просто! Карабкайся наверх. Там... перепонки на полу, почти лестница. Опускаюсь на четвереньки и пролезаю в нору. Тело скользкое от слизи, гляди того съеду назад. Цепляюсь за неровности, складки и по ним взбираюсь по склону. У самого верха, когда до выхода остается протянуть рукой, левое колено оскальзывается и чувствую, начинаю съезжать назад... Кто-то хватает за руку, не давая соскользнуть вниз. - Аккуратнее! Главное без резких движений. Пока не обсохнешь Марк помогает мне вылезти и подняться на ноги. Впереди в таких же пульсирующих сполохах предстает длинный круглый туннель в полтора человеческих роста, напоминающий по виду кишку. Передергивает. Справа и слева от него виднеются черные отверстия ходов. Бросаю взгляд на свое блестящее от слизи тело и опасаясь поскользнуться, спрашиваю: - А тут найдется чем вытереться? - Нет. Если, конечно, тебя не вылизать. Хочешь? - махает рукой, предлагая двигаться за ним. - Что? - иду следом. - Чтоб вылизали. Видел, молчуны вылизывают вновь прибывших. Подойдешь - не откажут. - А какие они? - спрашиваю. - Да вот, - кивает проводник на одно из отверстий, что чернеет справа. - Как мы примерно. С любопытством поворачиваю голову и вижу в темном (как раз вспышка света унеслась вперед) проеме два поблескивающих глаза. Пугаюсь и ускоряю ход, желая держаться к Марку, как можно ближе. - Нет. Не хочу! Лучше обсохну. Может они... какие заразные. Усмехается. - Не думаю. Ни разу не видел, чтобы здесь кто-то заболел. Они все выглядят здоровыми, да и я себя плохо не чувствовал. Если не считать особенности физиологии... - Что? - не понимаю намек. - Потом, - отмахивается Марк, не желая пояснять. - Почти пришли, кстати. Вон через тот проход - "столовая". - Как ты здесь ориентируешься?! - удивляюсь. - Тут же все одинаковое! - Так только на первый взгляд кажется. Если ходить тут постоянно, то разницу увидишь и плутать будет негде. - Но я не хочу тут ходить постоянно! Я домой хочу... - Еще "столовка" выделяет своеобразный запах, - не заметив моей реплики, продолжает объяснение. - Чувствуешь слегка сладковатый аромат? - Неа. Тут просто непривычно пахнет. И всё. - Ну со временем научишься различать... - Так! Подожди! - чувствуя раздражение, хватаю его за руку, хочу заставить оглянуться, но он поворачивается сам. - Хватит "со временем" и "привыкнешь" употреблять! Такое чувство, что ты мне тут поселиться пророчишь! Я отсюда выберусь, ясно?! Агрессией пытаюсь скрыть страх. Но уверенности в словах нет. - Хорошо! - спокойно отвечает Марк, даже не делая попытки вырвать руку. - Выберешься. Обязательно. Искренне тебе желаю! Если сможешь... - Издеваешься? - спрашиваю, в голосе скользят растерянные нотки. - Или нарочно меня пугаешь? - Нарочно? Скорее случайно выходит. Самому страшно... Отворачивается. Выпускаю его руку. Он тут же брезгливо отряхивает запястье от слизи, которую я оставил прикосновением. - Извини, - внезапная вспышка гнева вызывает стыд. - Просто... мне тоже страшно. - А бояться вместе веселее. Идем... - Неужели отсюда совсем не сбежать? - не верю. - Не знаю, у меня не вышло... - заходит в следующее отверстие, чуть пригнувшись. - Пришли. Вхожу следом: - Ну, а я сбегу. Помещение небольшое, округлой формы. Марк ничего не отвечает, подходит к стене, которая в волнах света выглядит покрытой бугорками. На некоторых виднеются щели. Подходит к одному, что вровень его лица, поворачивается ко мне и показывает на него пальцем: - Там еда! А теперь смотри, как ее получить... Склоняет лицо к странному выступу, затем лижет его (удивленно отмечаю, что язык у него будет подлиннее человеческого), в ответ вокруг "бугорка" вылезает несколько