Улей

- Марк, скоро горки? - в нетерпении интересуюсь, идя за ним по коридору. - Увидишь, - направляется прямиком в узкий лаз, что ведет отнюдь не в нору. - Ты ведешь меня в залу с коконами? - настораживаюсь. Приседает у отверстия и оглядывается. - Уже испугался? - улыбается. - Нет, - лукавлю. - Горки там? - Залезай! - исчезает в отверстии. Вот куда меньше всего хотелось лезть, так это туда. Решительно выдыхаю и ныряю следом. Аккуратно спускаюсь по крутому склону, цепляясь за складки, чтоб не скатиться в зал раньше времени. Когда оказываюсь в "пещере", Марк уже стоит на ногах в ожидании. Выпрямляюсь. - Только не говори, что это была "горка"! - указываю пальцем на спуск за спиной. Качает головой, подогревая любопытство. - Сначала маленькая предыстория, как я нашел это чудо! - театрально поводит рукой. - Как ты знаешь, Ром, помнящих в спирали должно быть двое. Когда Лиза ушла, начал искать нового спутника. Видишь эти коконы? Посмотри на тот, что у дальней стены. Уловил разницу? Рассматриваю троицу коконов, что высятся напротив. Перевожу взгляд на последний. Бурые, поверхность в еле заметных яйцевидных выпуклостях более светлого оттенка. Присмотревшись, начинает казаться, что выпуклости чуть поднимаются и опускаются, словно дышат. Только не синхронно, а последовательно. Как клавиши на пианино. Сам не знаю почему такое сравнение пришло. - Они дышат? - пытаюсь угадать. Пожимает плечами и продолжает: - Сравни вот эти два и дальний. Видишь разницу? - Да по-моему они одинаковые! - Не совсем, - друг в отрицании качает головой. - Тот крайний толще. Заметил? Киваю. Теперь действительно замечаю, что последний кокон крупнее остальных. - Почему? - спрашиваю, хотя ответ уже витает в воздухе. - Потому что в нем молчун. Ну или человек. К тому же скоро вылупится. - Как это определил? - любопытствую. - Посмотри на оболочку, - указывает рукой. - Она стала блестящей. Когда содержимое созревает, то коконы становятся склизкими. Подходит и проводит ладонью по стенке, пачкая пальцы в слизи. Делается омерзительно, когда вязкие нити капель срываются вниз с его пальцев, когда друг отводит руку. - Ну, так вот, - продолжает. - Я искал помнящего, обходя залы и ожидая, когда кто-нибудь вылупится. Благо такие коконы видно. В зале уровнем ниже просто сел в ожидании, решив не топтать ноги попусту. Но без дела сидеть скучно и начал осматривать коконы. Захотелось даже открыть один, так как надеялся, что в основании есть отверстие через которое внутрь подаются тела. А значит, можно через него вылезти отсюда. Потом понял, что ошибся, когда тщательно ощупал дно одного открывшегося. Губчатая поверхность, есть небольшие отверстия в "полу", а у стенки, противоположной створкам, растет несколько щупалец. Всё. Выхода нет. Да можешь потом сам посмотреть, когда кокон откроется. Но это я отвлекся. Увы, разжать створки не вышло. Даже те коконы на которых слизи нет, испускают ее, когда им на "шкуру" нажать. Точнее на губчатые выпуклости, а остальное, как пленка - плотное, не разорвать, короче. Да ты потрогай! С отвращением и любопытством подхожу к худому кокону и дотрагиваюсь. Кожистое покрытие гладкое и прочное, чем-то напоминает целлофан. А округлые выпуклости упругие, шероховатые, как губка. Может, даже отверстия есть. Осторожно надавливаю пальцами. Не сразу, но поверхность слегка проминается. Подушечки пальцев тут же становятся влажными. Самое неприятное: кокон теплый, как и всё вокруг. Живой. Со смесью страха и брезгливости убираю ладонь, трясу, стараясь стряхнуть слизь. Но ее так мало, что не