Климов 1.1

Встав с постели, Кира надела халат и завязав его, взглянула на Грачева, он лежал заложив руки под голову, довольно на неё глядя. Он не собирался портить этот день какими-то своими предположениями и размышлениями о том, что будет потом… И Кира не торопила его в этом, но когда их взгляды сходились, Грачев осознавал, что все его страхи – беспочвенны, никуда бы она от него не ушла… Так не смотрела на него ни одна женщина, с такой преданностью, с такой любовью, они столько времени были вместе, после всего пережитого, от этого взгляда он все ещё чувствовал, как учащается его сердцебиение, как ему важно, чтобы эта девочка, его девочка, смотрела на него так всегда... - Почему ты не берешь купальник? – схватив её за пояс халата, Грачев заглянул под него, хотя и так знал, что Кира не надела даже обыкновенного белья. - Зачем? Я жду тебя в бассейне… не задерживайся… - произнесла она, отбросив шелковую простыню, прикрывающую его по пояс, и с интересом взглянула на него. – А что тебя так возбудило? - Это риторический вопрос? - рассмеялся он, поднимаясь с постели. Кира быстро сгребла в охапку полотенца для бассейна и со смехом выбежала из спальни, чтобы Грачев снова не завалил её на кровать. Сережа уже приготовил коктейли и выкатил столик из кухни с вином и коньяком, прибавив к этому несколько вазочек: с фруктами, своими фирменными пирожными, цукатами, и шоколадными конфетами… Кира взяв один коктейль, отправилась в бассейн, попросив Сережу открыть дверь в клуб, куда она спускалась всего пару раз за все это время. Сняв халат, она зашла в воду, оставив свой коктейль возле бортика, ей не особенно хотелось плавать, она просто ждала Грачева и он вскоре пришел, в белом махровом халате, но плавки все-таки надел. Кира подплыла к ступенькам, глядя на то, как он снимает свой халат и опустила взгляд на то, что он так старательно укладывал в свои плавки, чтобы было удобнее при ходьбе. - Может, вода тебя охладит? – в нетерпении от того, что будет дальше, произнесла Кира затем немного отплыв от лестницы, когда Грачев спустился к ней. - А ты хочешь, чтобы я охладился? – подплыв к ней, Грачев встал на дно, затем приблизив Киру к себе. - Нет, не хочу… - опустив руку под воду, она провела по ткани его плавок, скользнула пальцами по напряженному стволу, завела руку немного ниже, все это время глядя в его глаза и даже смутившись того, насколько он нагло на неё смотрел. – Ну, не смотри на меня так… - отведя взгляд, произнесла она со смущенной улыбкой. - Я тебя все ещё смущаю? – уточнил он, накрыв её руку своею, затем заставив Киру вновь взглянуть на него. - Совсем немного… - проговорила она, чувствуя, как Грачев опускает её руку под ткань плавок и как отзывается на её прикосновение его и без того затвердевший… - Может, ты уже сделаешь то, что хочешь? – поглаживая его пальцами, спросила Кира не в силах скрыть своей влюбленной улыбки, представляя, как глупо сейчас выглядит. - Значит это только я хочу? А ты – нет? – в том же духе спросил он и Кира вместе ответа закрыла ему рот поцелуем, быстро высвобождая его из плавок, чтобы он мог немедленно овладеть ею. Сама она, положив руки на его плечи, оторвавшись от дна, горя от желания, обхватывая его торс ногами, насадилась на него, начиная приподниматься и опускаться неторопливо, стараясь сдерживаться, растягивая удовольствие, не отводя взгляда, делаясь все больше одержимой… А Грачев только удерживал её, прижимая к себе, сжимая руками бедра Киры, делая так, чтобы ей было удобно, глядя на неё с такой самодовольной ухмылкой, чувствуя себя каким-то совратителем, а в ней не осталось ни тени смущения.. Но это было только самое начало… Как только они достигли того момента, когда сдерживаться не было сил, Грачев сам начал руководить её движениями, сам задавая темп, буквально поднимая её из воды с плеском, затем опуская так же резко, доходя с нею до оргазма. А после они вдвоем, в халатах, долго валялись на диване в гостиной, выпив почти сразу бутылку вина и пару коктейлей. Кира, раскрыв на нем халат, на поясе, уже довольно пьяная, забралась на него, перед этим пройдясь по его телу губами, целуя столь порывисто развязно как никогда, делая что вздумается, позабыв о том, что может приехать Зотов или Маша с близнецами вернуться, да и сам Грачев об этом не думал. - Я буду кормить тебя конфетами… - взяв вазочку, она поставила её на диван, начиная доставать оттуда по одной конфете. - Тогда я