Приключения маленького Йонко или Шанкс до Рыжеволосого. Краснокровый король

      Я метался по комнате в ожидании рассвета. Энтузиазм охватил меня с такой силой, что я совсем позабыл о времени. Часы показывали половину пятого утра. Эйценгерг наверняка еще спит. В школу она отправится только к восьми, а сколько девчонкам требуется времени на сбор, я не знал. Конечно, я не ложился спать этой ночью. О каком сне могла идти речь! Я не ощущал усталости. Во мне кипел целый букет самых разных эмоций и чувств, но утомления среди них не наблюдалось. Я метался по комнате из угла в угол, не находя себе места. Мне не впервой вот так томиться в болезненном ожидании момента, когда можно будет начинать действовать, но на этот раз ожидание давалось мне особенно тяжело. Впереди меня ждала смертельная опасность. Ставки выросли втрое, и все зависело только от меня.       К шести утра я не выдержал. Я вышел в коридор, отыскал Берту и велел ей принести ко мне в комнату ден ден муши. Слава Солнцу, она не спала, сидела в кухне и чистила столовое серебро. Судя по покрасневшим пальцам и глазам, она занималась этим всю ночь напролет и была рада, когда я повесил на нее другую работу, позволяющую разогнуться хоть на пять минут.       Я вернулся в комнату и стал ждать. Сам я никогда раньше не пользовался этими живыми приспособлением и понятия не имел, есть ли они вообще в нашем доме. Как оказалось, есть. Вскоре Берта притащила мне большой фиолетовый панцирь, украшенный розовыми пятнами, и удалилась, чтобы вернуться к чистке серебра, оставив нас с ден ден муши наедине. Я внимательно рассмотрел этого полезного ручного зверька. Сверху на него была надета громоздкая круглая трубка, а на боковине красовался диск с цифрами. Сам же ден ден муши прятался внутри, издавая тихие трели вместо привычного храпа. Я осторожно потряс сонную улитку, но никакого эффекта это действие не произвело. Звать его, как оказалось, тоже бесполезно. Даже грозные приказы и крики не смогли его разбудить. В конце концов, я не выдержал, засунул в отверстие для головы остро наточенный карандаш и слегка потыкал в нежное крепко спящее создание. Трели мгновенно стихли.       - Ну что, проснулся? — недовольно спросил я.       Ден ден муши неохотно высунул голову из своего надежного укрытия и оглядел меня одним глазом. Второй, похоже, все еще спал. Сладко зевнув, он потянулся глазками вверх и расставил в стороны маленькие отросточки по бокам, очевидно, выполняющие функции рук. Те чуть слышно хрустнули как затекшие суставы.       Не дожидаясь, пока ден ден муши окончательно проснется, я сорвал с его панциря трубку и набрал нужный номер. Издав несколько протяжных гудков, ден ден муши заговорил высоким женским голосом:       - Доброе утро, вы позвонили в поместье Браунис Цвейнберг фон Эйценгерг. Чем я могу вам помочь?       - Э-э-э… — замешкался я. Только сейчас я сообразил, что совершенно не помню имя Эйценгерг, впрочем, две предыдущие фамилии тоже не были мне знакомы, но я догадался, что они также принадлежат ей.       - Я могу вам чем-то помочь? — недовольно проворчал ден ден муши, хмурясь от нетерпения.       - Да, — проговорил я в круглую трубку, — мне нужна моя одноклассница. Это срочно, так что, если она спит, вы ее разбудите.       - Могу я поинтересоваться, кто ее спрашивает?       - Шанкс, — представился я. — Ее одноклассник. Вы передайте, она знает.       - Хорошо, я передам, — холодно пообещал ден ден муши и издал череду коротких гудков. Очевидно, на том конце бросили трубку. Громко выругавшись, я набрал номер заново.       - Доброе утро, вы позвонили…       - Я знаю, куда я позвонил, — перебил я ден ден муши, — мне надо поговорить с Эйценгерг. Срочно. Это очень важно, — я с нажимом произнес последнюю фразу, чтобы подчеркнуть, насколько это важно.       - Уточните, пожалуйста, с кем именно вы хотели бы поговорить, — все так же недовольно осведомился ден ден муши. Не ясно было, сам ден ден муши недоволен или же он просто отражает эмоции говорившего со мной человека. В любом случае, говорить мне было неприятно.       - Мне нужна моя одноклассница, — повторил я, — такая блондинка с круглыми глазами, вылезающими из орбит.       Этот комментарий явно был лишним. Ден ден муши фыркнул, пообещал все передать и снова переключился на гудки. Уж не знаю, с кем именно я сейчас разговаривал, но этот кто-то мне очень не понравился. Я в ярости швырнул трубку, здорово напугав ни в чем не повинную улитку. Малыш тут же шмыгнул в раковину и задрожал всем телом так, что завибрировал стол. Почувствовав легкий укол совести, я глубоко вздохнул и устроился у окна, надеясь, что Эйценгерг перезвонит сама.       Прошло полчаса, солнце подобралось к горизонту и осветило сад, но звонка от Брау-как-ее-там-эйценгерг так и не поступило. Ден ден муши негромко затрелькал, снова погрузившись в страну грез, а я, заскучав, в пол глаза изучал райсовы розы. Скорее всего, я бы так и уснул сидя за столом, но негромкая ругань прямо под окном привлекла мое внимание. Мгновенно стряхнув с себя сон, я поднялся на ноги и распахнул форточку. Крепко прижавшись щекой к решетке, я пытался разглядеть, что там происходит, но нарушители утреннего спокойствия еще не достигли поля моего зрения. Я изо всех сил напряг слух. Ругающийся больше не повышал голос, он говорил спокойно и размеренно, но что именно, я расслышать не смог. Зато я узнал голос. Это был ОН, а значит, ничего хорошего от утренней перепалки можно не ждать.       Я еще сильнее прижался щекой к решетке, но по-прежнему никого не видел. Сад был абсолютно пуст. Что же делать? Выйти и посмотреть, что там творится? После ночного приключения я не горел желанием снова с НИМ встречаться, но чутье подсказало мне, что выбора у меня не будет. Чертова решетка! Чтоб она провалилась! Я вцепился в нее руками и отчаянно затряс. Конечно, я понимал, что никакого эффекта это действие не принесет, просто выпускал пар и собирался с мыслями, а если говорить начистоту, тянул время. Но вот, время растянулось, а потом резко сжалось до размеров атома. Сердце выпрыгнуло из груди. По тропинке, ведущей к секретному дому моего приемного отца, хромая и спотыкаясь, шел Бен, вслед за ним, рыдая, ковыляла Стелла, замыкал процессию ОН.       - Нет-нет-нет-нет-нет! — быстро затараторил я и пулей выскочил из комнаты.       Я в секунду проскочил коридор, съехал по перилам вниз и, рывком распахнув двери, выбежал на улицу. Догнать их не составило труда, из-за травмы Бена они передвигались медленно, а, может, тормозила их вовсе не травма. Я на их месте тоже не торопился бы идти на смерть.       - Ты что творишь?! — выкрикнул я, когда нас разделяло всего несколько метров.       ОН не ответил мне, вообще не обратил на меня никакого внимания. В ярости я прибавил хода, чтобы с разбегу сбить его с ног. Наплевать на последствия, дальше пусть будет что будет. Хуже все равно не может быть, если уж Бен и Стелла вышагивают по дороге прямо в логово смерти, старательно ИМ обустроенное. Но дотянуться до НЕГО я так и не успел. За миг до столкновения ОН резко развернулся и, схватив меня за правую руку, отшвырнул в сторону. Не удержавшись на ногах, я рухнул на бок и несколько метров проехал по земле, разодрав блестящий розовый пиджак, из которого так и не выбрался после приезда с бала.       - Это ты что творишь?! — прорычал он в ответ.       - Хочу знать, какого черта ты ведешь в свой секретный дом моих рабов! — выкрикнул я, поднимаясь на ноги.       - Твоих?! — в негодовании воскликнул он. – Все, что расположено на этой земле принадлежит мне!       - Да не уж-то?! — решительно заспорил я. — Загляни в бумаги! Он, — я ткнул пальцем в побледневшего перепуганного Бена, — мой личный раб, а она, — я перевел палец на притихшую Стеллу, — мамина, но мама подарила мне ее этим летом. Не веришь, спроси ее сам!       Я знал, что при покупке рабов, в бумаги о купле-продаже вписывается имя одного единственного владельца, и им может быть кто угодно, не обязательно глава семьи. Но я понятия не имел, на кого записаны Бен и Стелла, потому безбожно врал.       - Эти двое, — продолжал я, — моя личная собственность. Ты не имеешь права их наказывать. Скажи, что они натворили, и я сам накажу их.       Он пронзительно рассмеялся.       - Как же ты собрался их наказывать? — с насмешкой произнес он. — Поставишь их в угол. Это просто смешно! Кишка у тебя тонка, сделать хоть что-то нормально.       - Ну, так научи, — не подумав, ляпнул я. — Ты же хочешь, чтобы я стал таким, как ты. Вот и занимался бы этим сам.       Я видел переполненные ужасом и обидой глаза Бена за ЕГО спиной, он смотрел на меня, как на предателя, но не позволил себе дать слабину. Перед ним я оправдаюсь позже.       - Что ж, не плохая идея, — довольно улыбнувшись, ответил он и отступил на шаг в сторону, чтобы я смог пройти вперед. Я уверенно направился мимо Бена и возглавил процессию к секретному дому, лихорадочно соображая, что делать дальше.       - Что они натворили? — спросил я ЕГО, когда мы вошли в дом.       Бен и Стелла стояли перед нами, дрожа от страха, отведя глаза в стороны. В этот миг они казались мне бесконечно далекими. Я почувствовал себя по другую сторону баррикад. Представив себя на их месте, а их на моем, я ужаснулся. Это выглядело, как настоящее предательство. Что может быть ужаснее, чем принимать смерть от рук лучшего друга? Но я ведь не собираюсь убивать их! Я спасаю! Неуклюже, с промашками и осечками, но как могу, изо всех сил.       - Пытались выкрасть из моих покоев ключи от ошейников, — ответил он. — Как будешь наказывать?       За их спинами, все еще привязанное к столбу, весело тело Энни. Я старался не смотреть на нее, сконцентрировав все свое внимание на орудиях пыток. В первое же мгновение я отмел все металлические предметы и хлысты, способные нанести серьезный вред. На миг я решил, что подходящих приспособлений тут вовсе нет, и мне все-таки придется калечить лучших друзей. Но вот мой взгляд упал на старые розги. Это приспособление предназначалось для легкого телесного наказания. Резная рукоять скрепляла вместе несколько упругих деревянных прутьев. Ими вполне можно рассечь кожу до крови, но серьезных повреждений нанести не получится. По крайней мере, у меня на это сил точно не хватит, и меня это радовало. Я подошел к выбранному орудию пыток, взял его в руки и согнул несколько прутьев, чтобы убедиться, что они не ссохлись и по-прежнему хлестко бьют. Сушеными ветками, я мог нанести куда более серьезные повреждения, а если розги сломаются в процессе, ОН заставит меня заменить их на что по серьезнее, а этого я не хотел.       - Не смеши меня, — фыркнул ОН. — Может еще мокрой тряпкой их отхлестаешь?       - Может и отхлестаю, — ответил я спокойно, — калечить я их пока не собираюсь.       - Не умеешь? — насмешливо поинтересовался ОН, — могу научить.       Вместо ответа я подошел к Бену и со всего размаху заехал ему розгами по лицу. Он тихо ойкнул и, развернувшись, закрыл поврежденный участок кожи рукой.       - Нет, — сказал я ЕМУ, — сам разберусь.       - Что ж, хорошо, — сказал ОН, прошел в сторону к установленному на небольшом возвышении стулу и устроился на нем, как на троне. — Продолжай.       И я продолжил, скрепя сердце, и, прикусив язык, чтобы не выдать, против воли, отчаянно рвущиеся из меня мольбы о прощении и объяснения. Я начал с Бена не потому, что держал на него обиду после ссоры, вовсе нет. Я совершенно на него не злился, даже наоборот, меня съедало чувство вины. Я начал с него, потому что он, как и я, мужчина. А Стелла девушка, и наше дело — ее защищать. Может быть, пока я издеваюсь над лучшим другом, мне в голову придет идея, как оградить от подобного обращения ее.       