Негелиудзы

Огонь, огонь повсюду. Он пробрался в нашу палатку и начал лизать низ спального мешка. Дикий жар, разъедающий кожу на ногах, а вдали раздаётся ужасный крик глаала и темная тень накрывает нас. Чудовище напало на лагерь, слышатся крики умирающих и сводящий с ума, несмолкаемый рык первобытного демона, празднующего свою кровавую жатву. - Аааа, - я кричу и не могу остановиться. - Томми, Томми, - открываю глаза и в утреннем сумраке вижу склонившееся надо мной обеспокоенное лицо Окане. – Проснись! Это всего лишь сон! Просыпайся! - Можешь уже перестать меня трясти, - выдыхаю и хрипло произношу. - Что тебе снилось? – Окане укладывается рядом, явно не собираясь возвращаться на свое место. - Ничего, - машу ему рукой, чтобы он вернулся под одеяло. - Ты кричал, - упрямо подпирает голову рукой и не сводит с меня внимательного взгляда. - Окане, возвращайся к себе, иначе замерзнешь. - Если мы ляжем на твой спальный мешок, а укроемся моим, то я не замерзну. А так да, ты прав, могу заболеть лежа на холодном песке, продуваемый ветрами с ледяного океана. - Окане, - возмущенным шепотом. - Тебе приснился кошмар, я не могу просто так уйти. Еще раз тяжело вздохнув, киваю головой. Окане тут же тянет свой спальный мешок и спустя пару минут возни, он уже задевает меня руками, холод которых чувствуется даже через одежду. - Ты с ума сошел! - возмущенно пихаю его под одеялом. – Весь замерз! - Ничего страшного, - Окане чуть улыбается, какой-то особенной улыбкой, а потом замолкает на секунду, просто смотря мне в глаза. – Лучше расскажи, что тебе снилось? - Ты ведь не отстанешь? – он мотает головой. – Мне снилось, что глаал напал на лагерь. - Но его ведь не существует. - Ты слышал, как вчера вечером в лесу кто-то кричал? - Да, но это мог быть любой обитатель леса. Почему именно глаал? - Потому что крик был в точности такой же, как описывают в книгах. И смолкли все звери, даже дасилон опустился на дно и замер. - Откуда ты знаешь? - Я как раз стоял на берегу океана в тот момент. - Один? – столько подозрения в голосе показало мне, что ступаю на опасную почву. - Нет, вместе с Гогксом. - Почему именно с ним? - Он спас меня от оула. - Здесь есть оула? – удалось отвести Окане от опасной темы. - Она является сопровождающей груза. - Так и думал, что Элая не могла взять оула в команду, - Окане опустил голову на подушку, из-за чего оказался так близко, что я чувствовал его дыхание на своей щеке. - Ты слишком близко, - отчего-то стал шептать еще тише. - Ты тоже, - мягко ответил. Когда я повернул голову, чтобы попросить его сходить за второй подушкой, то увидел, что Окане уже уснул. Еще одна возможность рассмотреть поближе второго сына семейства Кароне. Одна мысль о том, что мне нужно будет породниться со столь знатным и могущественным родом вводила в ужас. Кажется, я не смогу соответствовать всем их требованиям. Окане совсем не такой, хоть и задавака, но он не ждет, да и не хочет, чтобы я менялся в угоду его семье и, обладая столь взрывоопасным характером, вполне может поругаться из-за меня с отцом или же Гасионом. Повернулся набок, что разглядеть вблизи знаменитый шрам, а потом, поддавшись внезапному импульсу, протянул руку и аккуратно коснулся пальцами начала отметины и повел вниз. Окане перехватил ладонь на подбородке. - Не мешай спать, - тихо ответил и притянул мою руку ближе, переплетая пальцы и не отпуская. Еще несколько минут рассматривал его умиротворенное лицо, а после тоже заснул. Разбудил меня тихий смех, который спустя несколько секунд превратился в полноценный гогот. Сонно открыл глаза и увидел стоящих, держащихся друг за друга и хохочущих, Элаю и Сэма. - Что такое? – потер глаза рукой. - Просто, - сквозь смех, ответила Элая, - давно я не видела такого младенческого спокойствия на лице братца. Очень уж он умилительно выглядит. И