Климов 1.1

Эти парни не созданы чувствовать Ледяная душа не боится жути Только под ногами их крутятся По оси земля по полу полу-люди! Кукрыниксы

Кира хотела пройти к дивану, сесть рядом с Зотовым и Петровым, но Грачев, взяв её за руку, остановил, чтобы она встала рядом с ним. Переведя взгляд на Климова, он опустил руки в карманы брюк и качнулся вперед на каблуках туфель, одарив Вадима ехидной улыбкой. Климов перевел взгляд на Зимину, надеясь, что она все-таки сможет достойно держать удар, если Грачев уже способен говорить. Сглотнув, Ира, стараясь успокоиться, прижала руки к стойке, пристально глядя на Грачева, но тот, словно бы и не замечал её уже. Зотов с усмешкой посмотрел на Савицкого, который теперь чувствовал себя не в своей тарелке и вообще толком не понимал, почему Зимина пригласила его, а не Измайлову, хотя ему объяснили, что нужно говорить… Петров же чувствовал себя довольно не плохо, учитывая, что его речь помогла Грачеву прийти в себя и, после всего, что ему довелось пережить, у него начала подниматься самооценка. К тому же, он был одним из самых интересных гостей в студии, поскольку не так давно сам готовился идти на губернаторские выборы и то, что он сейчас принял сторону Грачева, говорило и о его нравственных качествах. Он и Грачев – оба менты, были достойными кандидатами и в глазах зрителей то, что они не стали устраивать разборок, а даже оказывали теперь друг другу поддержку – говорило не в пользу Зиминой. Хотя Ирина тоже неплохо подготовилась, в зрительском зале сидел священник, который с её подачи должен был осудить развратный образ Грачева, который увел жену у своего подчиненного. - Думаю, стоит начать с того, чего Ирина Сергеевна хотела добиться на этой передаче, зная, что я не смогу прийти… - произнес вполне уваренным голосом Грачев. – Да, я действительно мог не прийти, на прошлой неделе, когда мы ехали в Останкино, на меня было совершенно покушение…, был убит мой друг генерал-лейтенант Искандеров. Это был не просто друг, мы с ним прошли Чечню… Для меня его смерть стала большой утратой… Его убил наш спившийся прапорщик Растягаев, хотел убить меня, но… - он замолчал, опустив на несколько секунд взгляд, затем продолжив: - Ирина Сергеевна, расскажите, сколько заплатили Растягаеву за то, что он меня оклеветал… - Я ничего никому не платила, впервые слышу эту фамилию, Евгений Петрович… - осеклась она, нервно улыбнувшись. – И если этот Растягаев сказал что-то о вас, то вы напрасно апеллируете ко мне, вам бы высказать все это ему, но, мертвые не могут ответить, не так ли? - Зато может ответить военная хроника, - перебила её Кира. – Я принесла записи и отдала на пульт, прошу показать, насколько мой муж был труслив в боях за Грозный… Когда на большом экране появилась хроника, Грачев, положив руку на талию Киры, отвел взгляд в сторону, не желая это смотреть, хотя и понимая, что это вынужденная мера. На кадрах был и Искандеров… - Жень… - шепнула возлюбленному Кира. - Я в порядке, - коснувшись губами её виска, произнес сдавленно он. Вадим, скрестив руки на груди, предпочел не смотреть хронику, а Савицкий совсем осовел, вспомнив свои слова насчет Грачева, и теперь сидел, втупившись в пол. А Петров с интересом смотрел кадры, в то время как Зотов обеспокоенно следил взглядом за отцом. Зимина рассматривала свой маникюр, в это время, думая, что теперь сказать. - Это очень интересно, - проговорил ведущий, после того, как включился свет, и закончилось видео. – Итак, мы дали слово нашему начальнику московской полиции, а теперь хотели бы услышать то, собственно, для чего пришла Ирина Сергеевна Зимина, бывшая сотрудница полиции, ныне директор детского дома. - Ну, во-первых, я хотела бы сказать, что не нужно на меня спихивать какие-то мутные те… то, что ко мне не имеет никакого отношения. Как я уже говорила, ни о каком