Я не знаю, сколько ударов я успел нанести, но я бил, пока Бен не свалился с ног, держась руками за голову. По лицу я его больше не бил, не хотел оставлять шрамов. Первый удар оставил на щеке небольшую ссадину, но я был уверен, что шрама не будет. Так и случилось. А вот следы на руках у него остались навсегда. Блеклые и невзрачные, почти не заметные на фоне других шрамов, впоследствии полученных в боях, но все же остались, чтобы напоминать мне о том, как я однажды с ним поступил. Они, словно брали с меня обещание, что я больше никогда так не сделаю. И я не сделаю, обещаю.       Бен стоял передо мной на коленях, вцепившись в волосы руками, и тихонько постанывал. Я знал, что это не от боли. Бен крепкий, по нему это сразу было видно, я в него верил. Это он от отчаяния, из-за меня. Потому что он тоже когда-то в меня верил, а теперь я разрушил и его веру, и надежду на спасение. Но ОН был доволен его реакцией. Страдание Бена вполне ЕГО удовлетворило.       Я бросил розги рядом с Беном и направился прочь из секретного дома, скомандовав рабам идти за мной.       - Эй, а девчонку! — Недовольно выкрикнул ОН.       - Она хлипкая, — проговорил я в ответ, — не выдержит.       - Ну и черт с ней, — махнул ОН рукой. — Она тоже причастна к попытке бежать и тоже должна быть наказана.       - Но у меня еще есть на них планы, пап, — проговорил я, чувствуя, как от последнего слова внутри все холодеет. Но я должен был произнести его, чтобы пустить пыль в глаза врага.       ОН замер, внимательно изучая меня взглядом, ища фальшь. Я старался выглядеть естественно, не выдавать своей неприязни и волнения.       - И какие же планы? — спросил ОН. — Это я имею право знать?       - В следующее воскресенье одноклассники приглашают меня на прогулку по морю на корабле, — ответил я. — Эйценгерг хочет устроить соревнование.       - Соревнование? — ОН недоверчиво приподнял бровь.       - Да, — кивнул я. — Ее отец прицепит на корабль рабосжигатель. Ну, нам же нельзя самим играть в эту игру, но на корабле это не опасно, так ведь?       - Продолжай, — поднявшись со своего трона, сказал ОН и подошел к нам.       - Мы хотим рассадить рабов по шлюпкам и посмотреть, чьи дольше продержатся. — Сказал я. — Хочу выиграть. Если сейчас ее покалечу, она не сможет грести. Такого наказания будет достаточно?       Стелла всхлипнула и закрыла лицо руками. Бен же стоял и смотрел в сторону совершенно безразличным взглядом, который напугал меня больше, чем страх Стеллы. Я испугался, что сломал Бена. Не его тело, а то, что внутри. Что-то куда более важное.       - Рабосжигатель? — уточнил ОН. — На корабле?       - Да, — кивнул я, — ты ведь меня отпустишь с одноклассниками?       Вмиг ОН схватил меня за мои рыжие волосы и с силой дернул вниз. Не удержавшись, я рухнул на колени.       - Врешь мне, гаденыш! — в ярости крикнул ОН. — Что ты опять задумал?! Сколько уже можно пытаться водить меня за нос? Думаешь, я поверю, что ты вот так просто возьмешь и изменишься?!       ОН с силой пнул меня ногой в живот, и я согнулся пополам, коснувшись лбом пола. Я слышал, как ойкнула Стелла, но это не был возглас сочувствия. Несмотря на то, что мои друзья были рядом со мной, они больше не были на моей стороне.       - Я не вру! — превозмогая боль, прохрипел я. — Это правда!       - Заткнись! — рявкнул ОН. — Хватит с меня этих фокусов! Я тебе устрою сладкую жизнь!       Он подлетел к месту, где я кинул розги, схватил их и швырнул в меня.       - Докончи дело! — приказал ОН. — Бей девчонку! Забей ее до смерти!       Мой план снова провалился. Украдкой вытерев выступившие на глазах слезы, я поднял с земли розги, но сил подняться на ноги не нашел.       - Давай же! — яростно кричал ОН. — Убей ее или займи ее место и сдохни сам!       «Какое заманчивое предложение!» — пронеслось у меня в голове, но я не мог пойти на это сейчас, когда на моей стороне была мама и мой настоящий отец, капитан Фиайрес Ди Дик по прозвищу Дикий в лице величайшего мечника в мире, пусть и вышедшего на пенсию. Но неужели другого выхода нет?       С трудом поднявшись на ноги, скорее от страха, чем от боли, я не спеша подошел к НЕМУ и жестом приказал Стелле подойти ближе.       - Ооой… — от ужаса протянула она, заливаясь слезами, — мамочка!       