Ромашковое поле

В этот солнечный день в королевстве был праздник — День рождения принца, ему исполнялось тринадцать лет. В честь этого события в замке устраивался торжественный приём, на который были приглашены гости из близлежащих королевств. Джерард и Фрэнк спускались в тронный зал. Торжество должно было начаться в два часа дня, сейчас было только двенадцать, но гости уже начали съезжаться, и Джерард обязан был приветствовать их и принимать пустые поздравления и ненужные подарки. Его уже поздравил Фрэнк, а больше принцу ничего и не было нужно. Хотя, это даже сложно было назвать поздравлением в обычном смысле этого слова — мальчик просто обнял его и прошептал на ухо несколько простых, но искренних слов, от которых у Джерарда замерло сердце, а к щекам прилила кровь. «Мой принц, оставайся всегда таким же прекрасным и чутким другом». В ответ Джерард смог выдавить только «спасибо» и крепче обнял Фрэнка. Принц был одет в зелёный камзол с золотыми пуговицами, а на его голове красовалась небольшая корона, которую Луиза ещё утром принесла в его комнату вместе с вещами, заставив надеть — таков был приказ отца. Серебряный обруч неприятно сдавливал голову, и Джерард мечтал избавиться от него. Но сделать это было так же невозможно, как перестать быть принцем, а стать свободным мальчиком без обязательств и этой жизни в замке, которая так на него давила. Большой тронный зал был украшен: на стенах висели вышитые золотом гобелены, на полу в огромных вазах стояли французские лилии, чей восхитительный аромат разносился по залу, а на потолке висело несколько кованых канделябров с двадцатью свечами в каждом, которые пока ещё не были зажжены. В зале стояли три трона, два из которых были заняты отцом и мачехой Джерарда, третий же предназначался для него самого. Принц вежливо поприветствовал всех находящихся в зале и уселся между королём и королевой. Фрэнк же встал у стены, ему было позволено лишь молча наблюдать за происходящим. Отец сдержанно поздравил сына, и Элизабет присоединилась к поздравлению. По словам короля, подарком для Джерарда должен был стать торжественный приём с пиром и танцами в его честь, который закатывали позже. Принц пробормотал «спасибо» и вздохнул. Нашёл глазами Фрэнка — мальчик стоял среди придворных. Весь его вид выражал задумчивость. Джерард и предположить не мог, о чём же раздумывал друг, но улыбнулся, когда Фрэнк чуть нахмурился своим мыслям — уж слишком мило он выглядел. Яркие лучи света путались в его тёмных волосах, которые чуть завивались на концах, и это была действительно красивая картина, сам мальчик был красив. Наконец, в зал вошли первые гости — знатная чета из Кале. Они представились, поздравили принца с Днём рождения и вручили в подарок двуручный меч с позолочённой ручкой, на которой была выгравирована роза. *** Шёл уже второй час, а гости всё продолжали прибывать. Фрэнк устало вздохнул и переступил с ноги на ногу. Стоять столько времени было тяжело, и больше всего ему сейчас хотелось куда-нибудь присесть. Запах лилий уже не казался таким прекрасным, и от него начинала болеть голова. Он бросил взгляд на Джерарда — тот выслушивал уже неизвестно какое по счёту поздравление за день и старался сохранять вежливое и благодарное выражение лица, но Фрэнк хорошо знал друга и с лёгкостью мог сказать, что тому невероятно скучно. Джерард и сам устал от этой растянувшейся официальной части, хоть и сидел на мягком троне в отличие от Фрэнка. Он совершенно не понимал, почему год за годом в свой День рождения должен по три часа сидеть на одном месте, выслушивая одни те же поздравления от незнакомых людей. Принц заметил, что Фрэнк устал и тоже скучает, и сильно-сильно захотел оказаться вместе с другом подальше от этого зала и осточертевших ему лиц. — Ваше Величество, все гости прибыли, — объявил лакей. Практически каждый в зале облегчённо вздохнул. Джерард встал с трона, его ноги затекли и теперь неприятно покалывали. К нему подошёл слабо улыбающийся Фрэнк. — У тебя просто невероятное терпение, раз ты смог это вынести, — сказал он Джерарду. — Да ладно, это ты герой, Фрэнки, столько времени на ногах простоял. Сильно устал? — заботливо поинтересовался мальчик. — Нет, не очень. К ним подошёл король. — Итак, Джерард. Теперь, когда с официальной частью покончено, начнётся торжество в твою честь. Я приготовил для тебя небольшой сюрприз, и Фрэнк, конечно же, может пойти с тобой. Идёмте. *** Этот огромный зал был предназначен исключительно для танцев или проведения праздников. Он был украшен не менее богато, чем тронный зал, лилась живая музыка — на возвышении приглашённые музыканты играли на лютне, флейте и скрипке. Разодетые леди и лорды танцевали павану, пока Джерард вместе с Фрэнком стояли под аркой, украшенной всё теми же лилиями. Оба совершенно не понимали, что вообще здесь делают. У Джерарда сильно болела голова, и уже не только от серебряного обруча короны, а ещё и от постоянной болтовни людей вокруг и их восхищённых восклицаний, направленных в его сторону. Он действительно был хорош собой, а его манера держаться производила на людей глубоковолнующее впечатление. Обещанным сюрпризом отца стало выступление акробатов, жонглёров и трубадуров, но оно совершенно не произвело на мальчиков должного