Улей

Ветки бьют по лицу, так что приходится закрываться руками. Тропинки нет, как обещал проводник. Есть что-то похожее на проплешину в траве, но это сложно назвать проторенной дорожкой. Листья южных растений затмевают обзор, но стремлюсь вперед, чувствуя, что бегу в верном направлении. Оглянуться нет даже в мыслях: только вперед. С удивлением замечаю, что растительность изменилась. Листья посинели, стволы сделались черными и блестящими. Кусты исчезли, сменившись подобием папоротников, некоторые с "чешуйчатыми" раздутыми стволами. Трава нежно-голубого цвета походила на трубочки с кисточками на концах, то ли цветков, то ли бутонов. Пошел шагом, осматривая путь. Пейзаж начал напоминать иллюстрации мезозойской эры только синих оттенков. Чуждые джунгли расстилались вокруг, намекая, что я уже не на Земле. Освещение тоже изменилось. Солнечный свет проходил, словно через темное цветное стекло. Задираю голову и вижу небо необычного лилового цвета. Посещает опаска, что здесь могут водиться хищники, но не слышу звуков животных или птиц. Только слабо шелестят растения на ветру. Тишина пугает. Впереди виднеется просвет. Несколько шагов, отвожу в сторону узорчатый лист с шишечками на концах, и выхожу из зарослей. Взору предстает серая пустыня с потрескавшейся землей. Насколько хватает взгляда простирается равнина. Где-то на горизонте чернеют то ли горы, то ли какие-то сооружения. Замираю от удивления: не ожидал выйти после джунглей на мертвую землю. Нет даже кактусов. Только белые скелеты лежат вокруг. Унылая картина. С любопытством начинаю движение к первому скелету. Подхожу, дивясь большими размерами. Нет. Это не кости. Материал напоминает металл и отливает приятным кремовым блеском. Конструкция издали напоминает кости. Вот подобие челюстей, как у древнего ящера. А тут похоже на лапу с двумя длинными пальцами. Позвоночник двойной. Ребер нет, только странные иглы торчат из нижней части позвонков и зарываются в песок. Не представляю, что это и было ли оно когда-то живым. Осматриваюсь. Таких штук самых причудливых форм вокруг много. Отдаленно напоминают остовы живых существ. Динозавров. Некоторые так же огромны. Некоторые "скелеты" переломаны: видны обрывы конструкций. Подхожу еще к одному и дотрагиваюсь до подобия ребер. Гладкие и излучают странное тепло. Отдергиваю ладонь. Лучше ничего не трогать. Иду по жутковатой пустыне под лиловой тяжестью неба, надеясь отыскать ответы. Но пока в голове роятся лишь новые вопросы: Что это за место? Конструкции? Мир?.. Смотрю на модельку в руке. Выглядит безобидной, напоминая музейный экспонат окаменелой раковины. Створки сомкнуты. Найди ее на берегу моря, то выкинул бы или не обратил внимания. Тихий шорох заставляет отвлечься от созерцания "игрушки". Поднялся ветер и гонит по сухой земле серую поземку. Песчинки шуршат, как прибой. Ритмично. Но не убаюкивающе, а жутковато. Кажется, что они скребут внутри черепа, грозя поднять песчаную бурю и запорошить сознание. Трясу головой, стараясь прогнать наваждение. Осматриваюсь, понимая, что далеко углубился в пустыню: синий лес виднеется позади на линии горизонта. Над ним сияет тусклая точка солнца сквозь фиолетовую дымку. "Скелеты" стали попадаться реже, зато впереди и чуть левее виднеются два огромных дырчатых полушара, как крышки, накрывающие мертвую почву. Отверстия неправильных форм, большие и чем-то смахивают на решето. К тому же конструкция испускает слабое бирюзовое сияние, почему-то вызывая ассоциацию с радиоактивностью. Подходить не хочется. Не могу понять что это: здания или останки чего-то величественного. А может, это было живое существо. Появляется догадка, что этот мир пуст. Только растения остались последними живыми обитателями, да и то пустыня скоро поглотит и их. Не знаю зачем "колба" отправила меня сюда. Даже не представляю, где это "сюда" находится! Но почему-то кажется, что этот мир реален. Или был таковым когда-то. Поднимается ветер, ухудшая