эти двое снова засмеялись впокатушку да так, что разбудили Окане, который не растерялся и метнул в родственников подушку. - Если вы пришли поржать, то я, пожалуй, продолжу спать, - старший Кароне плюхнулся обратно и закрыл глаза. - Вообще то мы через полчаса выступаем, братец, - Сэм чуть улыбнулся и, махнув мне рукой, вышел из палатки. Через пару секунд за ним вышла и Элая. Оглянувшись, убедился, что они уже давно собрали свои вещи и скатали спальные мешки. - Окане, - пихнул притворяющегося спящим, - действительно пора вставать. - Может тебе лучше остаться здесь? – осторожно спросил, не открывая глаз. - Что за очередные глупости? – попытался встать, но меня схватили за руку и усадили обратно. - Просто я волнуюсь за тебя, ты же знаешь, - тихо ответил Окане, тоже садясь. - И я за тебя волнуюсь, но не настаиваю на том, что ты должен остаться здесь. Хотя и очень хочу этого, - добавил тихо. Так мы и сидели несколько минут, смотря друг на друга и не зная, что делать с этой обоюдной тревогой, но прекрасно понимая, что ни один не отступит. А потом, Окане внезапно чуть наклонился вперед и мимолетно поцеловал меня в губы, тут же отстранившись и начав собираться как будто ничего и не было. Я удивленно замер на несколько секунд, а потом, переведя взгляд на то, как беззаботно он паковался, понял, что спорить против такого поведения сейчас собственно бесполезно. Поэтому вздохнув тоже начал собирать вещи, предполагалось, что мы должны будем заночевать в лесу. - Готов, - произнес спустя несколько минут, натянув рюкзак и закрепив на поясе ножны для кинжала, любезно предоставленного мне Элаей. - И я, - Окане подошел чуть ближе и, сжав мое плечо, продолжил, - не суйся особо вперед, Томми. Этот лес непредсказуем. После этого мы вышли. В центре лагеря собрался отряд, который должен был сопровождать нас по дороге к Кагорату. Там был Гогкс, Йелай и еще шесть человек команды: один тиоран, двое людей и трое аулонов. Всего двенадцать. И я очень надеялся, что все мы вернемся обратно. - Построиться, - прозвучал приказ Элаи. В середине цепочки поместили Сэма, Йелая и меня, впереди шли Окане и Элая, за ними Гогкс и двое оставшихся людей, замыкали цепочку трое аулонов и тиоран. Таким образом, защита была распределена довольно равномерно. - Выдвигаемся, - после этого приказа команда медленно двинулась в сторону леса. Оглядевшись, рассматривал матросов. - Давай я тебе всех представлю, - чуть замедлившись, Гогкс поравнялся со мной. – Это, - указал на идущего вперед слева человека, – Макс Деон, его оружие - меч. Рядом с ним Леон Партовс, с пистолетами, - на поясе действительно красовались новенькие ГВаЛТ-56 и СДоБ-439, оба тридцатизарядные. Леон услышал наш разговор и, обернувшись, слегка кивнул на улыбку Гогкса. - Тиоран, - продолжил Тим, - это Йетун Т’аркас, у него какой-то очень древний род и я даже представления не имею, как он оказался в обычной корабельной команде. Из оружия – это электрические рукавицы, но никто не знает, как он их питает, потому что заряд какой-то нескончаемый. По крайней мере, за все время, что я на корабле ни разу не видел, как он перезаряжает аккумулятор. Трое аулонов – это братья Саорне: старший Йеула, средний Сейула, младший Ройула. Никто не может выговорить имена правильно и поэтому все зовут их просто Йе, Сей и Рой. Все владеют именными апрадитами. - Значит они из знатной семьи? - Да и почли за честь служить капитану из рода Кароне. Вот такая наша команда. Добавлю еще, что все превосходные бойцы. - Гогкс, займи свое место, - не оборачиваясь, приказала Элая. - Есть, капитан. Мы, наконец, вошли в лес. Разговоры тут же смолкли, теперь слышна была только абсолютная тишина, царящая в лесу. Медленно продвигаясь вглубь, шли все по той же тропинке, но не встречали никого. Ни одного животного. И это сыграло роковую