Массаж от ведьмака

Вовка нарезал круги по квартире, мечась от холодильника к телевизору. Мозг, который отказывался соображать, казалось, был взят в плен другим довольным недавним раскладом органом. Парень сам себя не узнавал. Несколько суток он совсем мало спал, но энергии в нем было столько, что хватило бы группе студентов перед сессией. Сеанс у пресловутого массажиста Вовка теперь всеми силами старался забыть, но воспоминания вновь и вновь всплывали в его голове пикантными, яркими картинками. К тому же случившаяся Содомия навлекла его на мысли, которых раньше в голове и не бывало. Причину своего пониженного интереса к женщинам парень никогда не искал в склонностях к мужеложству. А тут, как говорится, сам черт бы задумался! Вот и Вовчик начал запоздалый путь к сексуальному просвещению. И первой станцией для птенца стал сайт «Горячие парни». Обилие стройных, спортивных, худощавых, крепких тел, мелькавших на экране, смущало и смутно влекло. А уж когда парень случайным щелчком мыши включил видео крайне непристойного содержания, сердце и вовсе пропустило несколько ударов. Конечно, Вовка родился не в дебрях Амазонки, а потому имел теоретическое представление, как ЭТО делают геи. Но одно дело представлять себе процесс чисто гипотетически, другое наблюдать воочию, как один мужчина вставляет свой большой «ствол» в не самую тугую «нору» порноактера. Как завороженный, Вальдемар наблюдал за четкими движениями гордо стоящего поршня. Этот актив-брюнет ему вдруг смутно напомнил Артура, то ли широкими ладонями, то ли крепкой комплекцией. И воспаленный новыми картинками мозг тут же «подложил» Вовчика на место стонущего пассива. Горячая волна желания охватила напрягшийся живот и хлынула в пах. Вовка, раздвинувший пошире ноги, куснул губу и, преодолев последнее препятствие совести, сжал ладонью крепчающий член. «Докатился», - пронеслось в пустующей голове. Рука тем временем плотно сомкнулась на влажном приборе и начала привычные ритмичные движения. Картинки, мелькавшие перед его глазами, смешивались с воспоминаниями и фантазиями, рождая такой дикий коктейль, что Вовка невольно постанывал в голос. Кульминация обещала быть немыслимо сладкой, если бы не внезапно раздавшийся звонок телефона. Вовка нервно дернулся и чуть не снес стоящую на столе кружку кофе. Номер был незнакомый. - Да, - голос еще дрожал, напоминая о недавнем удовольствии. - Владимир? Это Артур. Парень хлопнул крышку ноутбука и принялся возвращать обратно в штаны высунувшийся член, будто Артур и правда мог увидеть, чем он собственно занимается. - Я слушаю, - выдавил из себя Вовка. - Вов, ты не пришел на сеанс, - пауза как-то неприятно затянулась. – И я тут подумал, что обидел тебя чем-то. Вовчик медленно досчитал до десяти, стараясь справиться с неимоверным волнением. - Ты извини, если что… Я правда не хотел обидеть. И еще.. Я тут подумал, может мы встретимся где-нибудь, посидим… Недавний клиент Артура не дослушал, нажав на сброс вызова. «Трус», - стучало в голове. Еще через секунду Вовчик и вовсе выключил телефон для большей убедительности, сунув его под подушку. То, что Вовка оборвал все связи с Артуром, однако, никуда не дело общую заинтересованность в собственной ориентации. А потому, промучившись несколько дней, парень решился на отчаянный и весьма неожиданный поступок. Вовчик зарегистрировался на сайте гей-знакомств. Заполнение дьявольской анкеты потребовало немало стойкости и выдержки. Но то были еще цветочки, в сравнении с теми сообщениями, которые посыпались на парня после регистрации. Владимир с ужасом мог констатировать, что восемьдесят процентов «проживающих» на сайте ищут либо кому всунуть, либо того, кто всунет. А так как играть в игру «входит и выходит», подобно ослику Иа, Вовка настроен не был, особой популярностью он и не пользовался. Правда, нужно