Лето подарившее тебя.

Пару дней после я старательно игнорировала Юлю, и попросту насиловала своё сознание. Засыпать с мыслями о ней и просыпаться с её именем на губах было невыносимо. Похоже, грань безумства и реальности расплылась в моём подсознании нечёткой линией. Я могла поклясться, что иногда на работе в полупустом коридоре ощущала приторно сладкий запах духов и пробивающийся сквозь него молочный, едва ощутимый аромат - так пахла её кожа. И хоть Юли не было в пределах видимости, я могла со сто процентной уверенностью сказать, что недавно она находилась в этом помещении. Это было похоже на наваждение. Юля, ты сделала из меня зависимого, ненормального человека, ты добилась своего, с чем я тебя искренне и поздравляю. Я не могу заставить себя поговорить с тобой, расставить все точки по моим правилам. Не могу сказать своё последнее слово. Просто не могу решиться всё прекратить. Всё закончить окончательно. Ведь если я скажу то, что намереваюсь сказать, и самое главное, ты поверишь, ничего уже не вернётся назад. Хотя я понимаю, что позади ничего нет и возвращаться по сути некуда, но я всё ещё продолжаю тешить себя иллюзиями и отдаваться во власть снов, где ты такая родная, нежная, понимающая, где ты такая моя. Моя, но там не ты, там просто идеальный образ, созданный подсознанием , а я понимаю, что хочу видеть рядом не ту призрачно волшебную Юлю из моих грёз, а тебя. Тебя, чёрт возьми, со всеми твоими недостатками, чрезмерным сарказмом, снисходительными взглядами и неповторимой глубиной глаз! Тебя, несмотря на то, что у тебя было куча таких как я! Тебя я хочу видеть, рядом с собой днём, выслушивая твои язвительные комментарии, и ночью хочу тонуть в твоих объятиях, изгибаться под властными прикосновениями, тонуть в глубине твоих стонов и подчиняться твоим рукам, подчиняться и подчинять! Я хочу тебя всепоглощающе, полностью, неизбежно и непоправимо! Только вот ты меня не хочешь видеть рядом с собой. Нет, это не любовь, таким эмоциям подойдут другие слова: безумие, болезнь, маниакальность идей, зацикленность образа, но не любовь. Уж точно не любовь в моём классическом представлении. Ты продолжаешь преследовать меня, добиваться внимания, а я хожу с отстранённым выражением лица, делая абсолютно наплевательский вид. Мне нет до тебя никакого дела, чувствуй себя не в своей тарелке, неуютно и неправильно! Буквально всем телом ощущай, как контроль над ситуацией вытекает из под твоих цепких пальцев. Сегодня я смогла ответить на твой вопрос о происходящем со спокойной счастливой улыбкой на лице. Я ведь сказала всего два слова: «всё нормально», а стало значительно легче, я смогла хоть что-то сказать. Именно в этот миг, стоя в непозволительной близости от тебя, вглядываясь в зеленоватые глаза, я чувствовала, что кокон непроницаемой плёнкой окутывает моё сознание и по телу разливается искусственно сделанное спокойствие и поняла, что теперь готова поговорить с тобой. Полностью готова. Мы выходим из газели, и ты подходишь ко мне. Нет, не так, это я позволяю тебе подойти. Ведь сегодня я нарочно близко стою от тебя, я совсем одна и не пытаюсь как можно скорее скрыться в стенах общежития. Сегодня я хочу этого разговора. Хочу всё закончить. Хочу! - Поговорим? – спрашиваешь ты, а сама старательно отводишь взгляд. Ты волнуешься, ведь твоя мышка давно убежала из зоны контроля. Нет, глупое сравнение, теперь я не мышка, я - волк! Точно, раньше проводили охоту на волков, их выгоняли в поле, огороженное красными флажками и отстреливали безжалостно поочерёдно, и никто не мог выбраться, убежать, никто из них не пересекал, по сути, глупую границу, но для них безумно страшную и непреодолимую. Вот и я маленький запутавшийся волчонок, но я смогла вырваться из твоих незримых оков, отчаянно, захлёбываясь, задыхаясь, разрывая себя на куски, но смогла, а ты это ещё не осознала. Хотя и чувствовала. Чувствуешь, я точно знаю, если ещё способна хоть что-то чувствовать. - Конечно, – улыбаюсь