Климов 1.1

Так и не уснув, Кира провела всю ночь, положив голову на подушку, рассматривая своего спящего возлюбленного. Она касалась пальцами его обнаженной груди, вела острыми коготками по его телу, вниз, затем поднимаясь обратно, доходя до подбородка. Не открывая глаза, Грачев подхватил её руку, прижав к своим губам, улыбаясь. - Доброе утро, милый… - шепнула она, подхватив с края постели так и не тронутую плитку шоколада и сняв обертку, поднесла к его рту. Открыв глаза, он откусил небольшой кусочек, тогда Кира придвинулась к нему ближе и, проведя языком по шоколаду там, где кусал он, затем коснулась его губ. Он хотел сказать ей, как благодарен за то, что она сейчас с ним, делает все, чтобы он смог пережить весь этот ужас, и не мог этого сделать, который день… А в памяти то и дело проносились последние слова Искандерова и выстрел, а ещё эта фотография трехлетнего сына Мухаммеда, мальчика оставшегося без отца. Вины за собой он не испытывал, понимая, что Растягаев оказался просто скотиной, выстрелившим в него со спины – подло, решив так отомстить за собственную ничтожность. Но одно не давало покоя…, что было бы, если бы Искандеров приехал тогда, после интервью Растягаева, если бы убил, если бы он не упросил его не трогать чокнутого прапорщика. Но откуда ему было знать, что Растягаев превратился в настоящего морального урода? Когда он начинал об этом думать, ему хотелось закричать. Тогда он так радовался взятию Грозного, вместе с Искандеровым, понимая, что это победа, настоящая, что теперь все изменится, карьера была обеспеченна им обоим, война ушла, исчезла… И вот Растягаев… собственный боевой товарищ… за спиной… На несколько минут он словно попал в Ад, обратно, но Кира своими поцелуями вернула его обратно – на землю. Переведя на неё взгляд, он опустил её руку к низу живота, а дальше она уже сама все поняла и её теплая ладонь забралась под простыню. - Значит, Грачев сошел с дистанции… - проговорила Зимина, довольно улыбаясь, после того, как Климов рассказал ей обо всем. – Кому нужен губернатор, который не может связать двух слов. - И что ты собираешься делать? – спросил Вадим, они сидели в её кабинете, в детдоме. – Раз он тебе не конкурент, может, оставишь его в покое. - Не буду его недооценивать, сначала обыграю все в свою пользу, а затем оставлю… - сказала она, затем набрав номер студии, в которой должен был проходить диспут. Климов слушал, как она договаривается об интервью, именно на это и рассчитывая. Он хотел, чтобы Кира увидела, насколько Грачев теперь бессилен, что даже Зимина в состоянии обломать все его надежды на губернаторское кресло. Вадим считал, что теперь Кира вернется, одумается, поймет, что каким бы ни был отличным любовником Грачев, он уже не даст ей ничего – ни карьеры, ни даже статуса губернаторской жены. Впрочем, теперь, когда Растягаев убил Искандерова, он рассчитывал, что и секса у Киры с её новым мужем нет… Позвав к себе утром в кабинет Савицкого и Ткачева, откинувшись на спинку кресла, Зотов придвинул к ним два приказа. Паша первым подошел к столу и, прочитав бумагу, предназначенную ему, шокировано уставился на Мишу. - Не понял… - взяв свой приказ, прочитав его, пробормотал Савицкий. - Ничего страшного, это с тобой не в первый раз, Роман Иваныч, - пожал плечами Зотов. – Там буквы. Не торопись, до вечера может и осилишь. Свободен. А ты, Паш, - он перевел взгляд на Ткачева, скрестив руки на груди: - Действуй, осваивайся на новой должности… - Я начальник криминальной полиции? Ты шутишь? – переспросил Ткачев, присев на стул. - Ну да… Климов ещё не в курсе, приказ подписал лично Грачев. Считаю это вполне закономерным, у нас теперь два опера с погонами майора, да и соображаешь ты быстрее, чем некоторые… - сказал Миша, затем протянув Ткачеву руку. – Поздравляю с назначением. - Ну, спасибо, вроде как… - пожав его руку, улыбнувшись, кивнул Ткачев. Не смотря на то, что они с Савицким были друзьями, такая должность на дороге не валялась и потом это была значительная прибавка