За семью печатями

Когда вечером Джон отправился спать, Шерлок все еще сидел перед ноутбуком, и рядом с ним стояли три пустых кружки из-под кофе. Спустившись в гостиную утром, он обнаружил, что в доме царит звенящая пустота, пол усеивают обрывки бумаги и многочисленные скомканные листы с загадочными закорючками и стрелочками, количество кружек увеличилось втрое, а самого друга нигде не видно. Сегодня у Джона было дежурство, так что, выпив чаю и пожелав миссис Хадсон доброго утра, он поспешил к метро. На полдороге в кармане завибрировал телефон. Джон на ходу открыл входящее сообщение. Поехал допросить психиатра. ШХ Обычно Шерлок не утруждал себя информированием о своих планах, и эта коротенькая фраза заставила ощутить странный прилив тепла. Все-таки, несмотря на всю свою заносчивость и эгоизм, иногда Шерлок совершал такие поступки, которые заставляли думать, будто ему не все равно. Пусть даже чуть-чуть. Джону очень хотелось, чтобы их дружба все же что-нибудь значила для Шерлока. На работе было привычно скучно и однообразно. Несколько человек с простудой, бегун с растяжением лодыжки, решивший прогулять занятия школьник. Последнего привела сверх меры встревоженная мать. Оказывается, утром он показал ей язык восхитительного изумрудного цвета. Джон посоветовал держать зеленку где-нибудь, где есть замок, и велел неудачливому врунишке отправляться на уроки. Мальчишка только разочарованно вздохнул и поплелся к выходу. За все это время от Шерлока не пришло ни единого сообщения. Накалывая во время обеда на вилку ломтики картошки, Джон то и дело встревожено поглядывал на телефон, но тот молчал. Пару раз в голове мелькала мысль написать самому, но он давил ее, зная, как не любит Шерлок, когда его отвлекают по пустякам. А Джон не сомневался, что, узнай друг о его тревогах, именно пустяками бы их и счел. И все-таки он переживал. Вдруг с Шерлоком что-то случилось? Тот просто мастер влипать в разные сомнительные ситуации. Вдруг он сейчас лежит где-нибудь, раненый, и не может дать о себе знать? Или его похитили преступники? Или еще хуже? Джон потряс головой и уставился на почти нетронутую тарелку картошки фри с отбивной. Ну и чушь. Жуткие глупости. Шерлок бывал во всяких передрягах и всегда выпутывался из них благополучно. Вот и сейчас он, скорее всего, просто разговаривает с нужными людьми, собирает улики, которые помогут оправдать бедного Джея Ломана. — Привет, — поставив на стол поднос, на стул напротив села Сара. — Надеюсь, ты не против? — Что ты, конечно, нет, — улыбнулся Джон. — Как дела? — Неплохо, — она открыла контейнер с салатом. — Вот только скука сегодня жуткая. Все будто сговорились идти сюда с банальным насморком. — И не говори. Мне, правда, попался мальчишка, намазавший язык зеленкой. — Серьезно? Сара рассмеялась, и Джон снова улыбнулся. — Еще как, — подтвердил он. Пару минут они болтали о всяких пустяках, обсудили слухи о новом законе о медицинской страховке и вскользь коснулись неожиданного увольнения Шерри из реанимации. Та исчезла посреди рабочей недели и даже не написала заявления. Поговаривали, что это неспроста, но в более подробные рассуждения по понятным причинам никто не пускался. — Слушай, я все хотела тебя спросить, — Сара отпила глоток чая и поморщилась, — Ну вот, опять без сахара. Огромное спасибо Джеки за заботу о моей фигуре, — рассмеялась она. — Так вот, если у тебя сегодня ничего не запланировано на вечер, может, сходим куда-нибудь, посидим в баре, выпьем? Джон мысленно прикинул вероятность того, что Шерлоку внезапно понадобится его помощь. Друг отправился куда-то ранним утром и сейчас определенно шел по следу. Видимо, разговор с психиатром прошел более-менее успешно, раз Шерлок до сих пор не дал о себе знать, а, значит, скорее всего, раньше полуночи его ждать не стоит. Впереди еще куча времени. — С удовольствием. Сто лет никуда не выбирался. И тут зазвонил телефон. — Извини, — пробормотал Джон и открыл сообщение. Тарлинг-стрит, 12. Жду. ШХ — Это ведь Шерлок, да? — нахмурилась Сара. — И что ему от тебя надо на этот раз? — Не знаю, но мне придется уехать. Похоже, он вышел на след убийцы, и я не хочу бросать его с ним один на один, — Джон виновато опустил взгляд. Конечно, поступать так с Сарой нехорошо, но мысль о том, что Шерлок может оказаться наедине с безжалостным преступником вызывала безотчетный ужас. — Ты не могла бы додежурить за меня? — Кто бы сомневался. Стоит твоему соседу сказать слово, как ты, сломя голову, несешься к нему, — с расстроенным видом Сара отодвинула чашку в сторону. — Поражаюсь, как вас до сих пор не заподозрили. — Это просто дружба, ничего и никогда больше, — чувствуя, как начинают краснеть уши, принялся оправдываться Джон. Кстати, с чего это ему оправдываться? Между ним и Шерлоком нет и быть ничего не может. Никогда. — Шерлоку