Would you leave your life and ride?

— Эмм… Шеф! — Кто-то усердно тряс полицейского за плечо. — Дон. Дон! Мужчина, открыв глаза, увидел перед собой стопку папок и несколько карандашей. Чуть больше десяти секунд понадобилось Дону Андерсону, чтобы сообразить, что он ночевал на работе и сейчас находится за собственным рабочим столом. Возле него, переминаясь с ноги на ногу, стояла подчиненная Виктория Экер. — Шеф, скоро все на работе появятся, — девушка нервно дернула плечом. — И так знаем, что мало работаем, но стараемся как можно раньше… Дон машинально глянул на наручные часы. Большая стрелка остановилась на половине шестого. Детектив потер подушечками пальцев глаза. — Как можно раньше? — мужчина удивленно посмотрел на сержанта. — Только не говори, что ты тоже не ездила домой. — Нет, я ночевала дома, — как ни в чем не бывало, улыбнулась Виктория. — Но вот что-то не спалось, и решила, что лучше поработаю в участке. Ведь здесь дел невпроворот. — Я очень ценю твое желание работать, но мои люди нужны мне отдохнувшими, — мужчина встал из-за стола и двинулся к небольшой нише в стене, ведь такие «ночевки» на работе у него периодически случались. — Я полностью готова к работе, — девушка едва не встала по стойке смирно. Дон Андерсон не смог подавить грустную улыбку. Мужчина достал запасные рубашку, галстук и костюм, а затем направился к двери. Остановившись у нее, он обернулся и неопределенно глянул на сотрудницу. — Эй Джей взял на сегодня выходной, — задумчиво сказал детектив. Виктория как-то помрачнела и посуровела, она все еще не принимала новенького. А, тем более, что он разозлил ее, взяв выходной, когда в участке и так людей для работы не хватает. Поэтому упоминание шефом напарника мгновенно понизило уровень ее настроения. — Так как у тебя сегодня нет напарника, то поедешь со мной, проверим заправку и закусочную, — закончил свою мысль Дон и побрел в душ, пока действительно не пришел на работу весь участок. Виктория так и стояла с глупой улыбкой посредине кабинета начальника, пока не поняла, что она там одна и пора бы убраться. Решение шефа подействовало на нее, как коробка конфет на ребенка. Из головы немедленно выветрились мысли про лейтенанта Чейза, уступая место более важным. Девушка едва не подпрыгнула от радости и помчалась собираться. До заправки еще нужно было добраться, и Экер опозорилась бы перед начальством, если бы не взяла копию дела и диктофон. Сержант осмотрелась по сторонам, отдел был еще пуст, но через какие-то пятнадцать минут должны явиться первые «жаворонки-трудоголики». Именно на таких людях и держалась полиция. Именно такой жизнью последние несколько лет жила она. Дон Андерсон забрался под холодный душ, ему казалось, что это охладит его и без этого опечаленный проблемами мозг. Кроме дела Моро существовала еще кипа нераскрытых дел, которые он должен был контролировать. Начальство надоедало своим постоянным контролем, пресса устраивала подлянки, а жена вообще выносила мозг. Упершись в стену обеими руками, Дон шумно выдыхал, с облегчением чувствуя уход «ненужных» мыслей. Мужчина знал, что должен взять себя в руки, иначе последствия могли быть печальными — отстранение от дела или даже от работы. Через несколько минут он снова появился в своем кабинете, поздоровавшись с несколькими «ранними» коллегами. Они понимающе кивали головами, видя своего шефа в другой одежде, благоухающего мужским одеколоном, но буквально каждый знал, что детектив ночевал на работе. Виктория была уже готова и наблюдала со своего рабочего места, как детектив завязывал темно-синий галстук поверх голубой рубашки, которая идеально подходила к его глазам. Девушка немного вздрогнула, когда, закрыв кабинет, шеф окликнул ее. Схватив сумку, Экер поспешила за ним. — Не против, если… — Дон кивнул на ее автомобиль. — Да, конечно, — улыбнулась в ответ Виктория, доставая ключи из сумки. Детектив уселся рядом с водителем. Экер была счастлива, что так все вышло, девушка не выдержала бы целую дорогу пялиться на пролетающую рядом местность и иногда бросать взгляды на начальника. А так она была занята управлением автомобиля, и не нужно было завязывать глупый разговор или спрашивать что-то лишь бы