буду кормить тебя пирожными, - потянувшись за другой мисочкой, он взял шоколадное пирожное с вишневым кремом и, подняв руку, протянул его к губам Киры, с наслаждением глядя, как она откусывает небольшие кусочки. - Ну… а ты… - пытаясь все-таки скормить ему конфету, смеясь, проговорила Кира, и ей это удалось. Приподняв голову, отвлекаясь от своего занятия с пирожным, Грачев съел конфету, затем коснувшись губами её кончиков пальцев. И все же Кира была на нем сверху, оседлав его, не торопясь двигаясь на нем, едва ощутимо приподнимаясь и наклоняясь чуть вперед, когда он кормил её пирожным и это все приводило их во все большее возбуждение. Кира, словно ребенок измазалась в креме от пирожного, а Грачев – в шоколаде. Она опустилась к нему, начиная слизывать шоколад с его губ, но все закончилось безумным поцелуем, Грачев, не выдержав, поднялся, но оставляя Киру в том же положении, только прижимаясь грудью к её груди, начиная рывками двигаться в ней, скоро приходя в бешенный ритм, заставляя Киру отклониться назад. Уперевшись руками в его колени, Кира откликалась на каждое его движение, выгнув спину, чувствуя, как он бродит руками по её груди, как сжимает её пальцами, как скользит языком и закрыв глаза, она полностью отдавалась его неистовому напору. Они были так одержимы друг другом, заполняя особняк такими громкими стонами, сливаясь воедино. Под действием вина Кира совершенно обезумела от любви, желая ещё, сама набирая бешенный ритм, отклоняясь назад, затем рывком прижимаясь к нему всем телом, обхватывая руками его плечи, целуя его, опускаясь к груди и ниже, желая как можно острее ощущать его в себе, но вместе с тем и чувствовать жар его тела, пребывая в какой-то бесконечной спешке… не в силах сосредоточиться на чем-то одном. Вскоре они допили и вторую бутылку вина, на пару минут отвлекаясь, переводя дыхания, просто лежа на диване, целуясь. А коктейли, которые приготовил Сережа были ещё более пьянящими и после них Кира плохо держалась на ногах, зато стала совершенно веселой и раскрепощенной. - Иди за вином, - завязав пояс на халате Грачева, сказала она, развязно проведя языком по его груди. – А я пойду в клуб… - Ты сама-то дойдешь? – с усмешкой спросил Грачев, на что Кира спрыгнув с дивана, невозмутимо встала на ноги и отдернув свой халат, тут же пошатнувшись, упала в его объятья. - Я дойду… правда… - убежденно проговорила она, запустив свою руку под его халат: - И все-таки ты такой дурак, Грачев… ну такой дурак… Не мог раньше со мной помириться?! Целую неделю меня изводил! Какой ты вредный… - Я?! – выпалил он, с интересом глядя на неё, рассчитывая сейчас услышать какое-то откровение или рецепт того, как с ней следовало бы мириться: - И как же я должен был помириться? - Как будто ты не знаешь! Вот этим… - схватив его рукой, Кира склонилась, касаясь его губами, начиная увлекаться, хотя сейчас она и так была возбужденна до предела и только от одного его вида готова была на все: - Ну и купил бы мне ещё один кактус… или медвежонка… мишку… Но не ребенка! Я думала, ты сам ко мне придешь… ну как-нибудь ночью… - Да, я идиот… - понимая теперь, что тот способ, которым он хотел с нею помириться был бы самым действенным, вздохнул Грачев. - Неси вино… - оставив свое занятие, она легонько толкнула его в грудь руками и откинулась на спинку дивана, засмеявшись. - Как скажешь… - недовольный тем, что она не закончила того, что начала, он поднялся, запахнув халат, а Кира продолжала смеяться, глядя на то, как он выглядит в возбужденном состоянии, так и не получив разрядку. Когда он отправился в погреб, она все-таки встала и пошла в клуб, хотя её немного шатало от выпитого. Через несколько минут особняк сотрясло от такой громкой музыки, вырывавшейся из колонок, что и Грачев услышал это в погребе. Пройдясь по сцене, она взглянула на пилоны, на которых когда-то крутились стриптизерши. Спустившись в клуб за Кирой, Грачев поставил бутылку вина на столик, затем подойдя к бару достал два бокала и немного убавил музыку. - Хочешь я станцую стриптиз? – отбросив в сторону халат, спросила Кира. - И что ты снимешь? Сережки? – окинув взглядом её обнаженное тело, спросил с ухмылкой Грачев, присев в кресло он широко расставил ноги, разливая вино по бокалам. – Иди ко мне… стриптизерша… Кира послушно сошла со сцены и присела на подлокотник кресла, затем, взяв бокал с вином, она сделала несколько глотков, все-то время посматривая на Грачева, он