обзор, взметнув выше серую поземку. Треплет тонкую футболку, заставив поежится. Песчинки неприятно ударяют по ногам, неприкрытых шортами. Прищуриваюсь, желая уберечь глаза. Снова смотрю на "раковину" в руке. - Где ты? - спрашиваю, словно она может дать ответ. А затем срываюсь на крик, запрокинув голову. - ГДЕ?! - не до конца осознавая, чего хочу получить в ответ. Не слышу эха, но вопль отлетает на километры вокруг. Даже короста земли вокруг вздрогнула и пошла прочь круговой волной, как вода, поднимая пыль. Песок взметнулся и зашуршал, уменьшая видимость почти до нуля. По позвоночнику прошел, как электрический разряд, заставив вздрогнуть. Шуршание стихло и превратилось в фон. Песчаный вихрь присмирел, открывая обзор. Пальцы замерзли, а меж лопаток побежали мурашки, холодя множеством "лапок". Чувствую, что за спиной кто-то есть. Наверху. В небе. Везде. Резко оглядываюсь. Впереди за завихрениями серых песчинок возвышается гигантская "раковина". В точности такая же, какую сжимаю в ладони. Только настоящая. Живая. Сердце пропускает удар. Космический корабль чужаков стоит на земле, а чудовищная "пасть" распахнута, выпустив щупальца, как длинный язык. Как трап. От последнего сравнения передергивает. Оно приглашает меня подняться на борт? Ну, уж нет! Не за этим пришел! Сжимаю модельку в кулаке и выкрикиваю навстречу колоссу: - Кто ты? КТО?! Шуршание песчинок усиливается, бьет в глаза, царапает стенки черепа. - Говори! - кричу, но не получаю ответа. Отмахиваюсь рукой от песка и поднимаю взгляд. Ноги буквально прирастают к земле от увиденного. "Ракушка" здесь не одна. Над ней парят, десятки, сотни, тысячи ее собратьев. Но не хаотично, а в какой-то странной системе. На земле стоят несколько "рогулек", образуя гигантский треугольник, а выше летательные штуки (аппаратом их назвать язык не поворачивается, так как корпус больше напоминает хитин или камень, а не нечто рукотворное) расширяются в середине на фоне жутких лиловых туч и зауживаются к небу, словно гигантское треугольное веретено. "Раковины" парят идеально ровными рядами. Внешние кольца медленно движутся навстречу друг другу. Внутри тоже виднеются корабли, но перемещающиеся сверху вниз. Не понимаю какой смысл в этом танце, но он пугает и завораживает. Вершина "веретена" исчезает черной нитью в небе, сливается с ним, создавая впечатление, что оно к нему подвешено, как елочная гирлянда на чудовищной лапке новогодней ели. Та "раковина", напротив которой стою, является всего лишь крайней точкой треугольного "основания" вращающегося... роя. Да, верно. Они чем-то напоминают насекомых. Ос или пчел. Черные точки кружат между небом и землей. Роятся? Не знаю, ничего точнее не приходит на ум. Кружат над мертвой планетой, как стервятники. - Что вам надо?! - снова срываюсь на крик и песчаная буря усиливается. Рой не собирается отвечать. Не считает нужным. Игнорирует. Или не умеет. Просыпается злоба, порожденная отчаянием и безвыходностью. Сжимаю челюсти и решительно шагаю к "раковине". Ветер бьет в лицо, мешая идти. Наклоняюсь вперед, упираясь в потрескавшуюся почву, чтобы устоять на ногах. Иду. Ты услышишь меня. Ты ответишь. С каждым шагом, дающимся так тяжело, словно плыву в толще воды, корабль приближается. "Раковина" настолько огромна, что ощущаю себя песчинкой. Комаром, писк которого никто не услышит. Задираю голову и смотрю на парящие колоссы. Громада роя подавляет. Пугает. Вызывает трепет. Но отчаяние сильнее, снова набираю в легкие воздух и кричу: - Зачем вы здесь?! ЗАЧЕМ?! Тишина. Песчаная взвесь размывает очертания. Но темные туши колоссов не так-то просто затмить. Накатывает отчаяние от мысли, что не ответят. Что не отпустят. - Я не достанусь вам! - кричу. - Сбегу! До боли сжимаю фигурку в руке. На глазах выступают слезы. Эту армаду победить невозможно. Молчание давит на плечи, пригибает к земле. Чувствую себя жалким и беспомощным муравьем под сапогом человека. Мне нужен ответ! Необходим. Чтобы понять, что