не было тягучей тишины. С шефом лично она ездила всего несколько раз. Если работа была хорошо сделана — он хвалил, если плохо — указывал на недочеты, но таким тоном, что хотелось от стыда провалиться под землю. У Дона Андерсона не было любимчиков, но детектив был привязан к своей «команде». Виктория все же осмелилась мельком глянуть на начальника. Мужчина задумчиво смотрел в окно, и могло показаться, что его не интересовало ничто, кроме исчезающих из поля зрения зданий. Но сержант знала, что в голове Дона сейчас проходит тяжелый мыслительный процесс. Скорее всего, это было что-то личное. Отмахнувшись от мыслей, которые мешались, Экер уставилась на экран GPS. Никогда не знаешь, где утром может образоваться пробка, это ведь все-таки Нью-Йорк. *** Карен очнулась от методичного капания чего-то ей на голову. Это «чего-то» оказалось дождем. Сначала вовсе не сообразив, где она находится, девушка начала подниматься, но боль в левой ноге вновь вернула весьма болезненные воспоминания ее побега. Взвыв, Кэр попыталась вернуться в изначальное положение. Ногой она старалась не шевелить, но неприятные ощущения не отпускали. Дождь припустил еще сильнее. Какая ирония, если он не прекратится, то Карен спокойно себе утопится в этой всеми забытой яме. Усмехнувшись угрюмым мыслям, Кэр начала прикидывать свои шансы выбраться. Яма была не больше двух метров в высоту, если встать и подтянуться, то дело сделано. И все бы было действительно легко, если бы девушка не подвернула ногу и земля не была настолько скользкой от дождя. Карен вся промокла и продрогла, казалось, дождь вовсе не собирается прекращаться. От бессилия и боли на глазах выступили слезы. Не зная, что еще может сделать, Кэр кричала, звала на помощь и просто выкрикивала слова неразборчивого содержания, когда пыталась встать. Разве так может болеть не сломанная нога? Все попытки выбраться сводились на нет, усиливая и без того невыносимую боль. Горло охрипло от криков, и Карен изредка промачивала его небольшим количеством воды. Благо, бутылка с водой полетела вместе с ней. Мокрая и холодная яма приносила много дискомфорта, Кэр даже успела пожалеть, что убежала. По крайней мере, в том доме было тепло и кое-что поесть, а Бен обещал отпустить ее. Девушка прокашлялась, следующий ее крик о помощи едва ли можно было назвать криком. Карен охрипла окончательно. — Дурости у тебя не отнимать, — Кэр услышала знакомый голос, но подняв голову, увидела лишь серый силуэт. — Не поможешь, нет? — голосом заядлого шестидесятилетнего курильщика прохрипела девушка. Ответа не последовало, и фигура исчезла из поля зрения. Карен уже отчаялась, девушка подумала, что Бенджамин решил избавиться от головной боли и оставить ее здесь умирать. Но ее печальным догадкам не суждено было сбыться. Через четверть часа она была вызволена из ямы, правда, не самым безболезненным способом. Бенджамин отнес ее до автомобиля, видимо, мужчина не помчался на поиски беглянки на своих двух. За все время Карен не увидела ни единого проблеска улыбки на лице ирландца. Между бровей поселилась морщинка, а уголки рта были опущены вниз. Что же, преступник, наконец, снял свою маску или наоборот — надел? Бен аккуратно посадил Карен на переднее сидение, зафиксировав ее позу ремнем безопасности. — Только подумай что-нибудь сделать, — сверкнув глазами, сказал мужчина. — Я более не буду таким любезным. Думал, что мы договорились, но, как вижу, ошибался. Такого промаха больше не допущу. Карен нахмурилась и отвернулась от него. Как она могла подумать, что в доме лучше?! С ним? Время от времени Кэр кашляла, да так сильно, что ей казалось, что еще немного и легкие покинут обычное место расположения. Автомобиль остановился у уже знакомого дома через какие-то двадцать минут. Бенджамин с таким же отрешенным видом, как и прежде, освободил от ремня девушку и поднял ее на руки. Карен обвила его шею и хрипло дышала куда-то в район его левого уха. Ирландец не нес ее, будто какое-то сокровище, скорее он стискивал ее в объятьях, чтобы предотвратить все попытки побега, которые могли вызреть в ее сообразительной голове. Кое-как открыв дверь, мужчина, наконец, оказался в сухом помещении. Усадив Карен на