Империя Мёртвых

Возможно, это был единственный раз за историю, когда я и Дэрил возвращались из леса без добычи. Мы условились на том, что никто никого не собирается винить. Вообще чувство вины в наших отношениях было основным отравляющим агентом. Казалось бы, мы порешали все вопросы, зависшие между нами спокойно, мирно и по-взрослому, но каково идти рядом с человеком, чью семью ты уничтожил не одной смертельной пулей? Я глубоко сомневалась в том, что он отпускает это. Не может такого быть. Даже если он отпускает эту ситуацию ради Марти. Но мы всё равно идём рядом, как и прежде, как в старые добрые времена. - Ты таким засранцем был, Диксон… - Когда это? – возмущенно спросил охотник. - Ну, когда мы только познакомились…когда я попала в группу. Ей богу, я блевать от тебя хотела, - не знаю, зачем это бессмысленное повествование срывалось с моих губ вместе с добродушной улыбкой, но я продолжала тараторить, будто ради того, чтобы выбить нас обоих из западни погружения в раздумья, убивающие нас. – Кто б мог подумать, что ты окажешься таким годным мужиком! - Все мы тогда не очень-то и разбирались в людях, - он не поддержал моего желания как-то развеселиться, оставался в том же тяжёлом, неподъемном, свинцовом настрое. - Знаешь, тебя не так-то просто раскусить, - покачала головой я. – Даже тем, кто разбирается. - Как будто я какой-то шпион, - хмыкнул Дэрил. Как только между нами снова повисала тишина, я принималась вновь тараторить, поднимая такие темы, вроде любимого мороженого или самого запоминающегося хоккейного матча. Потому что слышать это молчание было просто невозможно. Сейчас мы войдём на территорию тюрьмы, увидим эти кресты, и наши души снова придётся собирать по паззлам. Это странно, но мне ещё хотелось жить…хотя абсолютно не зналось – как. Мы сидели в блоке поодаль друг от друга: Диксон на лестнице чистит арбалетные болты, я мою посуду, думаю о том, что надо собрать вещи Мартина и раздать их детям прибывших. Надо только суметь собрать себя, чтобы сделать это. В блок заходит женщина лет тридцати, светлая, худая. Она постоянно предлагала свою помощь, активно выполняла всю работу. Вот и сейчас, видимо, пришла за дополнительной порцией указаний. Она окинула несколько смущенным взглядом охотника и подошла к Мэгги, что-то прошептав ей. Приложив некоторое усилие, я вслушалась в шёпот, то и дело перекрываемый звуками тюремного быта: - Это была неудачная вылазка? Мэг кивнула в ответ. Я сразу поняла, о чём речь. Для жителей Вудбери официальная версия смерти Мартина и Мэрла – не кровавый пиздец, что случился на втором этаже нашего блока, а неудачная вылазка, в которой оба пострадали. - Жалко человека…у него брат погиб. Как его зовут? – кивнув в сторону Диксона, спросила женщина тихо. - Дэрил, - ответила Мэгги, кажется, начиная напрягаться. - Может быть, ему нужна моя помощь, или что-то ещё? – вздохнув, пролепетала блондинка. Затем я услышала смех Мэгги: - У него есть девушка…если ты об этом. Я бы не советовала с ней связываться. Она убила Губернатора. Я готова была громко засмеяться от такой антирекламы. Спасибо, Мэгги, это действительно было сильно. Я кратко обернулась, подмигнув ей. А дальше снова законспирировалась, покинув кухню с накинутым на голову капюшоном. Надо разобрать вещи Марти. - Помочь? – Грин появилась в моей камере спустя несколько минут. - Здорово ты её, - ухмыльнулась я, не поднимая на неё взгляд, оставаясь сосредоточенной на своём занятии. - Я не очень доверяю им, - Мэгги присела на корточки рядом со мной. – Считаю свои долгом не давать им затуманивать глаза нашим мужикам. - Возможно, им стоит дать шанс, - я пожала плечами. – Да и эта тётка…по-моему весьма неплоха. Нам с Диксоном всё равно ничего не светит. Мэг хотела было что-то возразить, но задумчиво замолчала, приобняв свои колени. Кажется, даже она не могла найти доводов для положительных прогнозов. Особенно сейчас. - Мы условились снова быть напарниками, - из меня сами собой полились слова, приправленные горькой интонацией. – Но всё весьма дерьмово. Как бы мы там крепко не смотрелись со стороны. - Всё образуется, Джулиетт, - она положила ладонь на моё плечо, вглядываясь в профиль моего лица с улыбкой, требующей ответа. – Кажется, наступили более-менее спокойные времена, которые дадут вам время во всём разобраться. - Почему ты со мной возишься? – в моей голове до сих пор висело удивление по отношению к ней. - Я считаю тебя хорошим человеком, - в свойственном ей выражении, Мэгги поджала губы и растянула их в улыбке, отдающей ноткой горечи. – И я вижу в тебе надежду…на спасение. - Не будет спасения, Мэг, - грустно вздохнув, пробормотала я. – Мы теперь предоставлены сами себе. Ничего уже не вернётся на круги своя. Ящик, что стоял передо мной через десять минут уже был полон, венчала горку вещей