признать, парню удалось свести некоторые знакомства. Так другом молодому первооткрывателю стал некий Pasha. Павел был двадцатилетним парнем нрава открытого, разговорчивого и по-юношески несдержанного. Вовчика он как-то уж слишком скоро взял в оборот и спустя две недели их ежедневного общения в сети уговорил посетить злачное место, называемое в простонародье гей-клубом «Ритм». Сие важное событие Владимир напряженно обдумывал несколько суток. И все-таки решился, по привычке поддавшись влиянию. День нового гомосексуального этапа с самого утра не заладился. Во-первых, на работе все мысли были посвящены предстоящему грехопадению, потому даже привычное сочетание «член КПСС» навевало юноше небесно-голубые ассоциации. А, во-вторых, придя домой, Вовчик с ужасом констатировал, что ему абсолютно нечего надеть на предстоящее мероприятие. Обращения к гуглу «что надеть гею?», «что модно у геев?» не дало достойных результатов. Потому выбор пал на неприметный набор из черной футболки и джинсов. В таком скромном антураже Вовчик, по крайней мере, ощущал себя комфортно, что при общей застенчивости было уже неплохо. С Пашей парень встретился прямиком у стен «Ритма», к зданию которого явился на полчаса раньше, как уже было сказано, жутко не любя опаздывать. Эти тридцать минут показались Вовчику персональным адом. Он с трудом поборол желание позорно смыться, видя движущийся в сторону клуба контингент, к тому же его одиноко жмущаяся фигурка привлекала слишком много ненужного внимания. Наконец, отщепенец распознал в толпе знакомую по фото физиономию Павлуши, и они вместе двинулись в «жерло похоти и разврата». Пашка оказался человеком-юлой, разговаривающим со скоростью сто слов в минуту, сыплющим шутками направо и налево и все намеревающимся ускользнуть от занудливо скромного Вовчика. - Крутой, да? – Пашка беззастенчиво тыкнул пальцем в проходящего мимо парня. - Угу, - отозвался Владимир, хотя прошедший мимо представитель сексменьшинств не показался ему хоть сколько-нибудь привлекательным. Да и вообще от снующих вокруг парней за версту тянуло какой-то искусственностью. Наш герой всегда чувствовал себя неуютно в людных местах, выбирая самый темный угол, куда можно забиться от посторонних взглядов. А в гей-клубе таких взглядов было много: оценивающих, заинтересованных, равнодушно брошенных, озабоченных, унижающих… Пока двое парней двигались через танцпол к столикам, Вовчика к тому же успели приобнять, ущипнуть и толкнуть, что окончательно выбило твердую почву из-под ног. Наконец, к нескрываемому удовольствию, они все же добрались до диванов, расположенных рядом с трясущими поджарыми ягодицами танцорами. - Ну как тебе здесь? – Пашка вольготно развалился на вишневой обивке. - Классно, - с трудом откликнулся Вовка. Пашка, соблазнительно тряхнув блондинистой челкой, уставился в танцующую толпу. Он был по-столичному симпатичен. Этакий приторный мальчик с чуть морковным загаром, стройным тельцем и поблескивающей в свете софитов сережкой в ухе. То и дело облизывающий розовые губы, посасывающий трубочку от коктейля, он вызывал в Вовчике отторжение, ставя под сомнения саму идею похода в клуб. Не прошло и пятнадцати минут их молчаливого сидения за столиком, как Вовка заметил приближающуюся к ним стайку альфа-самцов. Самцов было двое. Первый, явно постарше, коренасто спортивный, был коротко острижен. Второй длинноволосый напоминал сахарного металлиста благодаря длинным ухоженным волосам и дорогой одежде. Подошедшие, не спрашивая разрешения, уселись по обе стороны от приютившихся на диване парней. Вовка, воспитанный в традициях интеллигентной семьи, чуть было не задохнулся от возмущения, когда колено коренастого плотно уперлось в его худощавую ногу. Нарушение личного пространства угнетало, порог отсутствия комфорта был превышен в несколько