диван в гостиной, Бен подался за сухими вещами и полотенцами. Все еще кривясь от болезненных неосторожных движений ирландца, Карен недовольно поерзала на мягкой обивке. Через несколько мгновений мужчина вернулся с двумя стопками одежды. Отложив одну на диван, он нагрузил другую на Кэр и, подняв девушку, быстро «отвез» ее на второй этаж в предоставленную комнату. — Вот одежда, переодевайся, — без эмоций на лице произнес ирландец. — С этих пор из комнаты выход запрещен, ужин я буду тебе приносить. Есть какие-то вопросы? Просьбы? Пожелания? Если есть, то предупреждаю сразу, что лучше бы тебе оставить их при себе. Бенджамин выжидающе уставился на Карен. Мокрые волосы еще больше закрутились, черная футболка полностью облепила торс. — Я не собираюсь молчать, — Кэр злостно посмотрела в темные глаза. — Тебе же хуже, — ирландец положил ладонь на дверную ручку. — Принесу кляп, свяжу руки. Так что выбирай… — Мне нужна аптечка, — сдавшись, миролюбивым тоном сказала девушка. — Кажется, я подвернула ногу, а может даже и… А еще у меня царапина на спине, ее нужно обработать. — Я что, на санитара похож? — округлил глаза мужчина. — Заложников нужно держать в нормальных условиях… — Ладно-ладно, — махнул свободной рукой Бен. — Можешь не продолжать. Через несколько минут ирландец уже сидел на краешке кровати, рядом с Карен, усердно роясь в небольшой коробке, наполненной множеством пустых и наполовину заполненных упаковок с лекарством. — Мазь, мазь ищи, — не умолкала Кэр, с подозрением косясь на коробку. — Эластичный бинт, перекись и пластырь… Найдя все нужное девушке, мужчина сгрузил это «все» на кровать и снова направился к двери. — Кхм, мне нужна твоя помощь, — Кэр залилась краской. — Вряд ли я смогу промыть и заклеить рану у себя на лопатке… Бенджамин шумно вдохнул и закрыл глаза. Девушке на один миг показалось, что сейчас он улыбнется, но мужчина этого не сделал. — Хорошо, только без выбриков, — ирландец осторожно подошел к кровати. — И куда я ускачу одноножкой? — с улыбкой на лице поинтересовалась Кэр, все-таки Бенджамин не был похож на типичного преступника-похитителя. Карен шипела и выпячивала глаза, пока мужчина промывал ей рану на лопатке. Мягкие теплые пальцы скользили вдоль царапины, заклеивая ее. Девушка даже немного прибалдела, когда перестала кривляться, но Бен быстро сделал дело и скрылся за дверью. Кэр сглотнула, когда посмотрела на свою ногу. Конечность припухла и кривилась вправо. Медленно, но уверенно до девушки доходила истина — ногу нужно вправить, иначе… — Бен… — хрипло позвала она. — Бен. Бенджамин… На крик горло было неспособно. Ирландец появился через несколько минут монотонного бормотания его имени. — Что еще? — с видом занятого человека спросил мужчина. — Я же говорил… — Ногу нужно вправить, — дрогнувшим голосом сказала Карен. — Отвези меня в больницу. Пожалуйста… Бенджамин застыл на пороге, выражение лица не предвещало ничего доброго. Ирландец медленно начал приближаться к девушке. — Я только сейчас заметила… У моего брата такое было, правда с рукой. Он неудачно покатался на велосипеде. — Я не могу отвезти тебя в больницу, по той же причине, по которой не могу сейчас отпустить, — Бен с сожалением покачал головой. — Пожалуйста, — Карен готова была разрыдаться. — Пожалуйста, я же… я… нога, но ведь нога… — Извини, но придется обойтись без больницы. — Сволочь ты последняя, — выплюнула Карен. — Ведь из-за тебя все! Не сиделось тебе дома, банки хотел грабить! — Не говори о том, чего не знаешь, — задумчиво почесав нос, сказал мужчина. — Не волнуйся, без ноги не останешься… Я кое-что придумал. Девушка с нескрываемым презрением посмотрела на ирландца, но презрение мгновенно поменялось на испуг. — Ты что задумал? — Я сам вправлю тебе ногу, — с опаской глядя на свою заложницу, пробормотал Бен. — Не бойся, я доктор по образованию… Сказано это было не очень уверенно, и Карен весьма усомнилась в словах мужчины. — Доктор? И какой же ты доктор? — Меньше лишних разговоров. Сильно держись за бортик кровати и расслабь ноги. Бенджамин не подготовил Кэр к процедуре, даже не дал ей посчитать до трех. Крик девушки едва не оглушил ирландца. Карен никогда не испытывала такой боли, но