Полюса

POV Джунмён Робко постучавшись в дверь, я улавливаю тихое «входите» и толкаю дверь. Джонин в комнате один, он только вышел из душа, но уже успел одеться, поэтому сидит на краю собственного стола в синих джинсах и простой чёрной майке, и сушит полотенцем волосы. - С лёгким паром! – улыбаюсь я ему, закрывая за собой дверь. Он вскидывает на меня глаза и улыбается в ответ: мягко и осторожно, так, как умеет только мне. Я присаживаюсь на край его кровати, наблюдая. Джонин ещё немного возится с полотенцем, а потом вытаскивает расчёску и зачёсывает волосы назад. - Ну что ты? – смеюсь я, забирая расчёску из его рук и тяну его к себе на кровать. Усаживаю рядом и просто расчесываю. Ничего не зачёсываю, и позволяю чёлке спасть на лоб. А потом просто беру рядом лежащий фен и быстро сушу ему волосы прохладными потоками воздуха. Уже спустя несколько минут он послушно сидит и ждёт, пока я снова расчешу его. Когда сухие тёмные волосы становятся на место, я откладываю расчёску и осторожно ловлю его за подбородок, поднимая его опущенное лицо. И как только он полноценно глядит на меня, я тут же поражённо выдыхаю. - Что? – переспрашивает он. - Тебе восемнадцать. – выдаю я. Джонин смотрит на меня подозрительно, а потом вскидывает бровь. – То есть с такой причёской тебе действительно восемнадцать, - я улыбаюсь. Рваная длинная чёлка спадает не лоб и немного на глаза, уши слегка прикрыты и он совершенно очаровательный в таком виде. – Тебе идёт! Снова тяну его за руку, только уже подвожу к зеркалу и останавливаюсь за его спиной. - Ну как? - Абитуриент-школьник, - вздыхает он. – Лет на пятнадцать выгляжу. - Нет, - протестую я. – Точно на свои восемнадцать. - Девятнадцать. – поправляет он. - Не важно, но тебе же идёт. - Джунмён! – фыркает он и запускает проворные пальцы в волосы, чтобы испортить всё и снова кое-как зачесать всё наверх и назад. Я вздыхаю. – Тебе идёт, когда ты ровный, а не кучерявый, почему ты так не делаешь? – взамен спрашивает младший. Мы снова усаживаемся на его кровать. - Потому что моя чёлка слишком длинная, и в ровном состоянии закрывает глаза полностью. – я улыбаюсь. - А, ну тогда ладно, - машет он на меня рукой. – Пускай остаются кучери и не закрывают глаз. Я неловко улыбаюсь, чувствуя, что он хочет ещё что-то сказать, но ему тяжело подбирать слова. - А может, сходишь завтра на пары разок вот таким, как я высушил? – осторожно прошу я. - Ни за что! – так категорично. - Ну, Джонин, пожалуйста! - И что обо мне подумают? – фыркает он. - Что ты изменил стиль? – предполагаю я. - А послезавтра я снова приду, как обычно? - Ну можешь не как обычно. – киваю я. – Ну, пожалуйста! - А что мне за это будет? – спрашивает он, прищурив глаза. Я пожимаю плечами. - А я сделаю так, как тебе нравится, буду ровным. - Я не сказал, что мне нравится. – поправляет он. Я снова вздыхаю. - Хорошо, я сделаю так, как ты считаешь, мне идёт. - Не делай! – снова категорично. - Почему? – искренне удивляюсь я. Джонин подаётся вперёд и с непривычки заставляет меня пятиться, а потом я обнаруживаю себя лежащим на его подушке и его, нависающим надо мной. - Потому что чёлка закроет глаза, – отвечает он, и мгновенье спустя я чувствую горячие пальцы на своём лице. Хочется интуитивно прикрыть глаза. – А у тебя красивые глаза! – добавляет он и поднимает мою слегка вьющуюся чёлку. – Без чёлки тебе тоже идёт! - Без чёлки я слишком взрослый, как и ты. – говорю я, хотя это даётся мне очень тяжело. Я чувствую тяжесть его тела на себе, и меня мимолётом бросает в дрожь. Неужели я так помешался на этом мальчишке? Мы же всего раз поцеловались, если это вообще поцелуем назвать можно, совершенно случайно, и всю неделю делали вид, словно ничего не было, а что теперь? Он снова играет со мной? - Но ты же взрослый. – заявляет он. - Я старше тебя всего на три года. – киваю я осторожно. - Хён.