впечатления; просто в тот момент они оба были вымотаны этим непрекращающимся весельем вокруг них, в котором они не имели ни малейшего желания участвовать. Джерард мечтал, чтобы все эти незнакомые люди убрались из замка, и наступила тишина. В его голове вспыхнула мысль, что за такие слова Фрэнк непременно был бы наказан. Сам же Фрэнк в этот момент задумчиво поглядывал на друга, у него тоже был сюрприз. И, кажется, сейчас для него настало самое время. — Джи, давай уйдём отсюда, — сказал Фрэнк принцу на ухо, иначе тот бы не расслышал — в зале было довольно шумно. — Уйдём? — удивлённо переспросил Джерард. — А что, если кто-то заметит? — Да брось, на тебя уже перестали обращать внимание. Им всем ты не нужен, понимаешь? Они здесь только ради пира и танцев. Ну и конечно, не могли же они пропустить День рождения принца и отказаться от приглашения. Джерард согласно кивнул. Всё это напоминало ему какой-то фарс, торжество совершенно не приносило радости, а лишь сплошное разочарование во всех этих людях, которые были такими пустыми. Но рядом с ним стоял его лучший друг. Фрэнки — честный и добрый, умный, невозможный, самый хороший и близкий ему человек. И он предлагал сбежать. — И куда мы пойдём? — спросил принц. — Это сюрприз, — Фрэнк смущённо улыбнулся. — Опять сюрприз? Ты же знаешь, я не очень их люблю. — Знаю. Но я почти уверен в том, что этот тебе понравится. Джерард с лёгкостью доверился другу. Он бы без раздумий согласился пойти за ним куда угодно. — Хорошо, идём. Мальчики вышли из зала, а стражники, уже изрядно выпившие, даже не обратили на них внимание. *** Джерард замер. Ему казалось, что он в жизни не видел ничего более красивого. Куда бы он ни посмотрел, везде расстилалось белое море из ромашек. Они колыхались от ветерка, создавая волны и издавая лёгкий шум. Мальчики сидели на пледе, который Фрэнк подготовил заранее, и наслаждались этой тишиной. Фрэнк с улыбкой наблюдал за Джерардом, который заворожено оглядывался по сторонам. Его светлые пряди немного развевались, глаза были полуприкрыты, а в руках он крутил сорванный цветок. — Как же красиво, — выдохнул принц. — Нравится мой сюрприз? — Конечно, Фрэнки, ещё спрашиваешь. — Джерард наконец повернулся к другу. — Спасибо тебе большое, правда, потому что это просто невероятно, и если бы не ты, я бы всё ещё торчал в том душном зале. У меня даже голова стала меньше болеть. — У тебя болит голова? Сильно? — с заботой спросил Фрэнк. — Да нет же, теперь не сильно. — Джи, сними свою корону, — попросил мальчик. — Я попробую сделать так, чтобы твоя боль прошла. Джерард заинтересованно посмотрел на друга и послушно снял серебряный обруч, с облегчением вздохнув. — Что дальше? — Ты… Ложись головой ко мне на колени, — голос Фрэнка стал значительно тише. Принц медленно кивнул и лёг, вытягиваясь на пледе. Несколько секунд они молчали, рассматривая друг друга, вокруг них царила странная атмосфера, полная лёгкой неловкости, доверия и волшебства. Тёплый ветерок обдувал их, солнце грело своими лучами, и вот так вот, вместе, им было хорошо. Фрэнк осторожно запустил пальцы в светлые волосы Джерарда, они были мягкими и приятными на ощупь. Принц, выдохнув, прикрыл глаза, и Фрэнк расслабился. Он неспешно массировал подушечками пальцев голову Джерарда, спускаясь с макушки к затылку и поднимаясь обратно, перебирал пряди волос. Принц млел от удовольствия, и ему казалось, что приятнее ничего и быть не может. Боль действительно уходила, дышать становилось легче, свежий прогретый воздух наполнял его лёгкие. Он находился в состоянии полудрёмы, так что даже не заметил, когда пальцы Фрэнка исчезли из его волос. Фрэнк пару минут просто любовался умиротворённым лицом спящего мальчика, а затем принялся плести из ромашек венок, срывая растущие вокруг него цветы. Длинные стебли легко сгибались, а с ромашек сыпалась пыльца, иногда попадавшая на лицо Джерарду. Цветы с лёгкостью переплетались между собой под ловкими пальцами мальчика. Вокруг них расстилалось ромашковое поле, и на душе каждого было тепло и спокойно. Когда венок был готов, Фрэнк отложил его в сторону и потряс принца за плечо. Долго его будить не пришлось, он спал очень чутко, и уже через минуту мальчик сидел рядом с ним, приглаживая растрепанные волосы. Фрэнк улыбнулся. — Я приготовил для тебя подарок, — произнёс он. — Подарок? — удивлённо спросил Джерард. — Да, — Фрэнк, закусив губу от волнения, показал принцу венок из ромашек с белоснежными лепестками. У Джерарда на секунду перехватило дыхание от внезапно нахлынувших чувств. Этот простой подарок был в сто раз лучше дорогих мечей, отполированных доспехов, пышных празднеств и других подарков, которые он сегодня получил. Потому что этот подарок был искренним, сделанным своими руками, от всего сердца. Потому что он был от Фрэнки — самого прекрасного мальчика. — Надень его на меня, — тихо попросил Джерард, зачарованно смотря на Фрэнка. Фрэнк исполнил просьбу друга, водружая на его голову ромашковый венок. Его руки отчего-то подрагивали, а сердце билось сильно-сильно. Венок шёл принцу гораздо больше, чем корона. — Спасибо, Фрэнки, — прошептал Джерард, обнимая мальчика. Фрэнк прикрыл веки, и перед его глазами стояла картинка улыбающегося принца в ромашковом венке. Прямо как в его сне.