Танцы на ножах

Закрываю глаза и прижимаюсь затылком к холодной железной ножке стола. Я трезв. Абсолютно. И мне погано. Очень. Блядь… Снова открываю глаза. Та же подсобка. Зад ощутимо замерз и занемел от длительного сидения на бетонном полу. Вот еще не хватало заработать какую-нибудь идиотскую болезнь. Интересно, можно простудить яйца? Провожу ладонью по лицу и чувствую, как посыпались с кожи вниз чешуйки засохшей крови. Запускаю пятерню в волосы, зачесывая их назад, – пальцы застревают в слипшихся и уже затвердевших прядях. Зашибись. Медленно встаю, с каждым движением узнавая, чего еще мне тут отбили. Реально болит практически все. Ладно. Надо пойти хоть умыться. Потирая отсиженный зад, выползаю в коридор. Здесь темно и тихо. Что за?.. Рефлекторно бросаю взгляд на наручные часы и некоторое время тупо таращусь на ремешок с пустым металлическим кружком корпуса. Знатно мы с тобой, Басков, повеселились… Блядь! В моей голове во всей красе и полном формате всплывает завершение нашей драки. Ёбаные суслики!!! Нет, это просто невозможно! Я не мог так! Я же не… Влетаю в ближайший туалет и сую голову под струю холодной воды. Уйёёё…Ай, бля!!! Струя попадает точно на разбитое место, боль визжащими молниями вылетает из глаз, и я резко рефлекторно распрямляюсь, со всего маха впечатываясь головой снизу в кран. Мозг окатывает горячая волна злости на самого себя. Впериваю взгляд в собственное отражение в зеркале на стене. - Сигизмунд, ты – дебил, - сообщаю ему почти спокойно. – И уебок. Отражение таращится на меня серым глазом и молчит. Второй глаз у него несколько заплыл из-за разбитой, как и губа, скулы. Нос тоже припух. На лбу ссадина. Размоченная водой кровь темными каплями стекает с лица и волос на грудь, оставляя почти черные пятна на бурой от засохшей крови рубашке. Пиджак порван, потерт и вымазан в пыли. Брюки расстегнуты и норовят упасть на пол. Красавчег, блин. Застегиваю ширинку и ремень, не смея заглядывать в трусы – перед глазами опять черноволосая голова, дергающаяся от ударов, и серая стена. Отмываю лицо и бреду к выходу. На стене электронное табло мигает зелеными цифрами – 01:34. Ночь уже. Выходит, я уснул там, в подсобке, и все давно свалили по домам. Тихо прохожу мимо дремлющего охранника и бужу его хлопнувшей дверью – чтобы закрыл за мной замок, но не особо разглядел всю мою «красу» расписную. На улице желтые фонари и мелкий дождик. Прохожих не видать. Но я все равно стараюсь идти в тени деревьев. Мне херово. И не только от того, что болит разбитое тело, а и потому, что в груди пусто и холодно. Так холодно, как никогда. Доигрались, блядь.