они хотя бы разумны... Страх и отчаяние выплескиваются в крик: - НЕНАВИЖУ! Вы меня не получите! Замахиваюсь моделькой и швыряю ее, как камень, метя над пастью, где мог бы находиться лоб этой штуки. Или глаз. С "ракушкой" посылаю всю ненависть, боль и страх, что скопились в груди и требуют выхода. С удивлением смотрю, как "снаряд" летит, рассекая песчинки, не замечая ветра точно к цели. С сухим стуком он ударяется в корпус громадины: не вижу - расстояние слишком велико, но различаю удар где-то на границе слышимости. Ветер замирает. Песчинки зависают в воздухе и осыпаются, как снег, проясняя обзор. Замечаю, как приподнимаются щупальца "моллюска", оставляя дорожки на потрескавшейся почве. Доносится гул, который вибрацией отдается в костях. В каждом нерве. Земля содрогается, будто начинается землетрясение. Холодею, ощутив, что сейчас мне ответят. Только вряд ли словами. Щупальца "раковины", достигнув верхней точки подъема, резко со свистом опускаются, как гигантские хлысты. Ударяют по земле с такой силой, что посылают волну, всколыхнув сухую почву, как от взрыва. Ко мне. Кричу, закрываясь руками от шквала земли и пыли, который стремительно приближается и затмевает весь мир. Пытаюсь отступить, ветер резко оживает, дуя со всех сторон, окружая, не давая отступить. В ужасе чувствую, что ответная волна вот-вот размажет по твердой почве и превратит в прах... Слезящимися от пыли глазами, последний раз бросаю полный ненависти взгляд на вражескую армаду, что еще не закрыл цунами из песка. Тут замечаю в лиловом, будто грозовом небе за роем очертания чего-то чудовищного. Настолько чудовищного, что огромные "раковины" кажутся ничтожными точками на его фоне. А весь рой тонкой нитью... "Словно улей" - проносится в сознании, прежде чем тело сшибает с ног волна темноты. Ударяет в сознание с такой силой, что перед глазами начинают плясать серебристые звездочки. Мысли вышибает начисто. Такое чувство, что попал под грузовик, несшийся на полном ходу, да еще и груженый бревнами. Но что такое "грузовик" вспомнить получается только с третьей попытки. - Молодой человек, аккуратнее! - раздается рядом чей-то раздраженный упрек. - Не видите, что ли, здесь декорация стоит?! Зрение постепенно проясняется. Понимаю, что стою на ногах, потирая шишку на лбу. Впереди вижу на фоне лилового неба инопланетную "ракушку", выпустившую щупальца. Шарахаюсь прочь. Изображение отдаляется. Понимаю с облегчением, что это огромное фото в пластиковой раме, стоящее на упорах. А над головой родное голубое небо и ласковое солнышко. Кошусь на картину, толком не понимая, что произошло. Компьютерная графика, но сделана мастерски, так что очень напоминает фото. Потом начинает доходить, что врезался в нее лбом. Только зачем я в картину полез? Принял за реальность? А теперь голова побаливает... - Отойдите и не загораживайте фон! - снова тот же голос. Перевожу взгляд на толстяка с короткой бородкой в клетчатой рубашке и бейсболке с логотипом какой-то компании. В руках у него блокнот. Или сценарий. - Да я... - махаю рукой и отхожу в сторону. - А что это вы снимаете? - интересуюсь у пухленького человечка, заметив вокруг суетящихся людей с камерами, микрофонами и прочей атрибутикой работников киноискусства. - Мега крутой блокбастер про инопланетян! - поясняет и, отвернувшись, тут же добавляет двум мужчинам в оранжевых комбинезонах, которые тащат большой синий куст, явно искусственный. - Вон туда поставьте! Нет, правее! Там же ракурс лучше... - Простите, - перебиваю, мучимый любопытством. - А какой сюжет у вашего фильма? - Вот выйдет и узнаете, - отрезает, повернувшись к девушке с хлопушкой, которая проходит мимо. - Ты чего болтаешься?! Еще полчаса до старта. Иди Валерине собраться помоги, а то, как всегда потеряет что-нибудь! Та, вздрогнув, убегает. Оглядываю съемочную площадку, которой стала живописная часть парка за отелем, где мы остановились. Рабочие устанавливают щиты инопланетных декораций. Один