красная кепка с логотипом хоккейной команды. Это было правильно – избавиться от вещей, его нужно было отпустить, и чем быстрее, тем лучше для нас обоих. Медленно поднявшись с колен, под провожающий взгляд Мэгги, я покинула камеру неторопливым размеренным шагом, не отрывая глаз от пластмассового ящичка в моих руках. Чем дольше я смотрела, тем более мутным становился мой взгляд, глаза наполнялись слезами, которые не желали быть долго ограниченными и поэтому лились на щёки горячей струёй. Я довольно сильно передёрнулась, когда на моё плечо опустилась тяжёлая ладонь. Это был отец. Он кивнул, одобряя моё действие. Отправился в блок к беженцам вместе со мной. Я не заставала его плачущим, но я знала, что он проронил не одну слезу после смерти внука. Среди жителей Вудбери было крайне непривычное количество детей. Я давно не видела их в таком количестве, а особенно в таком качестве. Они были крайне беззаботны и не имели практически никаких страхов, касаемо жизни снаружи. Это были очень уязвимые дети, очень неприспособленные. Но у них было бесценное богатство при себе – они сумели сохранить частичку прошлого мира в своей голове. Только выжить при таком раскладе было крайне сложно. Они были рады моим вещам. После пожара в Вудбери у многих не осталось ничего, у большинства по одному комплекту одежды. Единственная пока совершённая вылазка не восполнила недостающих вещей, и, кажется, мой поступок пошёл на пользу не только мне самой и покойной душе. *** На очередной вылазке мы с Дэрилом не были. Команда уехала в город, а мы, по своему обыкновению, отправились на охоту почти на целый день. Животные отходили всё дальше, пожар в Вудбери их здорово припугнул, часто выезжающие машины из тюрьмы тоже. Чтобы добыть пропитание для не одного десятка ртов, нужно было уходить далеко в чащу. Пусть Дэрил был и повыносливее меня, но к концу похода у него тоже уже висел язык на плече, на меня же вообще было страшно смотреть. Мы уже вплотную подобрались к тюрьме, её уже стало видно за деревьями, пот лился в три потока с наших лбов, в руках носилки с пристреленной косулей, как вдруг довольно резкий шорох заставил нас мгновенно опустить добычу на землю и схватиться за оружие. - Что это? – шепнула я, резко вертясь по сторонам, всматриваясь в верхушки деревьев – звук был откуда-то с высоты. – Большая птица? - Давно ты в наших краях видела больших птиц? Я пожала плечами в ответ: - Сторожи косулю, я осмотрюсь. Я всматривалась в каждый квадратный сантиметр чёртовых одинаковых веток, но чем больше я всматривалась, тем сильнее замыливался мой взор, тем менее продуктивными становились поиски. Я обошла несколько метров лесной площади, продолжая водить пистолетом из стороны в сторону, но всё безуспешно. Может, это действительно была птица? Диксон не потерял беспокойства. Мы всё же вернулись в тюрьму, но пока шли по открытой местности, не прекращали по очереди оборачиваться. Я чувствовала и сама, как в голове у охотника звенит тревожный звоночек: ровно такой же как и при слежке посланников Губернатора. Однако сейчас ситуация обстояла мистичнее: вычислить не удалось ни единой души – ни человека, ни ходячего, ни ожидаемой птицы. Когда мы вошли в двери блока, занося внутрь дичь, за окнами было уже довольно сумеречно, внутри зажглось искусственное освещение. Большая часть нашей группы почему-то сидела за пустым столом и что-то обсуждала, причём тихо и напряжённо. Их голоса мгновенно стихли, а взгляды устремились к нам, стоило двери за нашими спинами захлопнуться. - Что-то случилось? – произнесла я, суматошно всматриваясь в лица своих товарищей по группе. Рик вызвался ответить: - Мы видели группу. И они не похожи на друзей. - Где? Сколько людей? Они видели вас? – задал чёткие вопросы Диксон. - Я уверен, что они нас не заметили, - говорил Гленн. – Их около пятнадцати человек, но большая их часть – мужчины. - Насколько мы поняли, у них нет постоянного убежища, - заговорил снова полицейский. – Но у них целый грузовик с местного оружейного завода, и я готов поклясться, что он не пустой. - Они похожи на тех, кто представляет угрозу? – задала я вопрос. - Я же сказал: они не похожи на друзей, - задержав взгляд на сцепленных в замок пальцах, проговорил Рик. – Вы что-то видели? – он перевел взгляд на наши лица, в которых, очевидно, что-то узрел. - Мне показалось, посторонний в лесополосе перед тюрьмой, - ответил Диксон с расстановкой, в голосе чувствовалось волнение. «Когда уже мы обретем покой?» - мысли в голове истерично требовали справедливости. - И что же мы будем делать? – Кэрол стояла в проеме двери, скрестив руки на груди и слегка сгорбившись. - Они знают о нашем существовании, мы знаем о них… - вдруг заговорила Нора, она сидела за столом напротив Рика и за всё время, что мы с Дэрилом присутствовали на этом