Климов 1.1

Кто-то совершает ошибки, а я на них учусь. Полагаться лишь на свои силы – единственный выход, Судьба дала на себе ощутить почем фунт лиха… st1m «Берег»

Взяв ключи от машины Ткачева, оставшейся Савицкому, Измайлова решила её тщательно осмотреть. Рома был в больнице, да он и не пользовался машиной Паши после того, как тот погиб, не хотел тревожить память. Ему хотелось забыть об этом, раз он не мог ничего сделать для того, чтобы отомстить за друга. Сев в салон, за руль, Лена начала осматривать бардачок, заглянула под сидения и нашла его телефон, который упал на пол, но он уже давно разрядился. Вернувшись домой, Измайлова позвала Игоря, парень больше разбирался в технике, чем она. - Слушай, а можно как-то просмотреть ну, что там… к компьютеру, может, как-то подключить? – спросила она, заглянув в комнату парня. - Можно карту памяти вытащить… На компе потом посмотреть, тут и разъем другой, ну, хотите подключу? – осмотрев телефон, предложил Игорь. - Да, давай, только отцу ты ничего, пожалуйста, не говори… - присев на его кровать, Лена стала ждать, пока он все подключит, даже не пытаясь понять, что он делает. Все, что умела Измайлова – это создать документ, скачать фильм и воспользоваться флешкой, но как задействовать маленькую карту памяти – не знала, а Игорь просто переставил её на свой телефон и его подключил с собственного кабеля. Он открыл файлы и вышел из комнаты, чтобы Лена смогла посмотреть все сама. Там было много фотографий его и Савицкого вместе, девушки, стриптизерши, которых он заснял в ночных клубах, словом все, что только могло бы быть у молодого парня. И было одно видео, датированное днем раньше его смерти, довольно тяжелое по весу. Она открыла файл, на экране появился Ткачев, это было его видео… Он сидел в кухне, перед камерой. «Я, начальник криминальной полиции Пятницкого ОВД майор Павел Ткачев, хочу сделать заявление…», - так начинался его монолог. Видео длилось около двадцати минут, Ткачев был в форме, хотя никогда её не носил, все слова были достаточно выверены, каждое из них было гвоздем в крышку гроба Зиминой и… Климова. - Игорь! – позвала Лена, обернувшись к двери. - Да, теть Лен… - заглянув в комнату, он увидел, что она закончила с просмотром карты памяти. - Скажи, а вот кроме твоего телефона ещё как-то можно посмотреть, ну если мне нужно ещё будет? – спросила она. - Можно. Есть такое устройство, типа флешки, туда можно засунуть карту памяти и читать как флешку, без всяких проблем. Могу купить, надо? - Да, купи, прямо сейчас и найди… - она вышла из комнаты и достала из сумочки кошелек, вытащила несколько купюр, протянув пасынку: - Хватит? - Да, хватит… - кивнул он. Лена ещё не знала, что с этим делать, пока она не собиралась ни рассказывать о своей находке мужу, ни нести в УСБ карту памяти, Измайлова вообще не хотела, чтобы кто-то был в курсе, какой информацией теперь она обладает. Если бы Зимина узнала о существовании этой карты памяти, то Лена запросто могла бы пополнить список её жертв, а она продолжала играть в подругу, сама не зная до конца, к чему это приведет. Но однажды Лена уже пыталась свергнуть Зимину, тогда её не поддержал даже муж…, только Климов попытался что-то сделать и то, в конце концов, не решился…

Я сделал все и все оставил, В моей игре почти нет правил, И мой герой не держит строй и лезет на рожон… Би-2

Приехав в городскую квартиру, Грачев минут десять сидел на диване, послушно рассматривая те вещи, которые ему купила Кира. Прежде он все покупал сам, но у Киры был отличный вкус, она знала его гардероб и старалась все подобрать в тех же тонах и том же стиле… - Жень, ты…, я понимаю, ты из-за Алины… - сложив белоснежный свитер и положив его к себе на колени, Кира села рядом с Грачевым, ощущая, что он слишком подавлен, хоть и пытался не выказывать этого. - Не только… Но давай не сейчас… - он так странно и внимательно смотрел в её лицо, словно видел что-то, что прежде было неподвластно его взору. – Я открою вина… Поднявшись с дивана, он прошел в кухню. Кира задумчиво посмотрела ему вслед, но через минуту на кухне раздался такой грохот, она вбежала туда, увидев разбитую бутылку красного вина, растекшегося по полу, осколки… Грачев раздраженно смотрел на это все, затем, бросив штопор в раковину, уперся в неё руками. - Иди, я уберу… - тихо произнесла Кира, чтобы не злить его ещё больше. - Не надо, - он переступил через разлитое вино, взяв Киру за руку, уводя её в спальню. – Надо найти горничную… - Сережу позовем… - сказала она, чувствуя, как сильно он сжимает её руку. – Жень, ты… из-за Миши так… - Кира не договорила, понимая, что сейчас ему совершенно не хочется это обсуждать. – А знаешь, что… раздевайся, я закажу ужин из ресторана, а пока его будут везти, сделаю тебе массаж… и мы… - Это уже лучше… - улыбнулся генерал, когда Кира толкнула его на кровать и залезла сверху, на этот раз, не собираясь останавливаться на разговорах и расстегнув ремень на его брюках, опустилась к нему. - Расслабься… - прошептала она, обдавая его горячим дыханием, затем приступив к делу. Откинувшись на подушку, он прошелся пальцами по её волосам, отбрасывая их назад, наблюдая за тем, как она это делает. С Кирой ему никогда не приходилось скучать, даже если у него было плохое настроение, ей все равно удавалось сделать так, чтобы он обо всем позабыл. Она не пыталась выспросить у него то, что его тревожит, чтобы не делать больней… Знала, что он расскажет, рано или поздно, если это серьезно, поскольку они уже настолько доверяли друг другу… И ему нужно было время, чтобы самому понять, что с ним происходит, но одно он знал точно – эта женщина всегда примет его сторону, останется с ним, даже если он сделает что-то, что не подходит под понятие о чести и благородстве, ибо она выбрала его, оставив Климова… человека с завышенным чувством справедливости, слишком категоричного и правильного. А полюбила Кира совсем неправильного, жестокого, злого…, но сильного и цельного человека, который не занимался самоистязаниями, не упивался жалостью к самому себе, был эгоистичен, но вместе с тем и умел ценить то, что у него было… ценил её, не за поступки, а за то, что она просто была… Через час, отправив Грачева в душ, Кира заплатила за ужин, открыв дверь доставщику, будучи в одном халатике. Она все разложила на полу, на плюшевом ковре, а когда её возлюбленный вернулся, она уже сидела за бокалом вина, и с интересом посмотрев на полотенце, которое он обвязал вокруг пояса, немного его приоткрыла, заглянув. - Снять? – спросил он, зная, что она больше любит, когда на нем совершенно ничего нет. Вместо ответа Кира одним движением сорвала с него полотенце, Грачев только усмехнулся её стремительности, впрочем, даже душ не помог ему немного смерить пыл и он по-прежнему хотел продолжить, после ужина или во время… Им было вместе так хорошо, спокойно, никто не кричал вокруг, не ругался, не ходили горничные с завышенными моральными рамками. Кира целовала своего генерала, срывая с грозди белый виноград, и он ел из её рук, хотя ей больше нравилось, когда она цепляла виноград губами и вкладывала в его губы, при этом находясь сверху, неторопливо двигаясь, доводя и себя и его до экстаза.