Операция "Контрольный в сердце"

От его последних слов сказанных мне сегодня ночью, я очень крепко спала. Он дал мне еще один шанс. Ну, крепко спала еще из-за выпитого вчера алкоголя. Весь день сегодня буду умолять его простить меня. Бена нет в постели, его сторона холодная. Наверняка насилует турник. Улавливаю тихое пыхтение кофеварки, в кресле спит Симба, где-то в кухне цокает когтями по полу Оскар. Наше обычное утро. Потягиваюсь, поправляю майку на животе, хватаю Симбу на руки. Прости, что швырнула вчера тебя. - Бенджи! – зову любимого. Оскар ждет у своих мисок. – Бен! – снова зову. В ответ снова тишина. Во дворе никого. Отпускаю кота на диван, прохожу по дому, заглядывая в каждую комнату. Бена нет. Машина в гараже, она холодная, никто никуда не ездил. Значит Бен дома. Может, вышел на пробежку? И почти уже выхожу из гаража, но замечаю, что ящик, который всегда был закрыт, сейчас распахнут. Я понятия не имею, что там было, но это необычно. Наливаю себе кофе, ищу глазами телефон. Кстати, в кухне очень чисто. Нет осколков тарелок, бокалов. По полу не разлит шоколад. Бен замечательный. Понятия не имею, почему я не могу просто слушать его. Набираю его номер. Телефон отключен. Ладно, перезвоню позже. Собираю вокруг живность, раздаю каждому по порции завтрака, смотрю утреннее шоу на местном канале Бербанка. Телефон жужжит и крутится, я вздрагиваю. Бен! Но на экране мамин номер. - Да? – тяжело выдыхаю. - Ты не на работе? Не отвлекаю? - Нет, мам. Я взяла отгулы. - Что-то случилось? – она испугана. - Нет, мам. Это за перестрелку на Централе, - вру. Я не могу сказать, что Джастис чуть не размозжила мне голову. - Береги себя, детка. Вечером нас пригласили родители Эжени. Не хотите с нами? - Бен работает, мам. Ты что-то хотела? – начинаю нервничать. - Папе нужен номер твоей ячейки, он хочет забрать золото. Положить на трастовый счет Анти. - Секунду, мне нужно найти, - открываю сейф. Перекладываю бумаги с места на место. И понимаю, что документов Бена нет. Нет его паспорта, военного удостоверения, справок о здоровье. – Мам, я все пришлю на папину почту, - бормочу. – Мне пора, - кладу трубку. Может быть, я чего-то не понимаю? Может, он переложил их? Убрал куда-то? Потребовались для работы? - Какого дьявола, Бен? – снова набираю его номер, и он отвечает мне. - Алло? – голос уставший. - Бен! Бен, ты где? – сердце стучит вдвое быстрее. - В Остине. - Что? Где? В Остине? – я в шоке. – Ты в чертовом Техасе? Как, Бен? Нет! Ты врешь мне! - Нет, Холи. Я в Остине. Прилетел час назад. - Зачем ты там? Зачем ты уехал? Почему? Пожалуйста, возвращайся! – выдыхаю. Губы трясутся. Я заплачу сейчас. - Я у родителей, Холи. У меня сейчас нет времени, - кладет трубку. Что? Ты из ума выжил? Снова набираю его номер. – Я занят, - сообщает, ответив на звонок. - Эй ты! – гремлю. – Ты псих? Бен, ты идиот? Какой Остин? Как? Почему? - Нам нужно время. - Кому нам? Какое время? Сколько? Нет! – чуть ли не визжу. - Успокойся и перезвони, - бросает трубку. - Сука! – ору, сжимая кулаки. – Сам перезвонишь! – швыряю телефон. Быстро скидываю самое необходимое в сумку. Ты не отделаешься от меня просто так. Оставляю сообщение Санчесу, чтобы он присмотрел за домом и живностью. Впервые за всю свою жизнь лечу в