- констатирует он, улыбаясь. Здорово наблюдать за ним, когда он действительно искренне улыбается. Боже, он такой красивый! – Хён! – повторяет он. – Забавно называть кого-то хёном. - Ты никогда не пробовал? – улыбаюсь я. - Единственный, кого я называл так, был мой первый учитель хореографии. – отвечает он. – Хён, у тебя такие красивые глаза. – повторяет он, наклоняясь ниже. Мне уже некуда уклоняться от него. – И губы! – добавляет он, но глядит мне точно в глаза. Я стараюсь не выдать себя с головой, поэтому с такой же уверенностью, как мне кажется, гляжу на него в ответ. А потом он наклоняется ещё ниже. - Джонин, что ты…? – пытаюсь сказать я. - Ммм. – довольно, словно кот, улыбается и касается губами моих. Совершено неощутимо, совершенно легко и мягко, так, что голова снова кругом идёт. И я слегка приоткрываю губы на встречу. Он совсем немного отстраняется и собирается снова, как…стук в дверь. - Ащ, - шипит он сквозь зубы куда-то мне в шею.- Меня нет дома, зайдите позже! – просит. - Кай, это Исин! Он недовольно вздыхает, поднимается и помогает мне сесть, открывает дверь. - Мне нужно поговорить с тобой о…Джунмён, а ты что здесь делаешь? – спрашивает Лэй, заметив меня. - Пытался объяснить этому упрямцу, что с такой укладкой он выглядит старше. – нахожусь я. Джонин хитро улыбается, оборачиваясь на меня.- Но разве ему докажешь? – наиграно вздыхаю я, вставая. – Решайте дела, я схожу на вахту! - Джунмён! – уже у двери окликает Джонин, и я тут же оборачиваюсь. – Может быть, стоит попробовать уговорить меня ещё раз? – он говорит далеко не о волосах, и кому, как не мне, понимать это. - Стоит попробовать. – киваю я, улыбнувшись и выхожу. Закрыв за собой дверь, я опираюсь о стену рядом спиной, тяжело дыша. Что только что было?! Ким Джонин, извините, трезвый Ким Джонин, сам пытался поцеловать меня? На ватных ногах я добираюсь в своё крыло и в свою комнату, вместо вахты, и без стука вхожу. В комнате меня застаёт весьма милая картина: Чанёль растянулся по длине всей кровати, умостив голову у Бэкхёна на коленях, и тот, оставив компьютер на его груди, пытается что-то ему втолдычить. - Привет, ребят. – зову я. - Привет. – в унисон отзываются они, даже не взглянув на меня, и продолжают заниматься своими делами. Взгляд сам падает на часы. Скоро восемь, в восемь у Джонина тренировка, часа на три, а потом он, наверное, примет душ и отправится измотанный спать, поэтому сегодня продолжение банкета мне можно не ждать. Утопая в мягкости подушки, рука сама тянется к губам, и я провожу кончиками пальцев по губам, которых только что касался он. Тот факт, что я влип, я признал до того, как он, пьяный поцеловал меня. Ну как, поцеловал, он просто чмокнул меня. До сих пор помню кисловатый привкус вина и прикосновение его мягких губ. Вот почти, как только что, только сейчас он был трезвым, и вполне понимал, что делает. Ведь, если бы я был противен ему, он бы не целовал меня, верно? Всё ещё думаю о том, как рассказать тёте, что моя ориентация изменилась с нормальной на цвет голубого неба, хотя с другой стороны, я всё ещё