собрании, она не проронила ни слова, а теперь всё наше внимание было направлено на неё. – К чему же нам прятаться? В последнее время она редко давала пророчеств и даже не отвечала на наши вопросы, если они имели место быть. Всех интересовало – а что же будет, как нам быть? Но она упорно молчала, поджав губы, будто проклиная свой дар и всё, что ей приходится видеть. Нора зареклась никому не говорить о смерти, если она вот-вот придет, видимо, всё её молчание о будущем было связано именно с этой клятвой. Потому что наше будущее идёт рука об руку с «костлявой». - Мы – не те, кому следует зарываться в нору, - прошептала ясновидящая. – Мы – те, кого следует бояться. - Предлагаешь напасть первыми? Разве это правильно?! – с возмущением воскликнул Гленн. - Почему же сразу нападать? Можно ведь просто поговорить, - объяснила парню Нора. - Гленн, разве сейчас время рассуждать что правильно, а что нет? – я уже устала стоять, поэтому бесцеремонно плюхнулась на свободный стул, закинув ноги на стол прямо рядом со сцепленными влажными от напряжения руками Рика; шериф недовольно покосился на меня. – Я вот уже запуталась по поводу правильности и неправильности. Я выживаю. Но…я считаю, Нора права. Давайте сначала поговорим с ребятами. Вообще, Нора, какая энергия исходит от этих людей? Что ты чувствуешь? – я не привыкла задавать ей такие вопросы, но ответ мне действительно интересно было знать. Пару секунд женщина сидела, неподвижно глядя в одну точку, где-то на поверхности стола, затем она начала говорить, не сводя с этого места свой застывший взгляд: - Агрессия. Обида…обида на судьбу…за несправедливость. Это чувство испытывал каждый из нас по сто тысяч раз. Обида на судьбу, жизнь, бога, кого там ещё! Всем было обидно, что наше существование – такое. Возможно, нам как никому можно было понять этих враждебных соседей, но никто не собирался этого делать. Как в том мире, так и в этом, жалостью никто не разбрасывался. Истерики, слабости и жалобы на жизнь всегда раздражают, не правда ли? Нора мгновенно очень погрустнела, её лицо отчетливо выражало отчаяние. Она резко встала из-за стола и отправилась в свою камеру широкими быстрыми шагами. - Что случилось? – Кэрол поспешила за ней, стремясь задеть её плечо рукой в поддерживающем жесте, но ясновидящая увернулась. Она, как и всегда, не ответит на вопрос. Логично же, что она увидела что-то плохое. *** В ближайшем времени пришлось вернуться к бытовым делам: разделывать тушу косули, замораживать мясо. Нами было решено отправляться в город на следующий же день, чтобы провести беседу с нашими новыми соседями. Планировалось, что поедут Рик, Хершел и Дэрил. Одному Богу было известно, что Граймс хотел сказать им. Но он что-то чётко для себя уже решил – это было ясно заметно на его лице. Лампы в коридоре погасли, мы с Диксоном сидели на лестнице, которая вот уже сколько недель подряд служила ему кроватью. Сидели и молча всматривались в темноту, ожидая, пока глаза привыкнут и начнут различать во тьме предметы. - Как думаешь, когда уже мы сможем жить спокойно? – шепотом произнесла я. - Теперь уже никогда. - И завтра как всё будет… - Я не знаю, - оборвав мою фразу, сказал Дэрил. - Не дай им себя грохнуть, - впервые за весь диалог я повернула голову в его сторону, рассматривая профиль его лица в темноте. - Пусть только попробуют, - с хрипотцой произнес мужчина. - Мне страшно… - выдержав долгую паузу, собираясь с силами, прошептала я. - Ты никогда не говорила этого. - Мне всегда было страшно. Я не готова встретить то, что там, за чертой. Я не готова потерять тех, кто рядом, даже если они не имеют для меня большого значения. Не могу принять, что был человек…и нет его…не могу! – с надрывом, часто срывая шёпот на тихий хрип, проговорила я. - Мы через всякое говно проходили, и через это пройдём. - Не без потерь. - Кто знает… - Дэрил пожал плечами. Мы снова замолчали на какое-то время. Опять поддавшись желанию и тяге к нежности, я опустила голову на его плечо. - Обещаешь, что не отправишься на поиски ЦРУ-шного дерьма, - опустив голову, Дэрил поймал мои глаза и удерживал на них свой сосредоточенный тяжёлый взгляд. - Я не могу ничего обещать. Я не знаю, как повернётся моя судьба. Может, мне всё-таки придётся куда-то отправиться. - Упрямая курица, - покачал головой охотник и поцокал языком. - Вредный, - я пихнула его в бок, тем самым качнувшись в противоположную сторону. Диксон тихо засмеялся и пихнул меня в ответ. Приняв импульс его широкой ладони, я качнулась сильнее. В этот момент моя рука потянулась слегка назад и крепко захватила уголок массивной перьевой подушки, которая спустя секунду грузно опустилась на голову Диксона: - Ах ты, мелкая сучка, - улыбнувшись уголком губ, процедил он и, выхватив подушку из моих пальцев, пихнул меня ей в лицо так, что я опустилась