вообще никто не нужен, ты же знаешь. — Да расслабься ты, — рассмеялась Сара, накрывая его ладонь своей. — Я же его видела. И я тебя знаю. Конечно, подменю. Все равно посетителей сейчас почти нет. Беги уже к этому гению. Торопливо поблагодарив, Джон поднялся из-за стола. Бог знает, что обнаружил Шерлок и чем это может грозить, однако опыт подсказывал, что, скорее всего, ничего хорошего там нет. А он не мог позволить другу оказаться наедине с неведомой опасностью. * * * Шерлок нетерпеливо мерил тротуар шагами. Пять вперед, поворот, пять назад, еще один поворот, начать сначала. Мимо проносились машины, проходили, поодиночке, парами или целыми компаниями, пешеходы. Он без труда мог рассказать историю каждого из них. Нетерпеливо вздохнув, он достал из кармана телефон и в десятый раз за последние пять минут проверил время. Если Джон не попал в пробку, через минуту-другую он будет здесь. Это хорошо, просто замечательно. Объект находился в заброшенном доме, которыми изобиловала округа, сидел там в своей самодельной лаборатории, и полчаса назад никуда уходить не собирался. Однако мало ли что. Упустить убийцу не хотелось. Выйти на него оказалось до отвращения просто. Всего несколько телефонных звонков, разговор с парой человек и час осторожной слежки, и вот Шерлок оказался здесь. Дело вообще неожиданно оказалась на редкость простым. Это вызывало волну раздражения, только подкреплявшегося воспоминаниями о том мальчишке и его готовности пожертвовать всем, даже собственной жизнью, ради любимого. Шерлок провел в размышлениях целую ночь, и отнюдь не все это время думал, как вычислить убийцу. Где-то в районе пяти утра — на улице уже начало светать, но солнце еще не взошло — он понял, что, окажись он на месте Марка — без раздумий сделал бы то же самое и даже больше. Интенсивность эмоций, захлестнувших его вчера вечером, обескураживала. Никогда прежде, даже под наркотическим кайфом, он не испытывал настолько яркие и сильные чувства. Это было по-настоящему страшно. У кромки тротуара резко затормозило такси, через секунду из салона выбрался Джон. — Ну, что у тебя стряслось? — протягивая водителю через окошко деньги, спросил он. — Ты его нашел? — Да, — Шерлок дождался, когда Джон расплатиться с кэбменом, а затем направился по проходу между домами внутрь квартала. Перемахнув невысокий, чуть выше колен, заборчик, он завернул за угол, и они оказались перед заброшенным домом. Штукатурка на стенах облупилась, там и сям виднелись граффити, а бетон дорожки под ногами усеивали окурки, осколки пивных бутылок и одноразовые шприцы. — Пятнадцать минут, весьма неплохо. — Ты о чем? — Джон озадаченно нахмурился, а затем, сообразив, добавил. — А, время, за которое я добрался. Да, повезло, не попал ни в одну пробку. По выщербленным ступеням они поднялись на крыльцо и остановились у заколоченной крест-накрест двери. Шерлок дернул доски, гвозди легко вышли из отверстий, и дверь со скрипом приоткрылась. — Пойдем. Это бывшая больница, нам в противоположную часть здания. Только осторожнее, там внутри темно, — предупредил он. В холле и правда царила чернильная тьма. — Да тут нужен прибор ночного видения, — невольно вырвалось у Джона, стоило сделать пару шагов внутрь. Остановившись, Шерлок усмехнулся. — Закрой глаза и постой так немного, — негромко произнес он. — Когда снова их откроешь, будешь видеть лучше. Наверно, Джон кивнул, потому что ответа Шерлок не услышал, зато почувствовал, как на его пиджаке сомкнулись, натягивая ткань, пальцы друга. Желание дотронуться до них, ощутить текстуру кожи, ласково погладить костяшки было настолько неожиданным и сильным, что он сжал кулаки, до боли впиваясь в плоть ногтями. Дыхание Джона, чуть учащенное, обжигало кожу на затылке, вызывая неведомые доселе образы, нереально-волшебные и соблазнительные, а окружающая темнота лишь обостряла ощущения. Почувствовав, как тяжелеет внизу живота от прилившей крови, Шерлок поспешил сосредоточиться на деле. С силой зажмурившись, он постоял так пару секунд, дожидаясь, когда расширятся зрачки. Впрочем, в его случае они, наверно, и так были на всю радужку. Открыв, наконец, глаза, он различил впереди слабый свет и двинулся на него. Джон, так и не выпустив край пиджака, шел следом. Вскоре они оказались в небольшой комнате с единственным окном. Пол здесь был усеян мусором и каменной крошкой, обои почернели от сырости, а местами отстали от стен и свисали с них грязными лохмотьями. Одно из стекол в окне оказалось разбито. Шерлок подошел к подоконнику и обернулся, почувствовав, как Джон торопливо разжал пальцы. — Думаю, будет лучше, если ты приготовишь пистолет. — Откуда ты… — начал было тот, но Шерлок нетерпеливо закатил глаза. — А, ну да. Кстати, надеюсь, ты сообщил Лестрейду? — Конечно. Инспектор со своей командой