Wanna play?

Станислав глубоко вздохнул и чуть не поперхнулся ярым клубничным воздухом. Сделал два шага от Рины, чтобы не чувствовать этот противный запах дешевой клубничной жвачки. - Мне было бы очень интересно узнать, какого черта ты делаешь здесь сегодня с ней, когда договорился о встрече со мной? – Алиса сложила руки на груди и возмущенно приподняла брови. «Сейчас начнет оправдываться, как типичный парень. Если так и произойдет, я глубоко разочаруюсь в любви». «Хорошо, что она пришла вовремя, и я не успел натворить глупостей», - со вздохом подумал гот, но вслух сказал совсем другое: - Ну, если бы ты сейчас не подошла, мы бы поцеловались. Так что лучше подумай, зачем ты рушишь идиллию. Даже Марина чуть не подавилась жвачкой. Алиса нервно сглотнула, стараясь выбросить из внимания оголтело застучавшее сердце. - Что, прости? - Ты же все прекрасно слышала. - То есть, я правильно поняла, она приезжает, и ты меня … оставляешь? Вот ради этого? – девчонка кивнула вперед. О, лучше бы он оправдывался. Мечты, зачем вы сбываетесь не в том русле? - Я, между прочим, - начала Рина, но Слава чуть толкнул ее локтем, и она замолчала. - Если ты не против, милая, - это слишком грубо прозвучало в его устах; Алиса даже испугалась за его здоровье. – Мы продолжим. - О нет, я против! – Лис взорвалась; она понимала, что никогда в жизни не будет отдирать парня от девушек, драться с ними за него, но узнать правду ей никто не помешает. – Ты! – она гневно схватила парня за рукав его темной рубашки. – Отправишься со мной! - Что ты хочешь… - Мариночка, дорогая, мы на минутку, - слащаво ответила ей Алиса, фальшиво улыбнувшись. - Ага, - тупо вымолвила Рина, сама ничего не понимая. Лис толкала парня перед собой, пребывая в такой ярости, что ей в голову даже не пришла мысль о том, что он может сопротивляться. Пусть скажет, что это шутка. И так и быть, через тридцать лет и три года я его прощу. Через минуту гот остановился и так резко развернулся, что девушка врезалась ему в грудь. - Мы ушли недостаточно далеко, - процедила она, буравя его взглядом. - Попробуй сдвинуть меня с места, - Стас тепло улыбнулся, и Алисе даже захотелось улыбнуться в ответ. - Ладно, и здесь сойдет. А теперь объясни мне. Членораздельно! Какого хрена сейчас произошло!? - Оу, ты умеешь злиться и знаешь такие слова? - Поверь, я еще много чего умею и знаю! - Никогда не думал, что ты можешь пребывать в такой ярости, - парень снова улыбнулся, в сердце что-то трепыхнулось, и ему захотелось притянуть ее к себе в объятия, а еще лучше – поцеловать. - Представь себе! Он вновь улыбнулся, как осколок вновь врезался ему в мозг, совсем как несколько минут назад. - Мне пора. Она ждет меня. - Просто уже скажи, что это была шутка, - устало попросила Алиса. – Я обещаю, что даже не буду обижаться. - На что обижаться? – девушка чуть не поперхнулась воздухом и собиралась ответить ему, однако парень не позволил: - Ты хочешь всю правду услышать? Так вот эта правда! (Включите песню The Fray — «Never Say Never». вот: http://yandex.ru/yandsearch?text=The+Fray+%E2%80%94+%C2%ABNever+Say+Never%C2%BB&lr=46 ; и перевод: http://www.amalgama-lab.com/songs/f/fray/never_say_never.html ) Теперь больно стало и в сердце. Что-то он делал не так, только что? «Мозг ведь не врет, так»? – спросил он сам себя. - Ты! Была увлечением для меня! Своего рода отдыхом от боли, когда она уехала! Сейчас она вновь рядом, и я не хочу потерять ее снова. - Да что ты несешь?! Ты, больной на голову ублюдок! – она хотела его ударить, но Станислав вовремя перехватил ее запястья. - Не пытайся меня ударить. Не знаю, что между нами было, - душа, кажется, взорвалась. И вроде не больно, но… «Так не должно быть!», - но все кончено. - Нет, ты, наверное, шутишь, - если бы гот не держал ее за запястья, она бы уже давно