стряхивается. Остается ждать когда высохнет. - Чувствуешь, какие пальцы скользкие? - спрашивает Марк, но не дожидаясь ответа продолжает рассказ. - Потому и не открыть. Соскальзывают. Да и створки плотные. Даже пальца не просунуть. Хуже, чем "труба" в коридоре. Пришлось отойти ни с чем. Расстроился от неудачи и, как хлопнул по стене со злостью! Вот так. Подходит к стене, слева от входа, а затем ударяет ладонью. От прикосновения разбегается круговая волна света, словно он коснулся воды. Затем Марк отнимает ладонь, и стена с похрустывающим шуршанием расползается за волной света. Распахивается будто беззубая пасть огромным черным провалом. В изумлении смотрю, ничего не понимая. - Это выход? - надежду в голосе скрыть не пытаюсь. - Если бы, - хмыкает друг. - Это горка. - Горка?! Смотрю в чернь открывшейся "кишки", не в силах найти сходство с милой детской горочкой, что ставят во дворах или детских садах. Да даже на ледяную не похожа! Там снег, а тут... Б-р-р! - Да, - кивает. - Ты загляни! Уверено кладет ладонь на край и кивает во внутрь. - Ты издеваешься? - с сомнением спрашиваю. - А если захлопнется? - Не захлопнется, пока руку держу. Если ей что-то мешает, она не закрывается. Но если отойти, схлопнется сама через двенадцать секунд. Да ты загляни, смелее! Там спуск. Осторожно подхожу к краю и смотрю вниз. В отблесках со стен видно, как пологий склон исчезает во тьме. - А внизу что? - интересуюсь, поборов дрожь. - Залазь и сам увидишь, - Марк кивает в глубину. - Ты серьезно? - пугаюсь. - Разве похоже, что шучу? Давай, лезь. Гарантирую: понравится. Прокатишься с ветерком! - Знаешь, как-то расхотелось. Что-то не внушает доверия это дырка. - А я тогда не побоялся залезть, хотя не знал, что ждет внизу, - укоряет. - Ты представь: там выход и вперед! - Но, как от тебя понял, это не так, - нерешительно мнусь у края, что в метре от пола "пещеры". - Ты что трус? - подначивает Марк. - Нет. Просто осторожный. - Короче, поверь, это классно! Давай, ныряй. - А ты? - смотрю на приятеля. - Следом. - Может, ты первый? - Ага. Знаем мы вас! Ты тут останешься. Давай, Ром, скатывайся и ничего не бойся! - А там препятствий нет? - заглядываю в отверстие. Вздыхает тяжко и качает головой, словно я сморозил глупость. - Марк, а мне точно спускаться надо? - Ром, надо. Очень. Иначе я тебя туда сам запихну. Двенадцать секунд мне хватит. - Ты гад, - выдыхаю, сдавшись, и перекидываю ногу за край. - Если мне только не понравится... Если... Приятель не ждет, пока соберусь с духом и заползу в отверстие, хватает меня за вторую ногу и перекидывает через край, "помогает" оказаться внутри, усадив, как ребенка. Поверхность дна кожистая, упругая. Возникает мысль, как же покачусь, если тут совсем не скользко. Но в то же мгновение ощущаю, как "пол" подо мной намокает, становится склизким. - Приятной поездки! - улыбаясь, желает Марк и толкает в спину. Начинаю медленно съезжать куда-то в темноту. Становится жутко. Хватаюсь за стенки, инстинктивно пытаясь затормозить падение, но под пальцами тут же проступает слизь, не позволяя ухватиться. Ощущаю себя в кишке. В кишке, которая ведет в чей-то желудок. - Мааарк! - выкрикиваю, чувствуя, как пол идет под уклон всё круче, утаскивая вниз быстрее и быстрее. Ощущения и правда такие, как будто катишься с горки. Только голым и в кромешной тьме. Стараюсь не кричать, чтоб не дать Марку повода для насмешек. Сжимаю челюсти. Чувствую, что "кишка" начинает поворачивать влево. Центробежной силой слегка относит в противоположную сторону. Уже не сижу, лежу, а точнее качусь