я, мысленно проверяя свой защитный щит. Всё нормально, я ничего не ощущаю, мне плевать! Мы отходим. - Что происходит? – спрашиваешь ты уже в который раз. Юлия, могли бы придумать фразу и оригинальнее. С вашей-то фантазией! - А что? – говорю я невинным голосом, – Всё нормально, завтра у нас проверка, подсчёт итогов, поверь, никакой недосдачи не будет. Да, наверное, приз за самую тупую реплику и выражение лица, я получила безоговорочно. - Хватит ломать комедию! – взрываешься ты и хватаешь меня за плечи, притягивая к себе близко-близко, но я неестественно спокойна, закрываться я всегда умела хорошо и пусть позже эмоции нахлынут с утроенной силой, это будет позже, а пока… - Отпусти меня, – шепчу я, выдыхая слова в твои губы. - Что происходит между нами? – уже кричишь ты, игнорируя мою просьбу. Бесишься, нервничаешь? Превосходно! Я тоже добилась своей цели. - Между нами? – удивлённо приподнимаю брови. О да, кое-какие манеры я у тебя почерпнула, – Между нами всё нормально. - Нормально? Всё, что произошло позавчера и происходит до сих пор, ты называешь нормальным?! - Я разве обещала тебе что-то? Клялась в вечной любви? – в голосе скользит спокойная удовлетворённость. - Ты шутишь! Захрена ты играешь? – ты просто на грани, и я ощущаю это по твоему неровному дыханию, дрожащим пальцам, судорожно вцепляющимся в мои плечи, по твоему сумасшедше стучащему ритму сердца. - Что ты, я не умею играть! – мой голос по-прежнему спокоен и холоден как сталь, – Меня можно читать как открытую книгу, я всегда поступаю в соответствие с чувствами. - Ну, объясни же тогда своё поведение! Свои мотивы! – рычишь ты. - Всё предельно просто: ты стала мне неинтересна, мы взрослые люди и я думала, что это вполне приемлемо. Я вижу, как в твоих глазах сменяют друг друга множество эмоций. Так невозможно играть! Но мне сейчас откровенно плевать. - Сейчас объясню, – и мой отчужденно спокойный голос разбивает эту накалённую атмосферу как ничто другое, он въедается в подсознание, он осыпается на гальку, разрывает всё происходящее, делит его на "до" и "после", – я была заинтересована тобой, ты вполне неординарная личность, впечатление произвести определённо умеешь. Ну и мне захотелось, чтобы ты меня покорила. Такая своевольная, своенравная, жестокая, я хотела чтобы ты дала мне всё, что я от тебя желала получить и эта была не нежность, меня не возбуждают щенячьи милости и я добилась твоего внимания, создав подходящий образ, но в итоге я получила не то, что хотела. Совсем не то, во время секса ты меня, мягко говоря, разочаровала. Как ты поддавалась мне, впускала меня, стонала, это всё было слишком. Слишком слащаво и я, доведя тебя до оргазма, оставить тебя возбуждённой было бы по-свински, ушла, потому что ты мне стала неинтересной со всех точек зрения. Я считаю, что мы вполне взрослые и всё это нормально. Такое поведение соответствует рамкам современности. Разве не так? Прости, что отняла кучу твоего времени. Я всё равно иногда буду вспоминать. Хотя и вспоминать то особо нечего… Я говорила это медленно, размеренно, спокойно глядя в твои бесстыжие глаза. Я беспрерывно смотрела в их глубину, но не видела, не видела изумления, недоверия, ужаса, страха, разочарования, боли и множества других оттенков переливающихся в твоём взгляде. - Ты, – тихо произносит Юля срывающимся голосом, – я… нет… это глупо, – твои слова звучат так непривычно тихо, безнадёжно потерянно и я точно вижу слёзы. Слёзы, застывшие в твоих глазах, – Я тебе поверила. Моя плёнка, оборона, броня слетает с меня с ужасной скоростью, оставляя мою душу открытой, беззащитной и не готовой к этим эмоциям. Я проклинаю себя. Проклинаю за всё, что сказала. Я готова страдать, страдать сколько угодно от твоей холодности, лишь бы не видеть растерянного взгляда этой до безумия сильной девушки . Я готова полностью потонуть в обжигающей боли, лишь бы вернуться назад на несколько мгновений. Не говорить этих слов! Я сказала всё правильно! Правильно. Кто-то