Потерянная навсегда

POV Аня.

      Только музыка в наушниках не дает сойти с ума от этого непрерывного стука колёс. Уже битый час не могу заснуть, пока парни сладко спят после бессонной ночи. Вновь начинаю смотреть на свою татуировку на левом запястье. Снова прокручиваю в голове воспоминания. Единственное, что я поняла за эти несколько часов пути, так это то, что меня нельзя оставлять надолго наедине со своими мыслями. Они медленно, но верно сводят меня с ума.       Сколько людей смотрят в окно поезда и думает? Много, очень много. Можно сказать, что некоторые люди почти всю жизнь проводят в этих вагонах. Кто-то работает здесь, кто-то путешествует, а кто-то пытается найти себя в этом бесконечном пути. Я даже немного завидую последним, ведь они никому и ничем не обязаны. Эти люди свободны, как птицы. Хотя, чем я сейчас отличаюсь от них? Села в первый попавшийся поезд и уехала. И только воспоминания о парнях будут вечно тянуть меня обратно в Киев.       Отрываюсь от окна и перевожу взгляд на мирно спящих парней. Они такие безобидные сейчас, не то, что всегда. Хотя, они, наверное, про меня тоже самое говорят, когда я засыпаю.       Запрокидываю голову на спинку сидения и закрываю глаза.

Затянись мною в последний раз, Ткни меня мордой в стекло, Дави меня, туши мою страсть — Буду дымить назло… Боль на фильтре грязным бурым пятном — Все, что мне от тебя останется. Урна — мой будущий дом, И вряд ли мне мне там понравится.

      Неожиданный толчок поезда, и я лечу с сидения на пол. Наушники выпадают из ушей.       — Блядь, — не сдерживая эмоций, громко произношу я.       — Девушка, можно припредержать свои эмоции? Здесь же ребенок! — произнёс мужской голос.       — Так-с, парни, я, конечно, понимаю, вам поиздеваться нравится, но какой к черту ребёнок? — поднимаюсь на ноги и перевожу взгляд на противоположное сидение.       К моему огромному удивлению я увидела далеко не парней, а мужчину тридцати лет с маленькой девочкой, что тихо всхлипывала, смотря на проплывающий мимо пейзаж. Мужчина недовольно смотрел на меня.        — А где парни?       — Боже мой! Девушка, какие парни? Вы в своём уме? — твердо спросил он, его слова эхом отдавались в черепной коробке.       На несколько секунд внутри зарождается страх, и я чувствую себя семилетней девочкой, которую за какую-то провинность отчитывает отец.        — Мы едем в этом поезде уже три часа, и всё это время вы спали. Никаких парней здесь и не было! И, ради Бога, прекратите употреблять ненормативную лексику при ребёнке!       — Простите, — осторожно приземляюсь обратно на сидение и машинально вставляю наушники в уши.       Если это очередная шутка парней, то пусть сразу готовят веревку и мыло.

Серым пеплом осыпятся вниз Те мечты, что не сбудутся никогда. Меня вряд ли раскурят на бис. Шанс, если и есть, то один из ста. Тебе травиться никотином моим, Тебе кашлять моими смолами. Выдыхай скорей мой последний дым И закрывай окно, а то холодно.

