Климов 1.1

Немного отойдя от произошедшего Кира начала возвращаться к делам, её штаб переквалифицировался в личный пресс-центр Грачева, она готовилась к этому заранее. На пресс-центр бывшего губернатора никто и не рассчитывал, держать чужих людей было бы слишком неосмотрительно, тем более, что и такая должность на дороге не валялась и никто не упустил бы возможности вцепиться в Грачева, чтоб его сместить или сделать так, чтобы к новым выборам он не имел хороших рейтингов. Грачев продолжал отдыхать на больничном, стараясь пережить то, что едва не застрелился, хотя не столько, сколько то омерзение, которое испытывал к себе, а Кира продумывала его имидж. Думала с чего начать… размышляла над домашней фотосессией, статьей в каком-нибудь журнале… Она сидела за столом в его кабинете, задумчиво глядя на те предложения, которые ей сбросили подчиненные, но многие из них были настолько бредовыми, что Кира начинала злиться. - Участие в открытие аптеки низких цен… - усмехнулась она, удаляя документ. - Ты ещё долго? – заглянув в кабинет, спросил Грачев. – Моя любимая пчелка… - Пчелка готовит своему пасечнику сладкий мед, - окинув его взглядом, она закрыла ноутбук, затем поманив генерала к себе пальцем. - Хочешь послушать? - Очень, - ухмыльнулся он и, подойдя к столу, прислонившись, к нему напротив Киры с вожделением взглянул на неё. - Сделаем репортаж о тебе и детском доме… Ты же помог разобраться с палачами и перевел детдом на обеспечение МВД, вот… придешь, скажешь пару слов на фоне детишек… - расстегивая пояс на его брюках, произнесла Кира. – Завтра поедем в детдом, поговорим со Светой, посмотрим как там дела… - Дальше… - глядя на свои брюки и руки Киры, проговорил немного хрипло Грачев. Хотя он имел ввиду не разговоры об имидже, Кира все-таки продолжила и то и другое. - Дальше, домашняя фотосессия, любящий папочка и дедушка… с внуками, загородом, интервью для глянцевого журнала… - запустив в его брюки одну руку, произнесла она. - Мне нравится твоя идея, так и сделаем… - согласился Грачев, ощущая, как Кира уже касалась его губами. – Никогда не видел, чтобы женщины так любили секс, как ты… Да погоди ты, ну, вставай… - он взял её под руки, поднимая с кресла и быстро меняясь с ней местами – опустившись на сидение сам он пальцами отогнул полоску её белья и опустил Киру на себя. – Так лучше… - Давай куда-нибудь выберемся? В оперу… - произнесла Кира приподнимаясь на нем, ещё не потеряв окончательно контроль. - Ты же не любишь оперу… - откинувшись на спинку кресла, он забрался руками под её кофту, сжимая в ладонях её груди. – Хочешь секса в опере! - В ложе… - кивнула она с робостью. – Ну, а почему бы и нет? Это забавно… пока они будут там петь… мы… - А если нас сфотографируют журналисты? Теперь на меня будет идти настоящая охота… - начиная сам задавать темп её движениями, помогая Кире, произнес Грачев. - Значит наша интимная жизнь станет скучной и обыденной? – шутливо проговорила Кира. – Это слишком большая плата за губернаторское кресло… - Так… хочешь разнообразия? – заинтересованно спросил Грачев, Кира заметила, как загорелись его глаза. – Прямо сейчас? - А что ты можешь предложить? – она замерла, полностью опустившись на него. - Давай ускоримся и поедем… - стоило ему только сказать, как её движения – подъемы и скольжение к нему и от него, стали совершенно бешенными, Кира желала как можно скорее испытать оргазм и довести до разрядки возлюбленного, а затем поехать туда, куда он хотел. И все же Грачев хотел не только секса, сняв с неё кофту, он принялся целовать грудь Киры, а она прижимала его к себе только сильнее, накрыв ладонью затылок, постанывая и от его поцелуев и от того, как он двигался в ней, сам приближая разрядку. Ей нравилось быть сверху, впрочем, Кира все же предпочитала, когда он полностью доминировал, овладевал ею на столе или прижимал к стене, наклонял, проникая сзади… Все самое дикое и грубое, что он мог позволить – доставляло ей бешенное ни с чем не сравнимое удовольствие. Кира отдавалась ему настолько доверительно, настолько безмятежно, зная, что он сделает все, как она любит и как любит он сам. И все-таки Грачев сдержал слово и после первого захода, не став продолжать, хотя и тут же придя в возбуждение, он вызывал водителя и заставил Киру одеться… Затем обернув её плечи в длинную шубу, увел из дома и приказал водителю ехать в свою губернаторскую резиденцию. - Ты хочешь, чтобы мы… там? – спросила Кира, когда поняла, куда они едут, она провела рукой по брюкам Грачева, поднявшись к ширинке и легонько сдавила ладонь, чувствуя, как он напрягается все больше и больше. - Ты же хотела разнообразия, но учти… я буду очень груб… - усмехнулся Грачев, на что его водитель, немного недоуменно обернулся. Однако заметив, что происходит между Грачевыми, снова уставился на дорогу. А генерал откинувшись на сидение расстегнул несколько пуговиц рубашки, наблюдая за тем, как Кира возбуждает в нем безумную похоть. Она немного наклонилась вперед, заранее надев обтягивающий корсет и тугой лифчик, ткань которого так плотно охватывала её грудь, что сердце у Грачева заколотилось в каком-то странном трепете, не смотря на то, что он готов был разорвать и лифчик и корсет зубами, чтобы снова впиться в её нежную кожу. - Хочешь, чтобы я набросился на тебя здесь? – спросил через несколько минут Грачев, уже