Сломать нельзя построить, или Дело в запятой.

Едва я вошла в квартиру, тут же со скрипом приоткрылась дверь, и в щели показался раскосый подозрительный глаз Тао. Удостоверившись, что я пришла на своих двоих, он сразу же скрылся в комнате, демонстративно хлопнув дверью. - Пришла? – из зала выглянул Сехун. – А где хлеб? - Какой хлеб? - Ну, ты ж сказала, что за хлебом пошла, - он пожал плечами. - Ну… Не было такого, как я люблю, - соврала. - Ясно, - вот и весь разговор. Я переоделась, умылась и легла, прокручивая в тысячный раз события последних дней. Часы показывали пятнадцать минут третьего ночи. Я уже в сотый раз перевернулась с правого бока на левый и обратно. Сна ни в одном глазу. Во рту было кисло и подозрительно гулко булькало в желудке. За минувший день только печенюшка была подпиткой моему организму. Поняв, что вертеться бесполезно и холодильник сам ко мне не придёт, решительно встала с кровати. Она недовольно скрипнула, но выпустила меня из своих тёплых объятий. Я осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Из зала струился завораживающий голубой свет. Сехун не спал. Или уснул за ноутом. На цыпочках прокралась к его дверям. - Чего ты не спишь? – шепнула парню, уткнувшемуся в компьютер. Он вздрогнул от неожиданности. - Не шепчи. Тао ушёл в двенадцать, - сказал Сехун. – Чего бродишь? - Есть захотелось. А ты? - Не спится. - М-м… Больше говорить не о чем, поэтому я просто направилась на кухню и налетела на бедный сиротливый кусочек колбасы. Следом пошёл помидор, кусочек сыра… И как итог – большая кружка чая передо мной. - Надо было поужинать, - в кухню вошёл Сехун. - Вы – такие засранцы, что лучше умереть с голоду, чем есть то, что было приготовлено для вас, - пробурчала в чашку. - Прости, - он сел напротив. - Может, чаю? – предложила, ожидая очередного отказа. - Давай, - неожиданно согласился Сехун. И вот сидим мы вдвоём на моей кухне. Сидим и молчим. А о чём могут разговаривать практически незнакомые люди? - Я совершенно случайно узнал, что ты – приёмная дочь, - он выбрал не самую удачную тему для разговора. - Откуда? - Тао сказал. - Ну, ещё бы. Прям не знаю, как он выдержит пять месяцев со мной. Наверное, тешит себя мыслью, что я съеду. - Примерно так он и сказал перед тем, как уйти, - глядя в чашку, хмыкнул Сехун. – Непросто у вас тут… - Да и у тебя не лучше. - О чём ты? – серьёзно посмотрел на меня. - Я тоже случайно узнала кое-что. Понимаю, мы друг другу чужие, но… Я помогаю тебе избавиться от отца, а не наоборот, поэтому вправе рассчитывать на честность. - Что ты хочешь знать? - Сколько тебе было лет, когда ваши с Чонином родители поженились? - Ты разговаривала с Чонином? Не надо. Он не тот человек, с которым нужно поддерживать отношения. - Поверь, то же самое могу сказать и о тебе, - усмехнулась. - А что я? Я, по-моему, вообще, прозрачный, как стекло, - Сехун провёл по своей щеке. – Ты должна быть чертовски рада, что я выбрал тебя. - В качестве жертвы, - добавила. – И вообще, рада? Ты видишь радость на моём лице? - Ну… как-то не очень… - неуверенно протянул он, взглядом выискивая признаки радости на моём лице. - Наверное, ты удивлён или даже сбит с толку, золотой ребёнок, но ты мне совсем не в радость. Я тебя не знаю и прекрасно жила без тебя. - Я понимаю, - Сехун отпустил голову и задумчиво уставился на пустую кружку в своих руках. – Но нам надо поладить. Давай объявим мир на пять месяцев? - Мир? - Да. Как индейцы. Чашу мудрости мы с тобой уже испили, давай же пожмём друг другу руки, - и протянул мне ладонь. – Меня зовут О Сехун. Мне 24 года. Я – овен. Много читаю и мало сплю. Терпеть не могу сгущёнку и сельдерей. Обещаю стать идеальным пятимесячным мужем. Не лезть в твои дела, есть твою стряпню и не бить твоего младшего брата. Пока контракт не разлучит нас, - произнёс парень торжественным пафосным голосом. - Теперь твоя очередь, - помахал повисшей в воздухе ладонью. - Ох, - тяжело вздохнула, но протянула руку в ответ. – Меня зовут Хуан Чимин. Мне тоже 24. Я – весы. Много думаю и мало делаю. Терпеть не могу бобы и чёрных мармеладных мишек. Так уж и быть… Обещаю быть идеальной пятимесячной женой. Помочь тебе победить отца, постараться не вывернуть тебе на голову свою стряпню и не бить собственного младшего брата. Хотя, не могу тут обещать… Пока контракт не разлучит нас, - и моя маленькая ладонь утонула в его руке. - Ну, вот и заключили перемирие, - довольно подвёл итог Сехун и поднялся из-за стола, - а вопросы о семье отложим на следующий раз. - Я сама помою, - потянулась к его кружке. - Ты же не домработница. У меня и самого руки есть, - и включил кран. Минут двадцать я лежала, глядя в потолок. Я уже давно знала каждый сантиметр этого дурацкого белого потолка. - Ты спишь? – раздалось за дверью. - Нет. Что-то случилось? - Ты не могла бы… ну… - Сехун мялся в коридоре, не решаясь даже дверь приоткрыть. Я набросила халат и вышла. - Ну что? - Уже три часа, а мне завтра к девяти на одно собрание, - он смотрел себе под ноги и бубнил. – Только один раз, а? - Чего ты хочешь, не понимаю. - Ты не могла бы… посидеть со мной в зале, - наконец выдавил холодный и неприступный староста. - Просто посидеть? - Да, - кивнул. - А зачем? – и направилась в зал. Он остановился на пороге. - Не сочти меня сумасшедшим, просто я… Я не могу спать один. - Как это? При чём тут я? – непроизвольно попятилась. - Нет, ты не подумай! – поднял руки. – Просто посиди немного в кресле, я быстро засну. Можешь? Мысли со скоростью престарелой черепахи проползли в голове. - Ну, могу, в принципе, - села на кресло, а Сехун залез под одеяло. - Ноут отключится автоматически через двадцать минут, - сказал он, отворачиваясь к стене. - А как... давно? Почему так? Совсем не спишь один?! - Давай в следующий раз. - А как ты спишь вообще? Ну, как ты спал вчера, позавчера? А? - Я давно не сплю один, - последовал ответ. - В смысле? - Не мог же я свою любовницу в твой дом позвать, - бросил он через плечо. - Оу… спасибо… - За что? - Ну, что не потащил сюда свою лю… лю… - Я понял. Да не за что. Чувствую, что ещё десять раз пожалею об этом. Мысль о том, что он приведёт другую девушку в дом моих родителей и будет тут… и они… и он с ней… Капец… - Давай я лучше буду часов в одиннадцать садиться в это кресло на полчаса, а? – выпалила, не подумав. - Будешь спать меня укладывать? Как настоящая жена? – послышался смешок из-под одеяла. - Не совсем, но… - Я понял-понял. Спокойной ночи. И спасибо тебе. Честно, спасибо, Чимин.