куда-то вниз, как куль. Господи, неужели Марку это может нравиться?! Скорость не большая, не американские горки, но довольно быстрая. Что там Марк говорил про то, куда ведут горки? Пытаюсь вспомнить и слышу, как впереди раздается знакомое шуршание. Еще мгновение и выкатываюсь на дно пещеры. В малиновых сполохах замечаю возвышающиеся над собой коконы. Теперь ясно, где оказался. В зале ярусом ниже. Жаль, что не на свободе. Встаю на четвереньки. Весь в слизи, словно снова из кокона вылупился. Вдруг что-то смеющееся врезается в меня и валит на бок. Чертыхаюсь. Когда это скользкое начинает шевелиться, понимаю: это выкатился Марк. - Ну, как спуск? - спрашивает, улыбаясь во все острые зубы. - Круто? - Очень, - силюсь подняться, но скользкие колени разъезжаются. - Теперь знаю, как чувствует себя дерьмо. Марк заливается смехом, не думая подниматься. Хватает меня за предплечье, но не удерживает склизкими пальцами. Отползаю от него, упираюсь спиной в кокон. В его основании ягодицами чувствую плотное переплетение ребристых трубок, напоминающих трахею. Или древесные корни. Устраиваюсь поудобнее. - Давай только без домогательств! - поднимаю ладони. - Да я тебе помочь подняться хотел! - лыбится. - Знаем мы вас, - усмехаюсь. - Помощников. Кстати, тебе не кажется, что горка для нас слишком большая? Смотрю на чернеющее отверстие метра три в диаметре, что распахнулось прямо вровень полу. Да и тему разговора сменить не помешает на менее интимную. - Да, - соглашается Марк, усаживаясь напротив. - Большая. Может, потому что не для нас... - А для кого? - Не знаю. Наверное, для инопланетян. Отверстие с похрустыванием начинает сжиматься, пока не захлопывается полностью. Пробегает круговая волна света от краев к центру и затухает. Затем полосы света со стен начинают захватывать область двери, скрывая ее от взора, маскируя в единое целое со стеной. - Если не знать, что в этом месте открывается, то ни за что не заметишь, - вздыхаю. - Хорошая конспирация. Печально... - Да. Было бы лучше, конечно, если бы табличку неоновую: "Выход!" повесили. Но они явно не для нас старались. Поднимаю голову и оглядываю коконы. - А если для них? - указываю большим пальцем за спину на поверхность к которой прижимаюсь. - Вроде должны пройти по диаметру. - Возможно. Но я не думаю, что они передвигаются. Ни разу не видел. Да и представлять, что они катаются у нас под носом неприятно. - Да... Не хватало еще, чтоб эти "бутоны" выпускали "корни" и бегали, как угорелые. А если для молчунов? - Ни разу не замечал, чтобы они так передвигались! Иначе бы от них узнал о горках. Вряд ли. Если не для нас, то для кого-то другого. - Тогда остаются инопланетяшки... - удрученно вздыхаю. - Ты правда ни одного не видел? - Увы, - разводит руками. - Думаешь, если они здесь есть, то окажутся низкорослыми зелеными гуманоидами с большими миндалевидными глазами? - Как в дешевых ужастиках? - усмехается. - Фиг его знает... Но сомневаюсь. Будь они, как в кино, то уже вышли бы с нами на контакт. Просто... ну мы же разумны! Им должно быть интересно с нами пообщаться. Даже, если мы ниже их по интеллекту. А этим, такое ощущение, плевать мыслим мы или нет. - Зато они над нами бесчеловечные эксперименты не ставят, - замечаю плюс. - Киношные инопланетяне очень злые, а у нас тут почти комфортные условия для жизни: еда, тепло и спать есть где. - Ага. Если это всё не их эксперимент. А мы тут, как... те хомячки, которые тебе приснились! В проекте "Пушистик". Бегай-прыгай, а никуда не денешься. - Если банку не разбить, - опровергаю. - Изнутри? - хмыкает. - Если