Джу Ди и Лорд Огня

      Словно тысяча ослепительных искр взорвалась в голове Зуко. Прикосновение губ Катары к его губам пробудило в нем новый толчок жара, опаливший все его тело, вызвавший дрожь и неистовое желание. В голове у него резко помутилось, а мысли начали путаться.       Его руки, казалось, действовали помимо воли хозяина. Он обхватил затылок Катары, зарываясь пальцами в ее волосы, прижимая ее голову к себе. Свободная его рука обвилась вокруг ее талии, ощущая под тонкой тканью сорочки ее горячее тело, такое нежное, такое любимое, такое вожделенное. Каждая клеточка его тела кричала от наслаждения при прикосновении к возлюбленной.       Губы Катары прижимались к его губам, касания к его лицу были нежными, мягкими и теплыми, как и ее поцелуй. Ее руки двигались медленно, чувственно, каждое ее прикосновение вызывало у Зуко горячее содрогание. Пальцы Катары очертили контур его подбородка, щек, затем поднялись выше, и маска полетела на пол, с глухим стуком ударившись об деревянные доски.       Зуко резко подался вперед, сам накрывая поцелуем губы возлюбленной, и они покорно приоткрылись от требовательного толчка его языка. Его рот наполнился ее дыханием, их языки переплелись, и дикий восторг охватил Зуко, прокатываясь волнами возбуждения по всему его телу. Руки Катары сомкнулись на его плечах, и он обнял ее еще крепче, прижимая к себе. Как давно он не испытывал таких ее прикосновений! Кажется, что целую вечность.       Зуко понимал, что играет с огнем. Что его телу нужно намного больше, чем просто поцелуй. Но он сможет остановиться. Он сможет не потерять контроль. Он сможет…       Руки Катары ласкали его плечи, скользили по его спине, оставляя после себя ощущение жара вожделения. Чувственные движения ее языка вызывали сладострастную дрожь во всем его теле. Прикосновения ее напряженных сосков к его груди, явственно ощущавшихся даже через ткань одежды, медленно сводили его с ума. И когда, спустя некоторое время, Катара отстранилась, его рот последовал за ней, стремясь удержать поцелуй хотя бы на несколько мгновений дольше.       Тяжело дыша, Зуко медленно открыл глаза и встретился с затуманенным взглядом возлюбленной.              Катара замерла, медленно приходя в себя после чувственного наваждения, внезапно нахлынувшего на нее несколько минут назад. Золотистые глаза Зуко потемнели и сейчас казались темно-карими в полумраке комнаты. В его взгляде отражалась невероятная нежность, смешанная с отчаянием, голодом и безумным желанием. Его руки по-прежнему покоились на ее талии, и она внезапно осознала, что все еще обнимает его за плечи, наслаждаясь ощущением его упругих мускулов под тканью рубашки.       – Я люблю тебя, Катара, – хрипло прошептал Зуко. – О, Агни, как же я люблю тебя!       Катара промолчала, отведя взгляд. Несомненно, он ей очень нравится, но ведь она почти его не знает. Ее влекло к нему, но сказать, что она испытывала любовь к нему, она не могла.       Катара снова посмотрела на Зуко и нежным жестом отвела спутанную прядь с его лба, внимательно разглядывая его лицо. Ее пальцы скользнули вдоль кромки его шрама, поднялись выше и коснулись травмированного виска. Кто же ты такой, Лорд Огня Зуко? Как же тебя вспомнить?       – Я люблю тебя, Катара, – повторил он. – И всегда буду любить. Несмотря ни на что.       Теплое чувство нежности и глубокой благодарности заполнило ее сердце. Подавшись вперед, Катара прижалась к груди Зуко. Он бережно обнял ее и коснулся губами ее лба. Было так спокойно и надежно в его объятиях. Она слышала биение его сердца, чувствовала его глубокое, слегка учащенное дыхание, вдыхала его ни с чем не сравнимый запах, необыкновенный и до боли знакомый. Неужели и в самом деле этот великолепный молодой мужчина принадлежит только ей?       