Климов 1.1

Миша, подъехав к роддому, вышел из автомобиля, подошел к окнам, позвонив Маше. Она выглянула в окно, помахав ему рукой, затем подняв на руки Алину, показала ему, и Пашу… Зотов стоял под окном улыбаясь, глядя на радостное лицо своей жены, на детишек, чувствуя себя при этом по-настоящему счастливым. Теперь ему оставалось искупить свою вину перед отцом, а он совершенно не знал, не понимал, как это сделать… Они помирились, стали ближе друг к другу, но Мише хотелось доказать свою признательность и любовь отцу не словом, а каким-нибудь поступком. Зотов приехал в больницу немного позже, открыв дверь в палату, он увидел отца и Киру… без одежды, в постели и тут же отвернулся, уставившись на дверь. - Прости, пап! – выпалил он, стараясь не думать, что там происходило. - Выйди! – услышал он раздраженный голос отца. - Точно… - словно выйдя из оторопи, Миша выбежал в коридор. Грачев перевел взгляд на Киру, она даже не успела закрыться простыней, когда Мишка влетал в палату, да и то, чем они занимались было не законченно, он застал их в самый разгар… - Все-таки нужен ключ… - обхватив Киру руками, прижав её к себе, проговорил генерал, он продолжил в том темпе, который взял до прихода Миши. Кира лежала напротив него, на боку, закинув и согнув одну ногу в колене, прижав к его бедру, чтобы он мог беспрепятственно войти в неё. Грачеву нужно было ощущать себя более дееспособным, секс вполне давал ему это чувство, когда не Кира доводила их обоих до экстаза, а он сам. К тому же, на этот раз он не испытывал никакого дискомфорта, пребывая в движении, хотя и старался не делать ничего резко, но в какое-то мгновение пришел в то состояние, когда уже не мог сдерживаться, перейдя в неистовство, подчинившись инстинктам, позабыв обо всем. Кира содрогаясь в оргазме, запрокинув голову, просто отдалась ощущения, сама не в состоянии вспомнить о том, что им нельзя так усердствовать, но столько времени в напряжении… эти дни… просто стерли все границы. Закинув руку на затылок Грачева, Кира с силой прижала его голову к своей обнаженной грудь, захлебываясь в сладких стонах, двигаясь сама навстречу ему с таким ожесточением и доводя его до финальной точки. - Женя… - простонала она, пьяно на него глядя. – Это… я… ты… это… - Да… - прошептал на выдохе он, чувствуя небольшую тянущую боль, но удовольствие от секса и моральное и физическое перекрывали все, на его губах появилась самодовольная усмешка. Он видел, как Кира туманно на него смотрит, как она сгорает от страсти, как содрогается в экстазе…, это его так подстегивало…, что он просто продолжил. Кира все-таки успела немного придя в себя взглянуть на повязку… крови не было… они снова сплелись телами, без отдыха переходя ко второму забегу… - Там Миша…, наверное…, ждет… - произнесла Кира, после того, как он второй раз довел её до оргазма, да так, что она долго не могла прийти после этого в себя. Лежа на постели, не в силах натянуть на себя простыню, она взяла его ладонь, опустив к низу своего живота, зажав ногами, ещё немного вздрагивая. - Ничего, подождет… - неспешно опустившись на спину, сказал Грачев, не убирая руку, чувствуя её пульсацию, ему нравилось это ощущение. - Как рана? – она повернула к нему голову. Белая повязка немного испачкалась, но не кровью, а той жидкостью, что и утром, но совсем немного. Она спрашивала медсестру, не ту садистку, а другую – нормально ли это и услышала, что вполне и даже удивилась тому, что у Грачева швы затягиваются довольно быстро. Однако в этом не было ничего удивительного, он был в отличной форме, у него был плоский живот, с такими кубиками пресса, которыми Кира так любовалась. Именно за счет такой формы раны затягивались быстрее, хуже было тем, кто не следил за собой – кто обрастал жировыми прослойками, вот у них даже обыкновенные швы от удаления аппендикса могли заживляться неделями, а то и