Призрак

      Атос похолодел. Он встряхнул головой, словно надеясь проснуться. Но нет, вокруг все те же темнота подземелья, старые ступени и неприятный запах сырости. — Скажи мне, что ты пошутила… — срывающимся голосом попросил он. — Если бы! — раздался приглушенный голос миледи.       Прекрасно. Отлично! Смотреть в глаза смерти при Ла-Рошели, бросаться в гущу сражения и оставаться живым, но умереть из-за того, что застрял в подземелье в собственном замке! Очень героическая смерть…       Миледи наверху старалась придумать, как бы его вытащить. Гримо безуспешно пытался выковырять обломок ключа, чтобы починить его. Судя по тому, что Гримо бормотал себе под нос, общение с Планше для него даром не прошло. Таких замысловатых ругательств граф де Ла Фер еще не слышал. Он вообще не слышал, чтобы Гримо ругался. «День сюрпризов…» — мрачно подумал он.       Затем наступила какая-то странная тишина. Гримо оставил попытки вытащить обломок ключа, а миледи перестала рассуждать вслух. Атос поднялся и прислушался. Тишина изредка прерывалась перешептываниями. Леди Винтер и Гримо решили устроить совет. Несколько минут он ждал, надеясь, что про него вспомнят, затем решил напомнить о себе. — Знаете, а это же наверное не просто какой-то ход… — после минутного молчания сказала леди Винтер. — Я не в том состоянии, чтобы гадать, что это за подземелье! — Если в замке есть ход, он куда-то ведет… — медленно проговорила Анна.       Куда-то ведет… А ведь это действительно мысль! Не просто же так его делали? Граф де Ла Фер пожалел, что так мало знает о своем замке. — Если вы правы, леди Винтер, то я прощу вам мое заключение, — едва слышно прошептал он. — А если не права, вы его не простите, но и сделать мне уже ничего не сможете, — ехидно отозвался призрак.       «Хоть бы раз в жизни промолчала!» — он вдруг усмехнулся. Странно, но к привидению своей жены он уже привык. И как бы она его не выводила из себя, она все же удивительно скрашивала жизнь в фамильном имении. Так бы он стал скучать по службе и совсем бы предался хандре.       На ощупь исследуя стены, он попытался найти что-нибудь, отдаленно напоминающее выход. Но под руку попадались только старые крючки, ветхий шкаф, Бог весть каким образом тут оказавшийся, и другое барахло. Но ничего не напоминало на то, что это мог быть ход. «Все же, это просто подземелье…» — Атос тяжело вздохнул. — Ничего?.. — послышался вопрос леди Винтер. — Ничего.       Вот странное дело… Неужели в ее вопросе прозвучала надежда? Или она вину чувствует, что заперла его здесь, хоть и невольно? Скорее всего, верно второе. Но и первый вариант нельзя исключать. — Я могу съездить за Бреге… — предложил Гримо. — Только его здесь не хватало! — Атос облокотился на шкаф.       И вдруг шкаф сдвинулся с места, задев латы, которые в очередной раз рассыпались. Граф де Ла Фер, не ожидавший такого, рухнул на пол и глухо застонал, ударившись больным местом о щит. — Господин? Вы в порядке? — испуганно поинтересовался Гримо.       Ответа не последовало. Атос хотел было подняться и протянул руку, чтобы опереться на стену, но… не нащупал ее. Пальцы провалились в темноту. Граф так и остался стоять на четвереньках. На лице вдруг отразилась сначала глупая улыбка, ну а уж затем и радость.       Но его чувства не разделял Гримо. Такая тишина после грохота пугала. Слуга с твердым намерением ехать за Бреге встал и пошел к выходу, но миледи его остановила. Будучи призраком, она чувствовала эмоции, и сейчас вместо боли чувствовала ликование. — Гримо, постой. Там все равно дождь… Вы нашли ход? — поинтересовалась она. — Да… Да! Черт возьми! — Атос рассмеялся. Давно он не ощущал себя таким счастливым.       Миледи облегченно улыбнулась. Слава Богу, обошлось. Когда она пошутила про еще одного призрака, она совсем не имела в виду, что ее муж должен им стать. А когда он там застрял и сломался ключ, она уж было решила, что теперь пришел конец. Как своевременно вспомнились ей потайные ходы Пале-Рояля! — Атос, идите осторожнее, положите руку на левую стену… — вдруг попросила она.       Граф ничего не ответил ей. Да и что было отвечать? Совет был мудрым и своевременным… Но слышать его от миледи было как минимум странно. Однако, он не стал вдаваться в подробности и осторожно стал спускаться. Первый же шаг был не очень удачным. Лестница оказалась даже еще уже чем первая, и Атос чуть было не полетел вперед.       «Боже, да кто строил этот замок?! — зло подумал он, решив спускаться боком. — Если выберусь отсюда живым, точно начну его перестраивать. Совершенно неудобное расположение комнат».       Ход оказался глубоким и узким. В нем было довольно душно. Постоянно меняющаяся высота потолка не раз заставляла Атоса удариться о него головой. Он шел просто наудачу, молясь, чтобы коридор не разветвился. А ничего не оставалось более, чем идти, идти не останавливаясь. Надежда ожила в нем. Надеждам вообще свойственно оживать вдруг тогда, когда меньше всего ждешь.       Но скоро дали о себе знать усталость и боль от удара по сломанным ребрам. Атос не хотел им поддаваться, потому что находиться более в этом коридоре он не мог. Ужасно душно и темно. И тихо. Слишком тихо. Это, пожалуй, было самым страшным. Граф де Ла Фер хоть и любил тишину, но не такую. «Как в могиле», — поежившись, подумал он.       Как долго он брел по этому ходу, Атос боялся предположить. Но вот, наконец, его рука уперлась в стену. Постучав по потолку, он обнаружил, что над ним деревянная крышка. Сердце бешено заколотилось. Все же куда-то да вышел! Слава Богу!