идиотов будет здесь примерно через двадцать минут. Мы как раз успеем взять убийцу сами. Шерлок ждал, что друг нахмурится и наотрез откажется идти дальше, пока не приедет полиция. Несмотря на всю свою тягу к опасности, иногда он принимался до нелепости перестраховываться, но не в этот раз. Скользнув рукой за пояс джинсов, Джон достал пистолет. — И кого мы ловим? Шерлок широко ухмыльнулся. — Некого Джерри Рассела двадцати восьми лет. Учился на химика, но был отчислен. Несколько раз ловили на производстве и сбыте наркотиков, год назад вышел на свободу и с тех пор в поле зрения полиции не попадал. Тем не менее, с наркотой он не завязал, просто стал умнее. Сейчас он снабжает весь этот район и два соседних. — Ясно, — Джон нахмурился. — А какое отношение он имеет к Барбаре Хоггарт? Вряд ли она приторговывала наркотиками. — Она нет, а вот убитая горем мисс Хоггарт — да. Убийц действительно было двое. * * * У Шерлока был до того торжествующий и гордый вид — как у первоклашки, решившего задачу, над которой безуспешно бился его старший брат — что Джон с трудом сдержал смех. Но вот сами слова друга оказались для него полной неожиданностью. — Подожди. То есть ты хочешь сказать… — Я сказал именно то, что хотел, — фыркнул Шерлок. — Элен Хоггарт связана с наркоторговлей. Она производит наркотики. — С чего ты взял? Зачем ей это, у нее же полно денег, — Джон озадаченно нахмурился, пытаясь найти какое-нибудь объяснение прежде, чем друг все расскажет сам. — Здесь дело не совсем в деньгах, — Шерлок легко вскочил на подоконник, открыл окно и выпрыгнул на улицу. Убрав пистолет, Джон последовал за ним. — Серьезно? И в чем же? По ту сторону оказался залитый асфальтом двор, окруженный со всех сторон стенами, вдоль которых была свалена поломанная мебель и какие-то не поддающиеся опознанию ржавые конструкции. Шерлок решительно двинулся вперед. — В любви, — он насмешливо фыркнул. — По крайней мере, так было поначалу. Мисс Хоггарт химик, это видно по пятнам у ногтей у нее на руках. Я связался с ее одногруппниками и узнал, что в последние полгода она стала часто пропускать занятия, а ее успеваемость резко упала. Все они говорили, что как раз полгода назад у Элен появился таинственный поклонник. Она никого с ним не знакомила, но одна девушка случайно видела их вместе и сумела мне его описать. Согласись, такое поведение довольно необычно, люди любят хвастаться своими победами. Мне удалось выяснить, что это Джерри Рассел и что Элен познакомилась с ним в одном из клубов. Добравшись до противоположной стены, Шерлок прижался к ней спиной. Джон, вновь достав пистолет, последовал его примеру. — Рассел, узнав, что новая подружка химик, не растерялся и решил приставить Элен к делу, — уже тише продолжил Шерлок. — Вместе они стали производить новый синтетический наркотик. О нем говорится в отчетах Ярда. Полиция уже четыре месяца ищет, откуда он попадает на рынок, но до сих пор ни на кого не вышла. А неделю назад о занятии дочери узнала Барбара Хоггарт. — Подожди, — Джон коснулся предплечья Шерлока, привлекая к себе его внимание. — А при чем здесь тот психиатр? — О, это еще интереснее, — широко ухмыльнувшись, Шерлок бросил на его ладонь короткий взгляд, но отстраняться не стал. Отчего-то это было приятно. — Последний месяц у миссис Хоггарт выдался нелегкий. Две с половиной недели назад кто-то прислал ей на почту фотографии Джея и Марка в весьма недвусмысленных позах. Видимо, некий доброжелатель надеялся, что она сразу же побежит в АНБ. Однако миссис Хоггарт слишком любила племянника. Она решила разобраться во всем сама. Для чего и обратилась к Лайтману, которого ей рекомендовали как одного из лучших психиатров страны. Он сказал мне, что миссис Хоггарт интересовалась, можно ли считать мужеложство психическим отклонением и вылечить медикаментозно. Лайтман заверил ее, что гомосексуалисты психически абсолютно нормальны, потому их и судят, а не лечат, как не пытаются вылечить и других преступников, и на этом она ушла. Как мы знаем, в завещании Ломан по-прежнему значится. — И какое отношение это имеет к убийству? — недоуменно спросил Джон. — Прямое, — Шерлок переступил с ноги на ногу. — Барбара Хоггарт, конечно, стерла то письмо, но в интернете практически ничто нельзя уничтожить бесследно. Я проследил ай-пи отправителя, и знаешь, кто им оказался? Джон покачал головой. — Элен, — торжествующе сообщил Шерлок. — В случае смерти миссис Хоггарт она и Джей получили бы равную долю наследства, но ей хотелось все. Тогда она решила избавиться от двоюродного брата таким образом, но план провалился. А теперь представь себе ее ужас, когда мать пришла к ней и заявила, что она все знает про Рассела и наркотики. Барбара потребовала, чтобы Элен немедленно порвала с Джерри, иначе она вычеркнет ее из своего завещания и выставит