stockholm syndrome.

POV Майкл Я потянулся в кровати, издавая какие-то крайне странные звуки, и повернулся на спину, глядя в белый потолок. Оливера не было рядом, но он всегда вставал раньше меня и или уезжал по делам, или занимался на улице, на свежем воздухе, но дома он не оставался. Я присел на постели и потер глаза, тихонько зевая. За окном изредка проезжали машины. Да, дом в Нью-Йорке пришлось оставить... Оливер купил новый в Кливленде недавно. Сказал, что Нью-Йорк его достал. Что там слишком шумно. Но мне Нью-Йорк, честно говоря, нравился больше. Мне нравилась та атмосфера, там было уютно и там мы познакомились с Оли... Я надел чистые боксеры, и Оливер приоткрыл дверь, заглядывая в нашу комнату и улыбаясь уголками губ. - Доброе утро, - шепнул он, подходя ближе. Я прикрыл руками тело, но он решительно отвел мои руки мне за спину и прижал меня к себе, заставляя меня хихикнуть. - Привет... Он обнял меня покрепче, и наши взгляды мягко соприкоснулись. Он был такой спокойный, расслабленный, сладкий... мой. Мне нравилось это. Что он мой Оливер. Он потерся своим носом о мой, и я прикрыл глаза, чувствуя как его пальцы пробегаются по моей непокрытой спине и немного щекочут мне кожу. Я поежился, но его это только веселило, и он начал смеяться, сильнее щекоча мне живот. - Нет, прекрати, хватит, - хихикнул я, и Оливер уложил меня на кровать, усаживаясь мне на бедра, - Оли! Прекрати... Он прижал меня за плечи к матрасу и соединил наши губы, все еще сладко мне улыбаясь. Поцелуй был ленивым, медленным и осторожным, и почти неподвижным с моей стороны. - Котенок, - шепнул Оливер, не спеша отрываясь от меня, - у меня просьба. Сгоняй к Энди. Я нахмурился. - А ты?.. - Я не могу. - Но... - Майкл, он будет ждать тебя в Питтсбурге, просто сгоняй туда-обратно, это не сложно. Я прикусил губу на секунду. - Умница, - он коротко поцеловал меня в губы и встал с постели, поправляя футболку, - я буду ждать тебя. Я неуверенно покивал и поджал губы.

***

Я уселся в джип Оливера и глубоко вздохнул, поправляя черную толстовку, от которой пахло одеколоном моего парня. На часах было около десяти утра, встреча была назначена на час дня, так что времени у меня было предостаточно. Я завел мотор и машина тронулась, выезжая сначала на нашу улицу, а потом уже и на трассу, когда в кармане завибрировал мой мобильник. От: Энди Блэк "Как насчет встречи в Детройте?" Я вздохнул с облегчением. "Я только за." Я ехал туда с мыслями о будущем. О том, как мы вместе вырвемся из этой грязной страны. О том, как будем жить вместе, вместе охотиться. Как Сид и Нэнси. Я подумал о том, как красиво мы смотримся вместе. Как красиво мы будем смотреться в будущем. И как будем бегать от копов, но не будем бояться, потому что мы есть друг у друга. Энди ждал меня на углу заброшки, по адресу, который он прислал мне часом раньше. Он стоял, прислонившись к стене и зажав сигарету в зубах, и теребил черный пакетик в пальцах. Я натянул на голову капюшон и подошел к нему, глядя себе под ноги. Энди меня пугал, если честно, но я всегда в тайне хотел быть похожим на него. Он был таким спокойным, всегда говорил словно вполголоса, очень медленно и размеренно. Он был высоким, выше меня и даже выше Оливера, и глядя на него я всегда думал - как он оказался здесь? Почему он решил связать свою жизнь с наркотиками? - Здравствуй, - протянул он. Я поздоровался с ним шепотом и протянул ему четыре стодолларовых купюры. Он взамен отдал мне пакет с наркотиком. Ради этих двух минут я ехал два часа. Это подбешивало, но зато таким образом, мы немного путали следы. - Спасибо, - пробормотал я и пошел обратно, к машине. - Тебе спасибо, мальчик Оливера, - с улыбкой ответил Энди, шелестя моими деньгами. Я ненавидел это прозвище, но Энди повторял его при каждой нашей встрече. И спорить с ним не хотелось.

