Климов 1.1

Вечером Кира лежала в ванной, в полумраке, выключив свет, расставив ароматические свечи, одна… Грачеву пришлось отвлечься от отдыха, он был в кабинете, говорил с кем-то по Скайпу, с одним из своих заместителей, какое-то срочное дело, а Кира уже все успела уладить с Ермоловым-старшим, объяснив, что Дмитрий вел себя по-хамски, затеял драку и получил по заслугам, почему-то олигарх сразу же поверил в то, что вины самого губернатора в этом нет и даже засобирался на днях приехать… Кира сама попросила Грачева запереть дверь на ключ, когда он выходил из спальни, чтобы бабушка не зашла со своими навязчивыми речами. Она просто не знала, что ей отвечать… Бабушка всегда была ей другом, хотя и не слишком вникала в жизнь внучки, но помогла и взяла на воспитание, в этом Кира чувствовала себя ей обязанной, хотя и не собиралась извиняться за резкость в зале. Кира боялась, что бабушка вспомнит ей снова, как забрала её, как воспитывала, тратила деньги, это было в манере Таты, когда кончались аргументы. И тогда Кира почему-то невольно чувствовала себя так ужасно, не хотела спорить, предпочитая смириться… Но сейчас она не хотела смирения, однако и не была уверенна, что сможет вот так запросто послать её к черту, все же их связывало родство. Однако, что-то внутри протестовало против влияния бабушки, не только сейчас, но и от самого её приезда… Кира изменилась, она не хотела ни с кем больше связывать свою жизнь, охладела ко всем, кроме Грачева… Только он был важен, а Тата… к ней она испытывала благодарность за те семь лет, когда они жили вместе и это ещё держало её… «Девять лет назад. Питер. Кира сидела за кухонным столом, глядя на пакетик с клофелином, который должна была подсыпать в чай Нефедову, убить, отомстить за гибель родителей. Тата сама дала ей клофелин, сказала, что так будет лучше, что только тогда исчезнут призраки прошлого, будет утолена жажда мести. Кира согласилась… Ей было как-то не по себе от того, что она сделает, но особенного страха Кира не испытывала, только опасалась наказания – если кто-то заподозрит её в убийстве. - Таточка, я вот думаю… как дальше… что мне делать, хотела пойти в наш актерский, в питерский… - задумчиво проговорила она, затем подняв глаза на бабушку, наливавшую в бокалы ром. - Тебе надо уехать в другой город, в Москву, а там поступай куда хочешь… - сказала Тата и Кира изумленно подняла на неё взгляд. - Что? Уехать? Одной? – переспросила Кира, когда бабушка поставила перед нею бокал с ромом и сама села за стол. – Я не знаю, не думала… - Кирюша, ты уже взрослая девочка, сможешь о себе позаботиться, найдешь себе мужчину… - взяв внучку за руку, произнесла убедительно Тата. - Ты хочешь, чтобы я уехала? – мрачно спросила Кира, взяв бокал, сделав несколько глотков рома. - Так будет лучше, ты должна начать жить своей жизнью, учиться, что-то делать, зарабатывать деньги… - проговорила женщина, на что Кира поднялась из-за стола, отойдя к окну вместе с бокалом. - Я хотела остаться здесь, с тобой… - уже как-то холодно произнесла Кира. – Мне тут нравится и… я привыкла и… Но ты права, я уеду… как можно скорее. Вылив ром в раковину Кира вышла из дома. Лето только начиналось, только прозвенел последний звонок, Кира стояла на пороге новой жизни, но вместе с тем, после разговора с бабушкой ей стало жутковато, так, словно она… просто была выброшена на улицу…. Хотя и квартира у неё была и продав её она собиралась купить достойное жилье в Москве, а это было уже не мало. Но, тем не менее, Кира ощущала страх и ей не от кого было ждать защиты… Она вышла со двора, пройдя по улице, одна… друзей у неё не было, ей вообще казалось, что если бы она вдруг исчезла, пропала… то никто бы не заметил, хотя, разумеется, это было не так. Пройдя в парк, Кира села на скамейку и опустив голову, закрыла лицо руками». Закончив разговор со своим заместителем, Грачев спустился вниз, кровь от паркета уже оттерли, он прошел в кухню, взяв пирожных, положив их на тарелку, затем взял две чашки налив в одну кофе – для Киры, в другую – чай, для себя. Положив все на поднос, он вышел из кухни, пройдя через гостиную, увидев свою тещу. - Женя, а ты не хочешь извиниться? – спросила она. Поставив поднос на журнальный столик, он недоуменно посмотрел на женщину. - С какой это стати? Ты думаешь, я не понимаю, что ты затеяла? – больше не переходя с нею на «вы», заговорил Грачев. – Я тебе что сказал? Не лезь в нашу с Кирой жизнь… Так какого дьявола ты лезешь?! - Ты просто используешь мою внучку, ты держишь её возле себя сексом, а ты не думал, что такое количество его вредно для здоровья молодой девушки? – решив надавить хотя бы на это, сказала Тата. - За идиота меня держать не надо. Я прекрасно знаю врача Киры, в отличии от вас… и такого бреда он мне не говорил, все ясно? Я все знаю о своей жене, что ей вредно и что полезно, так что хватит пытаться на меня повлиять, - подойдя к женщине, Грачев как-то совсем неприятно посмотрел на неё так, что Тата отступила. - Это уже совсем ненормально, что ты суешь везде свой нос, даже в такие вещи! Ты что больной?! – выпалила она, от такого тотального контроля, который он взял над Кирой, ей становилось все более жутко. – Тебе голову надо лечить, Грачев! - Это мне-то голову лечить надо? Ты какого хрена сегодня к нам лезла, коза престарелая? Совсем мозги отключились? Ещё и извиняться перед тобой, ты, сука, не забывай, что в моем доме! И здесь все будет так, как решу я, понятно? – схватив её за воротник кофты, зло проскрежетал Грачев: - Ты меня поняла?! - Ты угрожаешь? – спокойно уточнила Тата. - Угрожаешь… - усмехнулся он: - Да я с трудом сдерживаюсь, чтоб тебя не придушить… Скажи спасибо, что ты бабка Киры, иначе бы давно уже… Кира тебя пошлет к черту, я об этом позабочусь… - Хочешь рассорить меня с внучкой… Не боишься, что она бросит тебя, когда поймет, на что ты её толкаешь и что сам манипулируешь ею? – спросила женщина. - Наивная…, да ты даже понятия не имеешь, с каким огнем играешь… - взяв поднос, он поднялся по ступенькам наверх, затем открыв дверь ключом, скрывшись в спальне. Достав из кармана диктофон, Тата села в кресло, с усмешкой посмотрев на лестницу. Оставив поднос в спальне, Грачев зашел в ванную. Кира как-то рассеянно взглянула на него, пребывая в своих мыслях, воспоминаниях… В её глазах он увидел какую-то загнанность, что-то тяжелое её изводило, не давало покоя, но Кира хотела сама в этом разобраться, не желая втягивать его в свой личный конфликт с бабушкой, опасаясь, как это бы ни отразилось на его здоровье, даже не подозревая о том, насколько далеко сам Грачев зашел в своем противостоянии с Татой…