Давай через десять лет

Гарри отошел от компьютера злой и расстроенный. Он больше не чувствовал головной боли, только слышал в голове какой-то странный голос, не похожий на его внутренний. Укор. Раньше Гарри на себя особо не ругался, но теперь ему было неприятно, что он так просто раскрылся перед каким-то парнем из интернета. Гарри упал на кровать, решив, что весь день он проведет там. Будет просто лежать и больше не подойдет к компьютеру, что забьет на этого друга. Не стоит раскрываться людям. На улице прекрасная погода. Слышны крики детей, играющих во что-то. Дети всегда во что-то играют. Мамочки прогуливаются с разнообразными колясками, думают о чем-то своем, возможно, мечтают о лучшей жизни. Строгие мужчины в костюмах куда-то спешат. От любовниц или к ним. Гарри не думает, что в субботу утром можно бежать на работу. Улыбаясь. Он стоит возле окна, смотрит, надеясь разглядеть там что-то новое и интересное, но пока ничего не выходит. Он видит привычные лица, привычные действия. - Какие же вы скучные, - резко проговаривает он, открывая окно. Теперь ему отчетливо слышно, что же там говорят люди, но он не обращает на это внимания, улавливая только интонации и посторонние звуки. Вдруг стало не интересно, что там творится. Люди стали скучным предметом для наблюдения. Весна, но на улице жутко холодно, холодный ветер, который путает мрачные лица в теплые шарфы и воротники. Гарри поежился, но окно не закрыл. И лень, и приятно ощущать легкие мурашки. Холод бодрит лучше любого энергетика. Или кофе. Очень бодрит, вот уже Гарри не хочется ложиться, хотя одеяло и притягивает его полуобнаженное тело. Но только тепло интересует парня. Он закутывается в одеяло, как древний правитель в плащ, и направляется на кухню. Он ходит, что-то делает, но не понимает, что именно и как именно он творит. Просто живет на автомате, так как все его мысли заняты размышлениями, не свойственными такому виду людей. Может, он просто не такого вида? Или это сбой системы? Тот ли Гарри человек. Он не понимает. Ему кажется, что все люди вокруг скучны и однообразны. Каждый день одно и то же. Рутина поглотила их. Родители исправно ходят на работу, исправно ссорятся и мирятся, думая, что маленький Гарри ничего не слышит. Они прекрасно изображают идеальную семью, дают мальчику много свободы в действиях, деньги и квартиру для ночных тусовок. Но все их действия цикличны. Они идут по кругу, иногда прерываясь на какие-то мелкие проблемки, которые быстро решаются, а родители возвращаются на свой круг. Гарри думает, что он не такой. Ведь он заядлый прогульщик, тусовщик и развратник. Никому не доверяет, но имеет много друзей. Он частый посетитель клубов и кроватей неизвестных дамочек. Он так всегда думал. Считал себя особенным, непохожим на остальных. А сейчас, стоя возле плитки и скворчащей на сковороде яичницы, понимает, что обычный. Даже хуже. Он обычен в плохих делах. Быть ботаником намного полезнее, хотя бы мозги в правильном русле двигаются. Только забавная копна волос отличает его от других. Но если выглянуть в окно ночью, а не днем, то он самый простой ночной житель. Стоит ли считать остальной мир обычным, будучи таким же. Голова не болела, она впервые за несколько дней адекватно соображала. Вот Гарри уже стоит в душе, его желудок вспоминает недавний завтрак, а голова все еще занята мыслями. Он вспоминает свои деяния, пытаясь найти хоть что-то несвойственное людям его типа. Но, кроме его интернет-развлечений, ничего не вспоминает. Всего мгновение он радуется, что хотя бы те перепалки во всемирной сети его отличают, как сразу же вспоминает, что эти перепалки волнуют другой род людей. Истеричек и депрессивных одиночек. Но Гарри не одинок, у него ведь куча друзей. Куча собутыльников и подстилок. Король жизни вдруг почувствовал себя шутом первого класса. Противный вкус воды усилил это ощущение. *** "А что ты сможешь для этого сделать?" Мокрый и кудрявый до невозможности Гарри не вытерпел, вновь открыл заветный сайт. Ни капли эмоций, только мысли, только желание найти в себе особенность. Открыться и забыть. Кроме имени и города, Луи ничего о нем не знает, он не знает, как выглядит Гарри, где он учится, где живет. Гарри ничего не угрожает, если вдруг что-то о нем узнает мальчик из другого конца страны. Он будет надеяться. В доверительный круг людей Гарри пытаются попасть многие, стараются, прогинаются, чтобы быть ближе к кудрявому подонку. А парень