роль, потому что часть команды не участвовала в спасательной миссии, когда нас атаковали всеяды и лоукосы. Они сочли сказками всех этих хищников и потеряли бдительность. Никто даже не заметил, как молниеносно сверху на Макса, который не успел вскрикнуть, спрыгнул глотокс и перекусил его поперек туловища, забрызгав кровью идущих рядом Гогкса и Партовса. За те секунды, что все приходили в себя, животное перехватило свою жертву за горло и шустро взобралось обратно на дерево. Из кроны послышался звук хрустящих костей, и на землю закапала кровь. - Вперед, - стальным голосом приказала Элая. – И всем быть начеку! Ближе к вечеру мы вышли к хижине, прямо в сердце леса. За это время нас атаковали шестеро таархов, пятеро лоукосов, четверо всеядов и один глотокс. Каждого из члена команды потрепали, но серьёзных ран, как и смертей, не было. Йелай быстро залатал пострадавших и после каждой битвы, наша процессия двигалась дальше все в том же составе. - Назад, - вполголоса приказала Элая, махнув рукой за большую группу деревьев. Мы отошли от хижины на достаточное расстояние и только тогда разбили походный лагерь. - Нужно организовать дежурства, - когда все собрались, сказала Элая. – Первыми заступают Йе и Рой, после Сей и Гогкс, потом Партовс и Сарт, я и Окане, Йетун и Томми - последние. Дежурство длится два часа, охранять лагерь с обеих сторон, но так, чтобы держать друг друга в поле зрения. После часа меняться зонами. Отбой в десять, подъем в восемь. Всем понятно? - Да, капитан, - ответили хором. Когда команда разбрелась по лагерю, Сэм подошел к Элае и что-то долго у нее выспрашивал. Я решил отойти подальше, чтобы не выглядело, будто подслушиваю, а после нескольких секунд размышлений и вовсе отправился в палатку, стоило выспаться. Несколько минут спустя внутрь зашел недовольный Сэм. - Она не дала мне дежурства! - сказал он возмущенно, начав разбирать свой рюкзак, и тоже готовиться ко сну. – Говорит, что нет пары. На самом деле, просто считает, что я слишком слаб для этого. Но это не так! - Сэм, - повернулся на бок, чтобы смотреть ему в лицо, - ты ведь понимаешь, что болен и довольно серьезно? - Конечно, понимаю, - он с недовольством кинул подушку и лег. – Просто… - Они делают это для твоего же блага. В таком состоянии, даже я лучший охранник, чем ты, - чуть улыбнулся. - Спасибо, Том, я просто… - замолчал, потому что в палатку вошел Окане. - Можешь спать спокойно, мелкий, пока мы на страже, - старший Кароне ухмыльнулся, а вот Сэм резко повернулся к нам спиной и, натянув одеяло, замолчал. - Окане, - посмотрел на него с укором, все-таки его забота о брате проявлялась в странной форме. - Отбой, - разнесся по лагерю приказ и стихли все шорохи. На удивление, я не ворочался, а заснул тут же, последнее, что успел почувствовал – Окане спиной прижался к моей спине. Проснулся резко, как от толчка, а спустя секунду услышал отдаленный бой барабанов. - Окане, - затряс его, - Окане! Просыпайся! Кажется здесь обитают атто. - Что? – сонно моргал и смотрел на меня непонимающе. – Что ты сказал? Он замолчал, тоже услышав приближающийся шум. И когда мы уже потянулись за своим оружием, то поняли – оно пропало. Мехо и Зарим испарились из палатки, что было очень странно. А потом внутрь ворвались пятеро из племени атто, иначе дикие. Эти существа напоминали своим строением и видом обычных людей, но по развитию ума и речи не далеко ушли от приматов. Вот только в отличие от обезьян, обладали одной уникальной особенностью – в их телах содержался определенный металл – таррос - резонирующий с составом крови и формирующий при подобной реакции слабое электромагнитное поле, которое позволяло этим существам притягивать к себе металлические предметы. Наиболее сильным магнитным действием обладали руки и живот. Так как в современных городах почти все железные