осела на землю. – Я не верю тебе, Стас. Опять что-то шевельнулось. «Да, черт побери, что внутри меня происходит?» Опять кольнуло. Теперь, похоже, по всему телу. - Слышишь, не верю! Если ты не разыгрываешь меня (а если это так, я тебя убью, когда все закончится!), с тобой что-то не так. Может, тебе мозг заменили или сердце, или еще какой-то орган, но это все ложь! Да я чувствую это! - Ложь как раз ты и чувствуешь. Отойди, - парень холодно отодвинул девушку. – Мне надо идти. - Стой! Ты, - «проклятье, только не слезы!», Алиса быстро вытерла их рукавом, пока гот не видел, - не можешь уйти так, Стас… Опять легкое щекотание внутри, но снова осколок – и все исчезло. - Я.. Стас! – Лис заставила его обернуться. - Ну что? - Я… я люблю тебя, Стас… Нет, ты не можешь уйти просто так, слышишь? – теперь эти мокрые соленые капли ничем не остановить. – Стас! Все взорвалось. До безумия сильно. И адская боль, и райский приятный огонь. Невозможно. Все вместе. «- А ты хотел этого… - Глупости, ты ее не знаешь. Кто она, вообще, такая? - Она? Она моя… - Да не твоя она. Твоя в нескольких метрах отсюда». Опять …но нет, не осколок. Огромное зеркальное лезвие. Через него все вошло, через него и выйдет. Просто забудешь. Она повернула голову парня так, чтобы видеть его глаза. - Нет, Стас! Как же так? Он бросил на нее усталый, затуманенный взгляд. Глаза казались серыми, почти такими же дождливыми, как и у нее сейчас. - Ты не уйдешь к ней, нет! Ты же сам говорил, что она использовала тебя, - «О Боже, что я несу? Я пытаюсь остановить его всеми путями? Я эгоист…» - Стас, прошу тебя… Ну скажи что-нибудь… - Что? Что ты хочешь услышать? Признание в любви, высосанное из пальца? Я один раз признавался в ней самому дорогому человеку, и она сейчас ждет меня, а ты отнимаешь время. Просто отойди. - Ты врешь. Ты будто искусственный, ненастоящий. - Это твоя любовь искусственная. Не знаю, что ты там себе напридумывала. Но успокойся, я никому не расскажу про твое унижение, - он бросил взгляд на ее слезинку, уже совсем не замечая внутренних вспышек. - Унижение… - Алиса опустилась на землю, все еще пытаясь бороться со слезами. – Да хоть всему миру расскажи. Это не было для меня унижением. - Но ты жалеешь, что сказала, так ведь? – она подняла на него дождливые глаза – когда ей было плохо, зелень исчезала из них. – Впрочем, мне все равно. Парень исчез за деревьями. - Искусственная… - прошептала она одними губами. – Разве любовь может быть искусственной? Мучиться весь день. Вот, что ей теперь оставалось. Хотя нет, день – это просто секунда по сравнению с вечностью. Все изнутри разрывало на части. Она не верила. Нет, никогда не поверит! С ним что-то сделали! Эти его духи, призраки или черт знает кто!!! Только как, как все теперь изменить? А что если это правда? Ты просто не хочешь этого признавать. И еще давай признаваться ему в любви! Ты даже сама не думала об этой любви, а ему сказала. Зачем? Думала, его это остановит? Наивная. - Да я его и не люблю, наверное… Просто спутала с чем-то другим, - прошептала она самой себе, мечтая утонуть в своей ванне, в которой девушка сейчас пыталась хоть как-то успокоиться. Почти год назад. Ты плакала из-за того, что так и не нашла того, кого бы полюбила. А сейчас что? Что ты скажешь сейчас? Слишком много слез. Через час они все исчезнут, высохнут. Боль будет рвать изнутри, не давая возможности попытаться выйти наружу с солеными каплями. Главное, не проговориться Насте. А то она, еще чего доброго, побросает всех в Америке и приедет к ней, утешать. Не надо хотя бы ее загружать своими проблемами. За два дня стало еще хуже. Особенно после настойчивых приглашений Димы пойти на прогулку. На последнюю его просьбу пришлось согласиться. - Привет! Пойдем со мной гулять? Или съездим на пикник? Можем сходить в кино или в