Dark Moon Rising

      — Какого черта? — поинтересовалась я у своего телефона.       Он принимал сообщения, которые приходили пустыми. Сначала я думала, что у меня просто переполнена папка с входящими, но ее очистка ни к чему не привела, так же как и перезагрузка телефона.       Ночная тусовка в школе обломалась тем, что за нами остались смотреть Финсток и мисс Уолтон.       Кексик ходил по спортивному залу, держа рупор в руках, и оповещая нас о своем присутствии, когда завязалась небольшая вечеринка с музыкой, закусками, газированной водой и пуншем.       — Никакого алкоголя, наркотиков и секса.       — Говорила же зря пришли, — пробубнила я, взмахивая руками и думая, что Мэтти и Дженна сидят где-то рядом.       — Ну, могу пригласить тебя на приватную встречу, — предложил мне Айзек, сидевший на ступень выше. — Если очень хочется.       — Не настолько, — усмехнулась я, удаляя сообщения.       — Увижу — пожалеете, — продолжал Финсток, расхаживая по залу. — А я пожалею о том, что увижу. Чё ты вертишься у чаши с пуншем, Гринберг?       Наши вещи были свалены на трибунах, пока не пришло время ночевки. Я сидела над своим свертком спального мешка и рюкзаком, разбираясь с телефоном, на который продолжали приходить сообщения. Да сколько можно!?       — Хэй! Фрейя-Фрей, — послышался над ухом голос Стилински, который взял в привычку называть меня так. — Подними руку! Пожа-а-алуйста!       Я сделала, как он просил, особо не вдумываясь, и подняла левую руку, продолжая смотреть в телефон.       — Стилински!       Услышав голос Айзека и последовавший за ним щелчок, я почувствовала что-то холодное, появившееся на запястье, повернула голову и увидела наручники, которые красовались на моей руке и связывали меня с Лейхи.       — Какого черта? — я дернула рукой, будто проверяя, не показалось ли мне. — Стайлз!       Он отдалился от нас на несколько шагов и пожал плечами.       — Безопасность! Кто-то должен присматривать за девчонками.       Я обвела свободной рукой спортивный зал.       — Еще даже спиртного в пунш не подлили. Не рано начал?       Он подошел к тому месту, где сидели Лидия и Кира, наклонился, что-то сказал и так же быстро щелкнул наручниками.       — Лидия!       Я опоздала, и Стайлз связал ее с собой.       — Прекрасно! — вздохнула я, думая, как объясню это своему брату и Финстоку.       — Какого... — а вот подоспел и он.       Тренер приближался с взглядом холодным и настороженным.       — Сти-лин-СКИ-И-И-И-И! — заорал Кексик в рупор и тут же отключил его. — Это что еще такое?       — Ну, мы... э-э-э, — он посмотрел на Лидию.       — Головой не подумали, — предложила я.       — Так! — вскинул руками Финсток. — Вы меня достали! Я сделаю вид, что ничего не видел.       — Идет! — кивнул Стайлз и помахал тренеру, когда тот стал уходить.       Я схватилась за место, где держались наручники, и попыталась как-то вытащить руку, но, конечно же, это было невозможно. Слышала, что преступники ломали себе большой палец, чтобы выбраться из наручников, но мне не настолько хотелось разлучаться с Лейхи, чтобы ломать себе что-то.       — Ладно, Стайлз. Где ключ? — спросила я, подняв наши скрепленные руки вверх.       — У третьего лица. Чтобы вы не стащили его у меня, если проснетесь посреди ночи и решите прогуляться к... — он понизил голос до шепота. — Неметону.       — Твое третье лицо — это Скотт? — предположила Лидия кисло улыбнувшись.       — Не попала! Да развлекайтесь вы, это всего на одну ночь!       — Стайлз... — устало выдохнула я.       Пришлось ходить вместе. Это было неудобно, и я не могла тусоваться с братом, когда у меня был Айзек на привязи. Интересно, что же мы будем делать, когда один из нас захочет в туалет и как теперь спать? Какой у Стайлза план относительно этого?       