вещи и конструкции могли быть примагничены, то атто жили в лесах и не приближались к крупным мегаполисам. Вследствие этого, они одичали и почти полностью утратили речь. Но и в чащах им не удалось обнаружить свободное от металлов место, поэтому спустя годы они нашли другой способ избежать своего природного магнетизма – создали себе костюмы из звериных шкур, в частности из малои, особого вида обезьяны, в шерсти которых содержался металл, вырабатывающий отталкивающее электромагнитное поле. Поэтому все члены племени закрывали наиболее уязвимые места выдолбленными шкурами и снимали их лишь тогда, когда сознательно хотели притянуть что-то. Найдя способ выживания, дикие не вернулись в города, а продолжили вести первобытный образ жизни. В лесах, где обитали эти племена, было действительно опасно, потому что атто – каннибалы. Пятеро диких обступили нас кругом и после недолгого сопротивления скрутили и вывели из палатки. В центре лагеря связанная и на коленях стояла вся оставшаяся команда, кроме братьев Саорне и Гогкса, они лежали чуть поодаль и не шевелились, но даже отсюда было видно, что у Йе и Роя разорвано горло. Нас толкнули в круг и, надавив на плечи, заставили опуститься рядом с Йетуном. Тиоран выглядел потрепанным, а обе правые руки кровоточили и висели словно плети. По всему периметру лагеря были воткнуты в землю факелы. За спинами склонившихся стояло три десятка атто с длинными, крепкими деревянными копьями и с таархами и люцифиенами, то есть «светящимися», на привязи, которые пускали ядовитые слюни и рычали, желая отведать свежей плоти. О люцифиенах стоит сказать то, что это почти кровные братья таархов. Только они были покрыты короткой серебристой шерстью, легко светящейся в темноте за счет двух типов клеток кожи: фотоцитов – верхнего, и отражателей - нижнего, находящихся строго друг под другом. Именно это обеспечивало легкий белый свет, исходящий от животных. Вдали виднелись барабанщики, около десяти, которые неустанно отбивали какой-то дикий ритм. Вдруг справа от нас, самый низкий, но при этом и самый сильный, атто подошел к высокой фигуре в полностью скрывающем тело балахоне. У них завязался разговор на лающем и рваном наречие диких, после которого фигура едва заметно кивнула и удалилась в чащу. Вождь, а это, скорее всего, был именно он, подозвал четверых атто, двое из них держали на привязи люцифиенов, и что-то сказал им. Те кивнули и подошли со спины ко мне и стоящему по правую руку от Окане Сэму. Нас с младшим Кароне грубо подняли и толкнули вперед. - Нет, оставьте их! – Элая одновременно с Окане вскочили с колен, но их тут же меткими ударами копья в лицо и живот отправили обратно на землю. - Подожди…- прохрипел старший Кароне перед тем как его глаза закатились, а из пробитой головы потекла кровь. Я в ужасе застыл, не в силах двигаться дальше, не в силах вообще сделать хоть что-то. Сэм замер рядом. Но нам не дали даже подойти к Окане, грубо толкнули в спины, заставляя идти вперед, а когда мы замешкались, то на нас натравили хищников. Уходя с поляны, я не представлял, как вообще смогу туда вернуться, лишь молился про себя всем Богам, чтобы Окане был жив и просто потерял сознание, а не… Нас привели в ту самую хижину, недалеко от которой был разбит наш лагерь. Втолкнув меня и Сэма внутрь, атто остались снаружи, сторожить. За обычной деревянной дверью находилась большая комната, которая служила и кабинетом, и библиотекой, и прихожей. В центре стоял грубовытесанный деревянный стол, с тремя стульями. - Присаживайтесь, господа, - хрипло прозвучало из-под капюшона той самой фигуры, что стояла с дикими на поляне. - Может вы сначала нас развяжете? – спросил я осторожно. - Увы, не могу, - не показываясь из-под ткани балахона, существо подняло правую руку и более настойчиво указало на свободные стулья. Все