парк. Хочешь? - Нет, Дим, прости. - Ну что ты все киснешь, а? Ну пожалуйстаа, принцесса. Никогда раньше так не называл. Внутри как-то потеплело, и Алиса неожиданно для самой себя согласилась. - Хорошо. Давай вечером, часов в шесть. - Я зайду за тобой. Вроде и легче не стало, но разум стал проясняться. «Любви не существует. Надо было изначально жить с правильным настроем, и тогда бы не было так больно. Пройдет пара лет, и ты даже не вспомнишь об этом!» От мыслей о «паре лет», Лис ужаснулась, но тут же представила, как все это выглядит сопливо, словно типичный русский сериал в триста пятьдесят серий, где самым главным сюжетом является намотка слюней на локти. *** - Я рад видеть тебя, - Дима широко улыбается, резко втянув носом воздух, будто пытаясь отдышаться от быстрого бега. - Я тоже, - она состроила подобие улыбки. - Пойдем, посидим в парке, - он аккуратно коснулся ее обнаженной руки и тут же отдернул пальцы, спрятав руку в карман. Не мог. Чересчур. Хочется быть рядом, но она не подпустит. *** - Я не знаю, что мне делать! Он любил меня, понимаешь? Я точно это знаю! Это же видно и с закрытыми глазами! Я…я сказала, что люблю его, Дим… Хотя раньше даже не думала об этом. Она не выдержала – рассказала все ему. Парню, который сам бы хотел с ней быть рядом. И сейчас плакала на его плече. Ей казалось, что он даже не дышит, боясь спугнуть ее. - Такое бывает… Может, все еще будет хорошо? – он попытался улыбнуться, легонько поглаживая ее по волосам. - Нет, там проблема не в этом! Он здесь ни при чем! Это все… - Алиса осеклась, поняв, то чуть не выдала тайну. Дима как-то неестественно замер и спросил: - Что? - Нет, ничего. Наверное, у него просто плохое настроение, - попыталась оправдаться она, но поняв, какую глупость только что сморозила, замолчала. - Вряд ли такое можно сказать, пребывая просто в плохом настроении, - осторожно подметил Дима. Лис вздохнула. Ей неожиданно захотелось, чтобы он притянул ее ближе и обнял… Странное чувство. Но от него будто исходило тепло. Тепло, которое совсем недавно исчезло из ее сердца. Ему хотелось ее обнять. Притянуть ближе, зарыться лицом в ее золотые волосы, глубоко вдохнуть их нежный цветочный запах, крепко-крепко прижать к себе ее женственную фигурку, закрыть глаза и навсегда забыть обо всем… Обо всем том, что его волновало. Он не мог, потому и не обнял. - Да… Будто с ним что-то случилось, - Алиса постаралась вернуться к реальности, но слова получалось с силой выдавливать из себя. – Знаешь, такое чувство, что его заставили такое сделать. Дима неожиданно вздрогнул и чуть отодвинулся от девушки. Когда он понял, что она заметила это движение, сильнее вжавшись в скамейку, будто сгруппировавшись от боли и страхов, парень встал на ноги. - Пойдем. – Он протянул ей руку. – Мы можем напиться вместе. Спрыгнуть с парашюта. Покататься на водных лыжах. Девушка хихикнула: - Парашют? Водные лыжи? Здесь, в Тыровске? - Поверь, я найду их, если ты захочешь, - Дима сказал это с легкой улыбкой на губах. И хотя его глаза лукаво поблескивали, девушка даже не подумала сомневаться в словах; она знала, что если попросит, он действительно найдет для нее еще и не такие эксклюзивные вещи. Она покачала головой, улыбнувшись. - Тогда давай просто потанцуем. Здесь рядом есть бар, там очень мало посетителей, но всегда, на удивление, отличная нежная музыка. Алиса вложила свою ладонь в его и, впервые испытывая тепло от его прикосновения, пошла рядом с ним. *** (Включите песню Ed Sheeran —«Kiss Me»; вот: http://yandex.ru/yandsearch?text=Ed+Sheeran+%E2%80%94%C2%ABKiss+Me%C2%BB&lr=46 ; и перевод: http://www.amalgama-lab.com/songs/e/ed_sheeran/kiss_me.html ) В баре действительно было пусто. Только молодой бармен неспешно протирал и так кристально чистые стаканы. Рука в руке. Его ладонь была прохладной, приятно