Some girls are built for speed

После всё становится смутным и неясным. Фрэнк помнит, как он пытался поцеловать Джерарда, а затем блевал в туалете, пока Джамия придерживала его волосы, а Эмма подбадривала его, потому что у него была прекрасная цель не попасть мимо сиденья унитаза и у него это получилось. Он также помнит, как рассказывал Джамие о Джерарде и как плакал у неё на плече, прежде чем попытаться вылезть из окна ванной комнаты, чтобы покинуть вечеринку. Когда Фрэнк возвращается в бар, у него изо рта воняет блевотиной, Джерарда нигде не видно, а какая-то девушка покупает ему напиток, на вкус напоминающий мочу с клубникой. – Мне кажется, он уехал домой, – отвечает Эллон Уилз, когда Айеро спрашивает о Джерарде у своей команды. – Не было похоже, что ему было весело. Фрэнк выпивает ещё два напитка из мочи и клубники, прежде чем решить, что ему хватит и что он должен отправиться домой, пока он ничего не натворил. Но сначала ему нужно опустошить свой мочевой пузырь, а затем найти Джамию и Педикона и спросить, отвезут ли они его обратно Бельвилль. Он не осознаёт, что находится в мужской уборной, пока не начинает справлять свою нужду в один из писсуаров, высоко задрав юбку. Он поднимает взгляд от своего члена, думая, что, может быть, стоило сделать это в женском туалете, спрятавшись в кабинке, а не у всех на виду, но всё вроде нормально, потому что никто его тут не знает. Но затем он замечает двух парней, уставившихся на него. Один из них поправляет свою причёску, что делает его растрёпанным настолько, насколько это возможно. Фрэнку приходится хорошенько к нему присмотреться, чтобы увидеть его лицо. Это Майки. Тот Майки, который брат Джерарда. – И как давно ты парень? – спрашивает Майки, откидывая голову на стену и закрывая своей причёской рисунок пениса. – С рождения, наверное? – отвечает Фрэнк, пытаясь сохранять спокойствие. Он правда надеется, что это всё галлюцинация и что ему просто мерещится этот разговор. Он натягивает обратно своё нижнее бельё и поправляет юбку. – Ты забыл свой блокнот в баре, – говорит Майки, вытаскивая его из заднего кармана своих джинсов. Он оставляет его на раковине и направляется к двери. – Я думал, он тебе понадобится. Фрэнк не знает, что ему нужно сделать. Он мог бы пойти за Майки и извиниться за то, что врал его брату, но сейчас точно не самое подходящее время или место. К тому же он недостаточно трезв, чтобы здраво осмыслить ситуацию. Он хотел бы поговорить с Джерардом, когда не будет пьян в стельку; объяснить ему всё и надеяться, что он поймёт. Так было бы лучше для всех. Дверь открывается, и в туалет заваливается какой-то парень, протискиваясь мимо Майки. Он осматривает Фрэнка с головы до ног, прежде чем достать свой член из штанов и помочиться на свою собственную обувь. Сейчас, кажется, самое подходящее время свалить отсюда и найти Джамию. Ему нужно рассказать ей об этом. * Следующим утром Фрэнк просыпается с худшим похмельем за всю его жизнь. Его голова пульсирует так сильно, что ему приходится скатиться с кровати и ползком добираться до ванной. Он желает умереть по крайней мере три раза, прежде чем наконец оказывается у зеркала, чувствуя рвотные позывы и боль в животе. Его не покидает ощущение, что его мозг собирается вытечь через нос; как будто вчерашний алкоголь превратил все его жизненно важные органы в жидкое состояние. Единственное, что Фрэнк хочет сделать, помимо того, чтобы умереть, – это напрочь забыть вчерашний вечер. Может, если он целый день не будет вылезать из-под одеяла, то всё станет лучше. Только вот это не сработает, и он знает это. Фрэнк снова ложится спать и просыпается уже после полудня. Он собирается вернуться ко сну, когда вспоминает, что ему нужно показаться на тренировке, а затем у него длинная ночная смена в магазине. Как раз то, что ему нужно, чёрт возьми. Сегодняшний день, кажется, будет самым долгим и худшим днём за всю жизнь Фрэнка, и это ещё мягко сказано. Всё становится ещё хуже, когда он появляется на катке за полчаса до начала и находит его пустым. Фрэнк выходит на улицу, думая, что, может, девушки взяли перерыв, чтобы покурить, или разговаривают на парковке, но кроме его машины на парковке находится только машина Джамии. Никто из остальных больше не пришёл. Ну, или они просто опаздывают. Джамия сигналит ему и подзывает подойти. – Ты всё испортил, – говорит она, когда Фрэнк плюхается