Климов 1.1

Каин, Каин – крепкий парень, Ты теперь всегда со мной…

Дождавшись вечера, не дав ни одного комментария журналистам, Грачев отправился к Кире, в ту самую квартиру, так полюбившуюся им двоим, ставшую началом их пути. Но он ехал туда совсем другим, не заигравшись в убитого горем вдовца и человека потерявшего друга, а осознавшего до дрожи сущность одиночества, того Ада в который могла бы превратиться его жизнь. Открыв дверь, он встретил Киру в коридоре с пистолетом в руках. - Женя… А я думала… - отложив оружие, она подошла к нему. – Как ты? Как Гриша? - Все в порядке… - заперев дверь, он как-то иначе посмотрел на неё, захватив в свои объятья. – Я скучал, девочка моя…. Я так скучал по тебе, милая… - Я тоже… хочу тебя… - взглянув на него, отозвалась с улыбкой Кира. - Кирочка, детка… - разжав объятья, он опустился на колени, тут же обняв её ноги, обхватив руками так сильно, не в силах ничего произнести, приходя в такое разрушительное состояние, глядя на неё больше, чем на божество. – Мы уедем…, как только разберемся со всем этим… Снимем где-то дом, пока наш строится, мы… должны уехать… Он говорил дрожащим тяжелым голосом, доходящим до иступленного шепота, глядя на неё словно ребенок, такой испуг был в этом взгляде, такой нескрываемый ужас, что Кира растерялась… Она видела его разным… злым, влюбленным, взбешенным, потерянным, уязвимым, но не таким… беззащитным, как сейчас. Когда они вместе думали над этим планом, она и вообразить не могла, что все это – её мнимую смерть, надгробие, он примет настолько близко… Впрочем, она не знала, что сама бы делала на его месте и теперь даже слегка жалела о том, что позволила ему ощутить хотя бы на несколько мгновений эту жуть. План был хорош и он удался, но Грачев постепенно растворялся в этом ужасе… сперва едва не потеряв Киру в том ангаре, потом… когда Зимина пыталась её убить, затем после побега Климова из психиатрической лечебницы, а теперь в этой игре… оказавшись в центре собственного кошмара. Это было слишком… - Женечка, встань, любимый, просто поднимись, прошу… Мы уедем, когда скажешь… - схватив его за руку, ближе к плечу, она попыталась поставить его на ноги, но он был неподвижен. – Почему ты не встаешь? Пожалуйста, милый, давай… - Я встану… - сорвано ответил он, опустив взгляд, затем вдруг мучительно попросив: - Пожалуйста… иди в комнату, я сейчас…. - Нет, я тебе помогу, что с тобой? Что случилось? Женя! – бледнея, с ужасом закричала она, опустившись на колени рядом с ним. – Тебе плохо? Скажи мне, просто скажи! - Я не хочу, чтобы ты меня таким видела… Детка, я умоляю, иди… - зажмурившись, прошептал он. - Мы встанем вместе, я не уйду одна… Женя, Женечка, я люблю тебя, посмотри на меня, это же я… Что происходит? Мы же втроем все это придумали, ты что, ты… тебя так напугало то, что… - обхватив его лицо руками, она заставила Грачева поднять голову. - Да, это страшно, детка, очень… - открыв покрасневшие, увлажнившиеся глаза, мучительно прошептал он. – Я… видел твою могилу, я просто хочу, чтобы все это закончилось… Так тяжело дома без тебя… И сейчас, я смотрю на тебя и кажется, что говорю с призраком, милая, со мной что-то не так, я начинаю сходить с ума… - Нет, ты не сходишь с ума, все хорошо… - коснувшись его губ, улыбнулась Кира, затем мягко заключив возлюбленного в свои объятья, она прислонилась к стене, увлекая его к себе поближе, заставляя опустить голову к себе на плечо. – Посидим немного так, тебе станет легче… Я с тобой, я жива… Вспомни, как это было… Мы приехали… и люди Гриши выследили киллера раньше, чем он сделал выстрел, а потом… мы все это инсценировали… Опустив голову к ней на плечо, сев поближе и вытянув одну ногу вперед, другою