мозг не сжалился над ней, и девушка была в сознании. Обзывая Бена всеми грубыми словами, которые только приходили ей в голову, Кэр наблюдала, как он втирает мазь и обматывает ногу бинтом. — Жива? Все нормально? — заботливым тоном поинтересовался мужчина. — По твоему это «нормально»? — тихо прохрипела девушка. — Какой из тебя доктор? Доктор лечит людей, а не… — Ну, я вообще-то психолог, — Бен прилег на кровать рядом с Кэр. — И не нужно говорить, что психолог — это не доктор… — Нет, ты ужасный лгун и преступник, — выдохнула Карен настолько обиженным и наигранным тоном, что мужчина улыбнулся. — Да, ты раскрыла меня, — ирландец стер мокрые дорожки с лица девушки. — Прости меня, я не хотел, чтобы тебе было так больно… Карен никак не отреагировала на слова Бена. Что можно ожидать от преступника? Только принесения вреда. Внутренний голос поскребся маленьким коготком: «Но ведь не он сбросил тебя в яму, так ведь?!». — Это в качестве моих глубочайших извинений, — мужчина достал из кармана что-то небольшое и белое с двумя веревочками. — Плеер? — на ладони Бенджамина покоилась классическая модель iPod. Мужчина позволил себе улыбнуться, а потом снова напустил серьезную маску. Оставив проигрыватель на кровати, Бенджамин ушел, щелкнув с той стороны двери ключом. Включив первую композицию и узнав в ней песню Джексона Вотерса «Center of Attention», Кэр повернулась на правую сторону. Плечо немного побаливало, но девушка не обращала на него внимания. But I’ll take my time if you want to С грустью Карен вспоминала ту ссору с родителями, сейчас она скучала и за отцом, и за матерью, и даже за мелким братцем-засранцем. And I’ll give you whatever you need Какой дуростью было угонять мамин автомобиль, а, тем более, подвозить незнакомца. Мало отец показывал криминальной хроники? And I’ll way down life time to give in to you Кэр вспомнила, как они с папой «работали» над его делами. Дон Андерсон часто разрешал девушке самой «угадывать» преступника и его мотивы. Give in to you, ooh, ooh, ooh, ooh, ooh, ooh Бенджамин Моро не был похож ни на одного из тех преступников. Он вел себя нетипично. На месте ирландца другие уже бы убили, изнасиловали или воплотили еще какие-то свои грязные фантазии. Бен же был вообще… Улыбчивым, хорошим, даже можно сказать, добрым. До опрометчивого побега он позволял девушке свободно перемещаться по дому, кормил ее, не причинял зла. Ирландец мог быть мошенником или вором, но уж точно не убийцей, не такого рода он человек. Карен улыбнулась сама себе, довольная своим очередным умозаключением, касающимся Бена. I’ll walk away the life time, ooh Где-то далеко на своем «Шевроле» Виктория Экер ехала по тому пути, который несколько дней назад выбрала Карен Андерсон. And I won’t wait for you, ooh Мысли сержанта NYPD были беспорядочны. Девушка думала то о дороге, иногда отвлекаясь на дождливые пейзажи, то о работе, на которой Экер старалась показать себя с лучшей стороны, так же о Эй Джее, противном подхалиме. А иногда ее взгляд скользил по задумчивому лицу шефа. And I won’t wait the life time, ooh Дон Андерсон в свою очередь пытался привести свои мысли в порядок. Мужчину тяготили семь непринятых звонков от жены. Нет, уже восемь. And I won’t wait for you, ooh Дон осознанно не брал трубку, если бы Карен нашлась, то Аманда прислала бы сообщение. А так… Просто не стоит. Семья рушилась на глазах. Женщина, которая давно перестала быть любимой, сын-наркоман, исчезнувшая дочь… И одна из проблем, которая только ухудшила положение — Моро. I won’t wait a life time, ooh У «проблемы» тоже были свои мысли, своя покалеченная жизнь. Бенджамин следил за приготовлением рыбы, сжимая в руках кухонное полотенце. I won’t wait for you На днях он покинет страну, и все проблемы останутся далеко позади. Но почему же ирландцу слабо верилось в свои мысли. Что-то мешало поверить, то же самое, что и помешало оставить добродушную девушку на опасной дороге, ведь иногда настоящие преступники гораздо более благородны «законопослушных» граждан. I won’t wait a life time for you Прозвучал последний аккорд песни, и в наушниках поселилась тишина, но Карен это не волновало. Сон с радостью принял ее в свои объятья.