Климов 1.1

Ницца Закончив с уборкой в спальне, приняв душ и пообедав, генералы с Кирой решили просто прогуляться по городу, в музеи они больше не ходили, но отправились в художественную лавку, чтобы купить подарок Свете. Кира надела шляпку от солнца и короткое шелковое платье, она выбрала Свете несколько хороших дорогих альбомов с прочной бумагой для пастели и сангины, закрепители и огромный набор масляных профессиональных красок и кисточек, каких не было в Москве. - А ещё можно зайти в книжный и купить какой-нибудь альбом по живописи… - сказала она, обернувшись к генералам, выходя из лавки. - Пошли, - согласился Грачев, ему нравилось бродить с нею по магазинам. - Кира, а ты не хочешь в ювелирный бутик? – спросил Петров, указав взглядом на вывеску магазина через дорогу. - Нет, - качнув головой, ответила Кира с улыбкой. – Но если ты хочешь мне что-то купить, я не откажусь от мороженого. - Тогда идите в книжный, а я найду мороженое, - притянув Киру к себе и поцеловав её губы, на мгновение задержавшись, заглянув в глаза возлюбленной, Петров отпустил её. Зайдя в книжный с Грачевым, Кира отправилась в художественную секцию, однако альбомы оказались такими огромными и увесистыми, что она с трудом смогла их листать, удерживая в одной руке, прижав к груди. - Давай я подержу, детка, - подхватив альбом с репродукциями Тулуз-Лотрека и Ренуара, проговорил Грачев, столкнувшись с её взглядом. - Помнишь, как мы столкнулись с тобой в книжном тогда? – спросила немного печально Кира, ей было стыдно за то, как она тогда себя вела. – И ты ушел… - Но ты мне позвонила, и мы встретились в другом магазине и в примерочной… - произнес он тихо, затем отложив альбом, заключил Киру в объятья. – Я тебя люблю, милая.… Забудь о том, что было… - Не забуду… - вздохнув, она прижалась к нему всем телом. – Как же я тебя люблю, Женя, как люблю… Ты самый лучший на свете, слышишь? - Кира, я хотел с тобою посоветоваться, - присев с нею на ступеньку у книжных стеллажей, он снял с неё шляпку. – Ты же знаешь, я не хочу детей и ты не хочешь… нам это не нужно, но… к близнецам мы с тобой так привязались, ну какой с Миши отец, ему наплевать на них… - Мы их усыновим… - оборвав его, взяв за руки, тут же произнесла Кира. – В них течет твоя кровь, я их люблю, Алинка считает нас своими родителями, Паша называет меня мамой, он и тебя папой назовет, вот увидишь… - Спасибо, родная, - обняв Киру, так растрогавшись, проговорил тихо Грачев. – Ты меня… так понимаешь…, я тебя безумно люблю, девочка моя... Ну, что мне сделать для тебя? Я так хочу что-нибудь сделать…. - А мне ничего не нужно… у меня прекрасный муж… и я счастлива, а ещё есть Гриша и близнецы, ну посмотри, у нас такая большая семья... – с нежною улыбкой ответила Кира. – А ещё знаешь…, так не хочется возвращаться из отпуска… - Мне тоже не хочется, но у нас ещё целых три недели… Какой альбом возьмем? Мне вот этот нравится… - указав на увесистый том с обнаженной девушкой, призывно стоящей на коленях, на обложке. - Ну, кто бы сомневался… Это Тулуз-Лотрек, постимпрессионизм… - проговорила Кира чуть засмеявшись. – У него много таких откровенных вещей… В детстве я все эти альбомы листала вместо сказок… Они были повсюду, мои родители были же искусствоведами и у нас была огромная коллекция… Мне нравились такие яркие картины… как «Мавританский танец»… А потом я не знаю, куда делись эти альбомы… Тата, кажется все продала… всю библиотеку…. Моему отцу было бы сейчас сорок девять, а маме сорок шесть… они познакомились, когда мама училась на первом курсе… - Выходит я старше твоего отца… - усмехнулся Грачев, крепче прижимая к себе Киру. – Интересно, а как бы твои родители отнеслись к тому, как мы живем… - Не знаю… Но даже если бы критично… мне было бы все равно… Мне так хорошо, нам так хорошо… - поглядев на него, Кира накрыла губы Грачева таким чувственным поцелуем. Выйдя из магазина с Грачевым, державшим в руках тот самый альбом с картиной