подпускает людей на определенный уровень, не желая ни знать их секретов, ни раскрывать своих. Они все равно рассказывают, что творится в их жизни, так что Гарри терпит эти знания, считая, что ничего в его жизни они не изменят. Гарри вновь укутался в одеяло, потому что мокрое тело еще болезненнее воспринимает открытое окно. Он укутался, не отвлекаясь от монитора. Ему было интересно, с какой скоростью ответит его собеседник на другом конце страны. Он не отвечал всего час. Это недолго. Гарри надеется, что этот теплый порыв получить толику доверия и открытости у Луи не пропал. Но свежий разум парня подсказывал ему, что Гарри слишком плохо поступил, не прочитав и не ответив сразу. Еще час назад он хотел совсем забыть о Луи, удалить диалог, чтобы больше никогда не вспоминать, но сейчас любопытство и что-то еще не позволяли это сделать. Гарри смутно догадывался, что это за "что-то", но помалкивал. Не пойман - не вор. Не сказал - не признал. Еще час назад он не собирался даже разговаривать о своих проблемах с незнакомым, но теплым парнем. А теперь волнуется, как девчонка. Ему не отвечают уже несколько минут. Это больно, оказывается. Ждать, верить, надеяться, но получать молчание. - Твою мать, ну давай же... - нервное постукивание пальцем по клавиатуре. - Заснул ты там, что ли! Гарри тепло в огромном одеяле, но холодно из-за открытого окна. Он с нетерпением ждет ответа от Луи, но безумно боится и желает отсрочить этот момент. Странные люди. Он лежит на столе минуту, две, глаза постепенно смыкаются. Но парень не спит. Он думает о том, какой скотиной выглядит сейчас в глазах Луи. Наверно, он ждал ответа. Это неприятно, пытаться раскрыть душу и получать тишину вместо рассказанной истории. Наверно, Гарри бы обиделся на такое. Но ведь он не ждет ни от кого, чтобы перед ним открывали душу. Все отлично, но, если бы хотел получить ответ, определенно бы обиделся. "Я могу рассказать тебе о себе. Все, что захочешь узнать." "Все-все?" Маленький ребенок, доверчивый и милый, способный за конфету разреветься или рассказать стишок. Гарри наивно улыбнулся. Звучит заманчиво, что странно. "Если ты захочешь все, то все!" Гарри потуже укутался в одеяло, потому что работа пальцами делает так, что оно понемногу сползает и жуткий холод касается кожи. А Гарри нужно тепло сейчас. Не холод, нет. Описывая его состояние, сам Гарри сказал бы, что он рад. Он скуп на эмоции, но если бы мог чувствовать себя, как Луи, то ответил бы, что сейчас ему очень светло внутри. Как в комнату запустили тонкий лучик света, а нет. Плохой пример. Как будто в стакан наливают какую-то жидкость. Жидкость, пусть это будет молоко, понемногу наполняет стакан, окрашивая пустое стекло в белый цвет. Понемногу, с брызгами, но заполняет. И даже если выпить это молоко, останутся белые разводы. Молоко - это тепло, исходящее от Луи. Или одеяла. Сложно определить. "Расскажи о своих проблемах. Только честно. Или ты уже не хочешь рассказывать мне все?" Усмешка, улыбка, серьезное лицо. Мимика не успевает за положением идей в кудрявой голове. Сначала ему кажется, что он коварен, так как о проблемах рассказывать Луи не станет. Так Гарри сможет избавиться от рассказа своих проблем. Потом он начинает верить, что Луи действительно честен, что он хочет сблизиться и помочь Гарри. В следующую секунду ему уже кажется, что Луи обычный, что он соврет, а наивный и простой Гарри поверит, расскажет, что у него за душой, а потому получит в ответ какую-нибудь заподлянку. И снова верит, и снова боится. Невозможно успокоиться. "Ну, на самом деле, моей главной проблемой является одиночество. Но причиной этого одиночества являюсь я. Мне не нужны эти люди, я не нужен этим людям. Так что. Мне продолжать, или тебе уже скучно? P.s Ты мне нужен, в отличие от них всех." *** - Гарри, ты, - Алисия шокирована. Она прервала свою чуть-чуть гневную речь для мужа, не представляя, что должна делать в таких ситуациях. - Пьян. И не один, - она посмотрела на мужчину, который придерживал Гарри, который плохо стоял на ногах. В ней боролись мнения, как себя вести. Идеальная жена говорила ей, что стоит выпроводить этого дружка, чтобы было не повадно спаивать ее благоверного. Идеальная хозяйка говорила ей, что стоит пригласить незнакомца на чай. А идеальная жена согласилась. Мало ли что этот дружок после расскажет Гарри. Алисия замешкалась, потому что этот мужчина был ей совершенно незнаком. - Алисия, - она хотела протянуть