      Музыка умолкает. Твою мать, только не говорите мне, что… Да я же чёртова Ванга! Плеер разряжен! Я так и знала! И главное, в самый подходящий момент…       Вытаскиваю из ушей наушники и вместе с плеером бросаю их на сидение. Немного помедлив, перевожу взгляд на моих попутчиков. Девчонка лет семи со слезами на глазах поворачивается к отцу. Мужчина смахнул с её щеки слезу.       — Всё будет хорошо. Мы скоро начнем новую жизнь, — с нежностью проговорил он и обнял дочку.       — Без мамы, — вновь слышен всхлип.       — Малыш, мама всегда рядом с тобой. В твоём сердце.       — Она погибла.       — Малыш, хватит плакать. Я сейчас тоже заплачу, и что тогда? Всё, вытирай слезы, — он посадил девочку к себе на колени.       Дочка прижалась в нему, а мужчина отвел взгляд в сторону и начал быстро моргать, дабы не заплакать. Как это страшно — потерять любимых.       Секунда, и мужчина переводит взгляд на меня. Быстро отворачиваюсь к окну. С громким стуком в стекло ударила первая тяжелая капля. Начинается дождь. А вот и ещё одна капля, и ещё. Через минуту дождь уже во всю барабанит по холодному стеклу. Как-то машинально в моей голове воспроизводится прекраснейшая мелодия. (iday — ocean emotion)       Вновь запрокидываю голову на сидение и закрываю глаза.       — Вставать собираешься? — прокричал мне в ухо Ниженко.       От неожиданности подскакиваю на месте. Наушники давно выпали из моих ушей и валялись где-то на полу. По стеклу барабанил дождь, капли соединялись с друг другом в пути и как одно целое продолжали свой бег до самого конца.       И что это было? Воспоминание или сон? Я уже разучилась отличать их.       — Ты меня слышишь? — Тошик вопросительно поднял одну бровь вверх. — Ань, мы в Питере уже, — киваю. — Так, ладно, мне уже это надоело, — хватает меня за руку и тащит за собой из купе.       Сразу же попадаем в толпу людей, которые хотят побыстрее выйти на свежий воздух. Они расталкивают людей локтями, сумками, да чем попало. Их главная цель — выйти из вагона как можно быстрее.       Не долго думая, Тошик тоже начинает расталкивать людей и пробираться вперед. Спустя минуту выходим, ну, как выходим? Вываливаемся из вагона. Начинаю глазеть по сторонам, в то время, пока Тошик продолжает тянуть меня куда-то. Наконец замечаю недалеко от нас парней, они мирно курят, наблюдая за уставшими людьми, что выходят из вагона совсем рядом с ними.       — Я уж думал, что вы решили обратно в Киев рвануть, — улыбнувшись, произнес Женя.       — Так мы за деньгами на обратный билет и пришли, — Тошик усмехнулся.       — Получишь после концерта, — Мильковский выбрасывает окурок на землю и тушит её ногой. — Пошлите ловить такси.       — А куда мы? — мысли наконец-то перестали терзать мой мозг, и я начала понимать, о чём разговаривают парни.       — В отель, — бросил Влад иЮ развернувшись, последовал за Женей и Ромой.       — Может, отпустишь мою руку? — перевожу взгляд на Ниженко.       — Нет, — отрицательно качает головой и, крепче взяв меня за руку, вновь тащит за собой.       Выходим с вокзала. Женя останавливает такси, и, как обычно, у нас возникает проблема.       — Эм, а мне куда? — стою около такси и смотрю на уже усевшихся ребят.       — На крышу, — усмехается Ниженко.       — А если серьезно?       — Тоха же сказал, что на крышу, — Влад зевнул.       — Как скажите, — усмехаюсь и собираюсь захлопнуть дверь, как Тошик хватает меня за руку и затаскивает в салон машины, усадив на свои колени.       Машина тронулась с места.

