Операция "Контрольный в сердце"

- Да, - глотаю кофе. – Извините, - обхожу его. Сколько тут придурков? - Стой! – хватает меня за руку, отдергиваю ее. - Эй! – рычу. – Руки не распускай! - Ты не узнала меня? – удивляется. - А должна? – закатываю глаза. – Отступи, - чуть отталкиваю его. - Это же я. Оскар! – улыбается. Что? Мой пес ожил и превратился в долговязого тощего парня? - Круто, Оскар! – изображаю наигранную радость. - Да стой ты! Это я, - замолкает. – Шивон, - разводит руками. Кто? - Уау! Ты изменился. Ого, - осматриваю его. Шивон, вернее Оскар в джинсах, майке, клетчатой рубашке. У него обычная мужская стрижка ни грамма макияжа. - Изменился, - кивает. - Как? Что произошло? – я рада за него. - Я скоро стану… Эмм… Отцом, - улыбается. - Отцом? – раскрываю глаза. – Ты же… Девочка, - жму плечами. Шивон закатывается смехом. То есть Оскар. - Ты же помнишь ту девчонку, с которой я снимал квартиру? - Да. Твоя подруга. Андреа, кажется. У нее еще парень странный, - вспоминаю. - Этот странный парень ее бросил. Мы напились, и все случилось, - улыбается. Хоть он теперь и парень, откровенность и болтливость у него осталась девичья. – Энди согласилась стать моей женой. - Ого! Оскар! Поздравляю! – похлопываю его по руке. – Это так здорово! А ты здесь пытаешься вылечиться? - Я вылечился. Теперь один из кураторов, - хвалится. - Я горжусь тобой, Шив… Оскар, - быстро исправляюсь. - А ты здесь благодаря какому ветру? – больше всего не хотела этого вопроса. – Тоже лечишься? Эмм… - заглядывает мне за спину. – От алкоголизма? - Я… - черт! Что ответить? – Я под прикрытием. Там подозреваемый, нужно его проверить, - вру. Подобной чуши я еще не произносила. - Понятно, - кивает парень. Скрывает улыбку. – А вам можно вот так просто разбалтывать подобное бывшему проститутке-наркоману? – он понял, что я обманываю. - Ладно, мне пора, Оскар. Еще увидимся! – выпаливаю и быстро ретируюсь в класс. Остаток занятия слушаю, как вылечившиеся советуют удерживаться. Почти у всех синдром отмены проходил болезненно, почти как у наркоманов. Я уверенна, что это не так. Да, выпить хочется, особенно на вечеринке. Но чтобы чувствовать боль? Нет! Это не про меня. Бена нет дома, и телефон не отвечает. Ума не приложу где его носит. Но, мы и так проводим вместе слишком много времени вместе. Пару часов отдыха не повредят нашим отношениям. Вообще-то Бенджи должен был забрать меня, но его не было у центра. Мне пришлось ехать из Голливуда в Нортридж. Почти час тряслась в идиотском автобусе. Мне срочно нужна машина. Даже слышать не хочу дурацкие доводы Бена. Пока я готовлю ужин, Оскар и Симба крутятся вокруг меня, делают вид, что помогают. У меня отличное настроение, вот только сердце стучит быстрее, когда я открываю холодильник – на нижней полке стоит упаковка ледяного пива. - Я не хочу пить! Я хочу здоровых детей от любимого человека, - шепчу себе под нос мою собственную мантру. Любимый не появляется на ужин, на традиционный попкорн и наше шоу. – И в последний раз, Бенджамин! – оставляю очередное, кажется, пятое голосовое сообщение. – Я жду еще полчаса. Если ты, Санчес, Джон или хоть кто-то в участке не возьмет трубку, я сейчас же попрошу у папы денег, куплю себе самую дорогую тачку и перерою весь Лос-Анджелес в поисках тебя, идиот! – рычу. Проходит еще час. Теперь я волнуюсь. Вдруг с ним что-то случилось? Я боюсь за любимого. За окном сигналит такси. Хватаю сумку, натягиваю кеды, как обычно долго копаюсь с замком. В пару шагов пересекаю двор. – Я задержалась, - хмыкаю, дергая ручку. К дому приближается черный внедорожник. Бен! Говнюк! – Я передумала, сэр! – улыбаюсь водителю. – Неустойка? - Пару