Климов 1.1

Ночью, проснувшись часу в третьем, Петров заметив полоску света через приоткрытую дверь и не отыскав Киру рядом, поднялся, надев халат. Грачев спал, он и сам не слышал, как Кира вышла из спальни, а она сидела на диване, доедая торт, понимая, что зря сказала о том, что было в детстве, оба генерала были настолько поражены её словами, что весь вечер так странно на неё смотрели. - Хочешь торт? Ещё осталось… - подняв голову, увидев Петрова, предложила она. - Нет, а ты… почему не спишь? – присев рядом с нею, спросил он. - Так, не спится… - положив блюдце с тортом на подоконник, Кира серьезно на него посмотрела. – Я утром помогу тебе вещи собирать… Поедешь к нам…- коснувшись пальцами его подбородка, она снова заметила в его взгляде то, что было и за столом, так смотрел на неё тогда и Грачев. – Не надо меня жалеть… - Да я и не жалею… просто… Как-то… Не знал, что у тебя было так… Хотя Женя не любит твою бабушку, но… - он замолчал, когда Кира отвела взгляд в сторону, понимая, что ей неприятны разговоры о прошлом в таком свете. - Она не такая уж и плохая была раньше, до того, как стала вмешиваться в мою жизнь, есть люди и похуже… - положив голову на его колени, она взглянула на него снизу вверх. – Ведь Тата могла меня не брать к себе, оставила бы в детдоме, но не сделала этого… На это Петров ничего не сказал, но такое оправдание ему не понравилось, Кира пыталась как-то сгладить это впечатление от того, что рассказала, как умела, но выходило все наоборот. Хотя он на посту мэра Лесного и до этого на службе повидал разных родителей, опекунов, по началу все шокировало, а потом становилось привычным, впрочем, было и такое с чем невозможно было смириться, но тут речь шла о Кире, о её прошлом и он не мог реагировать на это спокойно или отрешенно и ему совершенно не нравилась её бабушка. Утром Кира проснулась от шума воды в душе, Петров ушел раньше – на службу, чтобы узнать, как проходит операция по задержанию уже выявленных похитителей и выходу на их бордели, если таковые находились в городе или в области. Выбравшись из кровати, она зашла в ванную и распахнула кабинку душевой, с интересом взглянув на Грачева. - Развлекаешься без меня? – спросила она, проходя внутрь. - Не хотел тебя будить… - рывком прижав её к себе, с нежностью на неё глядя, произнес Грачев. – Но если ты уже не спишь, то… Можем разлечься вместе, милая… - Да, а что ты мне можешь предложить? У меня большие запросы… - прижавшись к нему, Кира с улыбкой скользнула рукой вниз. – Или тебе веселее без меня здесь? - Без тебя совсем невесело… - подхватив её, прижав к стенке душевой, он рывком приподнял Киру, затем опустив так быстро, что она даже вскрикнула. - Как мне это нравится…, - положив руки на его плечи, она начала приподниматься, прислонившись затылком к стенке душевой, однако Грачев сам принялся так сильно насаживать Киру на себя, рывками, зная, что это она любит ещё больше. Остановившись на мгновение, он выключил воду и продолжил настолько порывисто, что Кира, только обвив его шею руками, вся прижалась к нему, оттолкнувшись от стенки кабинки, впившись в его губы так сильно, голодно, выпивая из него каждый поцелуй, словно амброзию бессмертия. Они вдвоем впадали в столь безумное состояние, утратив контроль, Кира исходилась такими сладострастными криками, смешивающимися с его стонами, настолько обострились их ощущения. Она не могла даже прервать поцелуй, даже когда перехватывало дыхание, и Кира, и Грачев задыхались от накатившего желания, настолько завладевшего ими. Открыв дверцу душевой, Грачев вынес Киру из ванной, не прерываясь, она по-прежнему была в его руках, плотно обхватывая его внутри мышцами, и всякое его движение побуждало в ней все более сильные волны возбуждения, накрывавшего её все больше. - Детка, что ты со мной делаешь… - простонал Грачев, совершенно не контролируя себя, с такой силой, полностью подчинившись инстинктам, но, не дав ей ничего сказать в ответ, закрыл ей рот поцелуем, продолжая все сильнее двигаться в ней, выходя почти до конца и врываясь с таким размахом, что она только содрогалась, приподнимая бедра навстречу. Дойдя до оргазма почти одновременно, не прерываясь, а только все больше ускоряясь, они словно в лихорадке смотрели друг на друга. Грачев ощутил мгновенный прилив крови, возбуждение нарастало столь стремительно, Кира цеплялась в него руками, так одичало целуя его, срываясь, касаясь губами его плеча, груди… - Сейчас придет Гриша…, а мы тут… с ума сходим… - прошептала она, запрокинув голову, чувствуя, как Грачев сам, опустив голову, впивается в её грудь. – Женя…. Женя… мой любимый… - Ничего, присоединится к нам… - на мгновение, оторвавшись от Киры, он повернул её на живот и, пройдясь руками по её спине и ягодицам, подложив подушку, вновь накрыл собою, проникнув и тут же взяв частый ритм, заставляя возлюбленную почти сразу испытать оргазм, но на этом не остановившись… Снова и снова они набрасывались друг на друга и продолжали бы так до полного изнеможения, если бы Грачеву не позвонили из администрации, его больничный превращался в черт знает что, он постоянно должен был куда-то ездить… и это его так раздражало. И теперь вызывали на совещание, где-то в области сломалась водонапорная башня, а сейчас как раз был сезон полива, а это было существенное ЧП и он должен был срочно приехать. - Жень, ну… не уезжай… Я хочу с тобой побыть… и ты… сам в таком состоянии… - сев на постели, она обхватила его торс руками. – Я так тебя хочу… - Я возьму отпуск на месяц, обещаю…- обернувшись к ней, надев брюки, виновато проговорил Грачев. – Прости, милая… Сейчас Петров придет… - Но я хочу тебя…, ну а Гриша мог бы присоединиться, ты сам сказал… Жень, мне нужны вы оба… не надо спихивать меня на Петрова… я его люблю, но ты… - отпустив его, Кира легла на постель. - Милая, я понимаю… Я просто глупость сказал, черт… - чувствуя себя последним кретином, Грачев склонился к ней, замечая, что Кира все же немного обиженна, впрочем, и она знала, что ему все равно придется уехать. Поезжай… - тихо сказала она. – Только про отпуск не забудь, ты обещал…