Климов 1.1

Кира очнулась в постели, после её обморока Грачев сразу же вызывал личного врача и совершенно испуганный ходил по спальне, пока шел осмотр. Он понимал, что сам довел Киру до такого, довел своим выстрелом и завещанием, ему было так стыдно за эту глупость, хотя он по-прежнему чувствовал вину за то, что слил её тогда. Но Кира любила его таким, она его знала как никто другой, однако эмоции в какое-то мгновение все закрыли, он начисто потерял здравый рассудок и отрезвление пришло у самого края… Он успел отвести револьвер в сторону, словно почувствовав, что попал на патрон. - Давление подскочило, - сказал после осмотра врач: - Сейчас уже все в норме. Похоже на стресс… - он многозначительно посмотрел на выбитую в ванную комнату дверь: - Был какой-то резкий всплеск? Причина? Кира не ответила, только укрывшись шелковой простыней, повернулась набок и закрыла глаза. - Был… - вместо неё ответил Грачев, он сам проводил врача до выхода, но тот остановившись как-то недоуменно посмотрел на генерала. - Евгений Петрович, это не мое дело, но… вы стали губернатором… Не знаю, что у вас тут произошло, но если вам нужно выписать успокоительные, я мог бы… - мягко намекая Грачеву на то, что возможно произошла какая-то ссора и Кира просто попала под горячую руку, сказал врач. - Я никогда бы не причинил вред жене, это ваши фантазии и впредь держите их при себе, - открыв дверь, не слишком дружелюбно ответил Грачев. Заперев за врачом дверь, он нервно развернулся к залу и пройдя, опустил руки в карманы халата, успев переодеться до его прихода, чтоб не встречать в испачканной одежде. Вернувшись в спальню, Грачев присел на постель и Кира тут же повернулась к нему. - Ложись… - попросила она его. – Иди ко мне... - Ты знаешь… я не собирался… то есть собирался, но в револьвере был только один патрон, - опустившись на кровать, Грачев обнял Киру. – И я на него попал, но вовремя одумался, отвел руку… Я больше никогда этого не сделаю, клянусь… - Женя, я не понимаю, как ты мог подумать, что я… уйду от тебя? – она все крепче прижималась к нему, раскрыв халат на его груди, касаясь его пальцами. – Я тебя очень люблю… очень… Всего тебя… очень-очень… Чувствуя, как Кира опускает руку ниже, он перевел на неё взгляд. - Ты чего делаешь? – спросил тихо он, заметив, как она совершенно вся прижалась к нему и была ужасно возбужденна. - Ты меня так… на столе… и ещё спрашиваешь? – сорвано прошептала Кира. – Женя, я не могу успокоиться… хочу ещё… - она опустила взгляд к его поясу и запустила руку под халат. – И ты хочешь… - Ты же… тебе только что было плохо, Кира… Может ты… отдохнешь? – не смотря на то, что он ощущал, как она в нетерпении сжимает рукой его возбужденный…, спросил все же Грачев, сам же коснувшись пальцами низа её живота, скользнув ещё ниже, убеждаясь, что она слишком возбужденна, чтобы остановиться. - Мне уже хорошо, все прошло… - проговорила она, вздрогнув под его прикосновением, подавшись, сама насаживаясь на его пальцы. – Сделай же что-нибудь, пожалуйста… Я не могу ни о чем думать, я хочу чувствовать в себе твой… давай не будем ни о чем думать, Женя, сейчас… давай… - Успокойся, сейчас… - он убрал руку, опрокинув Киру на спину и накрыл её собой, глядя в её пылающее лицо, быстро дав ей желаемое, так скоро и сильно войдя внутрь, одним движением. – Ты всегда будешь со мной? Всегда? - Да, да! – застонав, выпалила Кира: - Я буду с тобой, всегда… будь ты хоть настоящим демоном, делай что хочешь, я останусь с тобой, будь кем хочешь, я твоя… только твоя… ты моя душа…- содрогаясь под его движениями, широко разведя ноги, чтобы он проник в её как можно глубже, почти кричала она. Увидев машину Климова у детдома, Степнов спустился к нему, в руке он держал молоток, все ещё занимаясь преподаванием, ему это даже стало нравится. Со Светой он общался только по