Климов 1.1

Успокоившись, обрадованная новостью о том, что оба её генерала все же строят для неё домик на берегу моря, как она и мечтала, Кира совсем подобрела и повеселела. Она так хотела спокойно пожить с самыми близкими и дорогими мужчинами, с детьми, чтобы не было поблизости ни Маши, ни кого либо, кто бы посмел влезть в их жизнь. Стоя у зеркала, надев до неприличия короткое платье, которое купил её Грачев, Кира уложила волосы в высокую прическу. Грачев помог ей надеть золотую тиару, а Петров застегнул на её шее цепочку с бриллиантовой подвеской. Оба генерала были в черных смокингах, развернувшись к ним, набросив на плечи вишневую шелковую шаль, Кира обула лаковые туфли в тон. - Я готова… - взглянув на своих генералов, пребывая в таком веселом настроении, не скрывая восторга, который они в ней вызывали, она добавила: - Какие же вы все-таки красавцы…, мои принцы… - Лимузин у подъезда, принцесса, - протянув к ней руку, произнес Грачев. - А какого цвета? – взяв Грачева под руку, спросила она. - Белый, принцесса, - ответил Петров, так возбужденно на неё глядя. Кира взяла под руку и его, вместе они вышли из квартиры, войдя в лифт. Кира сама уже начинала заводиться от того, что с обеих сторон от неё стояли чертовски привлекательные генералы. У лимузина ждал проверенный человек – водитель, но когда Кира, держа под руки Грачева и Петрова вышла на улицу, они попали в объектив фотографа, впрочем, эти фото ничего не доказывали и никак не компрометировали ни начальника московской полиции, ни уж тем более губернатора, впрочем, и папарацци снимал не для прессы. Сев между своими любимыми генералами, Кира откинулась на спинку сидения, ощутив, как Грачев прошелся ладонью по её ножке, залезая под юбку. - Может, дождемся окончания первого акта? – проговорила Кира, её глаза так азартно засверкали. - Ну, чтобы окончить первый акт, его же надо начать… - отогнув полоску её белья, думая совершенно не о спектакле, проговорил опьяненный её видом Грачев. - Я не том акте… - не сопротивляясь, произнесла с ведьминский улыбкой она, откинувшись на колени Петрова, она легла на сидение, закинув одну ногу на спинку сидения, другую поставив на пол, от такого вида, который открылся ему, у Грачева пересохло в горле. - Ты что-то сказала? – переспросил он, глядя на неё, как мальчишка на пломбир. - Будешь только смотреть? – сбросив туфельку, Кира провела ногой по его поясу, остановившись между его ног. – В каком там все напряжении, мой генерал… Подняв перегородку, закрывающую от них кабину водителя, Грачев стащил с Киры белье. Склонившись к ней, он задрал её платье до талии, и Кира ощутила, как он начал целовать её, проходясь пальцами по внутренней стороне её бедер. Кира начала утопать в таком необыкновенном экстазе, истекая от возбуждения, чувствуя, как Грачев проникает в неё языком, сама едва не лишаясь чувств от столь сладострастной истомы, охватившей её. Протянув руку к Петрову, она заставила его наклониться, поцеловав, пылая желанием, Кира едва дыша, приподнялась, углубляя поцелуй, а он, заведя ладонь со стороны декольте, через все платье, к низу её живота, только прибавил остроты. Они быстро доехали до театра, однако Кира уже не хотела выходить из машины, впрочем, в любое время могла увлечь своих генералов обратно в лимузин, да и на людях, хоть и в отдельной ложе это было как-то особенно возбуждающе. Приняв нормальное положение, она взглянула на брюки Грачева и Петрова, ей не нужно было даже прикасаться, все было видно и так… - Пойдемте на спектакль? – спросила Кира. - А как же первый акт? – томно на неё взглянув, Грачев помог возлюбленной поправить платье. - Ну, мы продолжим… чуть