Климов 1.1

- Я думала она никогда не уйдет, - прошептала Кира сорванным от страсти голосом, заводя руки под халат Грачева. – Хочу тебя… - Тебя не волнует, что я накричал на твою бывшую падчерицу? – спросил Грачев, но, почувствовав её руку, на своем…, добавил весело: - Вопросов больше имею. - Мне плевать на всех, кроме тебя… Идем в душ… нет, здесь… - она торопливо развязала его халат и тут же усадила возлюбленного на диван, опустившись сверху. – А потом я тебе сделаю… - Ты делаешь это лучше всех… - сглотнув, прошептал он, чувствуя, как она тут же берет дикий ритм. – Моя девочка… ты моя богиня… - развязав её халат, Грачев расстегнул лифчик Киры и сбросив его, принялся исступленно целовать грудь возлюбленной. Сбежав по лестнице, Даша вышла из подъезда, вытирая на ходу слезы. Она не понимала, почему Грачев так жесток с ней, почему наговорил такие вещи. Ей хотелось пойти к отцу, она и собиралась это сделать, поговорить с ним, но после слов Грачева поняла, что не одной ей так показалось, что отец мог не только разорвать на ней одежду или ударить, но и сделать самое жуткое. Хотя она отказывалась в это верить, но Грачев только подтвердил её догадки. Она не любила его, как человека, к которому ушла Кира, разрушив семью в которой ей и отцу было так удобно жить, но почему-то считала, что Грачев довольно вменяемый человек и все его слова были… обоснованны. Она присела на скамейку, отерев её от снега и подняла глаза к окнам. Ей хотелось разобраться в происходящем, но трудно было позволить себе принять то, что сказал Грачев… Она не знала о том, как Вадим пытался изнасиловать Киру, не видела этого, но Грачев не врал, говорил при Кире и она не опровергала, а наоборот подтвердила, это было жутко… Даша не задумывалась о том, что она непрошенный гость в доме Грачевых, что Кира не обязана с ней говорить, особенно сейчас, когда ей хотелось побыть наедине со своим мужем, после того, что произошло, забыть все поскорее в его руках. Она не хотела замечать, что Грачев раздражен не просто так, что Кира выгоняла её в спешке и поедала глазам возлюбленного, стоило ему только войти в зал… И сейчас она опять возвращалась в квартиру, поступая так навязчиво и некрасиво. Кира обхватив ладонью затылок возлюбленного стремительно поднималась и опускалась на нем, чувствуя его губы на своей груди, задыхаясь от наслаждения. Грачев чувствуя, что её скоро накроет волна экстаза, оторвался от её груди, заглянув в лицо Киры. Она была как в тумане, смотрела с полубезумной улыбкой. В дверь снова позвонили, Кира с Грачевым одновременно зло посмотрели на дверь, готовые разорвать на куски любого, кто стоял на пороге. - Сука, я сегодня кого-то грохну… - выпалил озверело Грачев. - Я тоже… - не менее зло прошипела Кира. – К черту их, пусть… - Да, к черту… - откинув голову на спинку дивана, он почувствовал, как Кира возобновила движения, хотя звонок в дверь их порядком раздражал. - Кира, я хочу извиниться… - раздался голос Даши из-за двери. - Это уже не смешно… - уронив голову на плечо возлюбленного проговорила Кира подавленно. – Я ненавижу Климовых, всех… Мы не закрыли дверь, она сейчас зайдет… Кира слезла с Грачева, тот, конвульсивно запрокинув голову сильнее, зло покосился на дверной проем и запахнул халат на случай, если Климова совершенно обнаглеет и вломиться в зал снова. Открыв дверь, Кира зло посмотрела на Дашу. - Я подумала, может Грачев прав, но я не знаю, что мне делать, ты столько времени была с нами, ты могла бы мне помочь, подсказать… - проговорила девочка, но заметив, что Кира как-то одурманено на неё смотрит борясь с желанием выдать ей пощечину, добавила: - Выглядишь болезненно… - Хочешь помощи? Едь к Петрову… - из последних сил сдерживаясь, чтобы не влепить девочке пощечину тяжело дыша произнесла Кира, взяв связку ключей, собираясь закрыть дверь. – Хватит сюда ходить! - Ты… мы раньше так хорошо общались, ты могла бы поехать со мной, мы бы поговорили… у Петровых… - проговорила Даша. – Хотя бы на пару часов. - Ты что идиотка?! Мне нет до тебя никакого дела! – не выдержав, закричала Кира: - Оставь меня в покое, я тебе не мать, у меня своя семья! Я хочу быть со