работе, да и она стала больше времени проводить с Кириллом и Денисом, к тому же открыла свою студию, а Саша как-то и не пытался с ней что-то снова закрутить, наладить, понимая, что это не нужно ни ему, ни ей. Но Света была благодарна ему за то, что он вытащил её из дому, устроил в детдом, дал возможность пережить гибель Карпова и свыкнуться с мыслью, что все изменилось. А Саша просто переживал определенный период в своей жизни, Света помогла ему в этом, он увидел какую-то другую сторону – заботу, простое человеческое участие, но долго такое выдержать он не мог, ему нужно было жить на полную ногу. Он продолжал ходить по барам, встречался с разными девушками, занимался в тренажерном зале и тренировал детей, мальчикам нравился стиль его жизни, детдомовские – они нашли в нем старшего товарища… А Свету любили девочки, хотя не все, за её инфантильность, но особенно совсем маленькие, к которым она относилась с материнским участием. Выйдя из детдома, Степнов заметил, что Климов изрядно побит и не зная обо всем, что происходило с ним последнее время, Саша вполне доброжелательно пожал ему руку. - Кто это тебя так? – спросил он Вадима. - Так… люди Грачева, - как-то странно глядя на ребят, играющих на площадке, ответил Климов: - Мстит мне… и она тоже… - Мстит? Че-то я не врубаюсь, Клим, - поправив воротник своей куртки, Саня проследил за его взглядом, заметив, что тот рассматривал двух белокурых девочек лет по четырнадцать, болтающих о чем, раскачиваясь на качелях. – Так… че у тебя за ботва с Грачевым? Он, кажись, на больничном… В него же стреляли, урод Зиминой… - Это Кира… она… шалава… спит с ним, моя жена спит с этим уродом, с Грачевым, с похотливым ублюдком… Сука… и дочь забрали… Петров трахает мою дочь. Я знаю! – начиная говорить все громче, Климов сжал одну руку в кулак и тряхнул ею. - Ты это… не неси… про Петрова, ты че сдурел?! – после его слов, Саша даже как-то осекся и посмотрел на Климова как на сумасшедшего. – И Кира уже давно жена Грачева, ты че? - Она моя жена! Моя! Сука… тварь больная, она больная тварь… ложится под него… меня тошнит от этого… - схватив Степнова за куртку, Климов уставился на него и засмеялся: - Она берет у него в рот, представляешь?! У него! - Да отвали ты! – оттолкнув Климова, выпалил Степнов, замечая в нем что-то напомнившее ему об Иващуке: - Ты съехал, Вадим! - Ну ты же сам не любишь Грачева, давай его кастрируем, иначе он и твою бабу трахнет и этих… Посмотри какие они… - снова переведя взгляд на девочек, на полном серьезе говорил Климов: - Блондинки…, а эта тварь любит блондинок. А зачем ему детдом? Он приезжает сюда?! Да?! И Петрова надо кастрировать… и Зотова, Зотова точно надо! Он же тоже трахает Киру! - Таня, Валя… зайдите в помещение… - сказал девочкам быстро Саша. - Валя! Валя! – вдруг закричал Вадим, но тут же получил от Степнова кулаком в лицо. - Пошел отсюда! Лечись, Климов, иначе я тебя сам урою, понял?! Уже видел такого съехавшего и сам успокоил! Увижу возле детей пристрелю! – переводя дыхание от такого шока, выпалил Степнов. - Вы все уроды, психи! Трахаете всех! Всех! Ты спишь с Кирой, да?! И не только ты… не только… Лучший друг Грачева?! Тварь! – поднявшись с земли, вытирая лицо от крови, закричал Вадим, однако все же отошел к своему автомобилю. Степнов смотрел на него с таким ужасом, что даже не двинулся с места, чтобы ударить снова. Он не представлял, что может увидеть Климова таким. Если Иващук сходил с ума на его глазах – со временем, то Вадим появился перед Степновым уже таким, они долго не виделись и это было слишком неожиданно. Саша не хотел разбираться с ним, не хотел говорить и вникать, он уже видел пример такого безумия и до сих пор был убежден, что поступил единственно верно убив Борю. Убедившись, что Климов уехал от детдома, Саша зачерпнул рукою снег из сугроба и отер им лицо.