только ее извне не разобьют. - Думаешь, свои нас ищут? - вскидываю голову и смотрю на поникшего друга. - Вдруг, бравые военные бомбят эту штуку? - Не знаю. Наверное, мы бы почувствовали бомбежку, раз эта штука живая. Да и такое развитие событий возможно лишь при условии, что корабль инопланетян висит в небе над землей-матушкой. А если в космосе? У нас не будущее, где боевые космолеты стоят на орбите. Кранты нам тогда. Даже выбираться некуда... - А если мы все-таки в небесах парим? Тогда есть куда стремиться! - Вариант оптимистичный, конечно. Но даже если мы выберемся отсюда, то вряд ли эта штука нам парашют вырастит, чтоб мы преспокойно домой спустились. - Тогда надо управление этой хренью захватить! - подсказываю. - Ведь летает же она как-то! - Летать-то летает, - вздыхает Марк, - а что если без пилота? Вот само выросло и летает? Живое существо. Как ты собираешься его захватить, если у него центра управления нет? - А с чего ты так уверен, что нет? С чего решил, что оно везде живое? Может, плоть только у нас тут растет! Может, это какой инопланетный синтетический беспилотник, созданный специально для захвата и перевозки людей! Тогда можно поискать рубку или что-то подобное и... - задумываюсь, но Марк замечает: - Вот видишь, ты сам не знаешь, что будешь делать. - Если бы увидел, то понял! Может, попытался бы с кораблем поговорить! - Ром, мне кажется эта штука просто живая. А мы для нее... ну... как наши бактерии в кишечнике только с функцией размножения, а не переваривания пищи. Вот как ты думаешь: могут наши бактерии нами управлять? - Марк, но мы же не бактерии! Мы разумны! - возражаю. - А, если ты разумный и сидишь в кишечнике, то кто станет учитывать твой разум?! Так и есть, похоже. Не зря же они с нами на контакт не выходят. - Это еще при условии, если есть кому выходить... Но всё равно надо этот кишечник покинуть! Отыскать мозг этой штуки, замкнуть нейроны какие-нибудь... - Ну, да, - скептически кивает Марк. - Закоротить. Если еще удастся отыскать это место. - А что? - улыбаюсь. - Отличная цель! - А потом найти рубку, - с сарказмом продолжает друг, - обнаружить там пару "зеленых человечков", отобрать у них бластеры, надавать им по головам и захватить корабль. Как в боевиках. - Ага, - киваю, улыбнувшись, подхватив многообещающую идею. - А потом на этом корабле порушить весь их флот, раскатать вражескую планету на составляющие и вернуться на Землю героями! - Точно! - рассмеялся Марк. - А потом поцеловать красивых девушек перед финальными титрами и пойти с ними пожинать героические лавры... Я бы домик себе в горах купил на денежную награду. Люблю горы, - мечтательно признается, - всегда мечтал на сноуборде покататься... Ну и от медали бы не отказался, чтоб перед друзьями хвастаться. - А ты от скромности не помрешь! - смеюсь. - А то! Ты бы что за спасение мира попросил? - Я? Не думал, если честно... У меня все было. От премии бы не отказался, чтобы свое дело открыть. - И чем бы стал заниматься? - Заводик бы посудный построил. - Да, ну? - поражается. - Это же хрупкий товар! Чуть что и нет партии! По мне ненадежно как-то. - Зато всегда спросом пользуется! - улыбаюсь. - К тому же мечта детства была скульптором стать... - Скульптором? - поражается. - Реально хотел баб с веслами лепить? - Да, ну тебя! - отмахиваюсь, улыбаясь. - Что-нибудь величественное, утонченное! Пришла идея во втором классе оленя слепить после того, как в музее чучело увидел, как раз в кружок лепки из глины ходил. Вот и подумал стать скульптором, когда вырасту. А