спиной на ступеньку, приняв горизонтальное положение. Тогда он навалился сверху, грубо раздвинув мои ноги своим коленом и опустив его между ними. Мужчина навис надо мной, оперевшись руками по обе стороны от моей головы, между нашими лицами было весьма незначительное расстояние. - Какая ты бесявая, Фатте, - произнес он, обдавая горячим дыханием мою шею и лицо. - И, тем не менее, ты меня любишь. Не так ли? – я сказала это скорее с издевкой и скорее шутя, нежели выдавая какую-то информацию в духе «я тебя раскусила», нет, я до сих пор не знала, что он ко мне чувствует, но… Диксон сверлил мои глаза всё тем же свойственным ему тяжелым свинцовым взглядом, не давая мне отвести взор, водил головой туда, же куда и я, не давая мне убежать от ответственности за свои слова. Стоило мне резко отвернуть голову, как он схватил меня за подбородок и вернул мою физиономию в прежнее географическое положение. Однако пальцы не отпустил. Они впивались в моё лицо не крепко, скорее щадяще, будто боясь сломать. Сделав несколько глубоких вздохов, он наклонился сильнее, тем самым приблизившись ко мне. Кончик его носа почти соприкасался с моим, я судорожно водила зрачками по его лицу, моё сердце билось учащённо, как у влюблённой школьницы, тело мгновенно окатило волной жара. Не выпуская моё лицо из довольно мягких тисков своих пальцев, мужчина прикоснулся своими губами к моим, довольно жадно захватывая их зубами и вовлекая в глубокий поцелуй. Щетина приятно колола мою кожу, сердце выпрыгивало из груди, я дышала часто и глубоко, задевая вздымающейся грудью его грудную клетку. Я не давала ему оторваться, притянув его рукой за шею ещё ближе. Дэрил старался сделать поцелуй более мягким, но я была жадна, как никогда, смакуя на вкус его губы, слегка покусывая их, просовывая язык в его рот, по-хозяйски ведя себя там. Лишь спустя какое-то время, будто насытившись, я остановилась, приоткрыв губы, давая ему лишь опускать мимолётные поцелуи на них, едва ощутимые. Сумев оторваться друг от друга, мы перебрались на ровное место, где была разложена импровизированная постель, довольно жёсткая, так как под куском ткани уже был бетонный пол, но учитывая то, что нас было двое – невероятно тёплая. Прижавшись друг к другу плечами так, чтобы одеяла из пончо хватало на нас обоих, мы лежали на спине, глядя в потолок и крепко сцепившись пальцами. - Ты очень симпатичный, - вырвалось у меня. - Это важно? – искренне удивился охотник. - Целовать привлекательного мужчину намного приятнее, - хмыкнула я, повернув голову в его сторону, изучая в свете луны его профиль. - Ты тоже…ничего, - помявшись не то от неловкости, не то от лести, произнес он. Из меня вырвался тихий искренний смешок: - Я знаю, что апокалипсис меня чутка подпортил, можешь не смотреть на моё старое лицо. - Зато ты не выглядишь так, будто годишься мне в дочери. Я засмеялась несколько громче, неподдельно забавляясь с его слов. Настолько тепло и хорошо мне было тогда, я просто не могу передать это словами. На какое-то время мне удалось выкинуть из головы те кресты, что преследовали меня каждую ночь подряд, как они прыгали у меня перед глазами, как тряслась земля под ними, будто вот-вот оттуда вылезут гниющие тела. Всё это было окутано плотной дымкой забвения на какой-то момент. - Меня не волнуют твои шрамы…или седые волосы… - серьёзно проговорил Диксон. – И я не хочу, чтобы тебя они тоже волновали. У тебя есть другие черты, которыми следует гордиться. - Какие же? – мне самой было очень интересно, что же во мне могло меня порадовать. - Твоя приспособленность, твоя выживаемость. - Школа леса мне в помощь, без оружия и без продовольствия, с ребенком на руках, - хмыкнула я. - Не каждый бы смог. - Согласна, - сказала я, но в неуверенности пожала плечами. Я перевернулась на бок, лицом к мужчине, закинула ногу, согнутую в колене на его ноги и прижалась к тёплой груди. Прикрыла глаза, мысленно прося неизвестно кого о спокойной ночи без сновидений. Сегодня никаких крестов не будет. - Спокойной ночи, Дэрил, - прошептала я, ещё крепче прижавшись к нему. - Спокойной ночи, Аляска, - он обнял меня одной рукой, вторую же опустил поверх моей кисти, лежащей на его груди. Это была твёрдая постель, но невероятно удобная, тёплая…живая…я чувствовала каждый его вздох, ощущала биение сердца под своей ладонью. Я чувствовала себя мягкой игрушкой, с которой спят, нежно прижав к груди. Это были приятные несколько часов сна, глубокого, расслабляющего сна, в течение которого мне не пришёл ни один сон, за что я была неистово благодарна… *** Лёгким касанием к плечу, меня разбудила Мэгги. Я слегка встрепенулась, нехотя отрываясь от любимого тела и лениво оборачиваясь в сторону девушки, открыв всего один глаз. - Извини, что бужу. Просто твоя смена на вышке, - прошептала тихо девушка