слишком похотливо на неё смотрел, касаясь рукой внутренней стороны её бедра… - Что мне сделать? – поставив бокал, она развязала на нем халат, но Грачев просто опустил её на себя. Побыв полдня у бабушки, Маша решила показать ей и тетей с дядей, удивленным тем, что она приехала с няней и охраной на двух автомобилях, в каком особняке она теперь живет. Ей нравилось это удивление и то количество вопросов, которыми её засыпали родственники, с которыми она поддерживала теплые отношения, в какое-то мгновение позабыв, что дом принадлежит не ей с Мишей, а Грачеву. Но она жила в особняке почти год и уже была оборудована детская комната, конечно, Маша хотела переехать с Мишей в их квартиру, однако пока он ничего не предпринимал к переезду и, признаться, ей нравилась такая жизнь. Она не работала, ни о чем не думала… У детей была няня, что совсем облегчало жизнь молодой маме и все-таки ей не нравилось то, что она живет в особняке Грачева, поскольку он нажил это нечестно, ко всему и втягивал в какие-то дела Мишу. Но ей пришлось поверить в то, что последнее время Зотов исполнял поручения отца не связанные с криминалом, что Климов похитил Киру и Миша просто занимался его поисками и теперь держал Вадима в какой-то квартире, потому что в прессу не должно было попасть то, что бывший начальник округа оказался маньяком… Хотя Маше не нравилось то, что её возлюбленный удерживает психа в квартире, а не передаст его в психиатрическую лечебницу, но Зотов не рассказал ей о том, что Грачев собирается его убить. Всех подробностей Маше было знать необязательно... Да и у Маши появилось интересное дело, она снова общалась со своими знакомыми – друзьями-активистами из общества по защите природы и знала, что начинается какая-то застройка в области, где собирались вырубить лес, чтобы там построить коттеджи, что там завязаны какие-то высокопоставленные люди, а она собиралась помочь отстоять землю, решив воспользоваться тем, что является невестка губернатора… Приехав с родней в особняк, Маша зашла в дом, но, увидев пустые бутылки из-под вина, стаканы из-под коктейлей, бокалы наполненные коньяком, женские туфли и чулки у дивана, она как-то растерялась, особенно от того, как гремела музыка… Маша никогда не была в том клубе, даже не знала о его существовании, но по звуку поняла, что музыка доносится из тех дверей, которые она прежде принимала за вход в кладовку или подвал… Бабушка Маши ошарашено смотрела на женские чулки, только и спросив: - Это твои? - Нет… не мои… - передав сынишку няне, она прошла по залу, ей было так стыдно перед родственниками, особенно перед бабушкой, та не была похожа на Тату… Это была обычная старушка в зеленом платке, пенсионерка, довольно строгой морали, немного полноватая, невысокого роста, каких можно найти в любой деревне, да она и жила в Подмосковье, в своем домике. Пока Маша ходила в растерянности, узнавая у охраны, кто приехал, её тетя с дядей спустились туда где гремела музыка, из любопытства посмотреть, что же там происходит. В полумраке они разглядели только обнаженный силуэт женщины, в бешенном ритме поднимающейся на своем любовнике, вернее так они решили, приняв Киру за какую-то проститутку. Но Кира даже не заметила их, она и Грачев были уже на пределе. Загипнотизировано глядя друг на друга, они полностью отдались животной страсти, Грачев положив руки на её талию, сам приподнимал её и опускал так стремительно и сильно, что она заходилась сладострастным криком. Узнав о том, что в особняке Грачевы, Маша даже как-то разозлилась, что они не предупредили о своем визите и теперь ей так было неудобно перед своей семьей. - Да, Мария, ну и творится тут… губернатор отдыхает, сразу видно… - сказал её дядя, он был обыкновенным инженером, такого же возраста, как Грачев, но человеком семейным, не таким ухоженным и с пивным животом. - Я… не знала, что он приедет… - виновато проговорила Маша, присев на подлокотник дивана. По лестнице из клуба через несколько минут вышла Кира, она завязывала халат и собиралась набрать горячую ванную, чтобы продолжить там. Увидев какого-то мужика, старушку в полуобмороке, в то время, как тетя Маши поднялась в детскую, чтобы не видеть того разврата, который устроил губернатор с «проституткой», с нею поднялась и сама племянница, Кира дико рассмеялась после выпитого её то и дело пробивало на смех. Пройдя к столику, она подняла бокал, выпив ещё немного. - Ты кто такой, дед?! – выпалила