***

Домой я приехал раньше, чем планировал сначала. Я вышел из машины, шмыгая носом. Я закрыл машину и не остановился, глядя на стоящую на углу белую Ламборджини. Оливер мог привести домой друзей. И когда я, зайдя в комнату Оливера, обнаружил девицу, восседающую на нем, я не смог вдохнуть. Это, знаете... Это не было таким потрясением, о котором пишут в книжках. Никто не сжимал мне шею и у меня не останавливалось сердце. Я просто... Почувствовал, как боль бежит по позвоночнику к затылку. Я замер тут, в дверях, раскрыв рот и не дыша. Девушка заметила меня первая. У нее были длинные белые волосы, темные глаза, она словно сошла с обложки эротического журнала. Я мог бы возбудиться, глядя на красивое женское тело, если бы это ебанное тело не было рядом с моим, блять, Оливером. Девушка поспешно прикрылась лежащим рядом полотенцем, и отодвинулась от Оли. - Закрой дверь, Клиффорд, - приказал Оливер. Закрой. Дверь. После всего, что между нами было, ...закрой дверь. После всего, что мы планировали. Закрой. Чертову. Дверь.* Волна ревности, ярости и досады захлестнула меня с головой, и я схватил блондинку за волосы, бросая её на пол. Я сел сверху и сжал её горло двумя руками. Блондинка попыталась вырваться, царапала мне руки, но это было бесполезно. Я держал её мертвой хваткой. Она извивалась подо мной, и я ударил её затылком об пол. Боковым зрением я увидел как ядовито, присев на постели, улыбается Оливер. "Слабым не достается ничего". Я свернул девице шею. Потом почувствовал знакомые руки на своих плечах, нежно касающиеся их, словно желающие сделать массаж, но я не дал им - скинул их и отпрянул от него подальше, захлебываюсь слезами. Оли, уже натянувший на себя боксеры, поднял руки, словно показывая, что он не опасен. - Нет-нет-нет, котенок, - шепнул он, улыбаясь, - все хорошо, злость - это хорошо, злись, давай. - Заткнись, - заскулил я. - Ты на меня злишься, - он усмехнулся, - давай, покажи мне, как я тебя выбесил, как я разбил тебе сердце! Покажи, какой я подонок! - Оливер, пожалуйста, - я шмыгнул носом, - я не могу. Я подавился своими слезами. Оливер схватил меня за воротник и поднял, прижав к стене, заставив меня застонать от резкой боли и... страха. Я его боялся. Я боялся своего Оли. - Слабым ничего не достается, Майкл, - напомнил он, - а ты слабый. Ты тряпка. Он влепил мне пощечину. Столько боли, сколько я испытал тогда, хватит на целую нацию. В один миг я потерял все. Жилье, любовь, будущее. Смысл жизни. И теперь я превратился в пустой сосуд. Я просто не мог перестать плакать, а он бросил меня на пол и, одарив меня разочарованным взглядом, вышел из комнаты. Я помню, как свернулся в клубочек на холодном паркете, поджав под себя колени, и не мог перестать плакать. Оливер ушел куда-то, хлопнув входной дверью, и я вытер лицо футболкой. Я даже не помню, где нашел в себе силы встать тогда с пола.

***

Я сидел в машине мертвой девицы, сжимая в руках её телефон. Маленький, аккуратный, белый. Как его обладательница. Я набрал номер, который знал наизусть, и трубку подняли почти тут же. - Да? - голос заспанный, хриплый. - Нэш? Это Майкл, - я сглотнул и вытер слезы рукавом толстовки. - Привет, - мой собеседник улыбнулся. - Нэш, я... - я пытался связать слова воедино, но они терялись, ускользали от меня, и я был не в силах поймать их. - Приезжай ко мне, - быстро приказал, чем предложил, он.

***

Нэш стоял у дверей дома и курил, выпуская в воздух густые клубы дыма. Увидев подъезжающую машину, он выбросил сигарету и пошел навстречу. С этим парнем я познакомился чуть ли не на следующий день после знакомства с Оливером. Он однажды приезжал к нам домой вместе с друзьями Оли. Нэш и Оли практически не общались, зато я подружился с этим низким шатеном, который, как и я, сбежал из приюта. Оливер даже говорил, что ревнует. Сейчас я знаю, что это не было правдой. Нэш обнял меня, немного приподнявшись на носочки, и чуть ли не за ручку проводил меня в дом. Он странный, я отмечал это каждый раз, когда приходил сюда. В этом помещении нет ни единого окна, если не считать одного крошечного на кухне и точно такого же в одной из комнат. Нэш говорил, что он специально их заделал, это было связано с его детскими кошмарами. Он оставил два окна, чтобы внутрь проникал хоть какой-то свет. Я зашел в дом, снял конверсы, и через пару минут мы с Нэшем оказались на небольшой кухне. Он делал кофе, я под громкий и надоедливый шум старого холодильника пытался собрать мысли воедино. - Я ушел от Оливера, - шепнул я, обхватывая пальцами теплую кружку. Нэш вскинул брови, усаживаясь рядом. - Ты серьезно? Почему? Я помотал головой и отпил немного кофе. - Я позабочусь о тебе, - прошептал парень, кладя ладонь мне на плечо. - Спасибо, - таким же шепотом ответил я. Нэш долго смотрел мне в глаза. У него они были серые. Такие же серые, как его свитер. Удивительные. Я никогда не видел таких глаз. Он вдруг сократил расстояние между нами и прислонился своими губами к моим. Его губы были жесткие и тонкие, незнакомые и неправильные. Я нащупал на столе нож и медленно ввел лезвие парню в живот. Он заскулил, но не отстранился. Он понимал, с самого начала знал. И "я позабочусь о тебе" значило именно то, что он не против смерти. Смерти от моих рук. Смерти ради меня. По серому свитеру бежала струйка крови. Я повернул нож и глаза моего единственного друга погасли навсегда.

***

Я похоронил его на заднем дворе. Даже носил туда цветы какое-то время. Я поселился в его квартире. Продал Ламборджини, купил машину подешевле. Кто-то сказал мне, что Оливер уехал из Кливленда, и я ничего больше о нем не слышал. Я делал вид, что мне всё равно, но каждую ночь не мог уснуть из-за нагнетающей пустоты в груди. Я мучал людей и заполнял её человеческими криками, просто потому что я больше ничего не умел. Насилие преследовало меня с детства, и я отдался ему с головой. Я превратился в своего отца.