суперэкономе, потому что места были только там. Это невыносимо. Шум, давящий на мозг, вонь, обжигающая пазухи, неадекватные мексиканцы и парочка орущих китайских детей. Два часа! Всего лишь два часа! И этот кошмар закончится. Но начнется другой, который мне устроит Бен. И судя по тому, сколько от него пропущенных, кошмар будет нескончаемым и беспросветным. Спустя час, пробираюсь к туалету, вхожу. Окидываю взглядом комнату. - Ну, нет! – качаю головой. – Я не смогу, - прикрываю рот рукой. В конце концов потерплю полчаса до посадки. Заглядываю в салон среднего класса. У аварийного выхода пустое кресло. - Мисс, я могу вам чем-то помочь? – улыбается стюардесса. - Эмм, да, - киваю. – Скажите, а место у аварийного выхода свободно? - Да. Пассажир в последнюю минуту отменил бронь. - Дьявол! – рявкаю. – Можно я займу это место? - Мисс, займите свое место, мы скоро пойдем на снижение. - Послушайте. Я купила последний билет до Остина, мне сказали, что остался только один. В экономе. А у меня много денег, я богатая, - зачем-то достаю кошелек из кармана ветровки, показываю его содержимое. Папа в очередной раз дал денег. - Осталось не так много времени. Я не могу пересадить вас, - вежливо отказывается. - Понимаете, я коп, - пытаюсь уговорить ее. На лице непроницаемая маска. Черт! Придется играть. – Мой муж астронавт. Он сейчас уже в Хьюстоне. Скоро улетает. А мы так холодно попрощались. Я лечу к нему. Я не могу сидеть среди этих людей. Они воняют! – голос дрожит. Я сейчас натурально расплачусь. – А еще женщина рядом со мной что-то ест. - Мисс, - качает она головой. Откажет. - Я беременна, - всхлипываю. Она закатывает глаза, качает головой. - Если меня спросят, то я не разрешала, - шепчет. - Спасибо! – крепко сжимаю ее ладонь, проскальзываю на свое новое место. По сравнению с экономом тут очень тихо, только мама рассказывает своему сыну что-то очень интересное, довольно-таки громко. Но на чистом английском и адекватно. Я могу спокойно уснуть. В такой тишине можно поговорить с Бенджамином. - Отвечай, когда тебе звонят! - Так и сделала, - киваю. - Я просил перезвонить! – рычит. Улыбаюсь. Не смог без меня? - Ну, так я еще не успокоилась, - кусаю губу. - А трубку почему не брала? - Регистрировалась. - Где? – не понимает он. - Бен, я в Остин лечу, - сообщаю. Мне в ответ продолжительное молчание. - Что? – гремит. Снова тишина. – Хотя, чему я удивляюсь? - как-то обреченно звучит. - Бенджамин, ты так счастлив. Мне это так нравится, - иронизирую. - Ты не должна была прилетать, - выдыхает. - Да? Тогда погоди, я сейчас вскрою кабину пилота, попрошу развернуть самолет, потому что любимый тихонько улизнул в другой штат на другой конец страны, а теперь не хочет меня видеть! - Я не говорил, что не хочу. - Да. Прости. Сказал, что не стоило приезжать. - Ненавижу твой сарказм. Ладно, через сколько ты будешь? - Не знаю. Минут через сорок. - Хорошо, я тебя встречу, - сообщает. - Не надо! – задираю нос. – Я не к тебе! - Да ну? – хмыкает. – Только не говори, что приедешь поглядеть на летний Остин. Тут невыносимо жарко. - Я в гости к твоим родителям, - деловито сообщаю. - Серьезно? – восклицает. – Они будут рады. Особенно папа. - Дэвид полюбит меня! – хмыкаю. - Не сомневаюсь, - прыскает. – Я уже еду в