волочет какую-то странную штуку, напоминающую скелет, только тот совсем не большой: не выше метра. Мужчина в солнечных очках, передвинутых на лоб, и цветастой футболке возится с камерой на треноге. Его лицо кажется приветливым. Решаю подойти к нему: - Извините, мне очень интересна задумка фильма, не могли бы вы рассказать? Почему-то это стало идеей фикс. Вот просто, если не выясню, не уйду. - Вы репортер? - с ухмылкой спрашивает, бросая на меня оценивающий взгляд. - Нет, - качаю головой. - Турист. - Да это вы лучше у босса спросите, то есть режиссера нашего. Вон он ходит! - Он сказал, что занят, - слегка лукавлю. - Но вы же тоже в курсе, верно? Оператор прищуривается, посмотрев на меня, видно раздумывая сказать или нет. Потом всё же кивает. - Да ничего особенного, как по мне, - пожимает плечами. - На торговую планету Абуди внезапно прилетают космические захватчики и всех похищают. Потом два главных героя, которые попали в плен с остальными, поднимают восстание, уничтожают злых инопланетян и возвращаются на родную планету. Перестрелки, погони и счастливый конец. Все, как обычно. - А зачем инопланетянам кого-то похищать? Для чего? - Чтобы сюжет для фильма был, - улыбается. - А если без шуток? - Да откуда я знаю! Вы у режиссера спросите, я в такие дебри не лезу. - Спасибо, что хоть что-то прояснили. Тот кивает и возвращается к настройке камеры. Значит, нужно все-таки расспросить режиссера. Обхожу группу инопланетян, то есть актеров в странных костюмах, которые о чем-то болтают. Один держит бутылку с газировкой и жалуется, что с такой мордой, даже пить неудобно, и ни за что бы не хотел бы так выглядеть. Толстяк находится быстро. Стоит рядом с симпатичной девушкой в длинном белоснежном платье и со сложной прической. Нет, это не прическа, а серебристый шлем, изображающий загогулины. Или корону. - Ты должна ходить, как галактическая королева! Прямо! - напутствует режиссер актрису, размалеванную так, что лицо напоминает маску. - А у тебя такое чувство, что голова перевешивает! - Она и правда перевешивает, - жалуется та. - Извините, - перебиваю. - Мне очень бы хотелось узнать зачем инопланетяне похищают людей. А еще откуда и кто они. - Ай! Это опять вы, - хмурится, вперив в меня взгляд. - Я же сказал вам убираться со съемочной площадки! Мало того, что вы декорации лбом таранить вздумали, так еще и вопросы задаете идиотские! - Да почему?! Мне просто надо знать... Я репортер, - приходит идея схитрить. - Хочу написать статью про съемки. Как такой талантливый режиссер, как вы творит шедевр. Это будет отличной рекламой! - А ведь верно, - кивает толстяк и расплывается в улыбке. - Это может повысить кассовые сборы! Только у меня нет времени на интервью. Но могу дать почитать сценарий. Сует мне в руки папку. Принимаю и разворачиваю в предвкушении. Но на страницах какие-то палочки, точки и закорючки. - Что это? - пораженно указываю на текст. - Сценарий, - поясняет режиссер. - На инопланетном языке. - Почему?! - Потому что фильм про пришельцев. Неужели не ясно?! - Но я не понимаю ни слова! - жалуюсь, перелистывая страницы. Даже артов нет! - Тогда зачем отвлекаете от работы? - огрызается, вырывая из рук папку. - Когда выучите клинопись, тогда и приходите! Отворачивается, но актриса уже куда-то ушла. Толстяк озирается, раздраженно хлопает себя по бедрам и устремляется куда-то. Вероятно на поиски "королевы". Задумчиво провожаю его взглядом. Нда, дела. И чего это мне так приспичило какие-то вопросы задавать? Надо же сыну воздушного змея купить! А, кстати, где Стас? Тревога снова сжимает горло. Осматриваюсь, но в пестроте людей не замечаю сына. Да, где же он?! Быстрым шагом покидаю съемочную площадку. Обхожу несколько трейлеров, спускаюсь ниже по дорожке и оказываюсь перед рядами торговых палаток. Инопланетяне так же разгуливают меж рядов, продавцы расставляют на прилавках неземные товары, но прекрасно видно, что это все бутафория. Подделка. Декорация. А "пришельцы" просто актеры в чудаковатых костюмах. Вот идет тип с Т-образной головой. Затем останавливается и стягивает голову, открывая еще одну - рыжую и человеческую, которая блаженно улыбнулась потоком освежающего ветра, прилетевшего с моря, что блестит ниже по склону за полосой растительности. Три салатовых чудика о чем-то смеются женскими голосами. Один показывает другим что-то на экране телефона, а потом предлагает сфотографироваться. Хочется позвать сына, уже набираю в легкие воздух, как замечаю мальчишку у прилавка с шариками планет. От сердца сразу отлегает. Спешу к нему. Стаська заворожено наблюдает за лиловым шариком на подставке. Сначала казалось, что планеты парят, а теперь вижу тонкий прозрачный штырек для поддержки. Вот и вся техномагия. - Пап, красивый, правда? - указывает сын, когда замечает, что я стою рядом. - Да, - отвечаю, но на самом деле так не считаю. Веет от шарика чем-то жутким. - Пойдем отсюда, - беру ребенка за руку. Проталкиваемся через толпу ряженых обратно к лестнице. Рядом стоит камера на треноге и стульчик под зонтиком. Обходим и начинаем подниматься. Сын одной рукой хватается за мою ладонь, а другой прижимает к груди летающий "велосипедик". - Пап, а ты узнал о чем фильм будет? - вдруг поднимает личико Стас. - Нет, - качаю головой. - Режиссер оказался очень скрытным типом. - Жаль, а мне так хотелось узнать... - понуривается. - Мне тоже, - признаюсь. - Но когда фильм выйдет в кинотеатрах, обещаю сводить. Сын сразу расплывается в улыбке. - Правда? - Правда, - улыбаюсь в ответ. Лесенка закончилась и ступаем на дорожку к отелю. - Пап, - окликает сын, рассматривая "вертолетик". - А инопланетяне выглядят так же, как на ярмарке? - Не думаю, - хмурюсь. - Невозможно воссоздать достоверно образ того, кого никогда не видел. Это просто костюмы. - А какие тогда они, пап? Становится зябко. Да и ветер усиливается. - Мне кажется, нам этого лучше не знать. - Почему? - удивляется, отвлекаясь от игрушки и поднимая взгляд. - Наверное, потому что не все инопланетяне могут оказаться добрыми. - Неправда! Они не злые. Помнишь, ты покупал мне комиксы? Там были добрые инопланетяне и вместе с мальчиком и девочкой помогали спасти Землю от загрязнения. Они еще цветы и деревья сажали, чтоб воздух был чище! Трудно объяснить ребенку, что сказки часто не соответствуют действительности. - Понимаешь, может оно и так, я не спорю... Но тогда людям с такими пришельцами лучше не встречаться. Во благо самих же космических гостей... - Почему? - не понимает сын. - Потому что некоторые люди бывают корыстными, злыми. Они могут воспользоваться чужой добротой в дурных целях. Или же поработить более доверчивую расу. Если не хуже... - Тогда не стоит становиться космонавтом? Ну, вот, приехали. Убил в ребенке мечту своим пессимизмом. - Стоит, - нахлобучиваю на сына панамку, приподнявшуюся от порыва ветра, чтоб не слетела. - Надо же будет кому-то отыскать добрых инопланетян и показать им, что мы друзья. Поднимаю голову и оглядываю темнеющий небосвод. Кажется дождь собирается. Ускоряю шаг, чтобы успеть в отель до непогоды. Голова начинает болеть сильнее. То ли о декорацию приложился хорошо, то ли солнечный удар получил. Надо было шляпу надеть... На высоком дереве у входа на территорию отеля замечаю запутавшегося в ветвях зеленого воздушного змея, которого так и не удалось спустить. С чувством вины вспоминаю, что не купил ребенку другой. - Стас, извини, что тебя воздушным змеем не порадовал. Завтра сходим и купим. - А мне не надо уже, - отвечает. - У меня "велосипедик" есть! Он лучше. Дядя инопланетянин сказал, что он на пульте управления. Только надо купить батарейки. Ты купишь? - Куплю. Направляемся по мощеной плиткой дорожке к крыльцу гостиницы. Тучи застлали солнце. Потемнело. На улице ни одного отдыхающего: надвигающаяся гроза заставила всех попрятаться. Духота обещает бурю. Что ж, хорошо, что успеем добраться под крышу вовремя. - Пойдем к маме? - предлагает