Я приказал ей встать на колени. Сотрясаясь от рыданий, обнимая себя обеими руками, она подчинилась, став не на много ниже меня. Стелле, наверное, уже было около шестнадцати лет, а может больше, но может и меньше. Я подумал, вышла бы она замуж уже, если бы не жила здесь с самого детства. Кем бы она стала? Были бы у нее дети? Не прямо сейчас, но может быть, когда-нибудь потом. Я знал, что не смогу ее убить, но также я знал, что ОН сделает это вместо меня, и я не смогу ЕМУ помешать.       - Я тебе не вру, — сказал я, последний раз посмотрев на приемного отца.       Потом я занес над головой розги и ударил Стеллу. Конечно, не по лицу и не так сильно, как бил Бена. ОН заметил это.       - Ударь нормально! — приказал ОН. — Я знаю, что ты можешь сильнее! Что ты, как девчонка! Дай я…       ОН оттолкнул меня в сторону и попытался выхватить розги из моих рук.       - Нет, — крикнул я, — я сам! Я не вру тебе! Если тебе нужны доказательства, тогда стой и смотри!       Не знаю, на что я надеялся. Не знаю, как я собирался выкручиваться из этой ситуации, но я упорно продолжал играть свою роль, уповая на чудо. Я трижды помолился Солнцу о нем, а потом снова занес розгу над головой. И вдруг:       - Господин Шанкс! — донеслись до меня громкие крики Берты.       Я обернулся, опуская розги, глядя, как она несется по тропе, зажав подмышкой большую фиолетовую раковину. Мое маленькое склизкое чудо.       - Простите! Простите! — низко кланяясь, проговорила Берта, — госпожа Эйценгерг говорит, что это архисрочно. Приказала достать вас из-под земли… — она затихла, поймав взгляд своего господина.       ОН выхватил у нее трубку ден ден муши, но еще до того, как успел произнести хоть слово, улитка разинула рот и быстро затараторила бодрым девичьим голосом.       - Шанкс! — воскликнула она, — ты звонил?! Это на счет рабосжигателя, да? Я говорила с папой. Он был в восторге от нашей идеи, хочет и взрослых всех собрать! Представляешь? Здорово, да?! Он уже заказал новую модель рабосжигателя! Говорят, мощность у него в три раза больше, так что длина выстрела составляет почти тринадцать метров. Мы с мамой завтра поедем на Сабаоди, закупить новых рабов. Я думаю, надо человек по пять каждому взять! Ты как? Тебя отец отпустил? Шанкс?! Ты меня слышишь? Чего ты молчишь? — кричал ден ден муши без единой паузы в словах. Даже будь у меня трубка, я просто не успел бы вставить в ее речь хотя бы пару слов.       - Это не Шанкс, — поднеся трубку ко рту, проговорил ОН. — Это его отец.       - О! Здравствуйте, сэр! — выкрикнула Эйценгерг. — Я одноклассница Шанкса. Он вам уже рассказал про наши планы на следующие выходные? Вы его отпустите? Ну, отпустите! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Будет весело! Вы тоже приезжайте! Уверена, папа уже напечатал вам приглашение! Вы приедете, да? Вы приедете…       - Да, — слегка повысив голос, чтобы перебить назойливого ребенка, ответил ОН. — Мы будем. Передай отцу, что я с радостью посодействую в организации.       - О! Как здорово! — снова залилась веселой трелью Эйценгерг, — я все думаю…       Но что именно думала Эйценгерг, я узнать так и не успел. ОН бросил трубку, и выругался, провел рукой по волосам, нервно дернул головой, облизал губы, словно внутри него шла тяжелая борьба.       - Забирай своих рабов и иди в дом, — приказал ОН мне, выхватив из моих рук розги и швырнув их на пол.       Мне не нужно было повторять дважды. Я вмиг схватил Стеллу за шиворот, толкнул ее к выходу и грубо скомандовал:       - Пошла!       Стелла, трясясь и всхлипывая, поднялась на ноги и поплелась к выходу. Она взяла за руку застывшего Бена и вместе с ним вышла на тропинку. Я шел позади них.       - Убери здесь все, — приказал ОН Берте и отправился вслед за нами.       Несколько секунд мы шли в тишине, но потом душераздирающий крик ударил по барабанным перепонкам. Я глубоко вздохнул и закусил губу, я знал, что произошло. Берта увидела Энни, и теперь она должна ее убрать.