аэропорт. Встречу тебя у третьего терминала. - Хорошо. Я буду в черном спортивном костюме, - улыбаюсь. - Я тебя и голую узнаю, Холи, - голос становится теплым. Я узнаю своего Бенни. - Я люблю тебя, - кусаю губу. - Удачной посадки. Пристегнись, - приказывает, кладет трубку. Он все-таки не злится больше на меня. Любит меня. Еще двадцать минут жду свою сумку у багажной ленты, пробираюсь через толпу встречающих. Останавливаюсь у кресел, Бена нет. Пытаюсь набрать его номер, но телефон требует перезагрузки в связи с изменением местоположения. Ненавижу эту адскую машину! - Хэй! – негромкий оклик. Это Бенджамин. Машет мне рукой. Закидываю сумку на плечо, семеню к нему. Он крепко обнимает меня. – Не стоило. - Стоило. Я ведь не смогу без тебя, - шепчу ему на ухо. - Сможешь, - кивает. Что? - Ты ведь не бросишь меня? Не оставишь, не уйдешь? Бен! Ты не посмеешь! – отстраняюсь. - Не посмею, не посмею, - кивает. – Пойдем, - забирает мою сумку, берет меня за руку и ведет к машине. Это тачка Брюса. Я молчу. Бен тоже. Напряжение между нами есть. Но не слишком сильное. А моя голова разрывается от незаданных вопросов. Вот-вот и язык начнет разбалтывать их. - Как перелет? – решается он. - Почему ты уехал, Бен? – все. Река несется к океану. – Как мог просто взять и уехать? Не сказав мне! Тихо! Ты ушел тихо, будто вор! Я настолько противна тебе, что ты не мог даже попрощаться? Оставить записку? - Я оставил. В машине. - Я ехала в аэропорт на такси! И что же ты там написал? - Что уезжаю, - он чувствует себя виноватым. - Ну, здорово! – фыркаю. – Не думала, что после всего того что между нами было ты сможешь просто вот так вот сбежать! – скрещиваю руки на груди, отворачиваюсь к окну. - Я не сбегал, - тихонько бормочет. - Даже не смей мне ничего говорить! – отрезаю. Иначе ударю. Дома приходится улыбаться его маме, обниматься с Лили и Эддисон, делать вид, что я не хочу убить Дэвида и его сына. Бен оставляет меня в комнате одну. Я засыпаю. Мне снится песчаный берег, лазурь моря. Вдалеке слышен крик чаек, и, кажется я чувствую соленый запах океана. Невероятно расслабляющий, успокаивающий сон. Я счастлива просто находиться в этом сне. Пусть я открою глаза и кошмар связанный с моим алкоголизмом, внезапным отъездом Бена закончится. Просто испарится. Горячее сопение над моей головой, жар другого тела. Оскар снова уснул рядом. - Отодвинься, - толкаю его ладонью. Но не чувствую шерсти, обжигающей крови, пульсирующей под кожей. Открываю глаза. Это Бен. Да. Точно. Мы ведь в Остине. Накрываю глаза ладонью. Ты уехал от меня. Молча. Просто бросил. Не по-мужски. Я не ожидала от тебя такого. Ты ведь был совсем не таким. Всегда пытался взвалить все на себя. Всегда принимал самые важные решения, защищал меня. Ты даже подставился под пули, закрыв меня собой. А что теперь? Ты просто уехал. МОЛЧА! Не устану твердить это. МОЛЧА! Как вор какой-то. Как недостойный. Утираю слезы, бегущие по щекам. Что я вообще тут делаю? Зачем приехала? Зачем хочу вернуть тебя? Ты ведь уже принял решение. Встаю с кровати, вытаскиваю из шкафа сумку, запихиваю в нее вытащенные наскоро вещи. - Что ты делаешь? – сонное бормотание. - Вещи собираю. - Зачем? - Я уезжаю. - Но ты ведь только приехала, - садится на кровати. - Это был необдуманный