Влюблен до смерти

      На следующее утро Шерлок сидел в своем любимом кресле и размышлял. В руках он держал изящную фарфоровую чашечку с ароматным чаем. Дело такое, на первый взгляд, простое, оказалось удивительно запутанным. Изучив вечером данные по всем трем жертвам, Шерлок за ночь так и не пришел к каким-либо однозначным выводам.       Двое из трех убитых были опознаны. Первая жертва грабителя – Майкл Клермонт – был достаточно состоятельным человеком, владельцем сети небольших магазинчиков, торгующих, преимущественно, кондитерскими изделиями. Полный мужчина, сорока семи лет от роду, белый, женат, двое детей (шестнадцатилетняя дочь и семилетний сын). Стандартный набор. Завещания не оставил, врагов (по крайней мере очевидных) не имел. Вполне обычная семья: жена домохозяйка, дети учатся в частном пансионате. Убит выстрелом в грудь, умер не сразу, а от внутреннего кровотечения, примерно через полчаса после нападения. Произошло это ранним утром, нашли его за городом. Жена утверждала, что при себе муж имел довольно крупную сумму денег, так как собирался к поставщикам. Что он мог делать за городом – не представляла.       Вторая жертва – Хелена Ньюмен – пятнадцатилетний чернокожий подросток. Дочь влиятельного бизнесмена Джека Ньюмена, специализирующегося на нефти. Найдена на одной из улиц Сити, без верхней одежды. Задушена. Следов изнасилования нет. Убийство произошло глубокой ночью, родители, естественно, не в курсе, как их чадо там оказалось в этот час. До самого момента звонка из полиции, они были свято уверены, что дочь мирно спит наверху, в своей комнате. Ох уж эти подростки… Мать показала, что из шкатулки дочери пропали серьги и колечко с бриллиантами – подарки отца, еще очень дорогая курточка на натуральном меху, плеер и небольшая сумма денег.       Третья жертва пока оставалась неопознанной. Молодая женщина, лет тридцати двух – тридцати пяти, белая. Убита ударом тяжелого тупого предмета по голове. Также без верхней одежды, она была обнаружена неподалеку от Гайд-Парка. Само место нахождения тела, а так же очень дорогое нижнее белье и обувь на жертве, заставляло предположить, что и здесь грабителю было чем поживиться.       И вот этот вчерашний мужчина. Ничем не примечательная одежда, купленная на распродаже, поношенные обувь и куртка. Ничего, совсем ничего, что могло бы привлечь грабителя.       Странно.       Вообще, вчерашний мужчина нет-нет, да и всплывал перед глазами. Было у Шерлока какое-то странное ощущение, что с ним что-то не так. И не мог понять что. Поза, в которой он лежал? Выражение лица? Эта жертва никак не вписывалась в лейтмотив серии, и дело было даже не в том, что взять у него было явно нечего.       Тут было что-то другое.       Что ж. Когда Шерлоку не хватало данных, Шерлок выходил на охоту. И пусть Лестрейд пока не доложил о том, что мужчина пришел в себя, неплохо бы заехать в больницу и еще раз осмотреть личные вещи потерпевшего. Поговорить с докторами, - возможно подсказка кроется в характере раны и силе удара… А там, глядишь, и больной в себя придет. Можно будет тут же допросить, пока эти идиоты из Скотланд-Ярда снова не наломали дров. Шерлок снова ухмыльнулся, вспоминая вчерашний провал Андерсона как криминалиста.       - Тук-тук, Шерлок. Ты дома?       - Входите, миссис Хадсон. Я дома, но я уже ухожу.       Пожилая леди с подносом наперевес воинственно вступила в комнату.       - Шерлок! У меня важный разговор! Будь любезен уделить мне немного времени.       - И рад бы – но, увы, тороплюсь, - Шерлок быстренько подхватил пиджак и принялся торопливо застегивать пуговицы.       Миссис Хадсон приходила с «серьезным разговором» примерно дважды в месяц. После особенно разрушительных экспериментов Шерлока, проведенных на кухне – трижды. Главное было сбежать до того момента, когда она начинала причитать: «Жениться тебе надо, Шерлок, пусть жена за тобой убирает, а я не домохозяйка!». Обычно в такие моменты Шерлок просто «отключал звук». Вот и сейчас он продолжил размышлять о деле, попутно быстро собираясь, когда одна фраза вырвала его из задумчивости.       - …сосед или соседка будет кстати, тем более, что лишние деньги мне не помешают.       - Что? – Шерлок замер на выходе из комнаты. - Какая еще соседка?       - Обычная. Соседка или сосед. Я отчаялась упрашивать вас, молодой человек! Я терплю страшные убытки! Поэтому решила сдавать и пустующую спальню. Раз жениться ты отказываешься, подселю к тебе приличного человека. Может быть, хоть он на тебя положительно повлияет.       - Миссис Хадсон! Вы же знаете, я не терплю посторонних в доме!- от жуткой перспективы терпеть круглосуточно перед глазами очередного недоумка, Шерлок вздрогнул. – Это совершенно немыслимо!       - Зато практично. И постарайся быть с соседом милым. И не фыркай! Шерлок! Я уверена, и тебе пойдет на пользу соседство с кем-то более живым, чем микроскоп или этот ужас, что ты держишь в холодильнике. Недавно я нашла там пальцы! Человеческие пальцы!       - До вечера, миссис Хадсон!       - Ну что за несносный мальчишка! – покачала головой пожилая женщина, собирая на поднос пустые чашки.       До больницы Шерлок добрался быстро. В приемном покое, правда, вышла небольшая заминка. Пациент, поступивший вчера никак не желал находиться. Вообще в этой клинике творилась жуткая неразбериха. Не медперсонал, а сонное царство! Размахивая удостоверением инспектора Лестрейда, которое он стащил именно для таких случаев, Шерлоку удалось привлечь к себе внимание. Наконец, просмотрев еще раз документы, дежурная сестра выдала ему для осмотра пакет с личными вещами потерпевшего.       Так. Простая, дешевая одежда, поношенная, но хорошего качества обувь, куртка, явно купленная на распродаже. Ничего особенного. Еще серебряная цепочка с маленькой плоской серебряной подвеской. На подвеске выгравировано изображение льва. Явно знак зодиака.       Больше информации из скудного набора выжать не удастся.       Просмотрев вещи, Шерлок попросил провести его в палату больного. После очередной заминки, провести его вызвалась все та же дежурная сестра.       Морщась от резкого запаха медикаментов и дезинфекции, Шерлок вошел в крошечное помещение и потрясенно замер. Он ненавидел больницы и нечасто попадал в них. Но, несмотря на редкую живучесть, удачливость и довольно крепкое здоровье, ему несколько раз приходилось обращаться за медицинской помощью. Но еще никогда, никогда Шерлок не видел ничего подобного.       Крошечная, не совсем чистая палата, в которой находилось три койки, разделенные лишь грязноватыми ширмами. Тяжелый запах немытого тела и лекарств, липкий, влажный воздух. Ничего общего со светлыми просторными палатами, в которых ему доводилось лежать.       Койка вчерашнего мужчины находилась около самого окна, из которого немилосердно сквозило, и выглядел он, кажется, еще хуже, чем вчера. Восковую бледность лица и посеревшие губы выгодно оттеняло старенькое постельное белье и ветхая больничная рубашка.       Ужас.       Позже, анализируя свой порыв, Шерлок так и не смог понять, что на него нашло. Он всегда был глубоко равнодушен к живым людям, предпочитая их обществу общество трупов. А уж проявление к кому-либо сочувствия – вообще считал чуть ли не постыдной слабостью. В его работе сочувствие не помогало, а только мешало сконцентрироваться.       Но не в этот раз.       Вглядываясь в знакомые черты изможденного лица, Шерлок чувствовал, как горло, словно сжимает невидимая рука, не сильно, но достаточно, чтобы перехватило дыхание. И в животе как-то странно… крутит. Совершенно на него не похоже.       Не повышая голоса, всего несколькими меткими фразами, подкрепленными банковским чеком, ему удалось в корне изменить сложившуюся ситуацию. Не прошло и нескольких минут, как вокруг незнакомца засуетился медперсонал. Его перевели в отдельную палату, постель заправили новым бельем, обтерли и переодели в чистое. Взяли все необходимые анализы и назначили, наконец, адекватное лечение.       Наблюдая за всем этим, Шерлок философски думал о том, что в современном мире страшнее всего – оказаться одному и без возможности себе помочь. Стоит потерять связь с родными или оказаться без страховки и денег, да еще без сознания – и все. Считай ты труп. Никто и близко не подойдет. Что ж, с этого дня стоит носить при себе бумагу с координатами брата. Это, по крайней мере, снизит риск оказаться в подобном положении. Ведь нормальному человеку от такого «лечения» и умереть недолго.       Еще раз убедившись, что больному оказывается вся необходимая медицинская помощь, Шерлок вышел из клиники и всей грудью вдохнул, наконец, свежий воздух, успокаивая себя тем, что в его действиях была львиная доля логики и расчета. Если бы их главный свидетель скончался в этой дыре – делу бы это точно навредило. А, значит, следует выкинуть из головы глупые сантименты. Пора двигаться дальше. И если пока показания их свидетеля добыть невозможно, можно попытаться установить личность третьей жертвы.       Удовлетворенный намеченным планом, Шерлок отправился в Скотланд-Ярд.