Растягаеве я не имею ни малейшего понятия… - глядя в камеру, сказала она, голос её начал приобретать уверенность: - На лицо какие-то личные разбор… разбирательства между бывшими сослуживцами. Люди меняются, вот об этом я бы и хотела заметить товарищу генералу. У нас в отделе сложился хороший коллектив до того, как Грачев прислал к нам своего сына, которого много лет продвигал по карьерной лестнице, не давая моим сотрудникам занять достойные для места… Майор Савицкий был снят с должности на этой неделе Грачевым… - Я так понимаю, что на эту должность начальника криминальной полиции отдела я назначил сына? – усмехнулся Грачев, слушая, как отчаянно Зимина пытается себя обелить за счет конкурента. – Майор Савицкий, скажите, кто же занял должность, о которой мы говорим? - Майор Ткачев… - пробормотал сконфуженно тот. - Надо же… не Зотов, какая неприятность… - засмеялся Грачев, ему и Кире ассистент ведущего принес кофе, он поднял чашку, сделав неторопливый глоток, спокойно глядя на Зимину. – Ткачев был повышен в звании за то, что не растерялся при захвате развлекательного центра и да… спас жизнь своему начальнику, это хорошая реакция, мы должны стимулировать наших коллег, за достойную службу награждать, повышать, а за несоответствия строго наказывать. Это нормальная практика. - А для чего вы пошли в тот развлекательный центр? Не для того, чтобы поднять себе рейтинги? – не растерялась Зимина. - Я не хочу обсуждать чужие домыслы и фантазировать вместе с вами, Ирина Сергеевна, товарищ полковник в отставке, снятая с должности за служебное несоответствие, - переведя взгляд на Киру, он чуть опустил руку ниже её спины. - Григорий Павлович, - обратился ведущий к Петрову: - Скажите, вы ведь шли конкурентом на выборы с господином Грачевым, что же вас остановило? - Здоровье подвело. Но поскольку мы больше не конкуренты я всецело на его стороне. Мы – менты…, как нас все называют, и этого названия мы не стыдимся, мы должны поддерживать друг друга и, когда я был мэром города Лесной… Евгений оказал большую поддержку при уничтожении банды педофилов, дело было громкое, я его начал и он мне помог… Да и начинали мы с его сыном… Миша, - он посмотрел на Зотова: - достойный человек… Признаюсь, мы вступили в неравную борьбу, не зная, что там завязаны такие люди… депутаты и прочие… И только благодаря Грачеву все это завершилось нашей совместной победой. Миша не из золотой молодежи, он настоящий мент… - Да, это так… - подтвердил Зотов: - Григорий Павлович пошел на выборы в мэры Лесного не только для того, чтобы занять высокую должность, он защищал детей… На меня было покушение, я не привык бежать к отцу по каждому поводу, хотел решить всем, но узнав… из сводок, а не от меня, что в меня стреляли из этой шайки педофилов, он приехал… мне пришлось ему рассказать, тогда он начал действовать и в короткие сроки банда была уничтожена. Уже потом мы узнали, что к этому причастны палачи… оборотни в погонах…, с которыми война продолжалась вплоть до конца прошлого года. Камера, направленная на Зотова, по окончанию его речи, развернулась к Зиминой, та устало слушала откровения «ментов», затем, понимая, что как-то нужно переключиться на свое, заговорила: - Ну, я тоже брала в этом участие и Вадим Георгиевич Климов, который находится в студии, начальник Пятницкого ОВД, почему-то все об этом забыли… А ведь полковник Климов не меньше сил потратил на то, чтобы оборотни в погонах были пойманы… В то время, как Грачев соблазнил его жену, что, наверное, не вписывается в тот образ, который рисуют так старательно тут Зотов и бывший мэр Лесного, - сказала она, затем поглядев на священника, который по её знаку, должен был что-то сказать. – Вадим не даст мне соврать, как подло Грачев за его спиной буквально совратил тогда ещё тихую и милую девушку… А что он устраивал в детском