так же со связанными за спиной руками, нам пришлось подчиниться. - Я знаю, кто вы и чего хотите, - просто произнес наш собеседник. – И именно за моей помощью вы пришли сюда. - Вы – Кагорат? – спросил очевидное. - Да, Томас Сеибс. И предвосхищая следующий вопрос – да, я могу дать вам подсказку в каком направление искать противоядие для Сэмюеля Кароне. - Что взамен? – тут же вставил младший Кароне. - От тебя ничего, - фигура повернулась капюшоном с темным провалом в мою сторону, - а вот от Томаса мне кое-что понадобиться. - Мы не согл… - начал было Сэм. - Что именно? – перебил его. - Твой правый глаз и услуга, которую я попрошу позже. Согласен? - Могли бы вы подробнее рассказать, что имеете в виду под тем, что вам нужен мой правый глаз, - фраза вышла слишком длинной и звучала сбивчиво, потому что я задыхался от страха. - Это глоптекс, - из рукава показалась рука в толстой золотистой перчатке, держащая странное приспособление – три длинных, острых и тонких ножа, скрепленные сверху между собой металлической пластиной с каким-то изображением. – Он вырежет твой правый глаз из глазницы, оторвав его от мышц и все будет происходить, пока ты находишься в сознании. После этого глаз невозможно будет заменить: ни протезом, ни чем-либо другим. Я заберу его навсегда. - Даже не вздумай соглашаться, Том! – возмущенно закричал со своего места Кароне. - А какая услуга? – проигнорировав его, спросил. - Услуга позже, но она не потребует от тебя невозможного, - хрипло прозвучало из капюшона. - У меня есть еще одно маленькое условие, - произнес осторожно и продолжил лишь после легкого кивка. – Вся команда должна уйти с нами, после того, как мы выполним условия сделки. - Хорошо, - подозрительно быстро согласился Кагорат. - И атто не должны нас преследовать, - добавил с нажимом. - Создается ощущение, что это я ищу вашей помощи, а не вы моей, - жестко произнес. Когда никто из нас не проронил ни слова, из темноты капюшона все же прозвучало: - Договорились. Теперь твой ответ, Томас Сеибс. Я думал несколько секунд, и то только для успокоения своей совести и преодоления страха. Другого выбора все равно не было, а если и был, то времени не хватит его найти. Переведя взгляд на Сэма, ответил: - Я согласен, - в глазах младшего Кароне отразился истинный ужас. - Значит сделка заключена, Томас Сеибс. Сначала небольшой кусок информации – противоядие существует. А теперь, - Кагорат дважды стукнул ногой по полу, - приступим к вашей части. В хижину вошли четверо атто, несущие длинный деревянный стол. Они поместили его посреди комнаты и тут же вышли. - Прошу, - Кагорат указал рукой в золотой перчатке на стол. Встав, я повернулся к нему спиной, показывая, что не смогу лечь, пока связан. Спустя несколько секунд руки были уже свободны, хотя Кагорат даже не прикоснулся ко мне – веревки просто сами собой упали на пол. Опасливо приблизившись, все-таки забрался на стол и лег на спину. И тут же, повинуясь движению руки в золотистой перчатке, дерево ожило и мои руки, ноги и шею обвили вполне себе живые побеги. Попробовал дернуться, но не смог даже чуть-чуть пошевелиться. Эта магия была самой необычной из всех, что я когда-либо знал. - А теперь приступим, - он сделал шаг ко мне. После Кагорат поднял руку с зажатым в ней глоптексом и навел его на мое лицо. Услышал тихий шепот, а потом молниеносно в правый глаз вонзились ножи. Не знаю, как описать эту боль, но я закричал и не переставал кричать даже тогда, когда кровь из раны начала заливаться в раскрытый рот. Голову словно разрывали изнутри, я слышал хлюпающие звуки, с которыми ножи обрезали мышцы, и вопль полный боли резонировал внутри черепной коробки, и в стенах хижины. Почему-то не удавалось окунуться в спасительное забытие, сознание было кристально ясным. И я слышал собственный крик, чувствовал разрывающую