заглядываюсь на девчонок. Хотя теперь, меня всё чаще посещают мысли, что ни с одной из них он не сравнится. Может, повлияло то, что мой лучший друг неожиданно начал встречаться с парнем. Вот так бах-бабах, и всё. Я не возмущался и ничего не говорил, я просто застал их с Чанёлем обнимающимися на балконе общежития, и глаза Бэкхёни светились ярче солнца. Этого стало более чем достаточно: мне ничего не нужно для счастья, кроме как счастье людей, которых я люблю. Нет, вру. Кажется, сейчас, для счастья мне нужен именно Ким Джонин! Ах да, ещё один мой хороший друг, Лухан, которого мы всегда подкалывали в этом плане, тоже от Бэкхёни не далеко ушёл, хотя именно он и стал первым, и, буквально подтолкнул Чанёля к действиям. У нас в университете есть разные пары, но мы живём в свободной стране, и поэтому, личные отношения – персональное дело каждого. И сейчас мне хочется рассказать Бэкхёни, что со мной происходит, рассказать про Джонина, но я не рискую отвлекать их, да и я ещё немного не уверен в том что именно мне говорить ему. Когда я в следующий раз оглядываюсь на них, они уже мирно сопят в той же позе. Забрав компьютер и разбудив их, прогоняя спать, я отправляюсь в душ. Здесь время не идёт вообще: под прохладными струями, которые вымывают мысли из головы, а усталость из тела. Когда я возвращаюсь в комнату, на часах уже перевалило за одиннадцать, так что немного почитав, меня клонит в сон, и я опускаюсь на подушку. Бэкхёни уже давно сопит, ещё как я в душ уходил, Чанёль уложил его. Только сон начинает накрывать меня, я краем уха улавливаю, как дверь открывается и тёмный силуэт проникает в комнату, прикрыв её за собой. Я что не закрыл её? Силуэт подходит к моей кровати, и я тут же снова прикрываю глаза, притворяясь спящим. Но пришедший человек только забирается ко мне на кровать, устроившись на мне поудобней, и наклоняется к моему лицу. - Хён, я знаю, что ты не спишь. – шепот Джонина в самое ухо. - Ты разбудил меня. – отзываюсь я. – Дверью. - А ты не закрыл её на ночь. Ждал меня, да? – я слышу, как он улыбается. Я пропускаю его вопрос мимо ушей, хотя соглашаюсь, что, наверное, именно поэтому подсознательно оставил дверь открытой. - Как прошла тренировка? - Завтра пятница, половина группы уехала домой, нас было всего три калеки, так что мы занимались, каждый своим. – отвечает он. – Кстати, Исин просил передать, что очень извиняется за то, что прервал нас, и да, он тоже считает, что с чёлкой мне куда лучше. Джонин настолько близко, что я чувствую, как кончики его волос щекочут мне лицо, а горячее дыхание скользит по щеке и губам. - Вот видишь, я же говорил, а ты… - Джунмён, - перебивает он. Даже в темноте вижу, как блестят его глаза. Глаза уже привыкли, так что я могу различать любую деталь его совершенного лица. – На чём мы там остановились? - Ну, мы могли бы… Он снова не даёт мне договорить, только в этот раз перебивает меня уже поцелуем. Сон снимает как рукой, и я моментально подаюсь навстречу, приоткрывая губы, и позволяя его язычку проникнуть внутрь. Сколько же колкостей он наговорил мне в своё время, никогда бы не подумал, что всё закончится именно так. - Всё это оказалось куда приятней, чем предполагалось в начале! – шепчет он, отрываясь от меня. Мы тяжело дышим и обоим нужно позволить лёгким набрать хоть немного воздуха. Как только я вдыхаю полной грудью, он снова наклоняется надо мной. – Я за добавкой! – снова эта хитрая улыбка, и вот я опять вовлечён в поцелуй. Я смакую