своим мужчиной, а не с тобой говорить о твоем папаше! - Кира, ты так изменилась с ним, ты стала злой… - изумляясь такому тону, сказала Даша. Из зала вышел Грачев, он слышал их разговор и пойдя к Даше, просто влепил ей пощечину, затем закрыв дверь и взяв из руки Киры ключи, повернул их в замке. - Пойдем в спальню, - просто сказал он. - Почему я должна о ней заботиться? Обо мне никто никогда не заботился…, только ты… - обняв Грачева, прошептала Кира. – Прости, прости… я сейчас сделаю так, что ты… успокоишься, я заставила тебя ждать в таком состоянии, это жестоко… - она подняла глаза к его лицу. - Иди сюда, тебе и самой это нужно… - он прижал её собой к стене, прямо в коридоре, Кира послушно подалась ему навстречу, поставив одну ногу на стул, чтобы он смог без труда ею овладеть. Ей было плевать на Дашу, на то, что девочка получила пощечину от Грачева и на то, что он был жесток. Она любила его, только его и желала, чтобы он обладал ею, неистово, бешено, сейчас, в это мгновение, чтобы он довел её оргазма и она совершенно не хотела думать о наглой девочке. Кира сама нуждалась в опеке, в заботе, в любви… И получала это только с одним человеком, которому отдалась до последней капли. Она пыталась быть Даше другом, но та пользовалась её расположением и это начало злить Киру. Ей хотелось уединения с Грачевым, хотелось целовать его, чувствовать в себе, вздрагивать от прикосновений, извиваться под ним в судорожном ритме, а не выслушивать очередную историю о Климове. Получив желанную разрядку вместе с возлюбленным, Кира повела его в спальню, затем сняв с него халат, сама сбросила свой и легла рядом, начиная то, чего так долго хотела. Она целовала его плечи, его грудь, прикасалась чутко и бережно там, где ещё не полностью затянулась рана, заглядывала в его глаза и видела его восторг, его потребность в этих поцелуях, огонь в его глазах, ощущала в нем кипящую лаву вожделения и нежную теплоту любви… - Тебя не смущает, что я ударил эту соплячку? – спросил Грачев, когда она опустилась к низу его живота. - Нет, а должно? Женька, тебе нужен отдых… и секс… и мне тоже… А не малолетние идиотки с пафосными разговорами… - прошептала Кира, затем проведя языком по его возбужденному стволу и хитро улыбнувшись, завела под него пальцы. – Тебе так нравится? - Ты ещё и спрашиваешь… - ухмыльнулся Грачева, но затем взяв её за руку, притянул к себе, размашисто захватив в объятья. – Но сегодня… я буду сверху… - Но можно я раз…? Мне нравится на него смотреть… - робко произнесла Кира, немного залившись краской. – И я люблю тебя целовать… Хочу тебя долго целовать, не откажешь мне в этом? Ты должен соблюдать постельный режим… - Мы в постели… я соблюдаю… - разжав объятья, он позволил Кире вернуться к своему занятию, а она приступила с самого начала, взявшись целовать его начиная с губ, опускаясь все ниже и ниже. Кира с таким упоением касалась его губами, а он наблюдал, все сильнее проваливаясь в какую-то неземную усладу, это было необыкновенное чувство для них обоих – ответная почти божественная любовь. Грачев ощущал это… в ней – желание стать его душой, его чувствами, сердцем, но она уже стала для него этим и даже больше… Он смотрел на неё такую преданную, страстную, совсем юную, не понимая, для чего к ней так липнут эти Климовы. Они словно выпивали из Киры жизнь, старались заменить её желания своими, сначала Вадим, потом Даша, что-то навязывали, пытались подавить её волю. И Грачев не хотел, чтобы за заботой об этих людях она теряла себя… Климовы просто пользовались её состраданием… Она испытывала такую тяжесть, теперь даже с Дашей с её навязчивостью и только Грачев смог все оборвать, закончить и освободить её от иллюзорных обязательств перед девочкой, навсегда. Теперь Кира носила его фамилию, она была Грачевой, была его женой, его женщиной, его любовью и то прошлое, которое ещё врывалось в их жизнь должно было полностью исчезнуть и отпустить её. Она была благодарна своему возлюбленному за то, что он делал это для неё. Грубо, жестко, несдержанно, властно…, но именно это ей и было нужно, что чувствовать себя собой, а не играть роль, которую пытались навязать другие…