***

      — Я не буду с ним спать! — возмущенно восклицала я, пока мы шли к нашим номерам.       — Тебя никто и не заставляет с ним спать, — протянул Влад. — Или ты хочешь? — усмехается.       — Дурак!       — Так, у вас в номере две кровати. Спать вместе вы не будете, — Женя открыл дверь своего номера и пустил внутрь двух парней. — Не убейте друг друга. Спокойной ночи, — Мильковский захлопнул перед моим носом дверь.       — Я не буду с тобой ночевать, — перевожу взгляд на, открывающего дверь, Тошика.       — Как хочешь. Всегда же есть элитное место под дверью на коврике, — усмехается. — Ты идёшь?       — Я посплю на коврике.       — Спокойной ночи и приятных снов, — заходит в номер и закрывает за собой дверь.       Ну и пожалуйста. Переночую на коврике. Подхожу к двери и облокачиваюсь на неё. Вскоре сползаю на пол и усаживаюсь пятой точкой на коврик.       Но не прошло и пяти минут, как дверь открылась, и я упала спиной на пол. Тошик смотрел на меня сверху вниз. Впрочем, как всегда.       — Пошли, — улыбается.       — Я не пойду, — складываю руки на груди.       — Это был не вопрос, — хватает меня за талию и затаскивает в комнату, волоча по полу.       Закрывает на ключ дверь и плюхается на одну из кроватей.       — А где мне спать?       — Глупый вопрос, — хотя, да, я согласна с ним. — Конечно же на балконе.       — Ниженко!       — Ну если ты так настаиваешь, то ложись рядом, — усмехается.       — Ты не исправим.       — Никто и не пытался исправить, — улыбается.       — Из этого ничего не выйдет, — ложусь на соседнюю кровать.       — Ань?       — Мм?       — Спокойной ночи. Пошлых снов, — усмехается.       — Иди знаешь куда?       — К тебе?       — К Владу.       — Хм, а я не против, — улыбается.       — Спокойной ночи, Ниженко, — закрываю глаза и поворачиваюсь на другой бок.       — И чего ты боялась?       — В смысле?       — Спать со мной в одной комнате?       — Ну знаешь…       — А ты хотела?       — Нет!       — Ну и ладно.       Замолкаем. Дождь продолжает барабанить по стеклу. Через несколько минут парень заснул, а я так и осталась лежать и смотреть в потолок.

***

      Женя уже поёт последнюю песню.

Снова я выхожу из дома, В любую погоду вокруг меня тучи. Люди кидают свои взгляды, Но мне вообще пофиг, кто из нас лучше.

      Такси уже ждет у черного входа. Если мы опоздаем на поезд, то это полный провал.

***

      — Так, Ань, ты едешь в другом вагоне, — Женя протянул мне билет.       — Мы к тебе придем, не бойся, — усмехнулся Тошик и зашел в поезд за остальными.       Кто победитель по жизни? Верно, я победитель по жизни! Чёрт, и где это вагон? На небе вновь сгущаются тучи. Скоро пойдёт дождь. Медленно плетусь в другой конец платформы, пока люди спешат в обратную сторону. Вновь толкаются, пытаются залезть в вагон первыми.       Эта вечная борьба за первое место. Эта вечная борьба за жизнь.       — Блять, — восклицаю я, уже сидя пятой точкой на асфальте.       — Простите, — парень протягивает мне руку.       — Смотри в следующий раз, куда прешь, — поднимаюсь на ноги без его помощи.       — Я же попросил прощения, — как-то обиженно произнес он.       Глубоко вздыхаю и развернувшись, вновь направляюсь к вагону.       — Привет «Нервам», — прокричал парень и, развернувшись, скрылся в толпе.       Поворачиваю голову в сторону толпы, но парня уже нет.       Слышу, как поезд делает первый толчок. О нет! Со всех ног несусь к нужному вагону, но не успеваю. Поезд прибавляет ход и отправляется в путь.       — Чёрт! — тихо шепчу себе под нос и смотрю вслед уходящему поезду.

POV Влад.

      — А где Аня?       — В другом вагоне.       — Я уже два раза в тот вагон ходил, её нет, — в который раз пытаюсь донести информацию до Ниженко.       — Слушай, мы уже два часа в пути. Уже ночь, ложись спать, — прошипел Ниженко и укрылся одеялом.       — Её нет в том вагоне.       — Эта Ёлка могла вагоны перепутать. Она на что угодно способна.       — Мне не по себе.       — Заткнись и ложись спать. На вокзале в Киеве свою головную боль встретишь, — Ниженко повернулся на другой бок и укрылся с головой одеялом.       — Но, она же…       — Влад, ложись спать. Сейчас давай ещё парней разбудим.       Ложусь и начинаю смотреть в потолок. Сна нет ни в одном глазу. У меня правда плохое предчувствие.