позже… - проведя ладонью по его ноге, ответила она. – После твоего «Отелло», а почему ты выбрал этот спектакль? - Там было ещё что-то современное, но… я не люблю… - все упорнее снова пробираясь рукой по её бедру выше, сказал он. - Женька, это тоже современная трактовка… - развеселилась Кира. – Там либо Отелло и Яго гомосексуалисты, либо Дездемона лесбиянка… или все голые… - Гомосексуалисты? – переспросил Петров, отыскав трусики Киры, он принялся помогать её надевать их, вернее делал это сам, не удержавшись, пройдясь пальцами по её… - Серьезно? – озадаченно взглянув на Киру, пробормотал Грачев, после балета с Ермоловыми, не посетив ни одного спектакля, да и когда он с нею был в театре прежде, даже не смотрел на сцену. - Ну, да… - достав из его кармана билеты, Кира даже заметила два предупреждения. – Вот же… современная трактовка, сцены эротического и гомосексуального содержания… я была права… - Не люблю этих… - отозвался Петров. – Мужики с мужиками… - Палыч, ты че сексист? Или гомофоб? – развеселился Грачев, хотя ему и саму как-то не хотелось смотреть на подобное. - А ты как будто их любишь? – спросил Петров, с ехидством добавив: - Климов, кстати, в дурдоме на тебе помешался, хочет тебе… - Фу! Блядь! - не выдержав, выпалил Грачев, его даже передернуло при мысли о том, что там хотел с ним сделать Климов, да и насчет спектакля он уже не был так толерантен, прибавив: - Долбанные гомосеки! Извини, Кира… Она и сама так ошарашено посмотрела на Петрова. - Чувствую, весело будет… - пробормотала она, хлопнув обоих генералов по коленям и открыв дверцу, выбралась из лимузина первой. Грачев с Петровым, уставившись друг на друга, тут же вышли следом за возлюбленной. Зайдя в театр, в фойе, Кира с генералами, столкнулась с Ермоловым-старшим, впрочем, теперь уже с единственным, он пришел с какой-то девицей, в зеленом костюме, напоминая попугая. - Еб твою мать, губернатор! – увидев Грачева, закричал через все фойе олигарх. – Тоже на негра пришел посмотреть? - Да… - тихо произнес Грачев. – Весело… - О! И товарищ генерал… Какая компания! – подойдя к ним, Ермолов приятельски толкнул Петрова в плечо. – Настену мою шлепнул, охуенный мужик! А я нихуя не при делах, это все юсуповщина, Гришку грохнули… А тебя как зовут, запамятовал?! - Григорий Павлович… - проговорил смешанно тот, глядя, как довольно ухмыляется Грачев. – Какого Гришку? - Пиздатое совпадение! – крякнул Ермолов. - Че, за Гришку отомстил, Григорий Палыч? Въебашил моей Настене, да там и мозгов-то немного было... Гришка Распутин, пидарасов не любил! Кира, обняв Грачева за руку, залилась смехом, уткнувшись в его плечо. - Григорий Павлович, пойдемте в ложу, - чувствуя, что сейчас Петров совсем растеряется, Грачев решил вмешаться. - Пойдемте, Евгений Петрович…- быстро кивнул Петров. - Жека, а может наебнем водяры, Настену помянем и уебана моего, всю семейку укокошили, хоть в охрану вас нанимай, они ж меня самого ебануть хотели, прикинь?! – посетовал Ермолов, схватив Грачева за пуговицу на пиджаке. – А я мопсу все отписал, нихуево, да? Мопс, сука, сдох позавчера, я урыдался! Бухаю по мопсу третий день… - Сочувствую, - отцепив его толстые пальцы от пуговицы, проговорил Грачев. – Нам пора. - Охуенное платье! – окинув Киру взглядом, Ермолов подмигнул ей. - Спасибо, - утаскивая своих генералов к лестнице, кивнула Кира, изо всех сил сдерживаясь, чтоб не засмеяться вслух. - Пошли в буфет! Хочу жрать! – потянув свою подругу к другой лестнице, на все фойе заявил Ермолов так громко, что все, кто был в помещении обернулись на него. – Да, хочу жрать, вы че не жрете сами? Ебанный народ! – с недоумением поглядев на людей, хмыкнул он.