месяцами. - Рана… ничего… я чувствую, что… теперь лучше… намного… я люблю, когда ты кричишь от удовольствия… - проговорил Грачев, увлекая её к себе на плечо, заставляя тихо постанывать от того, что делал рукой там. Миша сидел на диванчике в конце коридора, глядя на часы, уже прошло минут сорок, он решил, что они попросту о нем забыли, но Кира надев платье, немного придя в себя, выглянула из палаты. Она вышла, окликнув Зотова. - Я думал…, вы… уже спите… - пробормотал он. - Какое спите, ещё осмотр будет, через час… мы только что закончили… Заходи… - сказала просто Кира. - Как… вы все это время? Ого… - пробормотал Миша, проходя в палату. Отец, накинув халат, с довольной ухмылкой сидел на диване, положив одну руку на подлокотник. Посмотрев на него, Миша растянулся в улыбке. - Миш, эти твои улыбочки начинают настораживать, - сказал Грачев, с трудом закинув ногу на ногу. - Просто… хорошо видеть тебя таким, довольным… - признался Миша, тут же добавив: - Я не вовремя пришел, надо было позвонить… Не думал, что ты уже… это… - Вообще, хорошо, что приехал… У меня к тебе… просьба, я, конечно, не совсем труп, но… - он посмотрел на Киру, при ней ему было как-то неудобно говорить это сыну, она взяла косметичку, скрывшись в ванной. - Тебе нужно что-то помочь? – тихо спросил Зотов. - Да… Есть час? - Да хоть два… - присев возле отца, кивнул Миша. - Во-первых…, мне нужно немного освежиться, помыть голову, я не могу сам… Ты же помнишь, как ты лежал в больнице… я тебе… ну ты помнишь. Кира… если у меня голова закружится, она же не удержит, и я не хочу её загонять этим всем… - сказал Грачев довольно серьезным и немного поникшим голосом. – Мне просто нужно, чтобы ты был рядом… - Конечно, - немного побледнев от тона, которым говорил отец, сказал Зотов. - И второе… хочу пройтись по коридору, немного размяться… - Все, что скажешь, пап…. – положив свою руку поверх его руки, Миша заглянул в глаза отца, понимая, что от этого разговора он чувствует себя немного подавленно. – А вы так долго… - Миш, это ещё не долго… - сказал Грачев, склонив голову набок, с усмешкой поглядев на сына. – Давай, снимай пальто и… - он повернулся к двери в ванную, крикнув: - Кира… Она, подкрасив губы и немного подведя глаза, выглянула из ванной, зная, о чем он хотел попросить сына, и сама уже включив воду. Мише не пришлось ничего делать, он просто стоял рядом с отцом, обхватив его одной рукой выше повязки, когда Грачев склонился над ванной и Кира сама помыла ему волосы, тщательно ополоснув. Но когда он выпрямил спину, держась за край ванной, то у него закружилась голова, резко шатнуло в сторону, Зотов удержал его, сам не на шутку испугавшись… И все-таки это было так странно, Миша словно почувствовал какую-то ответственность перед отцом, понимая, что сейчас ему нужна помощь, и они впервые поменялись местами, хоть на несколько мгновений, но это так и было. - Я держу… - проговорил Миша, схватив отца за плечо, другой рукой продолжая держать его, так обхватив. Грачев посмотрел на сына, все же было приятно понимать, что есть люди, которые могут оказать поддержку не за деньги и звания, а от того, что это семья… просто родные люди, не смотря на все ссоры и глупости… - Жень, пойдем, ты приляжешь… - обеспокоенно проговорила Кира, взяв его за руку. Отерев мокрое от воды лицо ладонью, Грачев на мгновение как-то непривычно улыбнулся, никогда не ощущая подобного…, с одной стороны стоял сын, с другой – любимая женщина и, не смотря на такое раздражающее отчасти беспомощное положение, он даже как-то растрогался в эти секунды. И он знал, что все это закончится, силы окончательно вернутся, тогда он станет тем же самоуверенным и сильным генералом и Миша опять станет его вечно попадающим в передряги сынишкой, а Кира… снова будет наблюдать за тем, как он занимается штангой. А пока… - Ложиться не буду, посижу немного… - сказал он. – Пошли…