его, получаю удовольствие от каждого прикосновения его губ и язычка, считываю, впитываю. Изучаю все трещинки на губах, изучаю всю проворность его язычка, растягиваю удовольствие, словно смакую лучшее в мире вино. Ощущаю его привкус на губах и языке, сладкий, терпкий, о, чёрт побери, моя крыша машет мне ручкой и уезжает в отпуск. - Вкусно, теперь пойду спать! – снова констатирует Джонин, приподнимаясь на моей груди на локтях. – Спокойной ночи, зайду завтра перед парами! – добавляет Джонин, поднимаясь на ноги. – И закрой, наконец, на ночь двери! Я встаю следом, подходя к двери. - Спокойной ночи! – отвечаю я, и он снова сокращает расстояние между нами и целует. Слишком быстро, и ситуацию подогревает тот факт, что нас могут застукать – мало ли, кого носит по общежитию ночью. Я обхватываю младшего за талию, крепче прижимая к себе, и мы так же замираем на пороге, всего на мгновенье. А потом он быстро шлёпает босыми ногами по коридору. Я закрываю дверь на защёлку и забираюсь к Бэкхёну под одеяло. - Бэкхёни, - зову я негромко. - Ммм? – отзывается он, повернувшись ко мне лицом и обняв. - Бэкхёни, я целовался с Ким Джонином! – шепчу я. - Угу, спи. – мямлит он, и я следом проваливаюсь в сон. Утром я просыпаюсь из-за пения птиц. Да-да, пения птиц, и они не в моей голове, и не в моём животе, они за окном. Всё-таки скоро лето. До будильника ещё пятнадцать минут, так что я направляюсь в нашу маленькую кухню, готовить завтрак. Бэкхён поднимается от запаха кофе, с чашкой которого я стою над ним. - Ооо, Джунмёни, ты самый лучший. – мурчит он, открыв глаза и заметив его чашку в моих руках. Мы спокойно завтракаем и собираемся на пары. - Послушай, - зовёт лучший друг, влезая в рукава куртки, пока я застёгиваю сумку. – Мне вчера приснилось, что ты сказал мне, будто бы ты целовался с… Он не договаривает: с быстрым стуком в комнату заглядывает Джонин. На нём светло-розовая футболка с серыми узорами и синие джинсы, те, что мы покупали, тёмная чёлка спадает на глаза. И я едва успеваю отметить про себя, какой же он красивый сегодня, как он просто подходит и, приобнимая меня за талию, как я его вчера у двери, нагло целует. Его не смущает ни Бэкхён, ни моё удивление. - Доброе утро, Бэкхён! – машет он моему лучшему другу через плечо, но продолжает глядеть на меня. – Уже время, пошли? - Бэкхёни, закроешь? – зову я ошалевшего Бэкхёна, пока Джонин за руку вытягивает меня из комнаты. - Почему ты не принёс валерьянки моему лучшему другу? – интересуюсь я, когда мы спускаемся по лестнице общежития вниз, и всё так же держимся за руки. - Ничего, это пройдёт. – смеётся Джонин. - Надеюсь, он не опоздает на пару. – вздыхаю я. И всю дорогу до университета мы спокойно держимся за руку, переплетая пальцы но, дойдя до университета, Джонин оставляет мою руку и берёт её только тогда, когда никто не видит – в толпе. На парах мы переписываемся смсками, и мне кажется, что я не могу просто оторваться от него. Когда во время обеда они со старостой решают какие-то важные вопросы, я захожу в кафетерий и сажусь за привычный столик, ожидая ребят. - Рассказывай! – налетает на меня со спины Лухан. – А то Бэкхёни что-то невразумительное только бубнит! - Невразумительное, - фыркает Бэкхён. – Видел бы ты это, тоже бы так делал! - Да рассказывай же! – не выдерживает Лухан. - Ну…, - запинаюсь я. А что, собственно происходит? Мне и саму интересно! - Короче, мы собирались в университет, когда пришёл Ким Джонин! – начинает