Когда заиграла медленная музыка, я заметила, что Финсток заставил мисс Уолтон танцевать с ним, кружась при этом с таким каменным лицом, будто она сама напросилась.       Эта парочка заставила меня улыбнуться и забыть о том, что натворил Стайлз.       — Я хочу пить, — сказала я, потянув за собой Айзека к столу с напитками.       — Я хочу танцевать, — ответил он, капризно вернув меня на место.       — Нет, не хочешь!       Айзек пожал плечами и остался на месте. Сдвинуть его мне не по силам.       — Придется тебе танцевать со мной, если хочешь пить. Ты мой должник, напомнить?       — За что?       — За контрольную. У каждой проделки есть цена. Ты постоянно хитришь, так что пора расплачиваться, цветочница.       — Дриада. Слишком сложно, чтобы запомнить, злой волк?       Он притянул меня к себе. Я попыталась положить обе руки ему на плечи, но так получалось, что рука Айзека неудобно висела на его же плече, кроме того, Лейхи был слишком высоким, чтобы я смогла обнять его за шею и перестать при этом стоять на цыпочках.       Заметив мое смятение, Айзек посмотрел мне в глаза, спокойно положил свою правую руку мне на талию и увел тем самым мою левую.       — Мы слишком разные, чтобы сойтись в танце, — тихо сказала я, растворяясь в его глазах.       — Ты просто плохо стараешься, дриада.       Я спустила свою правую руку вниз и обняла его за талию.       Айзек усмехнулся и нагнулся ближе, чтобы наши лица были друг перед другом.       — Видишь, — сказал он. — Теперь мы на равных.       — Почти, — уточнила я.       Мы так и смотрели друг друга, медленно покачиваясь с мягкими волнами музыки. Я забыла о том, в каком пространстве нахожусь, какое сейчас время суток, полностью увлекаясь только им.       Мне хотелось подарить ему первый поцелуй нимфы. Это было бы просто, наши лица были слишком близко друг к другу, мне стоило лишь прикоснуться своими губами к его, но я не смогла этого сделать и оторвать взгляд от лазурных глаз, совершенно опьяненная их магией. Первый поцелуй нимфы — необычное явление. Он может исцелить разбитое сердце и подарить неповторимое блаженство, сравнимое с эйфорией.       Медленная музыка растворилась и разлучила нас, уступив место энергичной.       Айзек отошел от меня на шаг, дав нашим рукам вернуться в прежнее положение. Он довольно улыбнулся, будто получил приз, а я отвела взгляд и заметила в толпе своего брата и Дженну.       — Мэтти...       Айзек оглянулся.       — Не хочешь меня представить? — спросил он.       — А что, вы не знакомы?       — Не лично.       Я усмехнулась, думая, как отреагирует Мэтти.       — Ладно. Только будь лапочкой.       — Разве я не всегда лапочка?       — Спорный вопрос.       Я повела его за собой, и чем ближе мы были к Мэтти, тем тяжелее становились мои шаги. Когда у него появилась Дженна, я отреагировала вполне спокойно. Это она поначалу ревновала его ко мне, а вот как отреагирует Мэтти — предсказывать не берусь.       Он заметил нас сразу же, как мы подошли ближе, и первым делом обратил внимание на наручники.       — Это просто шутка Стайлза, — сказала я, демонстрируя связанные руки. — Он потерял ключ.       — Хм, — ответил Мэтти, поджав губы. — Что ж, видимо, за тобой будет кому присмотреть ночью. Мэтти! — сказал он, протянув руку.       — Айзек.       Лейхи пожал руку, потянув за собой мою, и они с моим близнецом вполне дружелюбно переглянулись, а затем Айзек пожал руку Дженне.       На шее у нее висела небольшая пленочная камера, светлые волосы были завязаны в косичку, которая лежала на плече. Почему-то, мне никогда не удавалось разглядеть Дженну целиком, запомнить, как она выглядит. Глупо, конечно, но иногда я ее даже не сразу узнавала.       