Сломать нельзя построить, или Дело в запятой.

Остаток дня, после того, как под пристальным взглядом Тао Чонин попрощался и ушёл, я пыталась забить свой мозг чем угодно, лишь бы не думать про завтра. Два раза ела, три раза чай пила, пыталась читать книгу Сехуна, но поднимающееся из глубины волнение не давало сосредоточиться. Включила комп и час убила на ленту новостей. Пока не было мужа (капец, мужа? И когда привыкну? Никогда), села на диван и бесцельно кляпала пультом. Ухватила кусок «Пиратов Карибского моря», «Друзей» и «Готовим дома». Меня начинало мелко потряхивать. А что, если скажут сразу ложиться на аборт? А что, если не дадут мне и пары дней, чтобы сосредоточиться? Уйду завтра с ребёнком, а вернусь одна… Я не то, чтобы колеблюсь, я точно знаю, что так будет правильно, но… Не завтра. Не так быстро! Я пока записалась на приём и хочу поговорить с врачом обо всём этом, о сроках, риске и т.д. Больше посоветоваться не с кем. Ребята не в счёт. Для них это словно забава: «Ой, да ты – матрёшка! В тебе сидит маленький человечек!». Вот так я видела их со стороны сквозь линзу беременной истерички. Не им вынашивать ребёнка. Не им страдать в одиночестве. Я не верю в то, что кто-нибудь из них останется, когда пару раз от детского плача не выспятся. Не смогут. Героев среди них нет. Это только любя мамочку и ребёнка изначально можно всё выдержать. У нас же совсем другая история. А мне предложить ребёнку нечего. Одна мысль о том, что однажды он спросит: «А где папа?». А я не смогу ему даже соврать, что папа любил нас, но потом так получилось… Легче сказать, что Чонин – моряк дальнего плаванья. Так что, вопрос решён. И кажется, чего тут думать? А мысли всё крутятся и крутятся в голове. И руки холодеют, и подступает тошнота. Как я буду дальше жить, зная, что убила своего ребёнка? - Привет, - в зал вошёл Сехун. Из-за бардака и шума в собственной голове не слышала, как он вернулся. - Привет, - тут же выключила телевизор. - Да ты сиди, я тебя не гоню. - Хватит, и так уже полдня пялюсь в ящик, - встала с дивана. - Что-то случилось? – спросил Се, пристально глядя на меня. - Нет, - опустила голову и попыталась прошмыгнуть в коридор. - Это Чонин? – парень загородил мне выход. – Он что-то сказал? Сделал? - Нет, говорю же, всё нормально. - Тогда подними голову и скажи мне это в лицо. Я сделала вдох и… - Рассказывай, - Сехун положил руки на мои плечи и попятил меня назад к дивану. – Садись и рассказывай, - силой усадил. – Сразу, наперёд говорю, что Чонину трудно думать прежде, чем говорить. Возможно, он и не хотел тебя обидеть, просто ляпнул, не подумав. А теперь твоя очередь. Говори, - и присел передо мной, положив руки на мои колени. - Чонин ничего не сделал. - А ты чего-то ждала? - В смысле? - Ну, ты хотела, чтобы он что-то сделал, а он не сделал, так? И ты расстроилась? - Нет, ты меня не понял, - замотала головой. – Чонин тут ни при чём. - Тао? Этот сопляк? Отказался есть твой обед? Нагрубил? – Сехун начал перебирать возможные варианты. - Да нет! - Значит… Я? – он растерянно уставился на меня. – Я виноват? Это потому, что я утром так сказал? Ну, что сплю со своей женой, а потом Чонин вошёл… Чонин не так понял, да? - При чём тут это? – смутилась, вспомнив утреннее пробуждение. - Ну, как при чём? Тебе… тебе нравится Чонин, - Сехун опустил голову и погладил меня по коленке, - а я специально довожу его. - Зачем? Он пожал плечами, продолжая пальцем рисовать на моей коленке инопланетные круги. - Не знаю, мне нравится его бесить, - признался Сехун. - А мне не нравится Чонин, - не подумав, брякнула я. – Нет, в смысле, - стала невнятно бормотать после того, как он резко вскинул голову и посмотрел мне в глаза. – Он – хороший человек! Как твой брат, он достойный молодой человек! - Тогда почему ты сказала… - Я имела в виду, что… ну, как парень… Он, конечно, очень красивый и сексуальный и… - лицо Сехуна мрачнело на глазах. – Нет, я хотела сказать, что… Чёрт! – запуталась в собственных мыслях. – В общем, он нравится мне, как человек, - медленно произнесла, - а не как мужчина, - наконец-то нормально сформулировала поток бессвязных мыслей. - Я извиняюсь за грубость, но… Ребёнка форточкой надуло? - Нет… Так получилось… - взгляд уткнулся в собственные сложенные руки. - Без чувств? Какие чувства? Да я почти ничего не помню! И промолчала. - Я знал, что в наше время молодёжь сильно не заморачивается, - он легонько хлопнул ладонями по моим коленкам и встал, - но чтобы так… Я был уверен, что чувства есть. Странные какие-то, неправильные, но есть, - он искоса посмотрел на меня. И в груди кольнуло. - Отношения без чувств – сплошь и рядом, - подняла на него взгляд. – Тебе ли не знать, Сехун? - О чём ты? – он напрягся, застыв с пиджаком в руке. - Я-то хоть не обманываюсь, - хотелось сделать ему так же больно, как мне секунду назад, - я знаю, что чувств нет и не может быть. И не прошу, не вымаливаю. Наверное, гордость, хоть капля, но всё же есть во мне. Да, я переспала с твоим братом один раз. Да, это было без