Бэкхён. - К вам в комнату? – уточняет Лухан. – Ну вы, вроде, неплохо общаетесь сейчас, нет? – Лу смотри на меня. - Ааа, то есть это теперь называется – неплохо общаетесь? – удивляется Бэкхён. - Да что происходит? – ноет Лу. - Как успехи, Кай? – интересуется Кёнсу, когда ребята идут по коридору в сторону кафетерия. - Почему ты не сказал, что он такой наивный и доверчивый? Я только пальцем поманил – он уже прибежал. Да он вклюкался в меня по самые уши, разве что хвостиком не виляет. – смеётся Кай. - Он должен признаться тебе в этом, тогда фиаско будет великолепным! – усмехается Кёнсу. - Признается! – кивает Кай. – Ещё пару недель и он признается! А вот, кстати, и он, наблюдай! А потом оборачивается и через плечо бросает: - Ты знаешь, Кёнсу, он шикарно целуется! – Кай подмигивает приятелю и спешит вперёд. - О, Ким Джонин идёт к нам! – вдруг говорит Лухан. И мне не нужно оборачиваться. Джонин подходит, улыбается ребятам, потому что они делают то же в ответ, и наклоняется к моему уху. - Хочу поцеловать тебя прямо здесь и сейчас, но глядит слишком много глаз, а я не хочу, чтобы они сглазили нас! – он говорит достаточно тихо, и я мгновенно краснею от его слов. А потом Джонин разгибается и протягивает мне руку. Я встаю, подмигивая ребятам, и принимаю руку. Мы под шумок исчезаем из столовой. Мы недолго путешествуем по коридорам, и прячемся в первую попавшуюся пустую аудиторию. Закрываем за собой дверь, и Джонин тут же прижимает меня к двери своим весом. - Я соскучился. – улыбается он. - Невтерпёж? – уточняю я. Он кивает и целует. Мы целуемся долго, и не обращаем внимания на непрерывно звонящие мой и его телефоны. - Да кого там черти несут? – возмущается Джонин, наконец, доставая из кармана куртки свой телефон. - Думаю, мы опоздали на пару. – киваю я, проверяя время. - Ты собрался идти туда в таком виде? – Джонин усмехается, оглядывая меня. Мне не нужно глядеть в зеркало, чтобы понимать, о чём он – и мои, и его губы выдадут нас с головой: что и как мы делали и почему опоздали. Мы громко смеёмся и выходим в коридор, который пустеет. Стараясь не попадаться никому из преподавателей на глаза, мы оседаем на лавке под общежитием, ожидая, пока у ребят закончится последняя пара. Но когда это происходит, первое, что я вижу, это разъярённый Бэкхён. Он быстро сокращает расстояние между нами, а потом становится напротив, складывая руки на груди. - Обалдели? – один единственный вопрос и мы снова смеёмся. – Мало того, что прогуливают, так ещё и ржут! Хватит ржать, это допрос с пристрастием! Не знаю, что веселит нас больше: его тон, его вид или ситуация. - Лу, ну я так не могу! – фыркает на нас Бэкхён, оборачиваясь на Лухана. - Ну-ка заткнитесь! – командует Лухан серьёзно, и мы тут же замолкаем, но продолжаем улыбаться. – Вы что, встречаетесь? – так прямо спрашивает он, уперев руки в бока. Я даже улыбаться перестаю: и правда, а что происходит между нами?! - Да! – кивает рядом Джонин, оставаясь сидеть совершенно спокойным. Всё-таки это наши друзья, разве нет? Они имеют право знать! - О! – выдыхает Лухан, получая такой же прямой ответ на свой вопрос. – Молодцы! - Хён, челюсть подбери. – смеётся с него Сэхун. – У нас репетиция, помните? Надо переодеться! – Сэхун тянет Лухана за руку в общежитие, и мы поднимаемся следом. Мы с Джонином идём в конце делегации, и он берёт меня за руку. - Спасибо, теперь я тоже в курсе! – шепчу я ему в ухо. - Дурак! – смеётся он, толкая меня бедром, но рук не размыкая.