Зуко глубоко вздохнул и медленно опустился на подушку, увлекая Катару за собой. Та непроизвольно напряглась, но он просто откинулся на спину, закрыв глаза и не выпуская подругу из объятий. Катара доверительно положила голову ему на плечо и, обняв свободной рукой за талию, тоже смежила веки.              Зуко хотелось выть от отчаяния. Катара не вспомнила его. Ее взгляд, обращенный на него, по-прежнему был слишком внимательным, изучающим и немного настороженным. Возможно, их отношения помнило ее тело, но не разум. Конечно, прошло слишком мало времени, но мерзкое чувство, что все это напрасно, и гипноз Дай Ли непреодолим, укреплялось в сознании покорителя огня все сильнее с каждой минутой.       Зуко тяжело вздохнул и крепче прижал Катару к себе. Ему необходима его Катара, его упрямая, вспыльчивая, непокорная Катара. Куда пропала та сильная и целеустремленная девушка, в которую он когда-то влюбился? Наверное, дремлет где-то на задворках сознания Джу Ди. Как же суметь пробудить ее, как заставить вернуться?       – Зуко, – тихо проговорила Катара, и от этого приглушенного звучания ее голоса у него по спине побежали мурашки.       – Да, Катара?       – Расскажи мне о нас. – Она поменяла положение, приподнявшись на локте, чтобы видеть лицо собеседника. – Почему ты выбрал меня? Это была любовь с первого взгляда? Или мы долго шли к этому?       Зуко задумался. Он пристально смотрел в глаза подруги, которые в полумраке комнаты казались темнее, чем обычно.       – Наше с тобой знакомство не было знакомством в традиционном смысле этого слова, – медленно проговорил он. – Впервые мы увиделись, когда я пришел в деревню, в которой ты жила, чтобы захватить Аватара. Не думаю, что в тот момент у нас могли возникнуть теплые чувства друг к другу.       Катара серьезно кивнула.       – Да, Сокка рассказывал. И о том, как ты преследовал нас несколько месяцев по всему миру. Ты был нашим врагом, так? Так как же так получилось, что мы полюбили друг друга?       – Это невозможно объяснить. – Зуко сел на кровати, и Катара тоже приняла сидячее положение, не спуская внимательного взгляда с его лица. – Знаешь… Давай я расскажу тебе кое-что. Я об этом никому никогда не рассказывал. Даже тебе.       От внимания Катары не ускользнуло, как помрачнел его взгляд, и почти неосознанно она взяла его за руку. Зуко с благодарностью сжал ее пальцы и заговорил:       – Мои отношения с окружающими меня людьми всегда были очень сложными. Каждый раз, когда я раскрывался перед кем-то, меня ждала обида и глубокое разочарование. При попытке сблизиться с отцом я получал в ответ презрение. С сестрой – насмешки. С ребятами в академии – равнодушие. Единственным человеком, с которым мне было легко, была моя мама, но ее не стало рядом со мной, когда мне было одиннадцать лет. И тогда я пообещал себе, что никогда не стану раскрываться ни перед кем и не буду привязываться ни к кому, чтобы потом не было так больно от разочарования или потери. Правда, я немного изменял этому своему принципу в отношениях с дядей Айро, но даже с ним я практически никогда не был до конца откровенен. Дядя меня любит, безусловно, но он меня не всегда понимает. А я не всегда понимаю его. Мы слишком разные. – На губах Зуко мелькнула виноватая улыбка. – Но однажды со мной произошло кое-что. Это было в то время, когда нас с дядей объявили предателями Народа Огня, и мы скрывались от своих же соотечественников под видом беженцев в Царстве Земли. Я тогда посчитал, что дядя Айро слишком давит на меня. Он сдерживал меня, замедлял, а я нуждался в пространстве. И тогда я решил, что мы должны разойтись.       – Ты отказался от поддержки единственного близкого тебе человека? – удивленно нахмурилась Катара.       Зуко коротко кивнул.       – Дурак был. Тогда я в полной мере испытал на собственной шкуре, как это тяжело быть одному. Совсем одному. В общем, во время скитаний по Царству Земли со мной произошло кое-что.       Он нервно сглотнул и дальше заговорил скороговоркой:       – В одной небольшой деревне я познакомился с маленьким мальчиком. Не знаю, почему, но я проникся к нему и привязался. И когда солдаты забрали его из дому, якобы для того, чтобы отправить в армию, я встал на его защиту. Я скрывал свою принадлежность к огненной нации и вступил в бой, используя только мечи против покорителя земли. И потерпел поражение. Он меня чуть не убил. Его камень так ударил меня по ребрам, что я потом две недели дышать нормально не мог. И тогда я разоблачил себя. Я применил покорение огня, чтобы спасти себя и ребенка. И знаешь, Катара, что мне сказал тот мальчик в благодарность за спасение?       Катара почувствовала, как дрогнула рука Зуко в ее ладони.       – Что? – прошептала она.       – «Ненавижу тебя!»       Глаза Катары ошеломленно расширились.       – Он сказал, что ненавидит тебя после того, как ты чуть не погиб, защищая его?       – Да. – Зуко резко выдохнул. Было видно, что одно воспоминание об этом эпизоде причиняет ему сильнейшую боль. – Только потому, что я оказался покорителем огня, он возненавидел меня. Ты даже не представляешь, как я ругал себя за то, что нарушил данную себе же клятву. Я не должен был сближаться ни с кем, чтобы потом не было так мучительно больно. Я думал, что никогда больше не смогу доверять людям. Но, в итоге, снова изменил своему принципу и доверился кое-кому. – Он поднял взгляд на подругу и мягко улыбнулся. – Тебе, Катара. Ты вернула мне веру в людей. Не знаю, почему, но я раскрылся перед тобой. Я почувствовал, что могу это сделать. Мы перестали видеть друг в друге врагов. – Он ласково провел кончиками пальцев по ее щеке. – Доверившись друг другу, мы дали волю своим чувствам. Наша взаимная симпатия переросла во влюбленность, а потом и в любовь. И, хотя наши отношения нельзя назвать простыми, мы слишком сильно любим друг друга, чтобы позволять нашей глупой гордости, нашим вспыльчивым характерам и ошибкам разрушать их.       Он подался вперед и нежно коснулся губами губ возлюбленной.       – Я люблю тебя, Катара. Пусть говорят, что огонь и вода не могут быть вместе. Пусть говорят, что мы не подходим друг другу. Мне плевать. Моя жизнь не имеет смысла без тебя. Я никогда не смог бы быть счастлив, если бы потерял тебя.       На лице Катары отразилось глубокое отчаяние, в глазах ее сверкнули слезы.       – Зуко, я… – начала она, но он прервал ее еще одним быстрым поцелуем.       – Ты вспомнишь, Катара, – прошептал он. – Духи не допустят иного. Ты все вспомнишь.       Катара отвела взгляд и, отвернувшись, закрыла лицо ладонями. Неожиданно она ощутила, как горячее тело Зуко прижалось к ее спине, а его руки обхватили ее талию. Он медленно опустился на кровать, увлекая ее за собой, все так же крепко обнимая. Было что-то собственническое в этих объятиях, но Катара не испытывала никакого неприятия от этого. Напротив, ей нравилось чувствовать заботу Зуко, его опеку и желание защищать ее.       – Доброй ночи, Катара, – прошептал он, и его дыхание опалило ее шею, вызвав у нее непроизвольное чувственное содрогание.       Зуко издал короткий глухой стон и чуть отстранился, по-прежнему не разжимая объятий.       – Доброй ночи, Зуко, – отозвалась Катара, накрывая его ладони своими, и закрыла глаза.              Катара уже давно спала, а Зуко все не мог заставить себя расслабиться и неподвижно лежал, боясь пошевелиться, чтобы не нарушить сон возлюбленной, наслаждаясь ощущением ее гибкого тела в своих объятиях, вдыхая тонкий аромат ее волос, чувствуя биение ее сердца и слушая ее тихое дыхание.              