из дома. Девушка в ужасе бросилась звонить любовнику, и тот предложил ей убийство. Свалить все они решили на Джея: таким образом они убили бы двух зайцев одним выстрелом. Элен незаметно сделала матери укол, та потеряла сознание… — Подожди, — перебил его Джон. — Откуда Элен умеет делать уколы? — Помнишь, она сказала, что в ночь убийства была в Кардиффе? Элен уже давно работает волонтером в различных клиниках и прекрасно справляется со всеми стандартными медицинскими процедурами. В Кардиффе проходил волонтерский слет — идеальное алиби. Вечером она незаметно выбралась из гостиницы, купила по поддельным документам билет на поезд до Лондона, там вместе с Расселом убила собственную мать и к утру вернулась обратно. Все, она ни при чем. — Ужас какой, — пробормотал Джон. — Да уж, заботливой дочерью мисс Хоггарт не назовешь, — кивнул Шерлок. — Она вколола матери неизвестный препарат, Рассел ударил уже бесчувственное тело кочергой, а потом подбросил ее в квартиру Ломана. Джон невольно передернулся. Казалось бы, он прошел войну, почти два года расследовал вместе с Шерлоком всевозможные преступления, так что навидался ужасов всяких, но все равно никак не мог привыкнуть к человеческой подлости. Поступок Элен вызывал омерзение. — Бедный Джей. Так Рассел здесь? — он кивком указал на дом. — Да, — подтвердил Шерлок, — у него тут лаборатория. В ней они и производят тот наркотик. — А что Элен? — Она не столь опасна, к тому же не подозревает, что я вышел на нее. Лестрейд арестует ее позже. Бежать ей все равно некуда. Ну что, идем? Джон поудобнее перехватил пистолет и кивнул. Практически все окна на первом этаже здесь были забиты фанерой, но Шерлок решительно подошел к одному из них и толкнул лист. Тот легко отодвинулся в сторону. — Ты что, лазил сюда в одиночку? — прошипел Джон. — Всего лишь проверял путь, — пожал плечами Шерлок, подтянулся на руках и исчез в черном провале окна. Мысленно чертыхаясь, Джон нырнул следом. Внутри было темно, но он, уже зная, как следует поступить, зажмурился. Когда он опять открыл глаза, на фоне чернильной стены стал различим чуть более светлый прямоугольник дверного проема. — Я иду первым, — прошептал он замершему рядом Шерлоку. — Хорошо, — Джон скорее почувствовал, чем увидел, как тот кивнул. В коридоре окна тоже оказались забиты, но падавший с расположенных по обе руки лестниц свет чуть разбавлял тьму. Коснувшись плеча Джона, чтобы тот обернулся к нему, Шерлок показал направо. Джон кивнул. — Лаборатория наверху, — наклонившись к нему, когда они выбрались на лестничную площадку, шепнул Шерлок. — Может, все-таки стоит дождаться Лестрейда? — спросил Джон. Конечно, он не сомневался, что вдвоем они легко справятся с противником, но рисковать попусту все же не очень хотелось. — И упустить его? Ну уж нет, — Шерлок нетерпеливо дернул головой и начал уже подниматься, но Джон решительно оттеснил его в сторону. — Только после меня. Я не хочу, чтобы тебя случайно подстрелили. — Думаешь, будет лучше, если подстрелят тебя? — съязвил Шерлок, однако покорно пошел следом. Лестницу они преодолели без всяких приключений. На втором этаже в окна лился солнечный свет, освещая выщербленные стены, замусоренный пол и граффити. — Где именно? — обернувшись к Шерлоку, спросил Джон. — Этого мой информатор не знал. — Значит, будем проверять все помещения по очереди. У Рассела есть оружие? — Возможно. — Тогда не высовывайся. — Господи, Джон, ты что, думаешь… — начал было Шерлок, но поймал жесткий взгляд друга и моментально захлопнул рот. Больше всего это напоминало зачистку домов в Афганистане. Прижимаясь спиной к стене, Джон подбирался к двери и толкал ее. Внутри неизменно оказывалось пусто, только изредка попадались обломки старой мебели и аппаратуры образца середины пятидесятых. Похоже, здесь действительно когда-то была больница, но ее давно закрыли. Впрочем, причин сомневаться в знании Шерлоком Лондона и так не имелось. Наконец, распахнув очередную дверь, Джон попал в явно обитаемое помещение. Чисто подметенный пол, застекленные окна, многочисленные пробирки, горелки — все это указывало на то, что перед ними лаборатория. Но внутри никого не было. — Ты уверен, что он точно здесь? — оглянувшись, спросил Джон. Шерлок кивнул. Его взгляд жадно скользил по оборудованию, впитывая в себя мельчайшие детали. — Ладно. Тогда пойду проверю остальные помещения. Будь настороже. Выйдя, Джон осторожно двинулся по коридору вглубь здания. Что-то здесь было не так. С каждым шагом зудящее ощущение в области лопаток становилось все сильнее, пока не сделалось совсем невыносимым. Точно кто-то смотрит в спину. Джон рывком обернулся, но, как и ожидалось, никого не обнаружил. Пожав плечами, он толкнул следующую дверь. Опять пусто, хотя тоже прибрано, а в углу лежит матрас и свернутые комком