доме в классе русского языка… этот… начальник полиции… с тогда ещё женой Климова… - У вас слишком больные эротические фантазии, Ирина Сергеевна, - проговорила Кира, чувствуя, как рука Грачева спускается все ниже, по счастью за стойкой этого не было видно. – Хотя, не удивительно… Ваш любовник, так называемый бизнесмен, Ветров… - Это фотоподелка! Я воспитываю сына одна и никогда не забывала о рамках приличия и не позволила бы себе того, в чем ты хочешь меня уличить, - сказала зло Зимина. – А вот твоя измена налицо… - Но то, что ты мне изменяла, надеюсь, отрицать не станешь? – мрачно посмотрев на Киру, сказал Вадим. – В примерочной…, как ты мне говорила… Предположу, что в классе русского языка ты тоже вполне могла. - Да, моральное разложение на лицо… - подал голос священник. – Поколение и нравы… - Один раз сказал моему водителю подвезти священника! – хлопнул с досадой ладонью по колену Петров: - И что? Всю квартиру вынес, все церкви отдал, а церковь эта… занималась работорговлей и поп там был… ещё тот… Потом они детей педофилам продавали. Вы не оттуда, святой отец?! - Вы не верующий? – с подозрением спросил священник. - Бог миловал… - вздохнул тот. Зотов ухмыльнулся, поглядев на Петрова. - Вадим, а ты не мог не выносить грязное белье на обозрение? – спросила Кира, взглянув на Климова. – Обязательно было устраивать этот цирк? Священника какого-то звать? Может, меня ещё на костре надо сжечь за то, что полюбила другого человека? - Дочь моя… - проговорил священник, Кира уставилась на него с недоумением: - Проявите смирение и терпение, все-таки… - Все-таки я не ваша дочь и не надо учить меня жизни… - она прижалась плечом к плечу Грачева, опустив взгляд на его пояс и заметив, что то, что они стояли слишком близко друг к другу, а его рука бродила по её пояснице и не только, слишком возбуждающе подействовали на него, с трудом подняла глаза к его лицу, а затем к камере: - Моя бабушка…, она живет в Санкт-Петербурге, вполне одобрила мой брак, она меня воспитала и только её мнение, кроме мнения моего любимого мужа, меня волнует… И я уверенна она смотрит эту передачу. Таточка… - улыбнувшись в камеру, произнесла Кира, помахав рукой. - Считаю аморальным обсуждать здесь личную жизнь, - сказал Грачев, смерив священника взглядом: - Смотрите, что выходит… Только что мы говорили о том, что произошло в городе Лесной, о том, как была схвачена банда педофилов, как мой сын, которого по словам Зиминой, я продвигаю, как он… рискуя жизнью спасал детей, мне ни слова ни сказав об этом… - Прости, пап… - пробормотал Миша, вспоминая, каким взволнованным тогда ворвался в его кабинет отец. - И тут же все эти серьезные вещи начинают затираться какими-то мелочными идиотским фантазиями. Я промолчал о том, что в декабре, когда мы брали палачей, Миша получил две пули, закрыв собой дочь Климова, но вы, ребята, начали лезть в мою личную жизнь… кто-кого увел… последний аргумент? Да, я это переживу… Я люблю свою жену, это взаимно, правда? – он с обворожительной улыбкой взглянул на Киру. - Ещё как… - мечтательно произнесла она, уже ни о чем не думая, только скользя взглядом по его брюкам, которые слишком выказывали его возбуждение. - Вадим… - склонив голову на бок, ядовито взглянул на Климова Зотов: - А ты не забыл, что ты пытался сделать с Кирой…? Закрывай тему, иначе я скажу… И как устроил мне травлю в отделе за то, что мой отец увел твою жену. Обиженный ангел… А попа я вообще не понимая зачем пригласили… Бред… Вадим почти не слышал то, что говорил Зотов, глядя на Киру и Грачева, то, что между ними происходило. Кира опустила руку под стойку, исподлобья поглядев на Грачева. - Куда… - остановив её руку, взяв за запястье, он прижал её к губам, затем приблизившись к ней, проговорил шепотом: - Сейчас это закончится и мы… Только не трогай, иначе я здесь… - У тебя