поступок. У меня было похмелье. Теперь я мыслю трезво. Я не должна была приезжать. Не должна была бежать за тобой. Ты ведь сам меня бросил, сам уехал от меня. Где моя гордость? Меня не так воспитывали родители! Оставайся здесь. Живи здесь столько, сколько тебе нужно. Можешь даже не возвращаться, если поймешь, что спасать меня бесполезно, Бен. Вот только позволь, я пока поживу в твоем доме, так как мою квартиру ты заставил меня продать, - всхлипываю. Он смотрит на меня не отводя взгляд. – Вот, - снимаю колечко с безымянного пальца, кладу его на край стола. - Нет, нет, - качает головой, подходит ко мне. – Вот только этого не нужно, - крепко сжимает мое запястье, надевает кольцо обратно. - Если бы ты прочла то, что я написал в записке… - крепко прижимает меня к себе. – Не уезжай, умоляю. Останься хотя бы еще на один день, - просит. - Зачем? – окончательно успокаиваюсь. - Не зачем, - качает головой. – Просто я так хочу, я люблю тебя, - целует меня. Все! Признался снова, поцеловал. Мне большего и не нужно. Как мало… - Бенджи, - тихонько стучит Джина, просовывает голову в комнату. Видит наши объятия. – Я не хотела мешать, - виновато улыбается. – Мы поедем, - кивает она. - Куда? – отстраняюсь я. - Нас позвали в гости, - улыбается. – Детка, что с тобой? – берет меня за подбородок. – Что случилось? – заметила мое зареванное лицо. – Это Бен? Ты обидел ее? – шипит на сына. Обидел! Еще как! Бросил под ноги мою жизнь! - Нет, Джина. Я просто вспомнила брата, - вру. - Он спит спокойно, детка, - кивает мне. – Все готово, сынок, - кивает ему. Они с Беном спускаются вниз. Я шагаю в ванную, умываюсь холодной водой. Смотрю на себя в зеркало. Краснота понемногу сходит. - Холи! – Бен зовет меня. Я выхожу из ванной и вижу любимого. Он стоит у первой ступени лестницы, левая рука вытянута. Я свожу брови. Ты что задумал? Следуя его примеру вытягиваю правую руку. Он улыбается, кивает и пальцами подзывает к себе. Спускаюсь, вкладываю свою ладонь в его, он ведет меня в столовую. Там накрыт стол. На двоих. Это все приготовила для нас Джина. Бен говорит, что нам нужно поговорить, но я прошу чтобы он подождал пока я разделаюсь со всей этой едой. Но, когда он наливает мне немного скотча, я не на шутку пугаюсь. - Что-то случилось? – тяжело сглатываю. - Выпей, - кивает. - Не хочу, - отодвигаю бокал. Хочу, но не буду. – Бен, что случилось? – руки дрожат. - Выпей, - кивает мне. - Ты проверяешь меня? - Нет. Клянусь, Холи. Выпей, - снова двигает мне стакан. Делаю три глотка, опустошая его. - Холи, если бы ты… - Да, да, знаю! Мне не стоило приезжать сюда, не стоило начинать пить и не стоило напиваться вчера. А может мне не стоило защищаться? Что мне вообще делать, а чего не делать, а? - Решай сама, - жмет плечами, опуская голову. - Нет, это ты мне скажи! Ведь ты решаешь все за нас обоих! – снимаю салфетку с коленей. – Ты решил, что нам уже можно встречаться, решил, что пора расставаться, молча уехав в другую часть страны! Так и скажи, что мне дальше делать! – встаю. - Я могу решить только за самого себя, - поднимает взгляд. - Пошел ты, МакКензи! Ко всем чертям! – негромко произношу, поднимаюсь наверх, оставляя его в одиночестве. Хватаюсь ладонями за подоконник, тяжело дышу. Только не плачь! Только не плачь!