***

      Бреге, решивший заехать к Бюжье и переждать грозу, насторожился. Священник, отложив книгу, поднялся и направился к двери. Но стук повторился. И он явно шел не со стороны коридора. — Бюжье… это из-под пола… — врач нахмурился. — Вот как? — изумился Бюжье. — Странно… Хотя погодите-ка! Если мне не изменяет моя память, то уже однажды ко мне приходили таким вот образом. Давно же это было… Очень давно… Ко мне так прибежал еще отец мессира Оливье де Ла Фер… — Так-так-так… — Бреге недобро усмехнулся. — Посмотрим же, кто к вам в этот раз прибежал…       Больше всего на свете Атосу захотелось броситься назад, в темноту, только бы не встречаться с Бреге. Провалиться под землю, исчезнуть, стать невидимым — все, только не эта встреча! Но он не был призраком, как была Миледи. И исчезнуть, конечно, не мог. Так что оставалось готовиться к тому, что Бреге согласится довезти его до дома, но заставит пролежать еще один день.       «Убил бы Анну, если бы она уже не была мертва!» — подумал граф, когда крышка чуть приподнялась, и непривычно яркий свет резанул глаза. — Оливье?! Вот так сюрприз! — удивленно воскликнул священник.       Бреге многозначительно кашлянул. Атос тяжело вздохнул. «Это конец». Но это был не конец, это было начало конца… Поскольку пришлось объяснять, как именно он оказался в потайном ходе. Атос постарался представить это как небольшое приключение, выпавшее на его голову. И Бюжье воспринял это именно так. — Ваш отец также застрял там. Но у него была свеча. Удивительно, что вы нашли выход, — удивлялся священник, глядя на графа де Ла Фер, измазавшегося в пыли. На камзоле у него повисли несколько паутинок. — Меня больше интересует, как вы нашли туда вход, — язвительно отметил Бреге.       Атос пожал плечами и вздохнул. К счастью, погода прояснилась, и Атос поспешил откланяться, сказав, что дойдет пешком. Но выражение лица Бреге сразу отбило у него желание прогуляться. Пришлось все же согласиться на его предложение подвезти. — Мне кажется, я просил вас не лезть в подземелья? — угрожающе дрогнувшим голосом поинтересовался врач, когда они вместе сидели в карете. — Бреге, мне это было очень важно! Я надеялся найти одну нужную мне вещь… — И нашли? – ядовито поинтересовался Бреге.       Атос промолчал. Да и что ему было сказать. Он ведь даже не знал, что именно ищет. Анна, правда, тоже не знала. «И зачем я в это вязался? — граф устало смотрел в окно, пропуская мимо нотации Бреге. — Хотя с ней не соскучишься…».       Миледи на глаза не попадалась. Видимо, боялась гнева супруга даже будучи призраком. Но Атос чувствовал ее присутствие. Хотя бы потому, что в комнате было прохладно, несмотря на растопленный камин. Он начал было говорить с ней, но в комнату зашел Бреге и как-то странно посмотрел на него, и пришлось замолчать.       Немного посидев и подумав, граф де Ла Фер вдруг окликнул Гримо. — Перо и бумагу, — коротко приказал он, задумчиво крутя ус.       Слуга бросился исполнять приказ. Когда Гримо принес нужные вещи, Атос обмакнул перо в чернила, немного поколебался и начал: «Дорогой д’Артаньян, Вот уже месяц, как я вернулся в Берри, а так и не удосужился написать вам ни строчки. Но, друг мой, знали бы вы, какие невероятные вещи тут происходят…».