и, кинув короткий взгляд в сторону Дэрила, улыбнулась. - А почему ты не спишь? На вышке вроде Нора. - Просто так, - пожала плечами Грин. - Ты спи. У меня дежурство, - я погладила по плечу проснувшегося Диксона, снова вовлекая его в сон, который, видимо, как и мой, был тоже очень спокоен. Я еле выбралась из дрёмы. С трудом перебирая ногами и то и дело надолго закрывая глаза, я добрела до вышки и поднялась наверх. Надо бы заварить кофе. Боже мой, как мне не хотелось просыпаться! Это было так чудесно! Такое тепло, такой уют! Среагировав на открывшуюся дверь, Нора нехотя повернулась в мою сторону и отложила винтовку, которую держала в руках до этого. - Наконец-то в твою душу пришёл покой… - тяжело выдохнув, произнесла она. - Что-что? – мне показалось, будто я не расслышала, хотя со временем до моего мозга всё-таки донеслось, что она сказала. - Каждый раз, когда я вижу тебя, меня пришибает волной твоего страха, твоей агрессии. Я за последнее время не уловила от тебя никакой положительной эмоции…Сейчас всё намного лучше. - Поэтому избегала меня? – плюхнувшись на раскладной стульчик напротив, спросила я – картинка сложилась воедино: стоило мне появиться в блоке, ясновидящая обычно убегала куда-то. Женщина кивнула, ближе прижавшись к коленям, которые обнимала. С лёгкой грустью я осмотрела её: неужели всё так плохо? Неужели от меня действительно не веяло ничем хорошим? Ни радости от встречи отца? Ни любви к Марти? Неужели всё это перекрывали страхи и агрессия… - Что с тобой? – несмотря на то, что на моей душе было спокойно, с Норой по-прежнему было что-то не так, её лицо было мрачным, окутанным страхом, который сковывал всё её тело, её руки дрожали и были бледными, сравнимо с белизной снега. - Я… - женщина подняла на меня взгляд, который заставил холодок пробежаться вдоль позвоночника. – Я умру сегодня. Я сглотнула. Слов у меня не нашлось. - В отличие от Раджаны, я могу прекрасно видеть всё, что касается меня…я видела столько смертей, я видела столько духов, казалось…я была со смертью на «ты», - продолжала говорить она, уже переведя остекленевший взгляд в сторону. – Но сегодня не станет меня…мне очень страшно. - Но…что случится? - Эти люди…- всего лишь сказала она и медленно поднялась со стула, направившись к двери. - Я тоже боюсь смерти, - шёпотом проговорила я. – Я бы посоветовала не терять надежды и хвататься за жизнь. Мало ли, может судьба обманывает тебя… Нора лишь отрицательно помотала головой: - Нет, время смерти не изменить… - Откуда тебе знать?! – я вспылила, резко соскочив с сидушки. – Мы все тут выживаем, каждый день стираем зубы, держась ими за существование, я не верю, что у нас нет сил на спасение собственного зада! И если ты сейчас возьмешь себя в руки, то обязательно останешься жива! - Я-то знаю, Джулиетт, - тихо произнесла она, опустив взгляд. – Я всё знаю… - Хотя бы попытайся! – я не могла принять то, что человек, не желая смерти, так просто придаётся ей. - Тогда я не буду готова, - возразила женщина. – Я лучше попрощаюсь. А ты…живи…ты осуществишь то, что задумала. - Это глупо, Нора! – крикнула я ей в след, но она уже скрылась за дверью. Спустя несколько минут я лишь переварила ту фразу, что она сказала в конце. Я осуществлю, что задумала. Интересно, через что ещё ради этого мне придется пройти? Недолго думая, я взяла в руки рацию, что лежала на столе включенной и изредка шипела. Вторая такая же находилась на тумбочке рядом с кроватью Рика. - Нора сказала, эти люди нападут на нас, - чётко проговорила я в рацию. – Будьте начеку. Рация молчала секунд двадцать. Наверное, Рик сквозь сон переваривал то, что было мною сказано. - Как только заметишь – стреляй, - донеслось с другого конца. Я одобрительно кивнула, пусть Граймс и не видел этого. Стратегия сегодняшнего дня ясно взывает к активности действий. Конечно, я не ставлю все фишки на видения Норы, но сейчас во мне была железная уверенность: ничего хорошего от этих людей ждать не стоит. А ведь мы даже не знаем ничего о них! Впервые мы настолько слепы перед противником, будто с завязанными глазами пытаемся ударить битой по мешку с перьями. Я присела на стул и принялась разглядывать местность через оптический прицел винтовки, меня было еле видно из окна. Кромешная тьма начала понемногу рассеиваться под воздействием мягкого света еще не взошедшего солнца. Деревья покрылись золотой дымкой. Именно тогда, когда видимость значительно улучшилась, я заметила… Когда в поле зрения моих глаз попала абсолютно статичная и хорошо замаскированная фигура, моё сердце забилось сильнее и начало вытворять кульбиты. И к сожалению, даже не от страха, а от раздирающей изнутри злости и желания изрешетить каждого, кто нападёт на наш дом. У меня дрожали руки от невероятного желания справиться со всем в одиночку. Если бы не легкий блеск