раз. - Я Саша, - представилось «колено». – Чего скучаем? Саши было слишком много. Он быстро говорил, насыщено пах и все подливал смутившемуся Вовчику виски. Разговор по-прежнему не клеился, но с высокоградусным напитком с плеч начинало сходить зависшее напряжение. Владимир теперь посмеивался над сальными шуточками, и колено не так уж сильно его раздражало. Пьяная пелена рождала веселье, язык развязывался, и глаза блестели от накатывающего удовольствия. Очнулся Вовка только, когда заметил, что металлист Ден с Пашей перешли к более активным действиям. Они целовались, норовя облапать друг друга руками. К ужасу Владимира, Саше тоже захотелось интима, и он бесстыдно опустил свою лапу на невинную ногу юноши. Бедный парень растерялся от такой наглости, не в силах двинуться с места. Отсутствие сопротивления было по-своему воспринято расхрабрившимся Сашей, и он, минуя юношеские щебетания, полез целоваться. Оттолкнуть его худенькому Вовчику удалось не с первой попытки, потому пьяный вкус нежелательных губ он ощутил в полной мере. Благо парня не стошнило от такого напора прямо на месте. Уронив что-то с клубного столика, сильно толкнув сидящего рядом Пашу, Вовка пулей рванул в туалет, желая уйти от ненавистной компании. Под звук струящейся в кране воды Вовчик медленно приходил в себя. Его все еще потрясывало от отвращения. Вместе с ощущением того, что он совершил огромную ошибку, пришла предательская жалость к самому себе. Вывалившись из дверей туалета, он безвольно потек к барной стойке, преследуя цель затопить в алкоголе внезапную тоску. Но мудрые люди знают, что спиртное не всегда повышает настроение, зато с удовольствием толкает на необдуманные поступки. Вот и Вовчик, осушив второй коктейль, пришел к мысли, что ему необходимо увидеть Артура, дабы развеять все поселившиеся в юношеской голове сомнения. Он вдруг мысленно обвинил массажиста во всех мыслимых и немыслимых грехах, считая, что именно ведьмак повинен в его несложившейся личной жизни и недавнем гомосексуальном поцелуе. «Артур, забери меня отсюда». Сообщение отправилось в смсное небытие под гулкие удары юношеского сердца. Ведьмак перезвонил через минуту, и Вовчик тут же рванул к коридорам, выискивая более тихое место для разговора. - Алло, - щебетнуло полупьяное недоразумение. - Что случилось, Вов? – голос Артура был устало сонным, и где-то на периферии сознания Вовчик со стыдом подумал, что разбудил мало знакомого человека в два часа ночи. - Ты не мог бы забрать меня? – заклянчил, заплетаясь, язык виновника. - Откуда? – у Вовки мурашки ползли от сексуального голоса горячего массажиста. - Из клуба «Ритм», - выдохнул он, силясь справиться с нахлынувшим наваждением. Ответом юнцу было молчание, но Вовка, казалось, слышал все не поддающиеся цензуре выражения, которые проносятся в голове массажиста после оглашения столь нескромной просьбы. - Через полчаса буду, - наконец, односложно бросил Артур и отключился. Вовчик едва не взлетел, окрыленной собственной смелостью и предвкушением скорого свидания с человеком, который столь долгое время занимал его воображение. Судьбоносные полчаса прошли за вливанием очередной порции коктейлей. - Мне повторить, - кивнул Вовчик чуть заплетающимся языком симпатичному бармену. - Дома повторишь. Артур опустил руку рядом с нетрезвым бывшим клиентом, и Вовчик невольно как загипнотизированный уставился на него. «Как можно быть таким охренительным?» - пронеслось в голове у начинающего алкоголика, без стеснения рассматривающего подошедшего мужчину. Массажист, по-видимому, сильно не загонялся в выборе клубного лука, но выглядел все равно сногсшибательно. Серая рубашка с нескромно расстегнутыми верхними пуговицами оголяла часть смуглой груди. И Вовка отметил, что с удовольствием бы лизнул это открытое взору местечко. Смоляные волосы