баксов. На газировку, - нагло улыбается водитель. - Самая дорогая газировка в мире? – жадничаю, но бросаю на сиденье деньги. - Уезжаешь? – смотрит на меня Бен, выглядывая в окно. - Пошел к черту, МакКензи! – со всей силы пинаю колесо и вхожу в дом. Улавливаю громкий смех моего копа. А! Как же я зла сейчас, Бен! – Где ты был? – обрушиваю на него свой гнев с порога. - Тшш! – прикасается пальцами к губам. Разговаривает по телефону. - Заканчивай свои гребаные разговоры! Посмотри на часы! – я пила и домашний тиран. - Да, тихо ты! – цыкает. – Тут какая-то девчонка орет на меня, ну точно сущая ведьма, - в глазах наигранный ужас. – Кстати, голоса у вас похожи, - улыбается. - Хватит, - хлопаю его по руке, которой он прижимает телефон, роняет его. – Мне не смешно! – я в бешенстве. - Угомонись, - бросает мне, проходит в ванную. - Бен, ты охренел? – раскрываю глаза. - Успокойся, Холи! Так вкусно пахнет. Ты готовила что-то? Хочу есть, с ума схожу. Слона съем, - чмокает меня в щеку, переодевается в нашей комнате. Стою раскрыв рот. Я в шоке. - Где ты был, Бен? – пялюсь на него. - У меня были дела. Отстань, - улыбается. - Бен, это не смешно. Где ты был? Ты устал от меня? Ты мне изменяешь? – ком в горле. - Лови! – бросает мне свою майку. - Что? – морщусь. - Понюхай ее, - кивает. Я вдыхаю. - И? – развожу руками. - Какая женщина согласится спать со мной, когда от меня так несет? – улыбается. – Ты у меня такая глупенькая, - целует меня в лоб, снова уходит в ванную. - Я бы согласилась, - шепчу. Это ведь твой запах! – Бен! – иду за ним. Он трется мочалкой. – Я волновалась! Ты не забрал меня после группы, не отвечал на звонки. Уже час ночи, а ты только что приехал. Что мне думать? - Отвали от меня, детка! – щелкает меня по носу, вытираясь. - Ты в конец охренел! – взрываюсь. – Если ты сейчас не скажешь мне где ты был, я уйду от тебя! Навсегда! – угрожаю. Он прыскает. – Ну ладно, - выдыхаю. - Тогда просто напьюсь, - сверкаю глазами. Он тут же меняется в лице. Во взгляде холод, непроницаемая маска сковывает его красивые черты. - Попробуй это сделать еще хоть раз, и я сам выгоню тебя. Мы больше ни дня не проведем вместе. Уяснила? – стальной голос. Я молчу. Не собираюсь отвечать. – И больше никогда не смей мне угрожать! Ты перепутала роли. Тут я большой и сильный, а ты маленькая женщина. Поняла меня? – рычит. Все еще молчу. – Вот и умница! Где ужин? – а вот теперь явно переигрывает, слишком сильно перегибая палку. - Иди и ешь там, где провел полдня! – я не отступлю. - Холи, прекрати! – грозит пальцем, открывая бутылку пива. - А то что? – сжимаю кулаки. Я ринусь в бой за своего мужчину. - А то… - он замолкает. – А то выпорю, - совершенно серьезно. Еле получается сдержать улыбку. - Я сломаю тебе руку. Обещаю, - киваю. - Прекрати угрожать! – гремит он. Ненавижу такой его тон. - А то что? – повторяю. Он ничего не отвечает, выходит на задний двор. – Где ты был, Бенджамин? – иду за ним. Он сжимает мое плечо, толкает в дом. - Мне предложили поучаствовать в операции. - Какой? – свожу брови. - Захват террористов. - Кто тебе предложил? – вообще ничего не понимаю. - Федералы. Бюро, в общем, - отпускает меня. - В Ираке. - Что? – морщусь. – И когда ты собирался мне об этом сказать? - Никогда. Ты вообще не должна была знать. - Да? – раскрываю глаза. – И как ты себе это представляешь? Ты куда-то уехал, а я совсем не интересуюсь где ты и что с тобой? Так? – упираю ладони в бока. Он молчит. – Надеюсь, ты отказался, - хмыкаю, проходя в кухню. Накрываю на стол. - Эмм… - входит он. Что еще за «эмм»? – Вообще-то нет. - Шутишь, да? – киваю. - Нас попросили подумать какое-то время. - Ты уже подумал, и ты