любви. И – да, этого больше не повторится, - встала и произнесла, твёрдо глядя ему в глаза. – Ты же бежишь по первому зову к той, которой ты не нужен. Он пару раз непонимающе моргнул. - Я не осуждаю, кто я такая? Это твоя жизнь. Но не тебе меня упрекать за доступность, - сказала и прошагала мимо с каменным лицом. От нежности до обиды разгон в минуту. А как хорошо всё начиналось… - Чимин! – Сехун крикнул вдогонку. Я звучно хлопнула дверью своей комнаты. Только-только начала забывать о том, что умудрилась «нагулять» ребёнка, как последняя шлюха, но Сехун умудрился мне об этом напомнить. - Чимин, - он тут же появился на пороге. – Я что-то не то сказал? При чём тут моя жизнь? При чём тут… - Ни при чём, - бросила через плечо, отвернувшись к окну. – Проехали. - Нет уж, - завёлся Сехун. – Я хочу знать, что ты имела ввиду, говоря, что я доступен? - Всё! Я больше не хочу об этом говорить! - А я хочу! – резким рывком развернул меня к себе. – Поподробнее, пожалуйста. - Подробнее? У меня – Чонин, у тебя – Соин. Ещё вопросы будут? Сехун нелепо открыл и закрыл рот, словно собираясь что-то сказать. - Вот и всё. Получил объяснение? Можешь идти, - кивнула на дверь. - Ты ничего не знаешь… - сглотнул он. - Да. И ты ничего не знаешь, поэтому… - Я понял, - и, не сказав больше ни слова, вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. - Мы ужинать сегодня будем? – на пороге материализовался Тао, где-то в районе восьми вечера. - Холодильник полный, - ответила, закрывая детскую книгу волшебных сказок. - Вы поссорились? – Тао кивнул в сторону, явно намекая на зал, в котором яростно вбивая клавиши в самые недра, колотил по клавиатуре Сехун. - Нет. - Да ну? У вас одинаковое обиженное выражение лица, - он укоризненно покачал головой. - Ничего особенного, - раскрыла книгу на нужной странице. – В холодильнике салат, колбаса, вчерашние макароны. - Ты с ответа не спрыгивай, - Тао шагнул в комнату. – Он что-то на ребёнка сказал? – прищурился. - Просто иди ужинать, - вздохнула. - Значит, на ребёнка, - набычился Тао. - Не лезь. - Угу, - кивнул он и направился прямиком в зал. - Тао! – вскочила с кровати. - Язык распускаешь? – с порога зашипел он на Сехуна. – Живёшь тут на птичьих правах и думаешь, всё можно? - В «брата» решил поиграть? – Сехун оторвался от клавиатуры. – Мы с Чимин уже разобрались. - За себя Чимин сама постоит, а вот ребёнок пока высказаться не может, - процедил Тао. - При чём тут ребёнок? - Не дай Бог хоть одно плохое слово в его сторону, хоть один косой взгляд, - пригрозил парень, - и я плюну на тебя и твоего отца и сравняю с землёй. И столько звенящей ярости в его словах, что мне даже и не смешно было ни капли. Думаю, и Сехун это почувствовал, раз ответил: - Не волнуйся, я знаю. - Вот и прекрасно, - Тао смерил его тяжёлым пристальным взглядом и отвернулся, пройдя мимо меня сразу на кухню. Мы с Сехуном неловко переглянулись, и я ретировалась к себе. Белый друг ласково раскрыл мне свои объятья, позволяя освободить желудок от суточной нормы пищи. Первый час ночи, а я на своём посту – возле унитаза. - Выпей, - дверь скрипнула, и перед лицом появился стакан, пахнущий лимоном. Поморщилась, но послушно выпила. Вода внутри меня забулькала, заурчала. И попросилась наружу. Сехун одной рукой придерживал выбившиеся из маленького хвостика волосы, а второй поглаживал по спине. - Всё хорошо, всё хорошо, - приговаривал он. – Сейчас станет легче, сейчас… Я умылась и снова села на пол. Стало легче. Может, от того, что желудок был уже пуст, а может из-за того, что Сехун сидел рядом и что-то шёпотом бормотал о том, как однажды в деревне у бабушки за ним погнался петух и клюнул его прямо в попу. С тех пор он не любит птиц. - Мне лучше, пошли спать, - встала с пола. Меня немного бил озноб и хотелось лечь, поджав под себя ноги. - От зала ближе к туалету… - сказал Сехун. - Да, - сонно кивнула и щёлкнула выключателем, погружая квартиру в темноту. - Тогда пошли, - он нащупал мою руку и, легонько сжав пальцы, потянул за собой. - Сехун, - замерла на пороге зала. - Ничего такого, - заверил он. – Я… я расскажу тебе про Соин, идём. И так ласково просит, зараза, а спать так хочется, и эта слабость… - Ложись, - откинул одеяло, приглашая в свою постель. - Тао будет кричать, - вздохнула. - Завтра, а сегодня – ложись, - сел на диван и потянул меня за руки к себе. Я, практически не сопротивляясь, улеглась рядом. Он заботливо укрыл меня одеялом. - Ты спишь? – прошептал спустя пару секунд. - М? - Давай я тебе в следующий раз про Соин расскажу? Так спать хочется… - Угу… - подтянула к груди колени. Этот запах – чужого мыла, кожи, духов, полностью отключал мысли, погружая меня в бездну снов. - Просто… Если бы… Если бы кто-то сказал, - слышалось мне где-то на периферии, - что будет любить и ждать меня, и я могу прийти в любой момент, я бы больше не бежал к той, что выделяет мне крохи своего внимания… А ты, Чимин, смогла бы меня любить? Нет, наверное… - последнее, что я услышала перед тем, как окончательно провалиться в сон.