прицела снайпера, я бы даже не заметила его – он был совершенно неподвижен. Тогда я перевела прицел вниз. - Вот же твари, - вырвалось у меня. Они уже не собирались прятаться. Они выходили открыто. На рассвете, пока сон наиболее крепок, они выбрались из леса и пока просто наблюдали, однако у одного из них была ракетная установка на плече, у другого – пулемет. Они были подготовлены, стоит признать, лучше нас… - Рик, там двадцать человек с западной стороны, на опушке леса. Наверху снайпер…мне кажется, он меня пасёт, - протараторила я в рацию, скрепя зубами от излишнего возбуждения и взбудораженности. - Найди другое укрытие, - ответил мне лидер. Я резко метнулась к стене, чтобы из окна меня не было видно. Пришлось сползти вниз и передвигаться в полуприсяде, держа навесу тяжёлую винтовку, изредка подгоняя равновесие хаотичными взмахами рук. Быстрыми шагами спустившись по лестнице, я прокралась за скрывавшими меня баррикадами, возведенными ещё во времена конфликта с Губернатором. Ну что ж, пригодились. Они не были надежными в плане защиты от пуль, но могли меня спрятать на какое-то время. Устроившись поудобнее за одной из таких баррикад я снова навела прицел на снайпера. Кажется, это был тот самый момент, когда я уже перестала считать. Не задумывалась о том, какая это жизнь по счету, отобранная мной. Это было уже не важно. Если Джулиетт приказывают атаковать первой, значит, она вступила в ряды машины для убийств. Позже ко мне и не приходило никаких сожалений, никаких осознаний. Все выстрелы, сделанные тогда мной, были просто действиями, направленными на спасение. Это было ровно так же, как принять лекарство или помочь другу с поломкой бытовой техники. Просто действие. Резко спусковой крючок проваливается назад под воздействием моего пальца. Я с интересом слежу за результатом, притянув глаз к прицелу настолько близко, что он сумел приклеиться, оставив на коже характерные красные пятна. Под воздействием бесшумного выстрела фигура лишь слегка пошатнулась, а потом только накренилась вбок, винтовка, принадлежащая ей, полетела вниз. Внимательно оглядев фигуру…я поняла… Это была кукла. А мой выстрел – кольцо гранаты. В эту же секунду на мою баррикаду обрушился град крупнокалиберных пуль. Быстрой чередой, они изрешетили моё укрытие. Я упала на землю, прикрывая голову, вжав лицо в асфальт, я старалась настолько сильно вдавиться в поверхность, что на секунду мне показалось, будто бы я слилась с ней. Пули долбили стены, асфальт рядом со мной, я лишь сотрясалась в их такт, начиная громко верещать от этого безумия. Невообразимо то чувство, когда бетон рядом с тобой крошится, грохот стоит безумный, ты не можешь ничем пошевелить, не можешь сдвинуться и на сантиметр. Внезапно грохот издалека начал перебивать грохот с моей стороны. Обитатели тюрьмы встали на защиту своего гнезда. - Ползи сюда! – услышала я женский голос, еле достигающий моих ушей, перебиваемый звуками выстрелов. Я резко подняла голову: Кэрол пряталась за выступом стены, то и дело посылая огненные ответы нашим воинственным собеседникам. Не решаясь встать на ноги, я, словн гусеница, доползла до женщины и заняла более-менее безопасную позицию. - Кэрол, найди Нору, - твёрдо сказала я. – Убереги её. - Что она тебе сказала? – Пелетье заметно насторожилась; очевидно, она не могла не заметить состояние подруги, но его причина была для неё тайной. - Она видела свою смерть. Кэрол мгновенно побледнела и даже опустила оружие, забыв о том, что нужно стрелять. В это мгновение совершенно неожиданно и очень резко, наступила тишина. Тишина, которая напугала нас обеих. Мы начали боязливо озираться по сторонам, мрачный холодок, застрявший в грудной клетке, воспевал о худших опасениях. На глаза попался Карл, так же стрелявший из-за баррикады, сооруженный ещё во времена конфликта с Губернатором. Уловив наши округлённые от страха и вопросов глаза, он лишь пожал плечами. - Уважаемые жители тюрьмы! – этот голос раздался крайне громко, казалось, он раздирал лес, шатал деревья и заставлял ходячих хвататься за уши; он заставил нас вздрогнуть и с напряжением вглядеться в видимую кучку людей на опушке, что минуту назад стреляли в нас. Это было очень громко. И очень смело. Смело до безумия. - Этот огнестрельный этюд был для вас уроком, что нужно вежливо принимать гостей, - продолжал голос из динамика. - А гостям следовало бы приходить без оружия, мерзкий урод… - вырвалось у меня. - Мои соболезнования погибшим, - снова зазвучала громкая речь. – Мы предлагаем вам только одно – освободить тюрьму или умереть. Ваше решение просим озвучить представителя вашей чудесной общины. - Ещё бы мы позволили собой играть, - прошипела Кэрол, с вызовом глядя на захватчиков. - Это же западня, - прошептала я. – Рику нельзя идти туда! Не обращая внимания на то, что