Климов 0.1

Мы с тобой лишь эпизоды, сотовый не доступен, А я застрял между землей и небом на уступе, И мне сейчас не важно – вверх или вниз. st1m

Два дня спустя. Климов шел по пустынной трассе, держа в руке пистолет. Бронежилет больше напоминал рваную тряпку – изрешеченный пулями. У него не было телефона, чтобы позвонить. Да и кому? Разве только Зотову… Позади него горел автомобиль с двумя трупами и он ничуть не жалел, что довел дело до конца, почти до конца, осталось найти какого-нибудь идиота, взять телефон, набрать ОВД и назвать адрес – все, баста. А что за это? Ни-че-го, кроме удовлетворения, но и этого достаточно. Много лет он мучился выбором: закон или справедливость, так или иначе склоняясь ко второму, но на этот раз выбор исчез, полностью, стерлось это слово «закон». У него кровоточил бок, кровь пропитала брюки, но боли он почти не чувствовал, эти дни проведя в безумном ритме – на грани полного отчаянья, готовый, если не повеситься, то застрелиться и единственный, кто заставлял его что-то делать – был Зотов. А Зотов не верил в закон, только в себя и этого ему было достаточно для счастья, что ж – другое поколение, более удобное мировоззрение, но главное эта мораль не мешала сохранять честь офицера. Климов покончил со службой, но ещё пытался соответствовать прежним принципам – они устарели. За эти дни он многое понял, когда открылось слишком много неприглядных фактов о том, что проделывалось за оградами храмов, а служители культа – вполне годные сутенеры, перед которым и Зотов – невинный младенец, занимались привлечением глупых девиц, отбирая их по принципу работоспособности – не будем уточнять суть работы. Фары ослепили его, закрывшись рукой, он, прищурившись, остановился посреди дороги – выставив пистолет перед собой. Лязг тормозов – резкое торможение, мат водителя – против железного и ключевого аргумента – ствола, Климов даже не говорил, а только, отобрав телефон и ключи от тачки, сел за руль. Набрав Пятницкий, он наткнулся на Олега в дежурке и попросил записать адрес – в Твери, с тем, чтобы отдать Зотову утром. - Только Зотову! – выпалил Климов и, закончив разговор, выбросил телефон в окно. Он ехал к частной клинике, зная, что там наверняка его ждут. Притормозив у ворот, он достал из кармана джинсов новую обойму, вставил в ТТшник и, выйдя из авто, подошел к проходной, наставив ствол на охранника, он дождался, пока тот откроет дверь и вырубил его рукоятью пистолета – не слишком серьезная жертва. Поднявшись в нужное крыло, он шел по коридору: с одной стороны окна, с другой – двери. - Климов! – сразу несколько голосов, какая популярность. Несколько дверей распахнулось. Его медленно окружали вооруженные люди, но это было только начало. Из окон в него устремились лазерные лучи – снайперы. Повернув голову к окну, он увидел в соседнем корпусе женский силуэт – Зимина стояла с рацией в руках, смотря прямо на него. Опустившись на колени, он положил пистолет на пол, заложив руки за голову и, чуть согнувшись, закрыл глаза. - Цель уничтожить, - нажав на кнопку, дав сигнал, она опустила руки в карманы и отвернулась, услышав выстрелы. В конце коридора – в палате, услышав выстрелы, поднялась со стула Вера Петрова, в её руках был зажат именной пистолет мужа. Выстрелы оборвались, Вера подняла руку с пистолетом, наставив его на дверь. Шум в рации оповестил Зимину о выходе на связь. Она ответила, следуя в разнесенный снайперами корпус. - Ирина Сергеевна, - раздался голос Савицкого. – Цель уничтожена. - Точно? – переспросила для верности она. - Точнее некуда, я на месте… - отрапортовал он.