на пассажирское сиденье. Если Джамия не имеет в виду что-нибудь другое, то она знает о том, что произошло с Майки вчера ночью. Фрэнк помнит, как он светил своим членом перед братом Джерарда в мужском туалете. Теперь, когда он трезвый, это ещё унизительней. – Я всё испортил, – повторяет парень. Джамия грустно вздыхает. – Ты правда, правда сделал это. – Это одна из причин, почему я не хотел начинать всё это. Ты же знаешь, что из меня ужасный обманщик, – протестует Фрэнк. Не только он один виноват в том, что произошло. Ответственность за это должна быть и у его подруг тоже. Также Фрэнк мог бы обвинить смехотворное количество алкоголя, которое он выпил вчера. Если сомневаешься, всегда вини выпивку, раньше было девизом Джамии. – Думаю, ты не понимаешь, насколько всё испортил, – добавляет девушка, протягивая руку к задней стороне шеи Фрэнка. Её пальцы проходятся по его волосам, и Фрэнк на целых две удивительных секунды забывает, что у него всё ещё болит голова. – Ну и насколько по шкале от одного до десяти? – спрашивает парень, когда Джамия возвращает свою руку на руль. – Шкала сломается. Тебя выкинули из команды, а мы отстранены от участия на две игры. Мы убедили судей не наказывать нас слишком жестоко. Теперь нам нужно просто собраться и найти новичка, чтобы заменить тебя. Это хуже, чем Фрэнк думал. Он никогда не предполагал, что у девушек могут быть серьёзные проблемы из-за чего-то такого дурацкого. Он просто сходил не в тот туалет, ради всего святого. – Дерьмово. – Ага. По-видимому, кто-то рассказал о тебе, и это дошло до команды судей. А у них не самое лучшее чувство юмора. Прикинь, да? – бормочет она, пожимая плечами. – Господи, мне так жаль, Джам. Наверное, это был брат Джерарда. Как бы ни было больно это признавать, Майки – единственный человек, который мог это сделать. Скорее всего, Джерард тоже уже знает. И он точно в ярости. – Всё в порядке, милый. Всё равно это было весело, – говорит Нестор, стаскивая у Фрэнка пачку сигарет из кармана его худи. – В любом случае, это не твоя вина. Не нужно было заставлять тебя. Она прикуривает одну сигарету и возвращает пачку туда, где нашла её, прежде чем открыть окно со своей стороны. – Я знала, что из-за этой фигни с Джерардом мы попадём в неприятности, – выдаёт девушка, выпуская облако дыма в сторону Айеро. – Это не его вина. Фрэнк не может понять, почему Джамия так ненавидит Джерарда. Это же не он врал Фрэнку всё это время. Айеро действительно нужно было рассказать ему всё вместо того, чтобы трусливо избегать его. – Наверное, нет, – практически шепчет Джамия. – Мне нужно идти, – объявляет Фрэнк, расстроенно опуская плечи. Может, ему удастся поспать ещё часик перед работой. А может, ему стоит прикинуться больным и побыть дома пару дней. – Ты можешь покататься со мной, если хочешь. Каток будет пустым до шести. Фрэнк морщится. Такое ощущение, что его тело побывало в стиральной машине. Его голова болит, и живот всё ещё напоминает о том, сколько раз его тошнило вчера вечером и сегодня утром. К тому же он не уверен, подходящее ли сейчас настроение для того, чтобы кататься. Он скорее утопал бы в жалости к самому себе по крайней мере с неделю. – Я должен вернуться домой и умереть, – говорит Фрэнк, откидывая голову на подголовник и наблюдая за двумя чёрными точками, танцующими в поле его зрения. – Похмелье все ещё не прошло? – А ты не видишь? – А всё потому, что ты пил на пустой желудок, тупица, – говорит Джамия, пихая парня в плечо и заставляя тем самым подскочить на сиденье. – Вот посмотри на меня. Я чувствую себя сегодня потрясающе. – У них были только хот-доги и гамбургеры, Джам. Я бы лучше, блять, сдох, чем ел это. – Фрэнк может быть лжецом и мошенником, но у него всё ещё есть некоторые принципы. – Как насчёт пиццы сейчас? Пицца – это идеальное лекарство для жуткого похмелья, – предлагает Джамия с кривой улыбкой. – Что-нибудь с кучей грибов. Она права. Пицца никогда не может быть плохой идеей, а у Фрэнка ещё два часа до работы. Ну, если он решит пойти туда. – Да, отлично, – бормочет Айеро, прежде чем перекинуть сумку со снаряжением, которое ему больше не понадобится, на заднее сиденье. Он чувствует прилив грусти, когда видит ролики Джамии на полу за её сиденьем. Как они умудрились испортить всё так быстро? * Телефон Фрэнка полон злобных сообщений от людей, которых он даже не знает. Только сообщение от Эллон