Массаж от ведьмака

- Это ищешь? - Артур держал в руках связку ключей с забавным брелком, аленкин подарок. Его рука, протянутая Вовке, чтобы тот, наконец, смог оторвать свою худосочную задницу от земли, пришлась как раз кстати. Парень всматривался в ледяное лицо ведьмака и просто поражался его выдержке. Надо было врать, увиливать, что-то придумывать, действовать, в конце концов. Но Вовка уже слишком привык плыть по течению, к тому же нетрезвый мозг не был настроен на глобальные решения больших проблем. Ведьмак, видя, что от тела рядом с ним действий не дождешься, протянул девушке руку: - Я Артур, брат Владимира. -Алена, - девушка смутилась и слегка пожала протянутую широкую ладонь. Вовка замер в некотором ступоре от происходящего на его глазах модернистского спектакля. Немилосердно хотелось заржать, ибо общим у двух новоприобретенных братьев был исключительно пол. Да и то Вовка с горечью мог констатировать, что, в сравнении с Артуром, его вряд ли можно назвать настоящим мужчиной. - Тетя Наташа умерла, - продолжил демон, почти не меняясь в лице, только морщины на переносице выдавали внутреннюю бурю. – Я приехал сообщить. Алена стояла рядом и казалась совсем растерянной, бледной и протрезвевшей. А до Вовки стало доходить, в какую историю он только что вляпался. Он судорожно вздохнул и одними губами прошептал: «Прости». - Нам с Владимиром нужно обсудить некоторые вопросы. Не возражаешь, если я вызову тебе такси? - Да…Конечно. Вова почти не слышал их разговора, безвольно опустившись на лавочку. По-видимому, он выглядел убитым горем, потому что Алена присела рядом и со всей женской чуткостью принялась его утешать. А неудачник смотрел на Артура. Тот уже позвонил, заказал машину и теперь стоял к ним спиной, чужой и такой родной одновременно. Недалеко стоял внедорожник ведьмака, и Вовка проклинал себя за то, что не заметил эту махину. Хотелось сорваться, кинуться к стоящему рядом мужчине, обнять и просить прощения, вымаливать, стоя на коленях, если потребуется. В носу предательски защипало. - Ничего, ты поплачь. Легче станет, - шептала Алена, поглаживая одеревеневшие плечи. – Мы, когда дедушку хоронили, тоже переживали. Но батюшка сказал… Тут Вовка не выдержал… Хохот стянул напряженные легкие, выбрасывая всё скопившееся непосильным грузом напряжение. Он смеялся с каким-то сумасшедшим упоением сквозь застилающие глаза слезы. Алена испуганно отшатнулась и теперь смотрела на него с ужасом. Это было настоящее, внезапно накатившее безумие, которое, к счастью, прекратилось с приездом такси. Желтые, рвущие темноту фары, подействовали на Владимира несколько отрезвляюще. Артур о чем-то говорил с Аленой, провожая ее к машине. И Вовка вдруг подумал, что еще несколько минут назад мог попытаться хоть что-то исправить. А сейчас ведьмак наверняка спросил девушку о характере их отношений и теперь прекрасно осведомлен о двухмесячном непрерывном вранье. Стало страшно и больно наблюдать, как рассыпается карточный домик его новой жизни, уступая место привычному одиночеству. - Вставай, - Артур был зол, теперь парень это отчетливо слышал. И у этого ожесточенного мужчины всё еще находились ключи от вовкиной квартиры. С трудом поднявшись с насиженной лавочки, провинившийся двинулся в подъезд, ставший сейчас для него символическим эшафотом. В подъезде было темно и традиционно пахло кошками. Грязные стены глядели осуждающе, выставляя в лицо Владимиру свои обличительные нецензурные надписи. - Какой этаж? - Восьмой, - пробормотал Вовка, заметив на стене очередную «шлюху», и направился за раздраженным ведьмаком в лифт. Парню в стальном коробе отчего-то стало холодно, и он, сжавшись, наблюдал, как Артур пытается справиться с западающей кнопкой вызова. - Артур, я попробую объяснить. Всё не совсем так, как ты… Первый удар пришелся по касательной и тут же окрасил скулу в розовый цвет. - Я тебя, кажется, еще не спрашивал, - ведьмак с силой вмазал по барахлящей коробке лифта и та, словно испугавшись, позволила конструкции поползти вверх. Вовка держался за покрывающуюся крошечными иголочками боли щеку, с ужасом смотря на широкую спину Артура. Он его ударил. Это мысль вибрировала в висках, посылая всё новые и новые порции страха в вены. Владимир уже забыл, каким липким бывает зарождающийся ужас при виде доминирующего соперника. Лифт остановился, открыв пасть в зияющую пустоту лестничной клетки. Тут же попятившись назад, Вовка вжался в грязную стену замершей коробки. - Артур, я прошу тебя… - Пошли. - Пожалуйста. Ведьмак рванул