Почитай отца своего

Когда Эмме исполнился годик, у Румпельштильцхена не было абсолютно никаких планов, чтобы отпраздновать это событие. Он не понимал сути всего этого. Возможно, это будет важно для Эммы, когда она станет старше, ведь она единственная в Сторибруке, способная взрослеть. Но какой был толк, праздновать ее день рождения, если ей исполнился всего год? Она не поймет и даже не вспомнит! И как бы Мэри-Маргарет не упрашивала, подталкивая его устроить дочери вечеринку, но он был непреклонен. Видеть в своем доме толпу детей, с их сплетничающими мамашами, которые посчитали бы Голда совсем уж подобревшим – нет, увольте. Он собирался провести день рождения Эммы только с ней вдвоем, тихий и спокойный день, когда никто бы не потревожил их. В любом случае, Румпельштильцхен бы не выдержал присутствия посторонних в его доме. День проходил без вмешательств; Эмма что-то бормотала себе под нос, а когда замечала, что отец не уделяет ей внимания, прыгала ему на живот. Ее маленькие светлые кудряшки, которые уже слегка закрывали ей глазки, малышка неуклюже отодвигала и улыбалась Румпельштильцхену. - Папочка! Он наблюдал за ней. - Интересно, не будет ли это слишком, если я куплю тебе лошадь, когда ты подрастешь? Насколько я знаю, все девочки в этом мире мечтают о пони. Не думаю, что это тебя избалует. И, вообще, каждый житель Зачарованного леса должен уметь ездить верхом. Принцесса-Спасительница должна это делать хорошо. Девчушка склонила голову набок и снова прыгнула на мужчину. Он схватил ее за бока и поднял в воздух. Она радостно взвизгнула от такого стремительного подъема и дотянулась до его носа. Румпельштильцхен не понимал почему, но Эмме нравилось хватать его за нос, когда они веселились вместе. Этот ласковый жест заставил его чувствовать себя в лучшем случае неловко; он знал – его чудовище еще скрывалось глубоко под кожей, и Голд понимал, в его голове не должно было быть места таким мыслям, когда он играл с дочерью, но ничего не мог поделать. Единственная причина, из-за которой Эмма сейчас находилась рядом, заключалась в том, что чудовище потребовало ее своей платой. Он нахмурился и потянул Эмму к груди, по-отечески поцеловав ее в светлую макушку. Девчушка обняла его и прижала свои мокрые губы к его щеке, в своем понимании поцелуя. - Ты, должно быть, голодная, малышка? – спросил он, взяв ее личико в ладони. – Давай-ка, что-нибудь приготовим. Твой папа не слишком хорош в кулинарии, но думаю, я сумею приготовить то, что в этом мире называют пастой. Когда Румпельштильцхен кормил Эмму – это всегда было маленькой грязной катастрофой, с заляпанным столом и милым светлым личиком. Сегодня девчушке понравился красный соус, который он приготовил. На самом, деле понравился настолько, что, скорее, его было больше на ней, чем внутри нее. Несмотря на беспорядок, учиненный ею, Голд заметил, что Эмма очень собой гордилась. Он вытащил малышку из ее высокого стула и поморщился, когда она попыталась вытереть свое запачканное в соусе лицо о его рубашку. О, теперь она забеспокоилась о своем внешнем виде. Кто-то постучал в дверь, и Голд разочарованно вздохнул – его тихий и мирный день разрушен. Ну, конечно же, кому-то нужно было побеспокоить его, в день рождения его дочери. Направляясь к двери, Голд просто надеялся, что его нежеланный посетитель знал разницу между соусом для пасты и кровью, в противном же случае, их ожидал гротескный сюрприз. Мэри-Маргарет стояла на крыльце и терпеливо ждала, когда ей откроют. Она в недоумении нахмурила брови, увидев испачканную малышку, но сразу же догадалась, что это было. - Да, мисс Бланшард, - сказал Голд. По крайней мере, это не Шляпник и не мэр. Он переживал присутствие Мэри-Маргарет намного лучше всех остальных. – Чем я могу помочь? Эмма заулыбалась и потянулась к девушке: «Мама!» Румпельштильцхен вздрогнул от такого простого, но неожиданного слова из уст дочери, чуть не уронив девчушку. Даже Мэри-Маргарет опешила, и он видел, как она побледнела. - Я не знаю, где она набралась этого, мистер Голд. Я клянусь! - Я собирался искупать Эмму в ванной, могу я вам чем-то помочь? - Простите, что отвлекаю вас, мистер Голд… я знаю, вы бы хотели отпраздновать этот день тихо, но… в общем, я принесла подарок для Эммы. Он удержал себя от того, чтобы закатить глаза. - Мисс Бланшард, я, кажется, ясно дал понять, что Эмме подарки без надобности, потому как она ни в чем не нуждается. Собственно, как я тебе и обещал. - Нет, нет… я не имела ввиду этого… - она помедлила и протянула подарок. – Она у меня, сколько я себя помню и я подумала, что это поможет вам еще теснее сблизиться с дочерью. Это была книга. Коричневый переплет, украшенный золотистыми узорами, и такими же золотыми буквами там было написано название.

«Однажды в сказке»

- Я подумала, ей понравится, когда она немного подрастет. Книга мне без надобности, поэтому я решила подарить ее Эмме. - Спасибо, - ответил Голд и приподнял правый локоть, так как левой рукой держал Эмму, и не мог взять книгу. Для того, чтобы ходить ему все еще была нужна трость. Мэри-Маргарет на секунду заколебалась, но потом быстро подсунула подарок ростовщику подмышку. Румпельштильцхен не знал, что делать с книгой. Эмма была слишком мала, но он тут же подумал, что мог бы сам ей читать. В любом случае, книга лучше одежды. Он никогда не понимал, зачем люди покупают так много одежды малышам, когда те вырастали из нее за несколько месяцев. - Не хотите зайти? Ненадолго, - спросил Голд. – Мы только закончили готовить обед, но если хотите что-то выпить… Девушка отрицательно покачала головой. - Нет, все в порядке. Вам нужно искупать Эмму, а мне, правда, пора идти. Он кивнул и, попрощавшись, закрыл дверь. - Ну что ж, Эмма, - сказал он, привлекая ее внимание, - кажется, у нас есть, что почитать.