отказываешься, - споласкиваю бокалы. - Нет, я еще не думал, - жмет плечами. - Господи, скажи, что я ослышалась, - возвожу глаза в потолок. – То есть, ты хочешь это обсудить? - Холи, пойми, один из них причастен к убийству Рассела, - пытается объяснить. - Дай ему мозгов, - снова смотрю в потолок. – Нет. Давай не будем возвращаться к этому разговору. Я не хочу выходить замуж за деревяшку укрытую флагом! - Ты эгоистка. - А ты кто? Ради мести готов бросить невесту. Это ли не эгоизм? - Нет, - садится на стул. - Откажись, Бен. Или все, к чему мы так стремились, превратится в прах, - почему-то начинаю плакать. – И не будет нашей свадьбы, не будет детей. Возможно, и тебя не будет, - всхлипываю. Сейчас душа разорвется на кусочки. Нет! - Детка! – улыбается он, прижимая меня к себе. - Я не отпущу тебя! Ни за что на свете! – дышу в его шею. - Ладно. Я никуда не поеду. Больше не будем об этом вспоминать. Действительно, это было большой глупостью с моей стороны. Прости меня, - целует в макушку. - Лиам ввязался в операцию федералов. Чем это закончилось - ты знаешь сам, - поднимаю голову. - Знаю, - кивает. – Не будем больше об этом. Как занятие? - Нормально. Зоуи считает, что моя занятость пойдет мне на пользу. - Я тоже так считаю, - кивает. - Джон – урод! – сажусь на стул. – Он знает о том, что вы с Валери трахались по углам? – откусываю кусок сельдерея. Дурацкие волокна такие жесткие. - Ты неисправимый романтик, - хмыкает Бен. - Что романтичного в том, что мой жених облизывал мексиканку? - Я еще не был твоим женихом. И вообще, кажется, ты в то время ненавидела меня. - Я всегда тебя любила, - бормочу. - Вот не надо! – выставляет вилку вперед. – Даже когда я сказал, что между нами ничего быть не может? - Тогда особенно сильно любила. Запретный плод и все такое… Ладно, не об этом сейчас! Он знал про вас с Валери и все равно заставил меня работать с ней! Да еще и пешим патрулем, Карл! Двенадцать часов с этой истеричкой! – фыркаю. - Дай мне спокойно поесть, - жует Бен. – Не ори. Я устал и очень голодный. Что еще говорила Зоуи? - Болтала всякое. Достала. Альберт ведет лучше. О! Бен! – вспоминаю. – Угадай, кого я там встретила сегодня? - Ты в самом деле хочешь, чтобы я начал отгадывать? Холи, я знаю тысячи людей. Нам понадобится много времени. - Твоя ирония неуместна, - закатываю глаза. – Я встретила там Оскара! – почти кричу. На мой зов прибегает вся наша живность. - Ты тоже от чего-то лечишься, старичок? – Бен треплет пса за уши. – Наверное, слишком зависим от прерывания нашего с Холи секса? – улыбается. - И ему ведь тридцать пять лет! За что ты обделил его мозгом? – снова взываю к Господу. – Оскар – это Шивон, Бен! Ты помнишь его, того мальчика-проститутку? - О! Шивон! Хороша, - кивает. - Может вас свести вместе? Ты ей нравился. - Нравился? – хмурится. - В том то и дело. Шивон теперь стала Оскаром. Ну, типа, в джинсах, футболке с Чикаго Булс и кедах. У Оскара скоро родится малыш. Вернее у его девушки. Он теперь настоящий парень, - рассказываю. – А еще он теперь не употребляет и стал куратором у анонимных наркоманов. - Может, ты и не зря обняла его однажды? Кто знает, - сверкает глазами. - Я сказала ему, что работаю в центре под прикрытием. - Холи! – прыскает Бен. – О таком не сообщают первому встречному. - А что? Что я должна была сказать? Что я алкоголичка? Что лечусь? - Ага, - жует любимый. – Если признаешь это, то признаешь перед всеми. - Не собираюсь распространяться о своих проблемах гею-проститутке. Хоть и бывшему! – закатываю глаза. К счастью, разговор переходит в другое русло и я расслабляюсь. Вот только этот голос внутри не дает покоя: "ОН УЕДЕТ ОТ ТЕБЯ В ИРАК"!