Финсток согнал всех в спальные мешки, когда на часах стукнуло двенадцать, заставив перед этим прибраться в спортивном зале.       Я была уверена, что взяла плед, но, как оказалось, Мэтти не положил его в машину, несмотря на то, что его об этом попросили несколько раз, а свой он отдал Дженне.       Заснуть удалось не сразу, особенно когда рядом лежал Айзек, лазивший в своем телефоне, пока Финсток не прикрикнул с трибун.       От пола в спортивном зале пахло краской и еще чем-то. Запах раздражал меня, пока я не перестала обращать на него внимание. Главной проблемой было то, что для того, чтобы заснуть, я несколько тысяч раз должна поменять положение и найти самое удобное, но когда вокруг тебя куча одноклассников — это непросто. Я не могла переворачиваться на бок, чтобы не дернуть Айзека или не вызвать чей-то вздох.       — Фрейя, успокойся уже! — попросил Скотт, который лежал недалеко.       — Прости, — выдохнула я, замерев на животе с вытянутой в сторону Лейхи рукой.       У Айзека был плед, хотя вряд ли ему было холодно, но он все равно демонстративно укрылся им. Я громко фыркнула и повернула голову в другую сторону, однако, посреди ночи проснулась оттого, что слишком замерзла, а залезать внутрь спальника не стала, когда все ложились спать. Хотя он настолько старый и тонкий, что не согрел бы меня все равно.       Дьявол!       Устало выдохнув, я приподнялась на одном локте и посмотрела в сторону Айзека.       Он лежал на спине по левую сторону от меня. Правая рука, которая была пристегнута к моей левой, находилась на животе. Айзек либо спал, либо делал вид, что спит. Пододвинувшись чуть ближе, я потянула его плед на себя. Лейхи треснул мне по руке и, не открывая глаза, перевернулся со спины на левый бок.       Черт!       Потерпев неудачу, я уткнулась лицом в подушку и захотела вернуться домой. Ненавижу мерзнуть, а до утра, скорее всего, еще не меньше пяти часов.       Дурацкая ночевка выпускников и растяпа Мэтти!       Поборов свою гордость, я телом придвинула свой спальник ближе к месту, где спал Айзек, что не составило труда и, перевернувшись на левый бок, залезла под плед, подложив левую руку Лейхи себе под голову.       Пусть Финсток устроит мне несладкую жизнь утром, но я не хочу мерзнуть и хочу спать.       — Хитрая лиса, — прошептал на ухо Айзек, крепко обнимая меня правой рукой.       — Просто не люблю мерзнуть, — буркнула я с закрытыми глазами. — Это не из-за тебя.       — Да, рассказывай.       Больше он ничего не сказал. Я согрелась, и меня потянуло в сон. Было приятно просто обниматься с ним в тепле, хотя еще несколько недель назад я бы влепила себе пощечину за такую мысль, но теперь все было по-другому.       Я чувствовала дыхание Айзека на шее, и от этого у меня порой бежали мурашки. Надеюсь, нас будут не сильно ругать, когда найдут вот так утром, и Финсток не станет орать и звонить родителям, жалуясь на то, какого черта я себя так веду.       Мы оба заснули, и мне даже снилось что-то приятное, пока не разбудил чей-то назойливый шепот.       Я открыла глаза и приподняла голову.       Стайлз шел за Лидией в сторону выхода из спортивного зала. Прищурившись, я увидела, как она развернулась, что-то сказав ему, и мне показалось, что рыжая подружка находится во вполне вменяемом состоянии.       Выходя из зала, Стайлз оглянулся и, заметив, что я приподнялась и наблюдаю за ними, махнул рукой, поманив за собой.       — Айзек! — шепотом позвала я, положив руку ему на плечо и постаравшись разбудить.       Он вздрогнул и открыл глаза, приняв беспокойный вид.       — Что-то не так, — сказала я, прежде чем Айзек потребовал объяснения. — Пойдем!       