должен проучить её за жестокие игры! Правильно? Ты опустилась на самое дно. Ты гадкая, подлая тварь! Так нельзя поступать ни с кем, даже с точно такими же личностями! Меня разрывает от боли и жалости, но одновременно я с такой же силой ненавижу тебя! Ненавижу себя! Я срываюсь. Схожу с ума! Я не понимаю, зачем, зачем я вообще существую! Зачем я пришла на этот свет, чтобы утопать в боли? Чтобы сеять боль? Всё неправильно, всё не так! Ты разворачиваешься и делаешь несколько шагов. Я готова остановить тебя, что-то сказать, но я просто молчу, я не могу пошевелиться, не могу! Ты поворачиваешься сама, и я с ужасом замечаю в твоих глазах нездоровый блеск. В один прыжок ты настигаешь меня, грубо прижимая к себе. - Значит, ты любишь жёсткий секс, – в твоём голосе скользит безумство. Я сама в этом виновата! Я и только я! Господи, как глупо и легко поверить в мою ложь! Как просто ранее нежные губы скользящие по моей кожи, причиняют мне боль. Ты ненормальна! Ты хочешь получить меня, добиться своей цели любым путём. Я ведь не нужна тебе! Не нужна. Я захлёбываюсь отчаяньем. Пытаюсь вырваться! Но ты ощутимо сильнее меня и твоими действиями управляет нездоровый азарт. Ты грубо валишь меня на гальку и придавливаешь своим телом. Галька больно впивается в уже обнажённую спину, а ты продолжаешь покусывать мою кожу, со зверской силой вцепляешься зубами в плечо, и я чувствую резкую боль. Пытаюсь вырваться, сопротивляться - бесполезно, ты ничего не хочешь слышать и замечать! Твоё колено больно прижимается к самому чувствительному месту. Меня трясёт. - Прекрати, не дотрагивайся до меня! – кричу я голосом, полным отчаянья. Я испытываю всепоглощающие унижение и отвращение к этому человеку. Она явно не хочет слышать мой голос и поэтому больно сдавливает горло. Из моих губ вырывается приглушённый хрип. Воздуха не хватает. Я нахожусь в практически бессознательном состоянии и ничего не могу сделать. Я ничего не в силах изменить. Как ты могла поверить, как ты могла поверить моим словам? Из глаз текут гадкие слёзы. Ты знала обо мне всё, ты знала, что со мной произошло и после этого поступаешь хуже и всё только чтобы не чувствовать себя униженной, чтобы не чувствовать ничтожные капельки боли. Ты собственница! Мерзкое создание, принимающее нас всех за свои куклы. Я понимаю. Я виновата сама и от этого хуже ещё хуже. - Тебе нравится? Ты ведь получаешь удовольствие от боли, – шипишь ты, сильнее вдавливая колено. - Нет, – сдавлено хриплю я. - А мне нравится! – в голосе столько яда и обжигающе горячие губы опять прокусывают кожу. Я понимаю, мне никуда ни деться, я просто хочу, чтобы всё это поскорее закончилось. Ты отстраняешься, придерживая меня одной рукой, а второй входишь в… нет, не в меня, в себя, несколько грубых толчков и твоё тело расслабляется, глаза застилаются дымкой, стон срывается с твоих губ и ты падаешь рядом со мной. Хватка ослабевает и я, чувствуя свободу, срываюсь с места. Я не хочу здесь находиться больше ни секундочки. Трясущимися руками натягиваю спущенный сарафан: - Я никогда тебе этого не прощу! – слова срываются с моих губ и я, не глядя на неё, убегаю. Отчаянно борясь с диким головокружением и трясущимися ногами. Проходит некоторое время, я сижу на пирсе, обхватив плечи руками, и вглядываюсь в морскую даль остекленевшим взглядом. Я ушла достаточно далеко и теперь вижу огни, светящиеся издалека с набережной. Я смыла кровь, привела в порядок волосы, восстановила дыхание. Она не вошла в меня, но я чувствую себя изнасилованной. И только я в этом виновата. Мои слова заставили слететь её с катушек. Похоже, она очень ценит своё достоинство и готова на всё, лишь бы доказать. Доказать кому? Наверное, себе! Хуже уже просто некуда! Я опустилась в своих глазах. Жалеть себя больше нет сил. Жалеть теперь меня больше не за что, да и уважать тоже. - Лето, изменившее меня, – шепчу я и обессиленно опускаюсь на тёплый, ещё хранящий дневное тепло, пирс, - я тебя ненавижу, я ненавижу себя!