Катара проснулась еще затемно. Зуко крепко спал, по-прежнему лежа позади нее. Его рука покоилась на ее груди, а ноги переплелись с ее ногами.       Катара чуть шевельнулась. Убедившись, что Зуко не реагирует на ее движения, она осторожно выбралась из его объятий и, надев накидку прямо поверх ночной рубашки, бросила на спящего юношу быстрый взгляд и бесшумно покинула комнату.       Во всем доме царила сонная тишина. Неслышно прокравшись через холл мимо спящей Тоф, Катара аккуратно толкнула незапертую дверь и вышла во двор.       До рассвета было еще далеко. Зябко поежившись от неприятной ночной прохлады, она опустилась на ступеньки крыльца и, откинувшись на деревянную опору перил и скрестив руки на груди, задумчиво уставилась в темное небо.       Почему она не помнит Зуко? Судя по его словам и словам всех остальных ребят, она его искренне любит. Так почему это чувство не возвращается? Почему она по-прежнему помнит только жизнь Джу Ди, а все, что ей рассказывают о ее настоящей жизни, кажется не более реальным, чем прочитанная книга?       Катара прикрыла глаза, вспоминая ощущение прикосновений рук Зуко, его рта, его тела. Несомненно, ее очень влечет к нему. Но будет ли честным ответить на его признания в любви ответным признанием, если она сама этого не чувствует?       Перед мысленным взором Катары возник образ Лорда Огня в виде темного силуэта за стеной пламени. Именно так и происходит наяву. Она знает, кто стоит за огненной стеной, но видит лишь его темный силуэт.       – Катара?       Катара вздрогнула от неожиданности и, распахнув глаза, обернулась на голос.       – Привет, Аанг.       – Ты в порядке? – с тревогой в голосе поинтересовался Аанг, садясь на крыльцо возле нее. – Почему не спишь?       – Все нормально, просто не спится. – Катара опустила голову и быстрым жестом поправила свои свободно распущенные волосы. – Ну, насколько все может быть нормальным в моей ситуации… А ты почему бодрствуешь?       – Тоже не спится. – Аанг незаметно вздохнул. – Я все думаю, думаю… Я чувствую себя очень виноватым в том, что с тобой произошло.       Катара удивленно нахмурилась.       – А ты тут при чем, Аанг?       – Вы с Зуко мои очень близкие друзья, – отозвался он. – Зуко не просто мой учитель покорения огня. Мы с ним очень сблизились за то время, что… Ну, за это лето. Хотя он внешне этого и не проявляет, но мы оба знаем, что это так. Что же касается тебя, Катара, то во всем мире нет ни одного человека, который был бы мне дороже, чем ты. Но когда ваша жизнь оказалась в опасности, я вместо того, чтобы быть рядом с вами, занимался своими миротворческими делами. – Аанг опустил голову и зажмурился. – Я – Аватар, я обладаю силой всего мира, я мог бы защитить вас. Но я был далеко, когда вы нуждались во мне. Я очень плохой друг.       – Аанг, я не думаю, что ты плохой друг, – осторожно ответила Катара. – Никто не мог знать, что так произойдет. Зуко делал все, чтобы защитить меня. Просто злоумышленники оказались сильнее. Если они смогли добраться даже до Лорда Огня…       – Я бы смог это предотвратить, – перебил ее Аанг. – Я не должен был ставить интересы мира выше своих отношений с друзьями. Я никогда не поступал так раньше. А сейчас я изменил себе, и видишь, к чему это привело. Лучше я буду плохим Аватаром, чем плохим другом. – Он поднял на Катару тяжелый взгляд. – Прости меня, Катара.       Неожиданно Катара подалась вперед и крепко обняла Аанга. Это был такой же подсознательный порыв, как и тогда, когда она поцеловала Зуко. Она не знала, почему это делает. Она просто испытала острую необходимость обнять своего лучшего друга.       Аанг несколько мгновений сжимал ее в объятиях, а затем чуть отстранился и настороженно посмотрел в ее глаза.       – Катара, – осторожно проговорил он. – Ты… что-то вспомнила?       Катара неопределенно пожала плечами и покачала головой. Аанг вздохнул и, поднявшись на ноги, протянул подруге руку.       – Ты совсем замерзла. Пойдем в дом. Предлагаю устроить предрассветный перекус на двоих.       – Давай, – улыбнулась Катара, поднимаясь с крыльца. – Надеюсь, в кухне осталось хоть что-нибудь съедобное. Меня терзают смутные сомнения, что мы уничтожили все запасы продовольствия, которые были в этом доме.       – Да, Мэй точно не ожидала такого количества гостей, – хихикнул Аанг. – Но, по крайней мере, мы своим визитом смогли поколебать ее невозмутимость. А это, поверь, дорогого стоит.              Во время завтрака Сокка вернулся к своему привычному амплуа великого стратега.       – Думаю, нужно озвучить наши с Зуко планы для всех, – обратился он к сидящим за столом друзьям. – Мы считаем, что Катаре необходимо посетить Южное Племя Воды. Возможно, это поможет ей вернуть память. Но есть одна проблема: Зуко должен вернуться в Страну Огня.       – Мы уже обсуждали это с тобой, Сокка, – отозвался тот. – Я не расстанусь с Катарой ни на день.       – Да знаю я, – махнул рукой Сокка. – С тобой все давно ясно. В общем, Зуко, сделаем следующее: вождь Южного Племени Воды отправит Аватару и Лорду Огня приглашение на дружеский саммит-прием на Южном Полюсе. Таким образом вы вместе с Катарой сможете официально посетить дружественное государство.       Зуко нахмурился.       – Приглашение от вождя Хакоды?       – Ему все равно придется сообщить о произошедшем, рано или поздно, – тихо проговорил Сокка. – Сейчас мы отправимся в порт, в котором остался воздушный шар. Потом мы с Аангом и Суюки на Аппе полетим на Южный Полюс, а остальные вернутся в Страну Огня и будут ждать приглашения. Тоф, тебя я приглашаю лично.       – Э, не, Капитан Бумеранг, – вскинула руки та. – Прости, конечно, но на Южный Полюс я не отправлюсь. Я там буду еще более слепа, чем в пустыне. Я подожду вас здесь, на твердой земле. Надеюсь, Катара вернется из страны вечных льдов прежней.       – Тоф, я хотел тебя попросить, – обратился к ней Зуко. – На то время, что мы будем жить в Стране Огня, так как я не смогу быть все время рядом с Катарой, не могла бы ты поработать ее телохранителем?       – О чем речь, горячий парень! – наградила его дружеским ударом кулака в плечо Тоф. – Я и сама хотела предложить поохранять нашу Сахарную Царевну.       – Спасибо, Тоф, – улыбнулся Зуко, потирая ушиб. – Тогда за Катару я совершенно спокоен. – Он обернулся к Джету. – Джет, если не хочешь, тебе не обязательно сопровождать нас.       – Ага, щас, – хмыкнул тот и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. – Даже если моя работа твоим телохранителем закончена, это же не означает, что закончена работа твоим другом. Я с вами, ребята, по крайней мере до тех пор, пока хоть что-то не разрешится.       На губах Зуко появилась благодарная улыбка. Он коротко кивнул Джету и повернулся к Мэй.       – Мэй, а ты? Не хотела бы посетить Южный Полюс?       Уголок рта Мэй изогнулся в саркастической усмешке.       – Я не думаю, что мне это будет интересно, Зуко, – отозвалась она. – Я слишком не люблю холод. Полагаю, дипломатический визит не затянется надолго. Пообещай мне вернуть моего жениха живым и не сильно замерзшим – и я отпущу его с тобой.       – Ну, все, кое-кто под каблук попал, – фыркнул Сокка.       – Что-то имеешь против каблуков, подкаблучник? – не остался в долгу Джет.       – Ой, девочки, держите крепче поводки, а то парни сейчас подерутся, – хмыкнула Тоф. – Катара, тебя это тоже касается. А то Зуко твой какой-то слишком уж своевольный.       Катара обменялась с Зуко теплым взглядом и мягко улыбнулась ему.