Тулуз-Лотрека на обложке, Кира увидела, как Петров уже переходил улицу с шоколадным эскимо в руке. - Держи, милая, - передав мороженое Кире, он перевел взгляд на альбом, а затем и на Грачева: - Альбом выбирали по обложке? - Ну, поза же хорошая… К тому же ты сегодня Киру в этой позе… - ехидно проговорил Грачев. - Поза хорошая, - разворачивая эскимо, согласилась Кира. – Но лучше стоя и наклонившись… - Мы обсуждаем посреди улицы секс…. – заметил Петров, оглянувшись по сторонам. – А мне нравится сидя и… - Ну, это я знаю… - развеселилась Кира, проведя языком по шоколадной глазури, которой был покрыт ванильный пломбир. – А как ещё? - Да… как ещё? – с любопытством взглянул на Петрова Грачев, и они втроем пошли по улице. Вздохнув, Петров посмотрел на них, понимая, что хоть они и были на улице, но это не смущало ни Киру, ни Грачева, и ему в любом случае пришлось бы отвечать. Хотя о некоторых позах он немного побаивался говорить Кире, не зная, как она на это отреагирует, поскольку с Верой это никогда не проходило, и он считал, что это не нравится большинству женщин. - Вообще мне нравится… стоя и чтобы сзади… - не зная как описать и к тому же жутко сконфуженно начал Петров, на что Кира остановилась, так изумленно на него посмотрев, что он испугался. – Я не… никогда не буду этого… - Почему не будешь? – недоуменно спросила Кира. - Все эти твои принципы дурацкие… - проговорил Грачев, с досадой взглянув на Петрова. – А мы с Кирой так делали… отличная поза… - Ну…, просто я не настаиваю… Но не отказался бы… - совершенно запутавшись пробормотал Петров. - Да… поза классная… - улыбнулась Кира, переглянувшись с Грачевым. – Надо будет повторить… - затем переведя взгляд на Петрова, окинув его таким возбужденным взглядом, добавила: - Прижмешь меня к стене и возьмешь сзади… ты же так хочешь? - А ты... точно так хочешь? – с опаской спросил Петров. - Хочу… - откусив кусочек пломбира, Кира довольно усмехнулась, затем взглянув на Грачева. – Очень хочу… - Мы так и не занялись сексом из-за потопа… - проговорил Грачев, так похотливо глядя на Киру, уже начиная представлять то, как он прижмет её к стене. – Черт я теперь тоже хочу в этой позе… Палыч, ты просто сексуальный агрессор, я теперь ни о чем думать не могу! - Я сексуальный агрессор?! – ошарашено выпалил Петров. - И я теперь тоже хочу… - призналась Кира и, заметив в паре шагов открытое кафе, прибавила: - Пойдемте, присядем… - Видишь, из-за тебя все хотят секса… - ухмыльнулся Грачев, толкнув друга в плечо. – Агрессор! И с чего ты взял, что Кира не захочет в этой позе? - Просто некоторые женщины… - потупившись, заговорил Петров. - Все, можешь не продолжать… Некоторые это Вера… - закатив глаза, Грачев махнул рукой и подойдя к выбранному Кирой столику, положил на свободный стул альбом. - Зайдем ещё в пару детских магазинчиков посмотрим что-нибудь для близнецов, - взяв меню, чтобы заказать холодного сока, проговорила Кира. - Надо только узнать, где они тут есть… - опустившись на стул, согласился Грачев. - Смотри, как на Киру вон тот дед смотрит, - присев на стул с другой стороны столика, заметил Петров. - Где? – проследив за его взглядом, насторожился Грачев. И в самом деле за столиком неподалеку сидел мужчина лет семидесяти пяти, полностью седой, полноватый, невысокого роста, в темно-серых брюках на подтяжках и цветастой рубашке с коротким рукавом. Мужчина читал газету, с кончика носа его свисали круглые очки в тонкой серебряной оправе, он чем-то походил на Санта-Клауса, особенно своей густой белой аккуратной бородкой. Отложив газету, мужчина посмотрел на генералов и снова на Киру, а она, выглянув из-за меню, махнула ему рукой. - Это мой дедушка! – воскликнула она. – Мальчики, вы должны с ним познакомиться… - Муж твоей бабки? – переспросил Петров. - Он от неё сбежал… - объяснила Кира. – Только три года протянул… - Нормальный мужик… - резонно заметил Грачев, поднявшись из-за стола, когда дедушка Киры направился к ним.