светлых щупалец, касаются его губ, подбородка, щек, словно удостоверяясь кто перед ними, а затем из щели бугорка начинает сочиться густая масса фиолетового оттенка. Когда Марк накрывает ее губами и делает глоток, чувствую, что тошнота подступает к горлу. Отстраняется, облизывается: - Иди, попробуй! Довольно вкусно. - Не! Спасибо. Я не голоден, - аппетит пропал начисто, если вообще появлялся. - Как ты это ешь?! - Да очень просто. Оно по консистенции, как сметана... или йогурт. Кстати, и цвет соответствующий. Представь, что с черникой... Если бы не пустой желудок, меня бы вырвало. Отворачиваюсь, не в силах видеть, как он это глотает. - Не будешь? - удивленно спрашивает. - Тебе надо поесть! Ты же только из кокона... - Перебьюсь. Не хочу себе еще пару рук... - Как хочешь. Другой еды нет. Поверь, я тоже сначала побрезговал... - Умеешь подбодрить! - удрученно сажусь на пол. Уходить от проводника боязно, а стоять непривычно. К тому же пол теплый, сидеть приятно. Все таки куда я попал? Чувствую себя в желудке монстра... Марк ест (а может пьет, по консистенции "еду" и в то и другое отнести можно), бросаю на него взгляд, замечая в сполохе света пробежавшем по стене, у него во рту (или пасти?) заостренные зубы. Деталь кажется странной. - Марк, извини отвлекаю, а что у тебя с зубами? - А? - Они острые! У людей не такие! - Ну, да. Заострились, - слышу возвращается к еде и, похоже, не собирается давать пояснения. - Но если ты пищу жидкую ешь, то зачем тебе острые зубы, как у хищника? - Не знаю, - отвечает не сразу. - Поверь, здесь есть вещи о которых лучше не думать... А вообще самке на роду написано хищником быть - ей же белковая пища нужна, так что всё логично. - Такая логика пугает, - вздыхаю. - Но думаю ты прав: лучше оставить эту тему на потом. У меня и без того вопросов к тебе куча. - Дай поесть! Потом задашь... - Хорошо. Кстати, приятного аппетита! Он ничего не отвечает. Вдруг в проходе появляется еще человек, только он передвигается на четвереньках. Тело худое, лысый, глаза поблескивают во тьме. Становится не по себе. Бросает на меня взгляд скорее с любопытством, нежели страхом и спокойно проходит в помещение. По фигуре девушка, но почему-то не ощущаю ее таковой. Вообще не ощущаю ее человеком! - Это и есть молчун? - указываю на пришелицу пальцем, обращаясь к проводнику. - Да. Не бойся, не укусит. "Девушка" опускается на колени перед нижним бугорком ,явно решив перекусить, утыкается в него ртом, тонкие нити щупалец из стены быстро касаются ее лица и исчезают. Когда она открывает рот, замечаю, что зубы у нее так же заострены, как у Марка. Передергивает. Невольно проверяю языком собственные. Вроде ровные. Успокаиваюсь. - Пойдем, - произносит Марк, вытирая предплечьем губы. - Куда? - В "спальню". После еды меня всегда в сон клонит... - Тут и "спальня" есть? - Ну... не с кроватью, конечно. Просто так понятнее. Поднимаюсь. - Пошли. А ты один спишь? - киваю на молчуна. - Один. Редко с ними. Необходимости нет: тепло. Да и... нелюдимые они. Неинтересно. Выходим в коридор. Иду за Марком (без проводника тут бы уже заплутал). - А у меня тоже своя "спальня" будет? - спрашиваю. - Не. Давай в одной спать. Вместе. Все-таки мы одинаковые... Не сказал бы, что мы одинаковые, но спорить не буду. - Вместе? - с подозрением переспрашиваю, уловив во фразе какой-то подвох. - Это как? - Это значит рядышком! - по голосу чувствую улыбается. - На "рядышком" я не подписывался. Оборачивается и с ухмылкой произносит: - А разве я тебе что-то неприличное предложил? Неопределенно пожимаю плечами. Еще бы ты мне такое предложил! Отворачивается и добавляет: - А вот мы и пришли...