руку в знак приветствия, но вовремя остановилась, понимая, что лучше будет помочь тому придержать Гарри. - Я отведу Гарри к постели, а вы проходите, - она указала рукой в сторону кухни. - Я Луи, - успел вклинить свое имя незнакомец. - Ох, тот самый? - донеслось из глубины квартиры. Луи подумал, что это из спальни. - Видимо, тот самый, - он усмехнулся. Луи сразу не понравилась эта женщина. Она странная. Очень странно говорит. У нее какой-то противный голос. Непонятный. Хрустальный. Луи сам не является обладателем бархатного, чарующего, красивого голоса. В какой-то мере он тоже противен. Но голос Луи человеческий, он меняется. А тут. Хрустальный. Луи недовольно скривился. - Миленько, - тихо проговорил он, входя в кухню. - Да, мы с Гарри вместе оформляли ее, - внезапно прозвучал голос Алисии. Луи испугался и вздрогнул. - Гарри у меня такой молодец, - Луи улыбнулся, соглашаясь с женщиной. Женщина усадила гостя за стол, заварила чай, рассказывая в это время, что за десять лет ее знакомства с Гарри не видела его пьяным. И то, что завтра она обязательно с ним поговорит. Затем она села напротив Луи и заговорила. - А как вы сегодня встретились? Гарри мне ничего не говорил об этом. А Гарри обычно мне рассказывает о своих приключениях и друзьях. Например, в тот день, когда вы должны были встретиться в первый раз, он был так взволнован. Нервничал, долго укладывал волосы под шляпу. А сегодня ничего не сказал, - она замолчала. Луи хотел уже ответить на вопрос, но женщина перебила его в тот момент, когда он собрался открыть рот, - я слишком много говорю, да? - Если честно, то да, - спокойно ответил Луи. Он захотел увидеть, как именно отреагирует эта женщина. Он смотрит ей в глаза, не отрываясь, боясь упустить хотя бы малейший огонек. Он затих, перестал двигаться, чтобы услышать хоть что-то новое в ее голосе. И буквально на долю секунду ее глаза заблестели, но потухли. - Хорошо, - набрав в рот побольше воздуха, будто забыв, как дышать, она не знала, что сказать. Очевидно же, что она ожидала отрицательного ответа. Потому что Алисия не может говорить много, - Я помолчу. - Мы встретились случайно. Тут недалеко. Я шел домой, а тут Гарри. Мы разговорились и решили погреться в местном баре. Ничего криминального, - Луи улыбнулся. Его пугает эта женщина, которая так быстро возвращается в прежнее состояние. Пугает. - Шли к жене? - Нет. - То есть я, как любящая жена, могу смело обидеться на вас, потому что вы украли моего мужа прямо около дома. Не так ли? - она откусила кусочек пирожка. - Да, можете. Но не думаю, что вам стоит бояться, что с моими параметрами я смогу увести мужа у такой стройной красотки. И как вы сохраняете свои формы, кушая пирожки на ночь. Даже я знаю, что от этого, кажется, толстеют, - немного злости и азарта. - Не переживайте. Ежедневный секс помогает скинуть все, что я наедаю. - Ох, - Луи обреченно вздохнул, - тогда этот пирожок вам придется отложить. Ваш муж, Алисия, сейчас не в состоянии скинуть с вас парочку пирожков. Боюсь, Гарри сегодня все силы потратил на меня. Она даже не удивилась, будто ожидая какого-то подобного ответа. - Думаю, что один день бухалова со старым другом не сделают ничего с моей фигурой. Гарри у меня большой молодец. Наверстаем завтра, вот и все, - она меланхолично пожала плечами, сохраняя свою фирменную улыбочку. - Может быть, может быть. - Я ведь любящая жена, а не ужасный друг. И я его никогда не бросала. - Я не понимаю, о чем вы, - Луи не понимает. - И всегда поддерживала. Где вы были, когда умерли его родители? Когда у него был кризис? Когда не было работы и смысла жить? Где? Я все эти годы была рядом, но все равно он всегда говорит о вас. Ах, только Луи всегда мог помочь и понять меня! - она театрально вскинула руки, прижимая их к сердцу. - Я не... - А все эти десять лет я была рядом. Но обо мне ни слова. Я вытянула его из той депрессии, когда вы его бросили. Я. Я и только я. И я все равно на втором месте. Два года я выбивала из его головы воспоминания. Сколько я буду выбивать из нее настоящего Луи? - Я не понимаю вас! - громче проговорил Луи. - Почему вы тогда это сделали? - Что? - Забавно. Проваливайте, - она глотнула своего любимого чаю, который Луи показался слишком сладким. - Я не хочу, чтобы мой муж вообще вас видел. Будьте добры, проверните этот трюк еще раз. Как тогда, - она склонила голову набок. - До свидания, - спокойно проговорил Луи. Никто не готов отдавать Гарри.