Климов 1.1

Тишина порой звучит лучше любого крика… St1m

Зотов ехал загород, замечая, как останавливаются на улице люди, поднимая головы, немея. Он не смотрел туда, куда смотрели они, знал, что приводило их в онемение, на губах его сияла улыбка, руки крепко лежали на руле, жизнь продолжалась… Останавливались машины, водители высовывали головы, было даже несколько ДТП. Открывались ноутбуки и планшеты, вводились расхожие фразы, искали видео и находили… Слышались голоса, сомнение и негодование раздавалось с разных сторон. Московские рекламные экраны – на улицах, в супермаркетах, торговых центрах показывали только одну картинку – видеорепортаж Киры. Собравшись в зале, ребята смотрели видео с уличных веб-камер, наблюдая за людской реакцией. Климов сидел на диване, обнимая Киру, Петров с женой стоял за спинкой дивана, он положил руку на плечо Веры, она накрыла его пальцы своей ладонью. Из кухни вышла Настя, присев на подлокотник дивана, возле Дениса. Степнов, подбрасывая в руке мобильник Климова, только вошел в зал и стоял неподалеку, с ухмылкой заглядывая в ноутбук. Въехав во двор, Зотов припарковался у гаража и поднялся в зал. - Я не опоздал? – остановившись возле Петровых, спросил негромко он. - В самый раз, - кивнул Петров, поглядев на него. - Можно тебя на минутку? – вздохнув, Миша отошел к камину. - Значит, все-таки что-то случилось? – подойдя к нему, напряженно спросил Григорий. - Нет, я просто хотел сказать, может сейчас не вовремя… Словом, спасибо тебе за все, что ты сделал для меня. Поверь, ты сделал многое, чтобы… я почувствовал себя… человеком. Я с тобой до конца… - сглотнув, шепотом произнес Зотов, протянув ему руку. - Жаль, что ты не мой сын, - вместо рукопожатия Петров обнял его. Закрыв глаза и крепко сцепив зубы, Зотов, точно ребенок, прижался к нему. Сколько раз Грачев говорил ему о том, что у него такой сын, сколько раз он отпускал злые шутки в его адрес, дескать, не нагуляла ли тебя мать, а чужой человек… говорил совсем другое. Но Петров уже не был ему чужим, все собравшиеся в комнате были ему дороги и он знал, что и они считают его близким человеком… даже Климов. Всегда одинокий, оставленный за гранью жизни, Зотов выбрался наверх, поднялся со дна, с таким отцом, с таким прошлым, он справился, выжил, не потеряв себя. Петров не говорил никому о том, что затеял на этот вечер… готовился с Верой, она ни за что бы его не оставила, верила, понимая свои ошибки, одумалась… Кому она могла ещё доверять? Только мужу. После того, как он продал бизнес, чтобы вытащить её из тюрьмы, Вера наконец-то поумнела… Она подготовила автомобиль, старую шестерку с фальшивыми номерами, дело оставалось за малым, просто поехать и покончить со всем в одночасье. Но как только наступил вечер, в машине оказалось три человека, Зотов ехал с ними. Того, что нашел Климов хватило, чтобы наверняка знать, где будет находиться Купцов… День сауны, не смотря на то, что видеорепортаж разлетался со скоростью света, он был не в курсе, отключив телефон развлекался со своими друзьями. Вера осталась за рулем, когда Зотов и Петров зашли в сауну. Оба в балаклавах... Им хватило нескольких минут, чтобы закончить дело. - Прошлой ночью, после скандального репортажа, застрелился известный депутат… - утром трубили ведущие по всем новостным каналам. Разумеется, не упоминалось, где нашли его труп, осталось без разглашения и то, что он решил покончить собой выстрелом в лоб. Грачев стоял в своем кабинете, напротив телевизора, обернувшись к нему спиной. Уже было несколько звонков, но он не отвечал. Он все ещё был начальником московской полиции, и за ним оставалось слово. Достав телефон из кармана кителя, он набрал номер… В ОВД «Пятницкий» были большие кадровые перестановки, но Зотов не приходил на службу, несколько дней он пробыл в съемной квартире у Степнова, чтобы отец не отыскал его. Нет, это был не страх. Телефон он выключил, был недоступен даже для друзей, все через Сашу. Написав рапорт об отставке, он приехал в ОВД только на другую неделю. Ему нужно было пройти всего несколько шагов до кабинета Зиминой, положить бумагу на стол, сдать табельное и покончить со службой навсегда. По отделению бегали вразнобой опера, следователи, они словно не видели его, так были заняты своими проблемами. На их лицах читалось недоумение, но Зотова уже не волновали эти детали. Фомин откручивал табличку с кабинета Зиминой, остановившись перед дверью, Зотов оцепенел. - Что происходит? – держа в руке бумагу, спросил он. - А ты не в курсе? Ирину Сергеевну сняли, вот… ждем нового начальника, говорят, Грачев лично приказ подписал, ну, батя твой… - сделав последнее движение отверткой, Фомин подхватил табличку. Ткачев с Савицким стоял на улице, оба скептически глядели на ворота, дожидаясь нового начальника. - Интересно кого пришлют? Может просто назначение подпишут на кого-то из наших? – говорил Паша. - Зотова стопудово назначат, папаша уж постарается… - усмехнулся Савицкий, ворота открылись, въехал автомобиль: - Сейчас посмотрим… Подойдя к окну у дежурки, Зотов остановился, положив одну руку на подоконник. Рядом с ним остановилась Измайлова. Дверца машины открылась, Зотов широко раскрыл глаза, сминая в руке свой рапорт. Побледнел Ткачев, а вместе с ним и Савицкий. Они ожидали чего угодно, хоть самого черта… Но из машины вышел Климов. Он был в полицейской форме, а плечи украшали погоны уже не майора, а подполковника. Окинув взглядом застывших оперов, он вошел в отделение. - Вадим Георгиевич… Вадим… - пробормотала Лена. - Всем доброе утро, - произнес он, затем подойдя к Зотову, протянул ему удостоверение. – Тебе просили передать… Пойдем, Миш, у нас много работы. - Как? – едва смог выговорить парень, взяв свое удостоверение. - Открой… - кивнув на удостоверение, улыбнулся Вадим. Дрожащими пальцами Миша открыл свои корочки, там была небольшая бумажка, написанная почерком отца. Всего два слова расставили все по местам: «Прости, сынок…»