жизнь потом все точки над "и" расставила, так и оставив творческую профессию детской мечтой... - А я маленький мечтал пожарником стать, - признается с улыбкой. - Жуть, как хотелось на большой красной машине покататься! Но тоже не судьба оказалась. Да и пожары не люблю... Огонь. Страшно. Хотя тут бы всё спалил без сожаления. Но пока это только мечты... - Мечты при должном старании становятся явью. Если мы не в космосе, то выберемся, и вполне сможем сжечь эту штуку, - произношу, как можно более уверенней, чтоб подбодрить. - А чего гадать? Надо узнать для начала, где находимся. - Здравая мысль. Если тут иллюминаторы есть, в которые заглянуть можно. А если только глаза, тогда как? - Не знаю, - рассеяно чешет голову Марк. - Это сложнее. Можно мозг поискать. Только вот где он в этой штуке находится? - По-логике где-то наверху должен быть, - отвечаю. - Если снизу у корабля щупальца для захвата живности, выше "рога" с ульями, родильня где-то ютится... то... А вдруг летучая каракатица спинным мозгом думает? Что тогда? - А ведь верно! Тогда удручающий вариант. Не сыщем. А вдруг мозг у нее по всему телу распределен? - Вряд ли, - не соглашаюсь. - Раз оно живое, то мозги быть обязаны и в конкретном месте... Правда, не знаю, как нам это поможет. Проще сбежать, когда оно за новой порцией людей полетит! - О! Ромик, ты гений! - хватает меня за руку и пожимает. - Отличная идея! Как же я сам не додумался! Действительно, когда оно свою варежку откроет, то мы выпрыгнем! - Да! Скатимся по щупальцам, когда здание обовьет! - продолжаю счастливо улыбаясь, будто уже покинул Улей. - Это будет точно круче, чем тут в кишке кататься! - Согласен! Только сначала понять надо, как из нашей спирали выбраться и до этой "варешки" добраться. - Ты прав, это первостепенная проблема, - вздыхаю. - Если только с родилен есть выход, то проблема вдвойне. Труба отсюда наверх только с большим животом пропускает? - Да. Когда роды скоро. - А брюхатым уже не побегаешь... Получается рожать придется, - настроение снова падает. - Угу, - кивает и крепче сжимает ладонь. - Да, ты не бойся! Всё хорошо будет. Может, даже раньше выберемся. Роды крайний вариант. Да и при таком раскладе паразитов на Землю не привезем. - Это да, - соглашаюсь. - Если кокону потом не попадемся... - Эх, давай будем оптимистами? - ободряюще улыбается. - Давай. А ты мне так и не показал, как именно вход в горку открыл! - Вставай, покажу! - поднимается и помогает мне принять вертикальное положение, благо от слизи обсохли и тела не скользят. - Очень просто, как оказалось. Подводит меня к ближайшему кокону, берет за руку и вдавливает ладонь в губчатую поверхность. - Я только обсох! - возмущаюсь, но руку не отдергиваю. - А теперь идем, - ведет меня, держа за запястье, к стене, что рядом с выходом в коридор спирали. - Это здесь! Останавливаемся и прикладывает мою ладонь, скользкую от слизи кокона, к стене. Чувствую, как поверхность откликается на прикосновение. Вздрагивает. Под ладонью рождается сияние и волной разбегается прочь. Отдергиваю руку и слышу знакомое шуршание. Проход плавно распахивается передо лицом. - Понял? - спрашивает. - Эта слизь открывает? - Да. С коконов. - И куда ведет эта горка? - В залу, что находится ниже. А от нее еще ведет горка и так до последней колыбели с коконами. - А за ней что? - спрашиваю. - Не знаю. Там горок нет. Только выходное отверстие и все. - А его можно открыть слизью? - Нет. Она только на входные действует. Задумчиво хмурю брови и тут осеняет. - Марк, кажется я понял местную систему пропусков!