горячую боль в голове, глазе и на фоне всего этого, каким-то боковым зрением видел слезы Сэма, которые градом катились по щекам. Не знаю, сколько это продолжалось, но спустя некоторое время Кагорат потянул глоптекс наружу, и стало только в миллион раз хуже. Чувствовать, как твой глаз вырывают из глазницы, как медленно, одна за другой, отрываются мышцы, ощущать, как по лицу струится кровь и лежать не в силах пошевелиться, потому что деревянный стол намертво привязал к себе. Я сходил с ума от собственного бьющего по ушам крика, полного боли, страдания и безысходности. Когда глоптекс полностью вышел наружу с отвратительным чавкающим звуком, то между ножей, не касаясь ни одного из них, завис глаз весь в крови и каких-то ошмётках соединительных тканей. Почувствовал как пустую глазницу начала стремительно заполнять кровь и в ту же секунду, неизвестно как освободившись, к столу подбежал Сэм и крепко прижал трясущуюся руку к моему лицу и начал нашептывать заклинания. Каким-то шестым чувством казалось, что я видел, как красная густая жидкость начала просачиваться сквозь его сжатые пальцы, а младший Кароне все продолжал без остановки шептать и даже зажмурился. Несколько минут спустя он отнял ладонь. Кровь больше не текла. С его помощью я поднялся со стола и только навалившись на плечо Сэма смог устоять. Кагорат, казалось, полностью потерял к нам интерес, он отошел к самому дальнему от входа шкафу и аккуратно убирал туда глоптекс с висящим глазом между ножей. - Приходите завтра на рассвете, одни, я выполню свою часть сделки, - раздалось из темноты капюшона. – Атто не тронут вас. Но если вы опоздаете хоть на минуту, то сделка будет разорвана. - Хорошо, - зло выплюнул Сэм и, поддерживая меня, направился к выходу из хижины. Когда мы вернулись на поляну, то скорее нашли там небольшой филиал больницы, чем палаточный лагерь. Из двенадцати отправившихся в лес нас осталось семеро: трое Кароне, я, Йетун, Йелай и Гогкс. Все остальные были мертвы, их растерзанные тела разбросали по поляне. Как только нас стало видно в свете все еще стоящих по периметру факелов, то Окане тут же бросился ко мне и я благополучно повалился в его объятья. - Что…что с тобой? – в ужасе спросил он. - Все хорошо, - голос звучал сипло после долгого крика. - Что случилось, Томми? Видимо в полумраке ночи он все еще не мог разглядеть отсутствие глаза, тем более я склонил голову к земле. Элая, в это время перебросившаяся парой фраз с Сэмом, подошла к нам: - Томми, - она больше ничего не смогла сказать, просто положила руку мне на плечо и сжала. - Да что, черт возьми, происходит? – голос Окане разнесся по поляне. Наконец, поднял голову и посмотрел на него. Представляю, как ужасно выглядело мое лицо: все в крови и с пустой глазницей. Словно не понимая, что происходит старший Кароне протянул руку и коснулся уже чуть подсохшей крови на моей щеке. А потом внезапно притянул меня в объятья, и я почувствовал, как на шею мне полились его слезы. Окане плакал. - Ты чего? – я как-то даже стушевался. – Перестань, со мной ведь все хорошо. Поднял руку и погладил его по волосам, нащупав бинты, которыми была закрыта рана от копья атто. - Я никогда не смогу простить себя за это, - произнес он несколько минут спустя куда-то мне в шею. – Это ведь плата, да?! Плата за информацию?! - Да, - не думаю, что ему действительно был нужен ответ. Отстранившись, Окане резко вытер слезы и посмотрел прямо на меня: глаза его отливали красным. Я вцепился в него руками и захрипел, подзывая тактично отошедших Элаю и Сэма. Но удержать на месте старшего Кароне, мы смогли только вшестером и то с большим трудом. Все же он был слишком силен даже для аулона, а остальные слишком истерзаны потасовкой с атто. Когда Окане, наконец, пришел в себя, то повалился на траву от усталости. - Надо выставить