несколько одеял с подушкой. Видимо, Рассел здесь ночевал. В комнате ясно чувствовалось присутствие человека. И тут краем уха Джон уловил шаги. Резко развернувшись, он вскинул руку с пистолетом, но все равно опоздал. Перед глазами мелькнуло чье-то незнакомое лицо, голова взорвалась болью, а потом мир поглотила тьма. * * * — Шерлок, пожалуйста, сядь уже. В очередной раз проигнорировав Майкрофта, Шерлок продолжил расхаживать по тесному коридорчику перед реанимацией. Разбитую губу жгло, время от времени она опять начинала кровоточить, но собственные малозначительные травмы волновали его сейчас меньше всего. Заживут, не в первый раз. Другое дело — Джон. То, что случилось с Джоном, не должно было произойти. Просто не имело права. Идиот! Чем он думал, когда потащил Джона с собой. Как мог подвергать его такому риску? Шерлок осматривал набор химических реагентов, из которых производили наркотик, когда из коридора донесся глухой удар. Не слишком встревожившись, он окликнул Джона, но тот не отозвался. Словно кто-то провел ледяным пальцем вдоль позвоночника. Чувствуя, как в груди поднимается иррациональный ужас — с Джоном ведь не может случиться ничего плохого, это же Джон — он распахнул дверь и нос к носу столкнулся с Джерри Расселом. Шерлок узнал его моментально, но внимание приковало не то, что в нескольких дюймах от него стоит преступник, за которым они пришли, а обрезок металлической трубы у того в руках. Трубы со следами крови. Услужливое воображение моментально подсказало, откуда она могла взяться. Джон. Нет. Время словно застыло. Еле-еле потянулись вязкие, как кисель, секунды. Шерлок отчетливо видел, как Рассел отводит назад руку, замахивается, на его предплечье напрягаются мышцы, вздуваются вены, а потом вытянутый кусок металла летит прямо в голову. И все это — совершенно беззвучно, как в немом кино. Его действия были такими же медленными. Шагнув в сторону, Шерлок развернулся вокруг собственной оси, а затем, продолжая движение, выбил обрезок трубы из рук. Тот ударился о стену и, зазвенев, откатился в дальний угол. Рассел разъяренно зарычал, по-звериному пригнулся к земле, и тут время резко рвануло вперед. От мощного удара в челюсть закружилась голова, во рту появился металлический привкус крови. Стараясь не обращать внимания на боль, Шерлок поднырнул под занесенную руку — хорошо хоть противник был практически такого же роста — и ударил в ответ. Тот сдавленно охнул и согнулся пополам. Желая закрепить успех, Шерлок нанес второй удар, теперь в солнечное сплетение. Рассел мешком осел на пол, и так и остался там лежать. Не теряя времени на то, чтобы проверить, жив ли он, Шерлок бросился в коридор, а оттуда — в соседнюю комнату, дверь которой была приоткрыта. В голове вертелась одна и та же мысль: лишь бы обошлось, пожалуйста, только бы все обошлось. В груди бешено билось сердце. Джон лежал на полу. Светлые волосы слиплись и потемнели от крови. С размаху упав на колени, Шерлок прижал палец к шее, стараясь нащупать пульс. На одно леденящее мгновение показалось, что он опоздал, что все кончено, и виноват в этом только он. Но слабо подрагивающая жилка нашлась, а запястья коснулось теплое дыхание. Шерлок облегченно выдохнул. Только теперь он различил доносящийся с улицы глухой вой полицейской сирены. Потом был топот ног по лестнице, голоса, Лестрейд, вызывающий по рации парамедиков из дежурившей на улице «Скорой». Шерлок отвечал на вопросы, ходил, что-то рассказывал, показывал, но все это на автомате, без участия сознания, которое раз за разом повторяло одно и то же: Джон. Когда парамедики уложили Джона на носилки и направились к лестнице, он рванулся было за ними. Он готов был отстаивать свое право находиться рядом с другом; спорить, да хоть драться, если понадобится — если эти чертовы идиоты не поймут, как для него это важно — но на плечо легла знакомая рука. Обернувшись, он встретился взглядом с Лестрейдом. — Мы поедем следом в моей машине, — тихо сказал тот. — А… Хоггарт? — собственный голос показался невероятно чужим и далеким. Прокашлявшись, Шерлок повторил. — Как же Хоггарт? — Я отправил за ней Донован с группой. Ничего сложного, сама справится. Шерлок кивнул. Во второй раз в жизни он испытывал к Лестрейду благодарность. От этого чувства было не по себе. Потом они петляли по загруженным лондонским улицам вслед за мигавшей синим маячком «Скорой», а Лестрейд ничего не говорил, точно понимая, что Шерлоку сейчас нужно именно это — вселяющее надежду молчание друга, а не полные насквозь фальшивого сочувствия утешения, вызывающие одну лишь неловкость. И, наконец, цель всего — больница. Джона поспешно отправили на МРТ, а они остались в коридоре, дожидаясь результатов. Инспектор устало опустился на пластиковый стул для посетителей и уставился в стену, Шерлок нервно заходил