Кэрол сделала попытку остановить меня, я двинулась вперёд из укрытия, пока никто не стрелял. Я знала, что никто не согласится уйти, я просто не хотела позволять Рику идти на переговоры – это непозволительная учтивость для недостойного врага. Пока я искала Рика у стен тюрьмы, из соседнего блока вываливали люди из Вудбери, с собранными наспех сумками, из которых сочились вещи. Они бежали к забору, схватив за руки детей, толкая друг друга и желая сдать место, спасшее их. Однако среди всех этих несущихся фигур, была одна…Она шла медленно, спокойно, без оружия. Это была Нора. Тогда моё сердце замерло. - Чего встала на открытом месте?! Сюда, живо! – мою окаменевшую фигуру резко дёрнули за рукав, и я улетела за очередную стену, оказавшись в сильных руках Дэрила. - Там Нора! – закричала я, сделав попытку вырваться. - Тише ты! - Они же убьют её! - Она сама вызвалась пойти. Она предложит им войти в тюрьму, - серьезно разъяснял мне Диксон. - Что, черт возьми? - Это идея Рика. Так их будет проще уничтожить. Это будет рискованно для нас, но более эффективно. Однако у нас преимущество – мы знаем тут каждый закоулок, а они – нет. - Мне это не нравится… - я поцокала языком и помотала головой, внутри меня всё гудело от нетерпения, я не могла смотреть, как она медленно идёт на смерть, а ведь эти люди не из тех, кто послушно побежит за кусочком сыра в мышеловку. - Только не натвори глупостей, - оторвав от наблюдения за Норой, Дэрил резко развернул меня к себе, крепко сжимая мои плечи. - Действительно, - с издевкой протянула я. - Не выпендривайся, - строго сказал мужчина. – Я отсюда чувствую твою ярость. Это тебя не спасет. Успокойся! Меня тянуло съязвить в ответ, но вовремя я поняла, что эти слова были сказаны им с заботой. В глазах чувствовалось тепло, взгляд был мягким и беспокойным. Я твёрдо кивнула ему в ответ, побуждая его быть уверенным во мне. Мужчина, казалось, заметно и не поменялся в лице, хотя просветлел – это было видно. Он потрепал меня по голове, провел по моей щеке тыльной стороной ладони, оставляя едва заметный след от пороха, что был на его пальцах. Он опустил на мои губы почти невесомый поцелуй, но внутри меня всё затрепетало, на секунду всякое ощущение опасности сгинуло из моей головы. Однако кое-что не заметить было невозможно: тело мужчины слегка подрагивало, я бы выбрала самый простой вариант и предположила, что это неуверенность, легкая боязнь, но был и здравый смысл, не видящий причин этому. - Что-то не так? – я нахмурилась. - На наш дом напали. Это действительно проблема, - сердито произнес Дэрил. Я вновь обратила взгляд на Нору. Она преодолела ворота, как и паникующие люди Вудбери, среди коих, кстати, были далеко не все. Вот она подходит к человеку, по всей видимости, заправляющему конторкой. В свете восходящего солнца её пушистые волосы переливаются золотыми оттенками, она выглядит изящной, но не хрупкой. Вот она что-то говорит главарю, говорит довольно спокойно, запрятав свои эмоции и свой необузданный страх, что был в ней какие-то часы назад. Внезапно пространство разрезает громкий звук, причиной которому послужили несколько выстрелов из автомата. Каждый заставил меня вздрогнуть, схватившись за голову. Я видела, как Нора упала на землю, на животе её красовался огромный алый след. Она рухнула на Землю резко, я видела её падение, но лишь секунду спустя я осознала, что это произошло. Голос из динамиков снова раздался над нашими головами: - Вы выходите или нет. Другие варианты нам не интересны. Те, кто вышел, прошу сюда. Вас не тронут. Совершенно не принимая во внимание убийство Норы, люди кинулись к нападавшим. Тогда я заметила одну вещь – они все были в накидках, пропитанных кровью ходячих, в добавку с их потрохами. Незваных гостей кусачие не трогали, они шли практически стеной, привлеченные громкими звуками, совершенно не замечая тех, кто пришёл по наш дом, однако столпившихся в кучу беженцев они приметили хорошо. Тогда я услышала еще и пронзительные крики, почти одновременно раздавшиеся в воздухе. Ни у кого из жителей Вудбери не было ни навыков, ни оружия. Все, кто там были…все стали завтраком. Наши гости не напали на них, но и не кинулись защищать, не обратили никакого внимания на то пиршество, что творилось у них перед носом. - Нора видела свою смерть… - пробормотала я, прикрыв рот рукой. - Постарайся снять как можно больше, - не обратив внимания на мою реплику, сказал Диксон, кивнув на мою винтовку. - А ты что будешь делать? - То же самое, - бросил он и куда-то побежал. - Не теряйся! – крикнула я вдогонку. Воздух, окружающий меня, вновь наполнился дымом и звуками выстрелов. Тюрьма просто так не падёт. Я заняла выгодное положение и приготовилась произвести первый выстрел. Однако нападавшие быстро передвигались. Взвинченность, что правила мной, лишила