не в силах держаться, под её напором. - А ты не хочешь? – бойко забравшись на него сверху, Кира придвинулась так, что оказалась прямо над его плотно натянутой тканью брюк и опустилась, корректируя свое положение ещё более четко. Грачев даже застонал, крепко сжав её бедра руками и шумно выдохнув, с улыбкой взглянув на неё. - Не боишься, что если мы так продолжим, то… - он не договорил и подняв одну руку, оттянул корсет на её груди и заглянул на то, что под ним скрывалось. – Но я попытаюсь сдержаться, чтобы потом довести тебя до животного крика… мне это нравится… Водитель снова обернулся и Кира заметив это, не выдержала: - В чем дело? Что это за монах у нас за рулем! - Новый водитель, ещё не привык… - сказал Грачев, засмеявшись. – Если не привыкнет, сменю… - Простите, - отозвался шофер. - Я по-прежнему за секс во время езды… - сказала Кира, немного приподнявшись и снова опустившись на возлюбленного: - А ты? - Ты спрашиваешь… Может, я сейчас… - Подожди… потерпим, так даже интереснее… - деловито шепнула Кира, сама готовая в любое мгновение отогнуть ткань своего белья и расстегнуть молнию его брюк. И все же они дождались… Автомобиль остановился возле администрации, было около часу ночи, в окнах не горел свет, здание пустовало, осталась лишь охрана. Грачев нашел в себе силы подняться, хотя идти ему было совершенно неудобно, а Кира изнывала от желания так, что её трусики нуждались в хорошей сушке. «Зачем я вообще их надела», - подумала она, входя с мужем в здание. Грачева пропустили без всяких разговоров. Он провел Киру в свой кабинет и, включив свет, бросил ключи на стол. - Все, я больше не могу, - сбросив шубу, Кира опустилась на колени, расстегивая его брюки так резко, впиваясь в него губами, что Грачев даже схватился рукой за спинку стула рядом. - Стой, я хотел… - проговорил Грачев, но Кира была так неистова, она скользила языком по его стволу и опускалась ниже, не забывая проходиться по нему пальчиками, делая это так, как он любил и даже больше: - Кира, я сейчас… о черт… черт… - сжав руку крепче, через какое-то время, не в силах сдерживаться, да и не желая этого, он получил разрядку, тяжело дыша, готовый сейчас, за такое, долго-долго целовать возлюбленную и сделать все, что она только скажет. - Ну что ж, посмотрим твой кабинет… - проговорила она, поднявшись с колен через минуту и облизывая губы, прошлась к длинному столу для конференций: - Светло и довольно неплохо, но я бы повесила картину, что-то такое… уютное… Она говорила так серьезно, однако в какой-то момент ловко стащила свои кружевные розовые стринги и бросила их Грачеву, а он успел их подхватить. Прислонившись к столешнице, уперевшись в неё руками, Кира забралась на стол, и легла, подогнув одну ногу, уперевшись каблуком в лаковую поверхность. - Хочешь так разнообразить интерьер? – подходя к ней, спросил Грачев, и остановившись, закинув обе её ноги к себе на плечи, овладел ею. - Все-таки ты романтик… - чувствуя в каком бешенном ритме он проникает в неё, простонала Кира. - Нет, я не романтик… Романтики читают стихи, чтобы затащить в постель какую-нибудь дуру… - продолжая он наблюдал за тем, как вздымается грудь Киры, скованная тугим корсетом. - Но ты тоже читал мне стихи… и читаешь… - произнесла она, выгнув спину, когда он, сперва покинув полностью, резко ворвался в неё, затем приподняв и остановился, растягивая удовольствие. - На теплоходе я читал тебе стихи не для того, чтобы затащить в постель… Ну, а потом… тоже… зачем мне это, если я могу тебя и так… без стихов…. Просто мне это нравится… - сказал Грачев, затем только добавив оборотов, так что у Киры не осталось слов, она не могла говорить, только извилась на столе, прижавшись щекой к холодной столешнице переходя со стонов на крик. Но на этом они не остановились, после первого захода, Кира поднялась со стола и развернулась к нему лицом, уперевшись ладонями в столешницу, Грачев остановился позади неё, взяв неспешный ритм, теперь торопиться им было некуда. И все же они находились в такой одержимости, что просто не могли ничего говорить и только стоны, сдавленные крики и тяжелое дыхание сплетаясь с протяжными поцелуями – было единственным их разговором. Они были настолько безумным и ненасытны, что не могли остановиться, даже, чтобы немного передохнуть. Кира усадила своего губернатора на диван, стащив с него пиджак и рубашку, совершенно расстегнув его брюки, целуя его опускаясь ниже, затем снова поднимаясь и с диким взглядом, полным желания, заглядывая в его глаза. - Ещё… - просила она, прижимаясь к нему всем телом, дрожа от возбуждения. – Только… будь сверху… ты же это любишь… любишь? - Люблю… - меняясь с ней местами, опуская Киру, на этот раз добираясь до её корсета, стараясь разобраться с крючками, в то же время проникая в неё. – Это невозможно… - выдохнув, теряя терпение, не понимая, как расстегнуть корсет, Грачев просто рванул его, разорвав прямо посредине. Крючки и ленты полетели в разные стороны. Кира наблюдала за тем, как дрожат его пальцы, как он, добравшись до её груди, наконец, стал покрывать её поцелуями. - Ты не ценитель сексуального белья… - проговорила Кира, переведя взгляд на растерзанный корсет, лежащий теперь на полу. - Зато я ценитель сексуального тела моей жены… - подняв голову, Грачев накрыл губы возлюбленной поцелуем, полностью войдя в неё до упора.