такой красивый голос…, никогда больше не молчи… - прошептала она в ответ. – Милый мой, милый…. - Сын мой… - посмотрев на Зотова, примирительно начал священник, но был перебит Грачевым. - Это мой сын! И хоть я терпимо отношусь ко всем религиям, но… очень большие сомнения имею насчет вас, Ирина Сергеевна у нас любит заниматься подтасовками и махинациями, так что… что вы за священник надо бы посмотреть, а уж тем более, я знаю, кстати, отличного священника, который говорил мне, что скверно лезть со своими поучениями туда, где в вас никто не нуждается… Да и мой сын реально спасал детей. Когда террористы захватили детдом, он пошел на обмен, на него надели пояс шахида… Так что может он вам должен о морали сказать, а не вы ему… И уж тем более не мне… Я думаю на этом стоит и закончить, это же не религиозная передача, а политическая… - Грачев говорил, чтобы поскорее съемка подошла к концу, все крепче сжимая руку Киры. Время эфира подходило к концу, Зиминой так больше и не удалось ничего сказать, после заключительных слов ведущего. Отдернув китель, Грачев, не выпуская руку Киры, последовал к выходу, вместе с возлюбленной, хотя идти ему было до жути неудобно. - Грачев… - уже в вестибюле окликнула его Зимина, остановившись там, где нет камер наблюдения, которые могли зафиксировать их разговор: - Ну, может быть, ты сегодня и вышел победителем… Но все-таки есть справедливость… жаль, только этот придурок Растягаев попал не в тебя… Остановившись, Грачев выпустил руку Киры и, развернувшись, влепил Зиминой пощечину. - Женя, пойдем… - перехватив его руку, чтобы он не продолжил, воскликнула Кира. – Пойдем… она того не стоит… - Папа… - сбежав по ступеням в вестибюль, Зотов, зная, что отец в гневе способен и не такое, он осторожно тронул его за плечо: - Не надо… - Сука… - бросил Грачев, испепеляюще глядя на Зимину, прижавшую свою ладонь, к пылающей щеке. Он все-таки, под давлением сына и Киры, развернулся, уходя из помещения телецентра. Кира села рядом с ним в автомобиль, на заднее сидение, сама приказав водителю ехать домой. Зотов остался с Петровым у телецентра, они оба понимали, что Зимина сейчас могла создать большой скандал, если бы Грачев не остановился на одной пощечине. - Жень… Успокойся… - прошептала Кира, понимая, что Зимина задела его за живое и сделала это целенаправленно. – Она больная на всю голову… - Я спокоен… - откинув голову на спинку сидения, широко раздвинув ноги, для удобства, он посмотрел на Киру. – Не было бы сейчас выборов, следа бы не оставил от неё. - Эфир закончился… - она провела рукой по его брюкам, поверх молнии, сжимая ладонь. – Мы почти одни… - Почти… - сглотнув, он с полуулыбкой посмотрел на её руку, затем привлек Киру к себе, целуя. – А руку не убирай… - И не думала убирать… - захлебываясь его поцелуем, она продолжала его гладить, заставляя выбросить из мыслей слова Зиминой. Вера смотрела всю передачу от начала и до конца, отмечая про себя, что Грачев с Кирой все-таки настоящие безумцы, но до чего же они хорошо вместе смотрелись. А когда домой приехал Петров, она тут же выбежала к нему, обняв мужа. - Гриш, ты молодец… - поцеловав его, на этот раз не в щеку, а в губы, сказала она: - Я тобой горжусь! Это ты… разговорил Грачева? - Да, его действительно переклинило после смерти Искандерова… Но, уже все хорошо… - обняв жену, сказал Петров, приятно удивленный таким горячим поцелуем. - Пойдем в спальню, ты сегодня герой… - взяв его за руку, кокетливо произнесла Вера. - Да? Ну, пойдем… - развязывая на ходу галстук, весело сказал он. Они даже не обратили внимание на Антошина, продолжавшего сидеть на диване с пультом в руке, прижав его к груди. Денис был слегка шокирован этим диспутом, в который раз дивясь тому, насколько Петров любит вспоминать о том, что «они – менты», это всегда его забавляло, а иногда раздражало.