дежурство… - начала было Элая. - Не надо, - тихо произнес Сэм, - атто нас не тронут. - А другие обитатели леса? - Тогда подежурю, - непререкаемым тоном произнес младший Кароне, - из вас всех я сейчас самый здоровый, а до рассвета все равно только несколько часов. - Хорошо, - после некоторого колебания ответила Элая, - все остальные спать. Команда перенесла целые вещи в центр лагеря и расстелила спальники недалеко от костра, все рядом друг с другом. Я стоял в стороне от всего и опирался на сломанное и воткнутое в землю копье атто, когда подошел Йелай. - Позволь мне посмотреть? – он вопросительно протянул руку к моему лицу. - Хорошо, - чуть запрокинул голову. Медик оттер кровь с моего лица и продезинфицировал рану, убрав из нее все лишнее или то, что могло в последствие загнить. Я не чувствовал боли или чего-то подобного, вообще ничего не чувствовал. - Поставить протез будет невозможно, - тихо произнес Йелай, после осмотра. - Я знаю. Это было условие. - Мне жаль, - касарт мягко коснулся моей щеки. - Спасибо, - кивнул. После того как медик наложил временную повязку, скорее для перестраховки, нежели во избежание заражения или чего-либо еще, он ушел. Я опустился на спальник и тут же в меня врезался тяжелый мохнатый комок, вместе с которым мы и повалились. - Зарим, - произнес мысленно. - Хозяин, хозяин, - речь хранителя была сбивчивой. – Нас поймали, я не смог даже предупредить… - Я понимаю, это не твоя вина, - вплел пальцы в теплый, мягкий мех. - Мы с Мехо пытались, но…. – тигренок замолк. - Со мной все хорошо. А с тобой? - Да, все хорошо, - он все так же не поднимал на меня взгляда. - А ты Мехо? – спросил уже вслух хриплым голосом. - Мехо не смеет отвечать, хозяин. Он так виноват. - Говорю же, вы не виноваты, - пересадил робота с загривка тигренка на свое плечо. – Я рад, что с вами все хорошо. - Зарим, - спустя несколько секунд, - посмотри на меня. Хранитель недолго упрямился, а после все же поднял голову: на меня смотрели все такие же внимательные глаза, вот только один был по-прежнему голубым, а другой утратил свой цвет и как будто даже подернулся поволокой. - Твой глаз, - тихо прошептал. - Он больше не видит, хозяин. Как и твой, - в голосе Зарима было столько тоски и вины. - Ты – это я. - Я – это ты. Наклонился и уткнулся лицом в густой мех, впервые позволяя себе заплакать после всего произошедшего. Зарим обвил хвостом мою руку и издавал тихое, мягкое утробное рычание, которым совсем убаюкал. Меня разбудил Сэм, осторожно потормошив за плечо. Проснулся почти в той же позе, что и заснул: полусидя-полулежа с Заримом на коленях. Рядом, прижавшись к моим ногам спиной, крепко спал Окане. Я даже не слышал, как он пришел. - Пора, - прочитал по губам Сэма. Тихо поднялся, наказав Зариму с Мехо охранять команду, и направился за младшим Кароне. Вскоре мы покинули лагерь, и пошли к хижине. - Кто остался за место тебя на дежурстве? - Элая, - Сэм замолчал, а потом с жаром продолжил. – Том, то, что ты сделал… - Не надо, - перебил его, остановившись и посмотрев прямо в глаза. – Я бы сделал это снова, если бы понадобилось и ничуть не жалею о своем поступке. Младший Кароне смотрел на меня во все глаза, а потом вдруг резко подошел и сжал в объятьях, да таких крепких, что кости захрустели. - Он совсем, совсем тебя не достоин, - как-то сдавлено и сквозь истеричный всхлип прошептал Сэм. Я обнял его в ответ и аккуратно погладил по голове: - Ты не первый это говоришь. Сэм отстранился и посмотрел на меня с легкой улыбкой: - Это такой комплимент от семьи Кароне, - и мы вместе тихо рассмеялись. Несколько минут спустя были уже у двери хижины и когда я постучал, рассвет еще даже не начал заниматься. - Вы вовремя, - с каким-то огорчением произнес Кагорат. – Проходите. Хижина предстала перед нами в том же виде, что и ночью, вот только стоило