меня хладнокровия на какое-то время, и я оставила идею пытаться попасть в голову. Однако после того как пуля впилась в грудь бежавшего мужчины и не причинила ему никакого вреда, пришлось поменять тактику. Они были в бронежилетах. Мало того, мой неудачный выстрел повлек за собой автоматную очередь в мое направление. Я спряталась за бетонным ограждением, пока очередь долбила в стену за мной, а винтовка так и осталась в одиночестве, держась на этом самом ограждении. В итоге, оптический прицел был разбит одним из снарядов. - Вот же твари! – заверещала я, вновь начав стрелять, однако наши враги уже сели по машинам и стремительно направлялись прямо сюда…собираясь пробить забор. – Ну уж нет… Я начала стрелять и по колёсам и по предполагаемым водителям. В итоге благодаря мне две машины сошли с дистанции, так как лобовое стекло украшало пятно разбрызгавшейся крови. Вдруг из люка одной из машин появился человек…тот, у кого была ракетная установка. Автомобиль петлял, и я не осуществила ни одного толкового выстрела. Зато он осуществил. Сверкающая ракета пронзила воздух, словно игла и врезалась в смотровую башню, верхушка которой разлетелась на мелкие кусочки. Худо не то, что наш дом начал неумолимо страдать, а то, что на башне кто-то точно был… - Что за логика уничтожать место, которое вам нужно! – возмущалась я, видимо, сама себе; тем временем патроны у меня иссякли. Тогда под натиском мощным автомобилей рухнул забор. Зомбаки кинулись на нашу территорию, как к себе домой. У меня из оружия был с собой лишь миниатюрный нож, катана благополучно осталась в блоке. Вокруг творилась неразбериха покруче, чем при конфликте с Вудбери. Опасаясь бесконечных очередей над головой, я резво передвигалась ползком в поисках оружия и лучшего укрытия. Нас было больше, но почему-то и этих почти не убавлялось. Они наступали всё ближе и ближе, и видимо, в какой-то момент поняли, что тот дом, что им нужен уже не в былой форме, но терять им было нечего, а кураж остался. Поэтому они продолжали без сожаления громить всё, что попадалось им на пути – будь что люди, что постройки. Я со слезами на глазах смотрела, как всё рушилось вокруг меня. Как разлетелась на осколочки ещё одна вышка, как упала ещё одна часть забора, как кричали люди…Невообразимо представить, но это продолжалось ещё не один час, хотя частота выстрелов становилась всё реже, а крики умолкали. Кругом было много дыма и тел ходячих, лежащих на земле. Я перебегала с места на место, отстреливая все запасы, что были найдены. Мне не удалось найти ни папу, ни Дэрила…Я видела лишь некоторых, убежавших в лес, когда стена тюрьмы обрушилась. Внезапно вокруг стало тихо. Только стоны неутомимых мертвецов резали уши и вызывали отвращение. В дворике их становилось всё больше и больше. Я сделала попытку проникнуть в блок, чтобы взять там катану и попытаться найти хоть кого-нибудь, но благодаря обрушенной стене, они сумели заполонить и все внутреннее пространство. Вход туда был невозможен. Пришлось бежать. Бежать в лес и выть, словно волк с обожженным хвостом. Я боялась оглядываться, не могла видеть то пепелище, что осталось на месте нашего родного гнезда. Я не видела перед собой ни единой живой души, и все внутренности затягивало постепенно в чёрную дыру, нарастающую в моей грудной клетке, словно злокачественная опухоль, которая поглощала всё, что видела. Я снова одна. Снова совсем одна! Силы иссякли на второй минуте бега, пришлось, не жалея колен, свалиться наземь, опустив голову. Я кричала. Кричала громко, истошно, до срыва голоса, беспечно забыв о ходячих, которых я могла привлечь. Шаги одного я чудом услышала сквозь свои же вопли резко, с большим потоком агрессии, сорвалась в его сторону. Я толкнула мертвеца ногой, свалив его на землю и начала с огромной силой втаптывать его голову в землю, да тех пор, пока кости черепа не поломались, а тухлые мозги не вытекли наружу. - Джулиетт! – донеслось до меня внезапно. Я оторвалась от бездушного занятия и попыталась сфокусировать зрение на владельце голоса. Картинка была покрыта слезной пеленой, воздух нагрелся от жара, исходящего от моего лица. Тяжело дыша, я вытерла глаза рукавом и ещё раз всмотрелась в нужную точку. Метрах в тридцати от меня довольно неуверенно на земле стоял Хершел. Он ещё осваивал тот протез, который ребята нашли на очередной вылазке. Он очень медленно двинулся ко мне, слегка пошатываясь. - Чего ж ты так верещишь, - вздохнул он, посмотрев на меня глазами, полными боли. Не представляю, как он смог выжить в этой кровавой белиберде, но пока это было совершенно неважно. Он был единственным, в чьей непосредственной живости я могла сейчас убедиться и была от этого несказанно счастлива. Я подбежала к старику, подхватив его под руку. - Я надеюсь, мы не одни выжили, - прошептала я. - Я тоже…