сынишка. - Нет, она уже в номере и ждет нас. - Нет! Она загорает! - отбегает от меня. - Пошли скажем, что пришли! - Стой! - делаю шаг, но ребенок, засмеявшись, бросается на дорожку, что ведет к бассейну за зданием. Скрывается за кустом. Вот, черт... На щеку приземляется капля. Вязко течет по коже. Дождь начинается? Задираю голову и вглядываюсь в низкие лиловые тучи. Стираю со щеки каплю, отмечая, что она слишком скользкая для дождевой. Как слизь. Охватывает нехорошее предчувствие. Внезапно из туч выныривает нечто громадное. Серый корпус раскрывается, бросая вниз плети щупалец. Опускается на крышу гостиницы или же просто касается ее, обвивая выростами. Мимоходом сбивает большую неоновую вывеску и она с грохотом разбивается об асфальт. Отпрыгиваю в сторону, радуясь, что не задело. Испугаться за себя не успеваю. Страх за сына сильнее. - СТАС! - выкрикиваю в панике. - Вернись! Чудище - с чего я взял, что это космический корабль?! - запускает щупальца в окна, легко вышибая стекла и рамы. Оно ищет людей. Оно пришло за нами. Надо найти сына! Бегу прочь, чтоб не засыпало осколками. Внезапно сверху падает щупальце, но успеваю увернуться и кинуться по газону за здание. Только бы отыскать Стаса! Только бы... Выбегаю и замираю в ужасе. Шезлонги перевернуты. Ветер гоняет между столиков полупустую бутылку газировки. Салфетки сдуло на траву. На лежаках забытые полотенца и вещи. Людей нет. Но взгляд приковывает бассейн. Воды не видно, зато стены густо обросла плоть. Извитыми отростками переваливает через край, струится по плиткам до самой травы. Но не это самое страшное: по плоти пробегают малиновые сполохи. От краев вглубь, словно заманивают в свое кошмарное чрево. Стаса нигде не видно. Только у края бассейна лежит "вертолетик". - НЕТ! Оно не могло пожрать его! В небе сверкает молния, озаряя все жутким малиновым светом. Но грома нет. Вокруг разлилась тошнотворная тишь. Не помня себя от страха, подскакиваю к краю. С трепетом заглядываю. Сердце стучит в висках, лишь усиливая головную боль. Дна не видно. Бассейн превратился в туннель. Настолько глубокий, судя по освещению, что пробирает дрожь. Он слегка изгибается там в глубине, заворачивает куда-то. Хотя я знаю куда. К ним. А еще прекрасно понимаю, что это ловушка и прыгать нельзя. Но как же сын?! Поворачиваюсь к отелю. Холодею. Вышибая окна, из здания лезут твари с бледно-лиловой кожей. Они напоминают людей, но я знаю, что "раковина" изменила их. Теперь это мутанты. Монстры. Чужаки. Они ловко ползут по стенам и спрыгивают в траву. Их много. Очень. Приближаются. Им нужен я. - Нет! Не подходите! - кричу существам. В вспышках малиновых молний твари скалятся, показывая острые зубы. А потом кидаются ко мне, переворачивая столики и перепрыгивая через лежаки. Обступают, теснят к бездне позади, в которую превратили бассейн... Мускулистые, поджарые, с женскими грудями инопланетные самки. Смотрят пристально. Наступают. Они хотят, чтобы я прыгнул вниз. Как и Стас. Если его игрушка не была брошена на край специально. В отчаянии понимаю, что если прыгну вниз, то не смогу выбраться, сбежать. - Не хочу! - выкрикиваю, в панике закрываясь руками, но спрыгивать не собираюсь: пусть лучше загрызут. - Убирайтесь! Оставьте меня! Верните сына! Существа кидаются на меня одновременно. Валят. В ужасе, ожидаю, что сейчас челюсти сомкнуться на горле. Но этого не происходит. Наоборот, они принимаются лизаться. Остервенело. Толкаются, отрывают зубами куски от одежды, раздевают меня, царапая когтями кожу. Но крови нет. Языки шершавые, мокрые, скользкие. Пытаюсь закрыться, но их слишком много. Чувствую себя беспомощным, побежденным. А потом, заледенев от ужаса, вижу, как языки сдирают с меня кожу. Но не испытываю боли, наоборот, странное чувство очищения. Под сорванным покровом проступает еще один. Плотная кожа с фиолетовым оттенком. Как у них. Нет! Не хочу стать одним из вас! Не надо! С губ срывается крик... Распахиваю глаза.