раскинулись в эстетическом беспорядке, и красивые глаза выдавали теперь всю степень гнева молодого мужчины. -На звонки почему не отвечаешь? – процедил Артур, а Вовка с крайним раздражением заметил, что не только он считает ведьмака притягательным самцом. - Не слышал, - залепетал парень, охваченный одним желанием смыться из этого места поскорее, пока его массажиста кто-нибудь не приватизировал. - Домой едем? – плохо скрывая раздражение, вопрошал ведьмак. - Конечно, - выдохнул очарованный Вовка. Машина у Артура оказалась хорошая, под стать «самому красивому в мире мужчине», как его мысленно уже окрестил нетрезвый Вовкин мозг. Тело удовольствием отзывалось на мягкую обивку салона, а глаза нежил эффектный профиль сидящего рядом ведьмака. Вообще Вовчику сейчас очень хотелось делать глупости: погладить рукой ногу водителя, провести пальцами линию от колена прямиком к паху. От собственных мыслей парню сделалось жарко, хотя он по-прежнему без стеснения разглядывал массажиста. Его восхищал волевой профиль, линия губ, длинные черные ресницы, делающие взгляд особенно выразительным, широкие мужские ладони, которые все еще помнило юношеское тело. Массажист молчал почти до самого дома клиента, только музыка ревела из динамиков. И только когда перед глазами замелькали знакомые контуры Вовкиной многоэтажки, наконец, заговорил. - Вов, я, конечно, понимаю, что поступил некрасиво, когда полез к тебе во время сеанса. «Некрасиво, - думал Вовчик. – Да это один из лучших моментов в моей никчемной жизни». - И я прошу прощения. Но я не подписывался на то, чтобы доставлять тебя ночью из злачных мест в невменяемом состоянии. «Чего?!» – гнев удушливой волной затопил юношеское сознание. - Я думаю, есть еще кто-то, кто может забирать тебя из притона в два часа ночи, - совсем уж грубо завершил обличительную речь Артур. - Еще кто-то?! – Вовка даже не заметил, как перешел на крик. Задетая честь требовала отмщения. – Да, что ты знаешь вообще! Нет у меня никого! И не было никогда! А тут ты… С этим своим массажем. -Вов, - Артур в недоумении уставился на раскрасневшегося парня, слегка касаясь его плеча и силясь успокоить, но Вовка его уже не слышал. - Я не думал, не гадал. А ты?! Я из-за ТЕБЯ в этот клуб поперся вообще. Понять хотел, - слезы от обиды застилали глаза, а поток бессвязных слов все не кончался. – Все думал, гей я, что ли, раз все так у нас получилось? Напряжение последних недель грозилось вылиться в неконтролируемую истерику, если бы Артур не пресек ее прямо на корню, рваным движением накрыв губы парня своими. - Прости, я и подумать не мог, - тихо заговорил Артур, ладонями касаясь изумленного лица бывшего клиента. Вовчик в ответ, как слепой котенок, ткнулся в губы сидящего рядом мужчины. Он никогда не получал столь острого удовольствия от поцелуя и теперь жаждал распробовать. Алкоголь, стресс, схлынувшее напряжение расправили Вовке крылья, и он опьяненный собственной смелостью и открытостью обнял широкие плечи Артура, принимая ласки. От смеси бурливших в крови чувств кружило голову. В динамике рычала вечная Бонни Тайлер Total Eclipse Of The Heart. И Вовка думал, что он пропал, безвольно тая в мощных руках, впервые вверяясь мужскому доминированию. И хотелось отдаться, позволить взять себя. Рука скользнула по напряженной груди массажиста, сжимая и сминая рубашку. От захвата сильной ладони на шее хотелось стонать. Мысли терпели фиаско, тело сводило от жажды секса. Но Артур вдруг разорвал поцелуй. - Что ж ты со мной творишь парень? - прохрипел ведьмак, не убирая хватки с тонкой шеи. - Иди, я завтра позвоню, а то еще секунда и я разложу тебя прямо в машине. Вовка смутился, чувствуя, как сладко болят истерзанные губы и как предательски тяжело в паху от пережитого удовольствия. Домой он не шел... летел! У него теперь точно были крылья…