Влюблен до смерти

      Джон не помнил, как прожил эти полтора месяца. Он продолжал ходить, дышать и даже как-то реагировал на обращенную к нему речь, вот только внутри поселилась пустота.       Полная.       Ни мыслей, ни желаний, ни ожиданий. Просто оболочка с выгоревшей, выжженной дотла сердцевиной. Миссис Хадсон старалась, как могла, угодить, каждый день принося поднос со свежей выпечкой и каждый день забирая предыдущий – не тронутый. Было что-то в глазах Джона такое, что заставляло понять – этот человек уже мертв, и жалостливая женщина только вздыхала, понимая, что ничего не будет по-прежнему.       Наверное, ему лучше было бы уехать. С Бейкер-Стрит, из Лондона, да хоть вообще из страны, все равно куда. Но Джон с мазохистским упорством продолжал жить в квартире 221б, вести блог, сидеть каждый вечер около не зажженного камина. Причем в эти минуты у него был такой вид, словно он сейчас очень далеко, в каком-то своем мире, где ему хорошо и спокойно.       В такие минуты квартирной хозяйке становилось просто жутко.       Лучше бы плакал, лучше бы сходил на кладбище, набил морду Майкрофту... да что угодно, только не эта ужасающая пустота.       Майкрофт, к слову, после той ужасной сцены не появлялся. Джон врезал ему настолько сильно, что разбил костяшки пальцев, так что синяки будут сходить долго. Если бы он не был братом Шерлока, Джон вполне мог его убить, хотя понимал, что в смерти величайшего из детективов, самого дорогого человека на свете больше его, Джона, вины. Не сберег, не прикрыл вовремя.       Шерлок погиб от пули, в процессе задержания особо опасного преступника. Вот так сухо и официально сообщалось в газетах. Джон газеты больше не читал, ему хватило сбивчивого и неловкого рассказа инспектора Лестрейда. Мистер Магнуссен, усилиями Шерлока успешно пристроенный на ближайшие двадцать лет за решетку, оказался очень злопамятным. Именно он через своего ближайшего друга и партнера позаботился о том, чтобы достать детектива даже из заключения. Самое страшное, что Майкрофт Холмс знал, о готовящемся покушении, но не счел угрозу серьезной, более того, привлек к делу самого Шерлока.       Проклятый высокомерный ленивый ублюдок.       Большой брат заявился буквально через полчаса после того, как Джон напоил очередной дозой успокоительного миссис Хадсон и переговорил с инспектором Лестрейдом. Он все порывался что-то объяснить, доказать, настаивал на конфиденциальности и даже попытался запугивать Джона. А чего может бояться человек, которому больше нечего терять в этой жизни? То-то и оно. И Джон с наслаждением впечатал кулак в скромную правительственную физиономию.       Только легче от этого не стало совершенно.       Что будет дальше – Джон не загадывал, он продолжал жить еще по инерции, еще в том, «счастливом» мире. Воспаленное сознание просто отказывалось воспринимать новую реальность. И постепенно, через несколько дней, Джон просто убедил сам себя в том, что Шерлок просто уехал в командировку и скоро вернется. А потому нужно успеть привести в божеский вид холодильник, прибрать квартиру, постирать и погладить его вещи, сменить постельное белье. Молли – патологоанатом, у которого Шерлок клянчил материал для экспериментов, жалостливо заплакала, глядя на Джона, который принес ей пустую тару, «для симпатичных глазных яблок, а то Шерлок не закончил свой последний эксперимент», а Лестрейд только крякнул, когда бывший военный на полном серьезе позвонил и поинтересовался, нет ли каких-нибудь новых загадочных преступлений для его неугомонного детектива. «А то ведь Шерлок скоро вернется...»       Когда к нему пришли тихие и вежливые люди, Джон долго не понимал, что им от него нужно. Какой санаторий? Какое переутомление? Он же дома! Дома – и стены лечат. Он никогда не согласится покинуть Бейкер-Стрит по собственной воле. Так можно и передать этому заносчивому ублюдку. В том, что этот консилиум собрал Майкрофт, он не сомневался. И только когда ему сказали, что это – часть плана, последнего плана Шерлока, он согласился. Согласился слепо, как всегда следовал за детективом. Шерлок знает что делать лучше него, его дело – помогать да прикрывать спину.       И вот уже пару недель Джон торчал в «уютном санатории за городом со всеми удобствами и четырехразовым питанием». Больше всего, впрочем, этот санаторий напоминал, хоть и дорогущую, но психушку. И вот именно этот факт неожиданно привел Джона в чувство.       - Мистер Ватсон, отличная погода, не правда ли? – пожилой мистер Лэнтон был местным психиатром, хоть и предпочитал, чтобы его называли «куратором». Джон не возражал. Он вообще мало реагировал на окружающее, предпочитая эту беседку в глубине парка.       - Превосходная, куратор Лэнтон. Если вас не смущает дождь и облачность.       - О! Вы уже начали шутить! Это прекрасный показатель, просто прекрасный! Кстати, как самочувствие? - Он присел рядом, предварительно расстегнув свой слишком щегольский для подобного заведения пиджак.       Самочувствие Джона оставалось неизменным. Но посвящать кого-либо в то, как сильно болит у него внутри, тем более «куратора» Лэнтона он не собирался.              - Самочувствие удовлетворительное. Если честно, я до сих пор не понимаю, почему нахожусь здесь, - Джон внимательно посмотрел в лицо куратору.       - Вы здесь по рекомендации мистера Майкрофта. Во все детали дела я, увы, не посвящен, но то, что это необходимо – очевидно, - задумчиво покачал головой тот.       - Необходимо для чего?       - Для... прежде всего для того, чтобы удостовериться в том, что ваше самочувствие, мистер Ватсон, в полном порядке. Отдыхайте, набирайтесь сил, а я пойду – дела, знаете ли, - он поднялся, виновато разведя руками, всем видом показывая, что будь его воля – беседовал бы с дорогим пациентом день напролет. – Не пропустите обед, мистер Ватсон, - махнув рукой на прощание, куратор Лендон направился к главному корпусу.       Джон, глубже запахнув ветровку, остался думать.       Что ж. Ответ был вполне стандартный, на другой Джон и не рассчитывал, но вот крохотная заминочка, в самом начале, не осталась незамеченной. В какие игры снова играет Майкрофт? На кой черт ему понадобилось сослать его в эту тьмутаракань да еще и за такие деньги? Играть по чужим правилам Джон не привык и не собирался. Он мог позволить использовать себя вслепую только одному человеку, но об этом пока нельзя было думать. Итак, нужно сосредоточиться и разобраться, наконец, во всем. Нужно засунуть сантименты подальше и думать так, как учил его Шерлок. Иначе, получится, он делал это зря, а так быть не может – Шерлок никогда и ничего не делал в своей жизни зря.       Что он здесь делает? Лечит голову? Бред. Майкрофту глубоко плевать на то, что происходит с ним, Джоном. Да ему даже на собственного брата плевать. А, следовательно, приступ альтруизма можно смело исключать. Значит Майкрофту необходимо, чтобы он находился именно здесь. Бейкер-Стрит почему-то не подходит. Чем это место кардинально отличается от Бейкер-Стрит, помимо очевидного? Оно больше, здесь есть медперсонал, оно удалено от других населенных пунктов, стоит в стороне от дороги и хорошо защищено.       Стоп.       Хорошо защищено.       Не далее как позавчера, Джон отвлеченно заметил одну странную вещь. Обычный санаторный комплекс удвоил количество охраны. Причем сделал это незаметно, так как большая часть прекрасно обученных специалистов весьма успешно изображала обслуживающий персонал. Но вот обмануть бывшего военного, да еще обученного самим Шерлоком Холмсом, им было не под силу. Тогда Джон не обратил на это внимание, поскольку считал, что это связано с какой-то шишкой, проходящей здесь лечение. А что если он был не прав? А если так, тогда весь комплекс превращается в одну большую мышеловку с очень качественно замаскированной ловушкой. И на кого же она поставлена? Если учитывать, что здесь замешаны Майкрофт и Шерлок, – а ведь именно о последнем плане Шерлока ему говорили когда везли сюда... тогда получается... что Майкрофт решил закончить то, что не получилось у Шерлока – поймать подельника мистера Магнуссена.       Все предельно просто и прозрачно. Если бы Джон не ушел с головой в свое горе, он бы понял это с самого начала. Но, лучше поздно, чем никогда. Зато он теперь прекрасно осознает, какую роль играет во всей этой комедии. Если это место является ловушкой, то он, Джон – ароматный кусочек сыра, приманка, на которую должен среагировать преступник. Магнуссен заказал их обоих, оба были виновны в его поимке. До Шерлока добрались первым, теперь очередь его, Джона. А после того, как с ним расправятся, Майкрофт сможет либо взять убийцу на «горячем», либо проследить за ним прямо до заказчика.       Что ж. Все вполне правдоподобно.       Тяжело поднявшись со скамьи, он зашагал по мощенной аллее, с каждым шагом все сильнее расправляя плечи.       Теперь он точно знал, что надо делать.