из угла в угол. Это он виноват. Если с Джоном случилось что-то ужасное, то это его вина. Им следовало дождаться полицейских. Полчаса тянулись невыносимо долго. В какой-то момент — Шерлок не запомнил, в какой именно — появился Майкрофт, как всегда надменный, спокойный и самодовольный. Несколько медсестер лебезили перед ним, как перед самой королевой, и в другой ситуации Шерлок не преминул бы отметить это, но только не сейчас. Сейчас ему было плевать, даже если бы брат объявился здесь в окружении всей своей рати. — Надеюсь, ты не успел натворить глупостей? — прислонив зонтик к стене, Майкрофт опустился на стул рядом с Лестрейдом и обменялся с ним мгновенными взглядами. Шерлок усмехнулся. Ну конечно, Лестрейд. Откуда бы брату иначе узнать? Камер там не было. Скрипнула, открываясь, дверь, появился врач. — Могу сказать, что вашему другу крупно повезло, — устало произнес он. — Перелома свода черепа или кровоизлияния нет. Остальные повреждения станут видны позже. Ушиб мозга — вещь непредсказуемая. Шерлок попытался проскользнуть внутрь, но врач удержал его. — Он пока не очнулся. И снова потянулось бесконечное ожидание. Джона отвезли в реанимацию, подключили к аппаратуре. До боли закусив губу, Шерлок стоял у стеклянной стены и смотрел, как суетятся в палате медсестры. Окруженный мониторами, опутанный проводами, с забинтованной головой, Джон казался невероятно хрупким. У Лестрейда зазвонил телефон. Извинившись, он отошел в сторону и принялся что-то тихо говорить в трубку. На том конце, видимо, не соглашались, потому что он резко оборвал собеседника и отсоединился. — Мне нужно уехать, — обращаясь то ли к Шерлоку, то ли к Майкрофту, произнес он. Шерлок продолжил молча смотреть сквозь стекло на Джона. Майкрофт кивнул в ответ. Потом опять пришел врач, и Шерлок не успел открыть рта, как Майкрофт оказался рядом, заговорил о том, что необходимо сделать все возможное, что его помощник будет здесь и, если что-то понадобится, следует сразу же сказать ему. Скоро приедет специалист-невролог, добавил он. Судя по выражению лица, врач особой радости от этого заявления не испытал, но и возражать не попытался. — Шерлок. Я прошу тебя. Резко развернувшись, Шерлок с размаху опустился на стул. Тот жалобно скрипнул в ответ. — Почему он до сих пор не очнулся? — Ты же слышал, что сказал врач, — повернувшись, Майкрофт в упор посмотрел на него. — Да, слышал. И что? Прошло уже три часа. — Шерлок, — Майкрофт задумчиво побарабанил пальцами по ручке зонта. — Думаю, тебе следует вести себя осмотрительнее. — Осмотрительнее? — Шерлок скептично приподнял бровь. — О чем это ты? — Ты знаешь, о чем. Раздраженно фыркнув, Шерлок отвернулся. Да что Майкрофт понимает? Что он вообще может понимать? Откуда ему знать, каково это — ждать, когда придет в себя дорогой тебе человек? Он же даже примерно не представляет, как Джон важен и нужен. — Шерлок, это не игрушки. Может случиться так, что даже я ничем не смогу вам помочь. Если ты не хочешь, чтобы вы оба пострадали, тебе следует лучше контролировать свои… — на мгновение Майкрофт замялся, подыскивая слово, — эмоции. — Я никогда не считал это игрушками. — Надеюсь. Но сейчас ты делаешь все возможное, чтобы доказать обратное. Любой, кто увидит тебя, может заподозрить неладное, и я не гарантирую, что он не побежит в Агентство. Если не хочешь, чтобы все закончилось, возьми себя в руки. Со свистом втянув в себя воздух, Шерлок встал. — Тогда, может быть, это будешь ты? — Не говори глупостей, — казалось, Майкрофт полностью владел собой, однако по тому, с какой силой он стиснул ручку зонта, было видно, до чего непросто ему дается это внешнее спокойствие. — О, какие уж тут глупости, — Шерлок холодно усмехнулся. — Ты стоишь на страже существующего порядка. Это благодаря тебе людей отправляют на каторгу лишь за то, что они имели глупость влюбиться. А тут — собственный брат. Ты ведь понял все с самого начала, даже раньше, чем я. — Я никого на каторгу не отправляю, ты прекрасно это знаешь, — Майкрофт нахмурился. — Шерлок, ты сейчас... Отвернувшись, Шерлок отошел в дальний угол и встал там, обхватив себя за локти. — Мне страшно, Майкрофт, — едва слышно произнес он. — Ты же знаешь, я никогда и ничего не боялся, но сейчас мне страшно. Я боюсь, что потеряю его. Он слышал, как за спиной зашуршала ткань, скрипнул стул, а потом ему на плечо легла рука брата. — Джон справится. Все будет хорошо. * * * Жарко. Над ухом слышится назойливый писк, колоколом отдается в гудящей голове. Волнами накатывает тошнота, а сам он словно куда-то плывет. Что с ним? Он пытается вспомнить, что произошло, но ничего не выходит. Он открывает глаза. Перед ними пульсируют белые пятна. Свет такой яркий, что становится больно до слез. Кто-то касается его руки, что-то говорит. Потом появляются другие