к жалованию. - Отлично, теперь все кто лижут пятки Грачеву, получают награды, звания и должности! – выпалил Савицкий, сминая в руке свой приказ об отстранении с должности. – Один получил место за то, что сын, другой – за то, что спас жизнь… А может за ум кого-то стоит хоть раз назначить?! Ткачев с Зотовым вместе обернулись к Савицкому, когда он произнес последнюю фразу, но тот не понял, чем вызвана такая одновременная их реакция. - Роман Иваныч, я тебя не задерживаю… - сдерживая смех, сказал Зотов. – Иди… умный ты наш… поработай… - Чего ты сказал?! Я всю жизнь сам всего добивался, а ты только благодаря своему папочке тут сидишь, сопляк! – бросив смятый в комок приказ в Зотова, Савицкий вышел из кабинета, хлопнув дверью. - Да… ситуация… - проговорил негромко Ткачев, но затем поднялся со стула, добавив уже бодро: - Ну че, я тогда пошел… типа работать. - Типа иди… - кивнул Миша, сам не зная, кто из них двоих лучше на этой должности, но все-таки Ткачев охотно сливал им Зимину, да и не мутил воду своими «гениальными» идеями как Савицкий. Не слишком интересуясь кадровыми перестановками, Вадим все-таки добился встречи с Кирой. Понимая, что его побуждает на это, она согласилась. Когда он подъехал к кафе, Кира уже сидела за столиком, подперев голову рукой, чуть склонившись на бок, сонно помешивая коктейль трубочкой. Так и не выспавшись, пребывая в туманном мечтательном состоянии, она все же заехала перед встречей в салон к визажисту, но это было вовсе не для Климова, а для Грачева. На встречу она надела длинную цветную трикотажную юбку и короткий топ, а поверх него прозрачную рубашку, расцветкой под стать юбке. - Привет, - подойдя к столу, сказал Вадим, Кира подняла на него глаза, не меняя положения. – Выглядишь уставшей… - И? Хочешь по этому поводу что-то сказать? – достав из сумочки зажигалку, она закурила, это был зал для курящих. - У тебя нормально? Я ночью, конечно, не должен был приезжать, но Миша сказал, что у вас проблемы… - рассматривая её лицо, не понимая, что с ней, проговорил он. - Проблемы… Вадим, я ушла от тебя, когда ты… вернее, когда я вернула тебе дочь, когда все твои… страхи, фобии исчезли и твоя жизнь наладилась… Разве нет? – подняв бокал с коктейлем, Кира немного отпила и склонив голову, сжав в пальцах сигарету, прижав запястье ко лбу, внимательно посмотрела на Климова: - А ты сейчас… бьешь его ниже пояса… Рассчитываешь на что-то… Она перевела взгляд к окну, облизав губы… - Увести жену через месяц после свадьбы это очень благородно, по-твоему? А когда он затащил тебя в постель… - начал Вадим, стараясь не то, чтобы оправдать, но казаться не таким злодеем, каким она сейчас его обрисовала. - В примерочную… - с томной улыбкой сказала она, продолжая смотреть в окно. - Что? – не сразу сообразил он, о чем Кира говорит. - Не в постель, а в примерочную… - Ты стала очень пошлой. Тебе нравится быть такой развязной? – совершенно не понимая её, изумился Климов. - Да, где же мои манеры… - потушив сигарету о пепельницу, Кира немного раздраженно взглянула на него: - Ты же пришел, чтобы узнать, как здоровье моего мужа, искренне переживаешь, а я такая пошлая и развязная. И на самом деле ты ко мне уже ничего не чувствуешь…, правда? Это все только твое благородство… - она сняла с ноги туфельку и коснулась его колена, затем прошла глубже: - Нет, не благородство… Опустив ножку, надев туфлю, она поднялась из-за стола. - Кира… Когда ты превратилась в такую суку?! – схватив её руку, выпалил он. - Не знаю, может когда ты первый раз пытался меня изнасиловать, а может – второй… А чего ты хотел, Вадим, пришел, чтобы узнать, не надоел ли мне мой муж, не хочу ли я обратно к тебе, из-за того, что у Жени проблемы со здоровьем… Вот и получай… суку… - расцепив его пальцы свободной рукой, с ожесточением выпалила она. – И кстати, не думай, что у меня с ним какие-то проблемы…, как ты заметил, выгляжу уставшей… причину назвать, если ты предпочитаешь игнорировать? С тем она, подхватив шубу с вешалки, покинула кафе.