Поднявшись, мы постарались осторожно обойти спящих и тихо вышли из зала.       — Что такое? — спросил он.       Лидия и Стайлз, освещенные лунным светом, шли в конце коридора, и я просто кивнула в их сторону.       Стилински остановил Лидию, обращая внимание на то, что мы идем к ним.       — В чем дело? — уже в полный голос спросила я, больше обращаясь к Лидии.       Она выглядела обеспокоенной и напуганной. Ее взгляд все время блуждал по сторонам, а губы дрожали. Мне инстинктивно захотелось ее успокоить, но Лидия была против моих вмешательств.       — Если ты собираешься закричать, то...       — Нет! — резко перебила она. — Дело не в этом. Я знаю, что кто-то зовет меня, но я ничего не слышу.       — То есть? — задала я уточняющий вопрос, взглянув на Стайлза и Айзека.       — Не знаю, — ответила она, зажмурившись. — Это как беспричинный зуд. Кажется, что вот-вот что-то произойдет.       — Видите! — сказал Стайлз, обращая наше внимание на наручники. — Вот, почему нам было необходимо ЭТО!       Как только он произнес свою фразу, из соседнего коридора, где находился шкаф с наградами, послышался звук бьющегося стекла, будто кто-то разом разбил все окна на первом этаже. Он был такой громкий, что я задрожала и зажала уши руками, перепугавшись до черта.       — Какого... — Стайлз направился к повороту в тот самый коридор, но Лидия схватила его за руку.       — Нет! Не ходи туда! — сказала она, а затем опустила взгляд, прислушиваясь к чему-то. — Что-то совсем близко...       — Ам-м, ребята? — позвал Айзек.       Я вглядывалась в темный поворот, откуда доносился грохот, и со сжавшимся сердцем ожидала, что сейчас кто-то появится.       — Нас ведь четверо, так?       — Да, — раздраженно ответил Стайлз. — Очень ценное утверждение, Айзек.       — Тогда почему теней пять?       Мы в одно мгновение опустили взгляд на пол и нашли подтверждение тому, что Айзек был прав.       Кто-то лишний стоял позади нас с Лейхи и повернул голову в том же направлении, что и мы.       — Фрейя, — дрожащим голосом позвала Лидия. — Кто-то у тебя за спиной.       Айзек обернулся, а у меня на это не хватило мужества. По всей видимости, он ничего не увидел, потому что мы остались стоять на своих местах. Откуда тогда взялась тень?       Я вытянула ногу и медленно шагнула вперед. Моя тень переместилась, а та, что принадлежала Айзеку и невидимому наблюдателю, осталась на том же месте.       — Звонить Охотникам за приведениями? — предложил Стилински холодным тоном, не сводя глаз с лишней тени.       — Не смешно, Стайлз! — прошептала Лидия.       — Знаю, что не смешно. Мне самому не смешно.       Я потянула Айзека к себе, чтобы он встал рядом со мной, а затем сделала еще один шаг вперед. Страх сковывал тело, заставив сжаться и надеяться, что это всего лишь сон или шутка. Айзек взял меня за руку, и я тяжело выдохнула, все еще смотря на тень, которая теперь сливалась с нашими.       — Ну, что бы это ни было, — сказал Стайлз. — То оно определенно стремится стать ближе к тебе.       — Что? — переспросила я. — Почему?       — Потому что оно взяло тебя за руку, Фрейя.       — Айзек держит меня за руку.       — Нет, Фрейя, не держу.       Я вздрогнула и разжала пальцы, выпустив что-то холодное. Айзек обернулся одновременно со мной, но позади нас никто не стоял.       — Что это было? Что вы видели?       — Ничего! — ответила Лидия.       Мы одновременно взглянули на тени и обнаружили, что неизвестный теперь стоит между нашей парой и их.       — Фрейя! — позвал Стайлз. — Фрейя, твой телефон!       Он указал на карман джинс, в котором светился экран моего телефона. Я быстро вытащила его и увидела, что с тех пор, как отключила звук, на него прошло тридцать пустых сообщений с неизвестного номера.       — Что это? — спросил Айзек, смотря на экран.       — Просто пустые сообщения.       — Пустые сообщения? Когда они начали приходить?       — Сегодня.       Лейхи сунул руку в карман, достал свой телефон и показал мне ту же картину, что я наблюдала сегодня половину дня.       — Мне они тоже приходят. Ты пробовала звонить?       — Вот еще!       — А я пробовал, но слышал только шум, как... во время пропавшей трансляции по телевизору.       — Это называют мертвым звонком, — ответил Стайлз, подходя ближе.       — Никогда не слышала, — сказала Лидия, взглянув на него.       — Экстрасенсы, медиумы... — продолжил он. — … неважно, короче, они говорят, что сквозь этот шум можно услышать голоса мертвых из потустороннего мира. А кто у нас может говорить с мертвыми?       Он забрал мой телефон и протянул Лидии, но та его быстро оттолкнула.       — Я не говорю с мертвыми, и я не экстрасенс, Стайлз!       — Но ты слышишь что-то!       — Я не хочу этого делать!       — А что, если это спасет чью-то жизнь?!       — Черт! — выругалась Лидия и выхватила телефон из рук Стайлза.       Пока мы говорили, на тень никто не обращал внимания, и она просто исчезла, в конце концов.       Лидия прижала телефон к уху, и я услышала гудки, раздающиеся на весь коридор. Когда на другом конце кто-то снял трубку, они прекратились, а на их месте появился тот самый треск и шипение, о котором говорил Айзек. Будто в телевизоре пропала трансляция, и остался только серый экран.       — Ну, что? — допытываясь, спросил Стайлз спустя полминуты.       Лидия стояла с закрытыми глазами, прислушиваясь к шуму.       — Кристмас Брайт Стар, — наконец-то сказала она. — Это все, что он говорит.       — Он? — переспросила я.       — Просто голос. Он постоянно повторяет только это. Значит что-нибудь для тебя?       — Для меня? — я переглянулась с Айзеком и пожала плечами. — Нет. Почему это должно быть связано именно со мной?       — У тебя День рождения в Рождество, так? — спросил Стайлз.       — В сочельник, — поправила я.       Лидия нажала отбой и передала телефон мне. Дверь, ведущая в спортивный зал, скрипнула, и из нее показался очень злой тренер.       — Кто-нибудь ответит мне почему, когда я готовлю кому-нибудь неприятности, то рядом постоянно оказываетесь вы двое, — он указал на Лидию и Стайлза. — Ты, Лейхи! — ткнул он пальцем в Айзека. — А теперь еще и ты, Шэри! Откуда был этот шум? Что вы разбили?       — Ничего! — тут же ответил Стайлз. — Мы просто в туалет ходили.       Лидия устало закрыла лицо рукой.       — Что все четверо?       — Ага! А потом услышали шум, когда возвращались в зал. Где мы и должны были быть, тренер.       Покосившись на Стайлза, Финсток обошел их с Лидией и завернул за поворот, где находился шкаф с наградами.       — Святая... Мать!       Переглянувшись, мы побежали за ним сломя голову.       Стекла в дверцах были выбиты до последнего осколка и рассыпались почти по всему коридору, сверкая в лунном свете. Окна стояли целыми, разгромили только шкаф с наградами, которые остались нетронутыми на прежних местах.       Я опустилась на колени и вытянула руку к небольшому треугольному осколку.       — Че-е-е-е-ерт! — проворчал Финсток, нагибаясь и поднимая с пола фотографию, которая вместе с осколками лежала на полу. — Моя лучшая фотка в молодости!       Взглянув на него, я снова опустила взгляд на блестящие осколки. Как кто-то разбил стекло в дверцах шкафа? Камнем? Битой? Тогда почему осколки разлетелись так, будто их выбило из рамы что-то, что находилось внутри шкафа?       Стайлз, кажется, тоже подумал об этом, потому что когда наши взгляды пересеклись, я увидела в них тот же вопрос.