нам переступить порог, как ногой я вступил в какую-то жидкую лужу. Переведя взгляд вниз, понял, что это кровь, а недалеко от входной двери различил чавкающие звуки. Там сидел сломбом. Это существо напоминает собой головастика переростка, длинной метра полтора, с четырьмя мощными, но короткими лапами. Тело вытянутое, единое, без шеи и вообще каких-либо переходов, с хвостом, который был как бы продолжением животного. Лоб покатый, на морде два больших круглых глаза с широкими зрачками и веками, которые закрывались по вертикали. Уши и нос отсутствовали, дышали сломбомы через две небольшие дырки над пастью, а слышали через два мелких слуховых отверстия, расположенных по бокам. Переднюю часть туловища, почти вплоть до первой пары лап, занимала огромная пасть с выступающими из нижней челюсти острыми и крепкими верхними зубами. Разевая рот, животное не откусывало, а просто перемалывало жертву заглатывая ее полностью. Охотились эти звери либо стаей, либо, если являлись чьим-то питомцем, по одиночке. На удивление, при такой комплекции хищники были очень быстрыми и верткими, легко передвигались по любым поверхностям, а так же под водой. Шерсти у сломбома не было, кожа молочно-светлого оттенка. И как раз сейчас этот зверь сидел в углу хижины и пережевывал одного из атто, разводя вокруг себя лужи крови. - Это Грото, он уже позавтракал, - совершенно спокойно сказал Кагорат, проходя вглубь хижины. Мы с Сэмом переглянулись и проследовали за ним. Устроившись за столом, выжидательно посмотрели в темноту капюшона. - Может вы снимите капюшон? – наконец не выдержал младший Кароне. - Не думаю,- ответил Кагорат с каким-то безразличием. – Приступим к моей части сделки. Мы обратились в слух. - Как вы знаете, когда-то давно наши предки прогневали собственных создателей – абарх-шах – и те ушли из этого мира в другой, бросив своих детей на произвол судьбы. Существует легенда, что старейшина племени не смог просто так оставить свое творение и создал из самых чистых душ умерших абарх-шах синих драконов – хранителей этого мира. Он наделил их умом, мудростью, магией, силой и жестокой справедливостью. Синие драконы должны были поддерживать равновесие между всеми племенами и расами, безраздельно заселившими Савартанию. И когда один абарх-шах умирал в своем мире, то в нашем появлялся новый синий дракон. Существо, которое сильнее глаала. - Так он существует?! – потрясенно вырвалось у Сэма. - Да, - ответил Кагорат и добавил с определенной усмешкой, - и я бы не советовал вам с ним встречаться. - Продолжайте, - осторожно поторопил. - Противоядие вам может дать только синий дракон, если вы сможете заплатить нужную цену, - усмехнувшись на слове «цена» произнес он. – Но на Ишеарх не так просто попасть, нужен проводник, который уже побывал там. - Разве кто-то смог вернуться живым? – после недолгого молчания спросил Сэм. - Да. На Махре живет человек, хотя он такой же человек, как я эпилах, по имени Илони. Он побывал в Стране Драконов и вернулся оттуда живым, а значит, может помочь вам попасть туда и найти синих драконов. Вместе с ними вы найдете и противоядие. Только помните, что цена, которую запросит самое мудрое, но одновременно и самое справедливое существо на Савартании будет намного, намного выше той, что взял я. Неосознанно поднял руку и прижал ее к повязке, на правой глазнице. Если цена будет выше, значит жизнь? - Это все, что я могу вам рассказать, - тем временем продолжал Кагорат. – Но и этой информации хватит с лихвой. А теперь поспешите удалиться из моего жилища, Грото выглядит все еще голодным. Сломбом действительно уже закончил с атто и плотоядно облизывался своим огромным языком на нас с Сэмом. Поэтому мы поспешили выйти, не простившись, но у двери нас остановила последняя фраза, брошенная Кагоратом: - До новой встречи, Томас Сеибс.