голоса. Поднимается суматоха. Он пытается ответить, но язык не подчиняется. В руку впивается прохладная игла, и он соскальзывает обратно во тьму. * * * Чьи-то холодные пальцы обхватили запястье, и Джон открыл глаза. Шерлок. — Как ты? Джон немного подумал над вопросом. — Голова болит, — наконец, ответил он. — Неудивительно, — хмыкнул Шерлок, выпуская его руку. Захлестнувшее от этого чувство утраты оказалось настолько сильным, что на время даже затмило боль. — Помнишь, что случилось? Джон качнул головой и сразу же поморщился. — Какой-то заброшенный дом, мы искали там убийцу. На этом все. Это он меня так? — он смущенно улыбнулся. Наверно, сейчас Шерлок сделает свое фирменное выражение лица «все люди — идиоты». Но против ожидания друг просто кивнул. При этом в глазах у него промелькнуло что-то такое... Будь на его месте другой человек, Джон сказал бы, что это вина, а то и боль. — Рассел ударил тебя по голове. Мы сейчас в больнице. Ну да, верно. Это он уже и так сообразил. — И как давно? — Джон нахмурился, пытаясь заставить память слушаться, но та по-прежнему казалась девственно чистым листом бумаги, зато тошнота и пульсация усилились. — Почти восемь с половиной часов. Ты приходил в себя часов пять назад, но сразу уснул. Врач сказал, все более-менее в порядке. Думаю, ему можно доверять, хотя его и прислал Майкрофт. Недовольно фыркнув, Шерлок поджал губы. — Тогда надо будет сказать Майкрофту спасибо, — улыбнулся Джон. — То, что ты сейчас здесь, наверное, тоже его заслуга? Шерлок кивнул. Теперь он выглядел еще более недовольным, как мальчишка, которому пообещали, а потом не подарили на Рождество страстно желаемую игрушку. — Так значит, я был без сознания три часа? — поспешил сменить тему Джон. — Да. — А потом еще пять с лишним проспал? — он попытался подсчитать, сколько же прошло времени. Получалось, сейчас уже почти полночь, и темнота за прикрытым жалюзи окном только подтверждала это предположение. — Шерлок, ведь уже ночь! Почему ты до сих пор здесь? Немедленно поезжай домой. Шерлок отстранился и выпрямился на стуле. — Ты меня прогоняешь? — ледяным тоном уточнил он. Джон растерянно заморгал, уставившись на друга. — Конечно, нет. Если хочешь, ты можешь остаться. Просто я подумал… — И твое идиотское предположение только лишний раз доказало, что тебе этим лучше не заниматься. Особенно после удара по голове, — недовольно проворчал Шерлок, снова придвигаясь ближе. — Врач сказал, тебе нужно спать. — Думаю, для тебя это тоже будет нелишним, — усмехнулся Джон. — Ты сегодня всю ночь глаз не сомкнул. И вчера тоже. — Ничего, я не хочу, — возразил Шерлок и, словно чтобы доказать обратное, немедленно зевнул. — О да, вижу, как не хочешь, — подавив очередной приступ тошноты, улыбнулся Джон. — Пересесть в кресло ты тоже откажешься, да? Шерлок энергично кивнул. — Тогда ложись сюда, — чуть подвинувшись, Джон похлопал ладонью по кровати рядом с собой. Идея предложить Шерлоку лечь рядом возникла в голове словно из воздуха, и внезапно он понял, что не видит в ней ничего странного или противоестественного. Хотя, на самом деле, должен бы. — Джон, ты…— с озадаченным выражением Шерлок запнулся и беспомощно посмотрел на друга. — Ничего не говори, все нормально. Просто ложись. Или немедленно поезжай домой. Шерлок неуверенно помедлил, а потом подвинулся на стуле еще немного вперед и осторожно, чтобы не задеть многочисленные провода, уткнулся лбом в бок Джона. — Спокойной ночи, Джон, — глухо пробормотал он. — Спокойной ночи, Шерлок. Улыбнувшись, Джон положил ладонь на взъерошенную макушку. В первое мгновение Шерлок напрягся, но почти сразу расслабился, и вскоре Джон уже спал, убаюканный теплой близостью друга. * * * Шерлок почти не дышал. Больше всего он боялся, что если пошевелится, чары развеются, и окажется, что все совсем не так, как сейчас, что поразительная, сводящая с ума близость Джона, ощутимое даже сквозь одеяло тепло его тела, знакомый запах, перемешавшийся с запахами больницы, — просто иллюзия. На какой-то миг он даже подумал, что, возможно, все это — Джон, палата, бархатистая полуночная темнота за окном — не больше чем галлюцинация, воплотившая его самые тайные мечты в жизнь, а сам он никогда не порывал с наркотиками, и не было ни Лестрейда, ни расследований, ни Бейкер-стрит, ни Джона. Усилием воли он заставил себя отмести эту мысль как абсурдную и сосредоточиться на реальности. То, что было сейчас, было потрясающе. Джон спал, его ладонь спокойно и уверенно лежала на затылке Шерлока, а пальцы по-хозяйски зарылись в волосы. Больше всего на свете Шерлок хотел, чтобы так было всегда, ну хотя бы изредка, лишь бы было. И до чего же горько и больно становилось от осознания — этот раз первый и единственный. Других не предвидится. Шерлок не представлял, что тому виной: давящее влияние