уперевшись в пол, Грачев слушал Киру, поглаживая её руку, стараясь собраться, не разрушиться окончательно, не дать иллюзиям стать реальностью в собственном воображении, но так дико это все было. И он уже был не тем, что прежде, что-то сломалось, политика затащила его на глубокое дно, лишь Кира питала его, давала ему кислород, который перекрывали со всех сторон… Неблагодарный сын, конкуренты, грязные игры – все обрушилось, давило на него, не давая выдохнуть, а Кира и Петров… они держали его на плаву и он знал, что это самое важное в его жизни. Но страха все равно было больше, чем света… Он боялся потерять Киру, боялся, что она может заметить в нем те перемены, тот надлом и понять, что он уже не тот Грачев, который читал ей Есенина на теплоходе. - Пойдем в комнату… - хрипло отозвался он. - Ты надолго? – спросила Кира, коснувшись губами его лба. - На всю ночь… Я… снял элитную проститутку, там… этажом выше она… в квартире…. – подняв голову, слабо усмехнулся Грачев. – Мое алиби… если кто-то следит… Я плохой вдовец… - Тогда ты должен выйти отсюда сексуально удовлетворенным… - попытавшись засмеяться, произнесла Кира, хотя это было как-то не смешно, а скорее тяжело… они оба были загнанны и так отчетливо сознавали это. – Пусть ты плохой вдовец, но прекрасный муж… - Если бы ты была мертва, меня бы уже не было… - ответил он, чувствуя легко головокружение, но как-то немного успокаиваясь. – И я буду любить тебя всю ночь… - Только позволь мне сначала самой заняться тобою, хочу, чтобы ты расслабился… И не спорь… - наставительно произнесла Кира, погладив его по волосам. - Я больше никогда не буду с тобой спорить… Делай, все, что захочешь… всегда… Я сейчас понимаю, как все мелочно, все, что я делал… пытался делать по-своему, как я дал тебе уехать в Иркутск, как поехал в область и оставил тебя одну…, как я уходил на эту чертову работу и мы столько времени потеряли из-за меня… Господи, как я мог работать, когда ты попала в аварию… Детка, о моя детка… - приложив ладонь к её щеке, так тихо и нежно говорил он, не скрывая слез, спадающих с ресниц, глядя на Киру. – Сколько же я сделал… мерзостей тебе… - Нет, ты ничего мне не делал… Это все просто жизнь…- проговорила она, так болезненно ощущая все, что с ним происходило. - Я делал тебе больно… и теперь расплачиваюсь… - встав с пола, он протянул руку Кире, помогая ей подняться. – Мы проиграли, детка, теперь надо хотя бы сохранить жизнь… Я не уверен, что наш план удастся… Но есть другой вариант, он был запасным, для этого я хотел, чтобы мы инсценировали убийство Петрова… - Я мертва… и Гриша мертв… Ты…хочешь, чтобы… мы с ним уехали, так? – отстранившись от него, переспросила Кира. – А ты… - Я как-нибудь выпутаюсь из этого… - словно бы в оправдание сказал Грачев, видя, что Кира все поняла более проницательно, чем он мог рассчитывать. - Они тебя убьют! – закричала она. – Тебе стыдно, что ты делал мне больно? И ты продолжаешь! – но увидев, как он побелел, замолчала. Грачев не походил сам на себя и Кира начала это замечать с того момента, как он переступил порог, все в нем изменилось, стало каким-то другим – ни тени уверенности, слабость даже в голосе, в жестах, во взгляде… И она не могла сейчас сорваться на него. - Прости… - рассеянно и тихо проговорил он, протянув к ней руку, но не дотронувшись, точно бы опасаясь, что она его оттолкнет. - Женя, мы выберемся из всего этого вместе. Просто тебе нужно немного отдохнуть, не думай об этом… хотя бы сейчас, со мной… не думай… - сменив тон, она вложила свою руку в его, приблизившись. – Будь сильным… - Не могу, - сжав её руку, не желая отпускать, возвращаться в пустую квартиру, ко всему этому спектаклю, произнес Грачев.