прохладной. Они оба улыбались, и оба лгали. Ей было больно, жутко больно. Хоть и уютно рядом с Димой. Его трясло изнутри. У него были причины. Хотя все его тело, вся душа были в восторге, что Алиса рядом. Но они счастливо улыбались. И продолжали медленно кружиться в танце, касаясь друг друга щеками. Бармен забыл взять новый чистый стакан – казалось, он хочет протереть дыру в кристально чистом стекле. Образы исчезли. Пусть и рядом было практически пусто. Все равно, смазалось все: столы, стулья, барная стойка, неработающий телевизор в углу потолка, бармен… Даже нежная легкая музыка. Она была, она руководила, но… Ее не было. Были только они. Она не любила его. Она мучилась. Но ей было приятно, тепло. Все повторялось. Алиса чувствовала боль, но вместе с тем радость, что Дима рядом. И так по кругу. И постепенно острые мысли уходили, растворялись в прозрачной дымке едва слышной мелодии. Ему хотелось прижать ее сильнее, хотя сильнее было некуда. Ему тоже было больно, но он старался. Старался держаться. Потому, что она бы не поняла. Никто бы не понял. Он хотел поцеловать ее. Крепко, жарко, близко, но в то же время нежно, осторожно. Чтобы ей было хорошо, чтобы ей понравилось. Но он не поцелует. Слабак? Нет, вряд ли. Трус? Сомнительно, все дело не в этом. Он знает, что она этого не хочет. Ей нужен другой. Эта мысль рвала на куски и так уже порядком намучавшееся сердце. Кроме того, он же был эгоистом, поэтому дело не столько в ней, сколько в нем. Меры для него не существует, а он боится … Так может все-таки трус? Пожалуй, …да. Для нее он был просто другом, хорошим другом. Сейчас вспоминая прошлые прогулки с ним, сердце девушки просто обливалось кровью – она словно издевалась над ним то прикидываясь дурочкой, то приглашая погулять, то не отвечая на звонки… А сейчас, когда ей до невозможности паршиво, он рядом. Именно он, а не кто-то еще. И она чувствует его душевное тепло, горячими волнами направленное на ее застывающее сердце. Он хочет ей помочь. Возможно, она ему даже нравится, очень нравится. А он для нее что значит? Неужели просто друг? Хотя сейчас он больше похож на знакомого незнакомца. Боже, что за неудачный оксюморон? Они словно знакомы вечность, но узнает она его лишь сейчас. Алиса чувствовала его прохладное дыхание за ухом. Довольно сбивчивое дыхание. Судя по темпу танца, он не мог устать, значит, все дело в ней. Он нервничает, боится. Сорваться, не удержаться и … Дима опускает веки. Не хочется думать о том, что будет тогда. Вдруг его посетило непреодолимое желание рассказать ей все. Абсолютно все, что он чувствует; абсолютно всю правду без утайки… Он даже открыл рот, собираясь начать, но … - Дим, - ее дыхание начинало сбивать с толку, парень сжал челюсти. – Спасибо, что ты рядом. Правда. Огромное спасибо. Он вздохнул. - Не за что. Я рад быть вместе с тобой. Она чуть отодвигается, чтобы посмотреть в его глаза. Они просто горят зеленым пламенем. Она никогда не видела таких ярких глаз. Таких пылающих и … Он тонет в ее взоре, стоит лишь перевести взгляд на ее глаза. Смешанные серые и зеленые оттенки, в ее глазах они неповторимы. Хотя серого больше; больше дождливого мокрого асфальта. Алиса придвигается ближе к его лицу. Дима закрывает глаза. Ее теплые губы нежно касаются его холодной щеки. А он благодарен. Иначе бы… Впрочем, это было очевидно. Музыка слишком трепетная, хрупкая… Они сделали еще круг, уже не отрывая глаз друг от друга. - Простите, вы будете что-нибудь заказывать? Оба вздрогнули, повернув головы в сторону непонятно откуда взявшейся официантки. Алисе показалось, что она ее где-то видела. Музыка сразу куда-то исчезла. Бармен за стойкой недовольно цокнул. Официантка перевела на него взгляд, он неодобрительно покачал головой и взял другой стакан, наконец поставив прежний на место.