больницы, вызванная ударом по голове травма или нечто иное — но не сомневался, что стоит Джону окончательно прийти в себя, и больше он уже никогда не подпустит его к себе так близко. А потому следовало наслаждаться каждой секундой выпавшего ему чуда, впитывать эту ночь в мельчайших деталях, чтобы после, когда станет совсем тяжело, вспоминать ее, зная, что ему досталось хотя бы это. Он не будет спать. Третья бессонная ночь — это такие мелочи. Пустяки. Он держался и дольше. Сейчас ему никак нельзя уснуть. Ему нельзя… * * * Шерлока разбудил солнечный луч. Проникнув в палату сквозь щель между жалюзи, он скользнул по полу, забрался на постель и, наконец, коснулся его лица. Вздрогнув, Шерлок открыл глаза. События вчерашнего дня, а, главное, ночи, разом безжалостно обрушились на него, стоило только увидеть выкрашенные в ровный бежевый цвет стены и услышать мерный писк и жужжание аппаратуры. Мысленно изо всех сил ругая себя за то, что, как последний дурак, отключился, потеряв столько драгоценных минут, он чуть повернул голову и осторожно посмотрел на Джона. Тот крепко спал, вчерашняя пугающая бледность ушла, сменившись привычными здоровыми красками, отчего повязка на голове казалась совершенно неуместной. Ладонь Джона по-прежнему лежала у Шерлока на затылке. Очень осторожно, чтобы не побеспокоить друга, Шерлок пошевелился. Затекшее за несколько часов неподвижности тело немедленно отозвалось болью. Выскользнув из-под руки Джона, он встал, подошел к двери и отвел жалюзи в сторону. По ту сторону стеклянной стены на неудобном стуле сидел молодой парень в строгом костюме. Откинувшись на спинку и вытянув ноги так, что перегородил весь проход, он цепко поглядывал по сторонам. Шерлок усмехнулся: Майкрофт, в своей обычной манере, предусмотрительно позаботился о том, чтобы в палату не попал никто посторонний. Отвернувшись, он опять посмотрел на Джона. Шерлок знал, что они играют в опасные игры, ходят по краю, то и дело рискуя сорваться вниз, но никогда еще не осознавал этого так ясно, как вчера, когда Джон лежал перед ним на полу, а вместе с кровью из него, казалось, по капле вытекала жизнь. Он должен был сказать. Джон имел право знать. Шерлок не сомневался, что, если признается, их дружбе настанет конец. Девяносто девять шансов из ста, что Джон оттолкнет его. Вероятность благополучного исхода была слишком мала, чтобы всерьез рассчитывать на нее, но он был обязан рассказать другу все. Слишком близко он оказался от того, чтобы навсегда его потерять. Возможно, будет даже лучше, если Джон уйдет. Тогда он не станет постоянно подвергать себя из-за Шерлока опасности, и с ним ничего больше не случится. — С добрым утром. Шерлок поднял взгляд. Джон с улыбкой смотрел на него. — И тебе того же. Он должен сказать. Вероятно, внутреннее напряжение отразилось у него на лице, потому что Джон нахмурился, а улыбка погасла. — Шерлок, что-то не так? Ночью что-то произошло? На мгновение в его глазах промелькнул страх — решил, что ему неприятно вспоминать о том, как поддался сантиментам? — и Шерлок поспешил помотать головой. — Нет, ничего. — Тогда в чем дело? Я же вижу, что что-то не так. Ты разговаривал с врачом? Какие-то новости? — Нет, — Шерлок задумчиво закусил губу. Оказывается, решиться на такое в сто раз труднее, чем вломиться в логово серийного убийцы. — Просто… Мне нужно кое-что тебе сказать. Джон, я… Нахмурившись, Шерлок сунул руки в карманы. Черт, как же это сложно. — Шерлок, если тебе вдруг неизвестно с чего взбрело в голову, будто я оказался здесь из-за тебя… — осторожно начал Джон, когда молчание совсем затянулось. — А разве нет? — торопливо перебил его Шерлок. — Если бы я не потащил тебя в этот дом, а дождался полиции, ничего бы не произошло. Но я сейчас не об этом. Пожалуйста, выслушай меня, — на мгновение он прикрыл глаза и глубоко вдохнул, как человек, собирающийся прыгнуть с обрыва в холодную воду. — Джон, я сразу же, как только мы познакомились, почувствовал, что ты особенный, не такой как все. Сначала я не понимал, в чем дело. У меня никогда не было друзей, чтобы иметь возможность сравнить, что испытывает человек к ним с… другими чувствами. Но, в конце концов, отрицать очевидное стало невозможно. Я серьезно все обдумал и знаю, что не заблуждаюсь и не обманываю себя. Я в курсе, что не интересую тебя и в принципе не могу интересовать. Мои слова ни к чему тебя не обязывают. Я не удивлюсь, если ты больше не захочешь иметь со мной дела, и не стану пытаться тебя удержать. Но после того, что случилось вчера, я обязан сказать тебе: уже больше, чем полгода, я, совершенно определенно, тебя люблю. Посмотрев еще один, последний, раз на Джона — удивленно приоткрытый рот, широко распахнутые глаза, выражение шока и неверия на лице — Шерлок развернулся и вышел. Вот и все. Только что он лишился друга.