на себя куртку упирающегося собеседника с такой силой, что тот, запнувшись, чуть было не полетел вниз. Пуговица от кармана с оглушительным звоном ударилась в стену и покатилась в сторону, унося с собой последние надежды на спасение и разумный разговор. Всё та же вовкина, забитая, неуверенная в себе, натура, с вытравленным ещё в школе самоуважением, не позволила ему кричать и просить о помощи, пока Артур подрагивающей рукой справлялся с дверным замком. Он только, молча и теперь почти равнодушно, ждал, что этот опасный мужчина распорядится его жизнью. Но пелена безразличия слетела ровно в тот момент, как они переступили порог квартиры. Ведьмак одним мощным толчком вжал сопротивляющегося хозяина в стену. - Развлекся? - прорычал он сквозь стиснутые зубы, еще раз встряхивая слабое худощавое тело в своих руках. - Артур, я не хотел, чтобы так вышло, - лепетал, заикаясь Вовка, накрывая сжимающие ворот его куртки руки. - Не хотел? А чего ты, сука, хотел?! - стягивая с тонких плеч куртку, шептал, наклонившись к перепуганному лицу ведьмак. - Я не хотел врать тебе, - жалобно всматриваясь в искаженное злобой лицо, отвечал Владимир, его теперь ощутимо потрясывало. - Ты два месяца… Два чертовых месяца ты трахал мне мозги, - вливая в вены новую порцию страха цедил сквозь зубы Артур, опершись руками в стену по обе стороны от сжавшегося парня. – И, блядь, теперь я требую реванша. Вовка, чувствовал, что тело его подводит. В тюрьме расположенных по обе стороны от него ладоней накатывало отупение. Ведьмак довлел над ним, нависал, вытряхивая весь кислород из легких. В голове стоял туман, и почему-то ныло плечо, наверное, в первый раз он именно им приложился. - На колени. Парень поднял глаза на отошедшего на шаг Артура, силясь уловить сказанное. Но переварить произнесенное ему не дали, руки резко дернули пошатывающуюся фигурку вниз. Центр тяжести боли теперь переместился на колени, грохнувшиеся об пол. До Вовки стало доходить, что действительно творится, только когда Артур расстегнул пальто и потянулся к ремню на брюках. Парня от одной только мысли тряхнуло от ужаса, он тут же дернулся и попытался было оттолкнуть стоящего рядом мужчину. Ведьмак ударил его второй раз, опять по лицу и снова вполсилы. Но этого Вове хватило, чтобы зарыдать, без слез, сухими содроганиями грудной клетки. Не так он себе представлял первый секс в руках по-прежнему желанного мужчины. Раздирать все сомнения, все предубеждения по поводу минета в садистских руках насилия было оглушающе отвратительно. - Нет.. нет, нет, - без умолку отзывался бледный, забитый парень, и голос то срывался до высоких нот, то уходил в совсем сиплые. – Я не буду, не буду… Пожалуйста. - Ты будешь, сучоныш, еще как будешь, - зверел Артур, опрокидывая причитающего парня на пол и зажимая шею железной ладонью. Ведьмак терял контроль. Это было видно и по налитым кровью глазам, и по движениям, которые становились все беспощаднее. Он разодрал рубашку на теле извивающегося парня, открыв покрытую красными пятнами бледную шею и грудь. Никогда еще Вове не было так страшно. Пытаясь защититься, он как-то неловко прикрывал себя руками, хватая ртом ускользающий воздух. Но ведьмак не видел ни посиневших губ, ни трясущегося тела. Мужчина методично избавлял тонкого парня от одежды, пресекая на корню слабые попытки вырваться. Когда воздух коснулся обнаженных ягодиц, Вовка закричал. Это был срыв. Он кричал оглушительно, с силой пиная ногами и разбрасывая руки в стороны. В глазах плескалось безумие, первобытная паника. Дрожь переходила в настоящие конвульсии, а крик всё рвал и рвал тишину уснувшей многоэтажки. Ведьмак ударил его в третий раз, а потом сжал в тиски, обнимая и сковывая. - Тише, тише. Всё, - шептал Артур, но Вовка не слушал, увлеченный металлическим привкусом крови во рту. Парень теперь пошатывался из стороны в сторону в трансе, силясь совладать с колотившей его паникой. - Отпусти, - встрепенулся он, наконец, и как только чужие руки перестали его держать, отполз в сторону. Артур так и сидел на полу, закрыв руками лицо. Его пальцы тоже подрагивали на взмокших от напряжения висках. Через минуту он поднялся, слегка опираясь на стенку, и двинулся к двери. - Надеюсь это того стоило, - проговорил мужчина, остановив на парне потерянный, остекленевший взгляд. Дверь захлопнулась, и Вовка завыл, сжимаясь на полу от раздирающей боли. Та поднималась откуда-то изнутри, нашептывала, стенала, пела об одиночестве. Но сколько бы он не пытался жалеть себя, отчего-то не получалось.