Уилз, которое невозможно назвать злобным, потому что она плачет и Фрэнк не слышит ничего из того, что она говорит. Также Фрэнк находит сообщение от Джамии, в котором она извиняется, что поставила Фрэнка в такое положение, и приглашает его прийти после работы на каток и поговорить с девчонками. Так как Фрэнк не хочет заниматься ничем из этого, он решает удалить все голосовые сообщения, выключить телефон и притвориться, что всё хорошо. Он больше не в команде по роллер-дерби, и это нормально. По крайней мере, ему больше не придётся притворяться Фан Гоул. Было довольно тяжело справляться со всей той ложью, и то, что это закончилось, определённо к лучшему. Фрэнк всё ещё хочет кататься с Джамией, но, может, ему стоит подождать, пока всё хоть немного уляжется; пока всё не станет так, как было до того, как он присоединился к «Королевам Разрушения». Никто не говорит, что он не будет скучать по этому. Господи, блять, Боже. Он уже скучает по ощущениям, которые приносили игры, а прошло всего два дня. Что раздражает Фрэнка даже больше этого, так это то, что он разрушил всё, что у него могло быть с Джерардом. * Фрэнк не думает, что Майки стал бы причиной его раскрытия. Он казался действительно классным чуваком; такие не разбалтывают всякую чушь ассоциации по роллер-дерби. Фрэнк даже не уверен, как Майки выяснил бы, с кем ему нужно поговорить. Единственное объяснение заключается в том, что информация дошла до судей от Лин Зоид. Если подумать, из этого только она могла извлечь выгоду, хотя вообще-то Джерард тоже мог бы сделать это, чтобы отомстить Айеро. Без Фрэнка у «Королев Разрушения» нет таких же шансов выиграть предстоящие игры. – Она могла бы так сделать, – говорит ему Джамия на следующий день, когда они зависают в магазине, сидя на полу на складе с пачкой Доритос, за которую Фрэнк точно заплатил. Гэри убьёт Айеро, если найдёт их здесь в то время, как он должен работать, но, к счастью, у него есть Рэй, который сможет его прикрыть. Фрэнку просто нужен был перерыв, а склад – это единственное место, где можно спрятаться ото всего и всех. – Я знала, что она что-то планировала. То, как она смотрела на тебя. Она хотела, чтобы ты не мешал ей. – Джамия хмурится и запихивает в рот пригоршню чипсов. – Клянусь, я выбью из неё это дерьмо. – Не стоит, – бубнит Фрэнк. – Просто толкни её сильнее в следующий раз, когда у вас будет игра против её команды. «Королевы Разрушения» на самом деле играют с «Персиками с Криками»* через три недели. Фрэнк хочет быть там, чтобы увидеть, как всё пройдёт. Он ни за что не пропустит это, потому что это будет самая сумасшедшая и жуткая игра из всех. Джамия улыбается и заявляет: – Вызов принят. Как думаешь, твой тупица-менеджер будет против, если я съем эту сальсу? Я умираю от голода. – Да нет. Пожалуйста. – Фрэнк правда не думает, что «Pathmark» против того, чтобы они позаимствовали одну баночку сальсы. – По-моему, в этой коробке Сникерсы. Ты должна взять парочку. Знаешь, типа десерт. Джамия наклоняется и целует Фрэнка в щёку. – Мне жаль, что с Джерардом всё вышло так, – говорит она, откручивая крышку с банки и запуская палец внутрь. – Я знаю, что это я во всём виновата, и я правда извиняюсь за то, что натворила. Возможно, я отвратительно вела себя по отношению к вам с Джерардом. Я была полной... – Сукой? Я прощаю тебя. Джамия облизывает сальсу со своих пальцев и сдвигается, пока не оказывается на полу, а её голова не лежит у Фрэнка на бедре. – Он тебе нравится? – спрашивает девушка, глядя своими тёмными глазами прямо в глаза Фрэнку. Айеро терпеть не может, когда она так делает. Как будто она может читать его мысли. Он никогда не может соврать, когда она так делает. – Да, – признает Фрэнк, вздыхая, что делает его ещё более жалким, чем он на самом деле себя чувствует. – Может, тебе стоит попытаться поговорить с ним. Посмотришь, выйдет ли из этого что-нибудь. – Я думал, он тебе не нравится. – Никогда такого не говорила, – возражает девушка, облизывая палец, покрытый соусом. – Я просто думала, что это было плохой идеей, когда ты был в команде, но, как мы уже выяснили, я вела себя как идиотка. Я думаю, что вы были милыми, так что теперь тебе нужно узнать, нравишься ли ты ему по-прежнему. – Не думаю, что он хочет со мной разговаривать, – говорит Фрэнк, пожимая плечами. И он не может винить Джерарда в этом. Он бы тоже не хотел с собой разговаривать.