Кира, заливаясь смехом. – Че за бабка? Вы вообще кто?! Женя! – крикнула было она, но в клубе играла музыка и он вряд ли бы услышал её. – У нас бомжи… какие-то… - Ты бы язык попридержала, шалава! Ишь ты, пьяная проститутка ещё будет на меня рот разевать! – прикрикнул на неё дядя Маши. Кира тут же влепила ему пощечину. На мгновение ей показалось, что она слишком перепила, поскольку это было слишком странно: посреди зала стоял мужик, обзывающий её – жену губернатора проституткой, ко всему и старушка так странно крестилась и что-то бормоча отплевывалась от неё словно от какого-то черта. Но тут она вспоминала встречу с Машиной мамой и все стало на свои места. - Как меня все за*бало! – толкнув ногой столик и перевернув его, выпалила Кира. – Пошел из моего дома, козел! - Из твоего дома?! Да ты кто такая?! – схватив её за воротник халата, закричал тот, на что, заметив это в дом зашел охранник и через мгновение дядя Маши лежал на полу, с наручниками на руках. Когда из клуба поднялся в зал Грачев, Кира сидела на диване, закинув ногу на ногу, глядя на родственника Маши, продолжавшего лежать на полу. А старушка сидела на другом конце дивана обмахиваясь кончиком платка. - Женя, я что похожа на проститутку?! – спросила она как-то раздраженно. - Кто эти люди… Кто называл тебя проституткой?! – закричал Грачев и когда Кира указала взглядом на мужика лежащего на полу, он приказал охраннику поднять его и с размаху ударил кулаком в лицо, отбросив к дверям. - Это родственники Маши, как я понимаю… - проговорила Кира, ей уже было не до смеха, она довольно часто слышала за полтора года жизни с Грачевым от разных людей подобные слова в свой адрес и это жутко бесило. - Вот говорила я тебе, Олежка, не надо ехать в эти бесовские хоромы, все у них тут не по-людски, - тихо произнесла бабушка Маши. - Выкинуть за территорию, шеф? – снова подняв дядю Маши на ноги, сняв с него наручники, спросил охранник. Грачев не успел ничего сказать, как из детской вышла Маша и увидев, что у её дяди разбит нос, с ужасом уставилась на своего свекра, за нею следом вышла и тетя. - Тащи всех родственников, чего так мало? – обернувшись к Маше снова засмеялась Кира, потянувшись за новой порцией коньяка. – Кто ещё не видел пьяную проститутку?! Откинувшись на спинку дивана, Кира выпила ещё коньяка и подмигнула бабушке Маши, та совсем перепугалась и отсела подальше. - Чтоб через пять минут твоих родственников здесь не было, - повернувшись к Маше, Грачев, сам прилично набравшись, посмотрел на её тетку: - Приперлись, голодранцы! Ещё и жену мою оскорбляют, че ты уставилась?! Забирай своего урода и вали! - Да! – весело воскликнула Кира. – Женя, ты лучший! - Евгений Петрович, это вообще-то мои родственники, почему вы так с ними говорите?! Как вы можете?! – выпалила Маша, шокировано на него уставившись. - Жена?! Это?! – глядя на пьяную блондинку с мокрыми после бассейна волосами, фривольно откинувшуюся на диване, допивающую коньяк, прокричал дядя Маши, вытирая кровь с разбитого носа: - Хотя… для таких… типично… Не выдержав, Грачев схватил его за воротник куртки и открыв дверь, выбросил на улицу. Слетев со ступенек дядя Маши уткнулся лбом прямо в асфальтированную дорожку немного припорошенную снегом. - Не смейте бить моего мужа! – выпалила тетя Маши, затем бросившись поднимать его. Поднявшись с дивана, Кира ухватилась за плечо мужа, чтобы не упасть и снова подмигнула старушке. - Правильно пусть валят из нашего дома, - продолжая смеяться, проговорила Кира: - Ну а эта бабуля пусть остается, она забавная… Женька, пойдем в спальню… - Ну девка… вот дает… жена губернаторская… стыдобищая какая… - пробормотала старушка, глядя на то, как нагло Кира прижимается бедром к Грачеву. - Да я вообще такая зверская путана… в своем доме занимаюсь сексом со своим мужем… как меня земля носит... – с пьяной улыбкой проговорила Кира, эта семейка начинала в самом деле её забавлять. - Клоуны… - оглянувшись к окну, увидев, как охрана выволакивает дядю Маши, грозившего им кулаком, произнес Грачев, затем подхватив Киру на руки, понес её к лестнице. Маша растерянно смотрела на все это, она с ужасом представляла, что теперь скажут о ней её родственники, не только дядя с тетей, но и остальные, кому они непременно бы рассказали о том, что видели в особняке. Через минуту она нервно вздрогнула от того, что из спальни Грачевых донесся смех Киры, а вместе с ней рассмеялся и сам губернатор.