Климов 1.1

Москва. В последние дни Степнов, одержимый идеей вытащить Климова из психиатрической лечебницы, стал часто туда приезжать, он не заходил внутрь присматриваясь к тому, как она охраняется… Все было очень прочно – колючая проволока, ток, который пускали по ней, как только стемнеет, постоянная охрана, человек десять – они ходили по периметру, имея не только дубинки и электро-шокеры, но и оружие… В лечебнице содержались опасные психи, которые не редко оказывались здесь за жесточайшие убийства на почве психических расстройств, их нельзя было отправить в обычную колонию, потому и избирались такие места заключения, где подобные элементы находились под постоянным надзором, в закрытых палатах и смирительных рубашках, под сильнодействующими препаратами. Пробраться в такое место, чтобы похитить психа было невозможно, тем более что и санитары, которые дежурили по ночам, были крепкими ребятами, им приходилось порой заниматься буйными пациентами и отправься в психушку Степнов один – ему бы хорошо досталось… Спустя пару дней после начала слежки, Саша даже не заметил, так увлекшись, что за ним самим следят. Однако те, кто следил за ним, не собирались этим ограничиться, двое – представившись ему полицейскими, не предъявляя никаких обвинений, надели на его руки наручники и повели не в отдел, а в саму лечебницу. - Да какого черта? Что происходит? – выпалил он, когда его втолкнули в палату, где содержался Климов. Вадим сидел на кровати, держа в руке пластиковую тарелку с какой-то кашей, и ковырял в ней такой же пластиковой ложкой. - Без варенья, опять без варенья! – закричал он, метнув злой взгляд на Степнова. – Ты принес варенье? - Какое варенье? – недоуменно переспросил Саша. Вздохнув, Климов поднялся с постели и подошел к Степнову с тарелкой. - Смотри! – крикнул он, указав в угол, а когда Саша развернулся туда, надел на его голову тарелку с кашей. – Ты тупой! Я – генерал Евгений! - Ты че, Вадим?! – шокировано выпалил Степнов, сбив с головы тарелку. - Я Вадим…. Вадим-Евгений! – отойдя от него, словно бы утратив интерес, пробормотал себе под нос Климов.- Ни лося, ни варенья… ничего! И как? Как мне идти в лес?! Лосик с тобой? Нет, он его выкинул или забрал себе… Петров забрал лося, в нем была моя сила…, ты понимаешь? - Нет… - вытерев лицо от вязкой каши, стекавшей с головы, Саша приблизился к нему, не понимая, что нашло на Вадима. – Какой лось? - Лосик! – взмахнув руками, раздраженно выпалил Вадим. – Мой лось! Он мой-мой-мой! Петров похитил его! Забрал… себе! А я все знаю о нем… Он трахает мою жену! Во всех позах, а мне они ничего не показывают, эти мерзкие позы и она берет у них в рот, у обоих… у Грачева… берет в рот! А ты видел его член?! Я видел! – с гордостью добавил он. – У Петрова тоже, наверное, большой! Он его в неё сует и в рот тоже, тоже… в рот! Как иначе, она же мерзкая потаскуха! Потаскуха… как ты! – схватив Степнова за грудки и, встряхнув, заорал Вадим: - Ты потаскуха! - Да отвали! Ты че вообще?! – оттолкнув от себя Климова, не понимая, отчего в нем вдруг произошли такие перемены, Степнов отступил к двери, но она была заперта. – Ты же был нормальным, Вадим! - Эти похабные позы… они как животные сношаются и кричат…. Это отвратительно, - словно бы и не услышав его, продолжал бормотать Вадим, поднявшись с пола и уходя вглубь палаты. – Она шлюха… ползает перед ними и лижет… это отвратительно, я постоянно вижу, как она это делает и без презервативов, она обслуживает этих старых козлов, они похотливые все-все-все! А у меня она в рот брать не хотела! Она раздвигает перед ними ноги и они все видят… А моя штучка ей не нравится!!! – и в довершение своих слов, он спустил штаны пижамы. Прижавшись к двери, Степнов уставился на него так, словно перед ним было какое-то чудовище, он никогда ещё не видел такого… искаженного органа, который ему показывал Климов, это было жутко и отвратительно уже то, что Вадим так себя вел и показывал и говорил такие вещи, которые вряд ли бы пришли в голову нормальному человеку. Саша начал осознавать, что перед ним сумасшедший, но как Климов таким стал – он не знал, не верил теперь в то, что говорил прежде Петров и Света… Да и глядя на то, как его изуродовали, Саше начало казаться, что он свихнулся именно в тот момент, когда кто-то это с ним сделал… - Вадим, а… кто тебя так? – спросил вкрадчиво Степнов, все ещё не рискуя к нему подойти. - Не нравится моя штучка? Грачеву тоже не понравилась, и он её раздавил, и Кира видела…, она все видела… они животные, все… Моя штучка! Я просто хотел чтобы…. А Петров тоже видел… и он смотрел… они все там были… А теперь трахаются как животные… Знаешь, как это делает Грачев? Он вставлял ей свой член в клубе и все видели! Видели! Видели! – завопил Климов, брызжа слюной, и его рот настолько жутко искривлялся и глаза так округлялись, он таращился на Степнова, то и дело взмахивая руками, будто это что-то значило. - Это Грачев такое сделал? – отерев лицо ладонями, переспросил Степнов, сам не зная, толи Климов бредит, толи говорит правду, но то, что он видел было реальным… даже слишком. – Вадим, ты меня понимаешь? Слышишь, что я тебя спрашиваю?! – подойдя к нему немного ближе, Саша внимательно на него посмотрел, борясь с оторопью. - Грачев… он держал меня в каком-то месте…, колол что-то, что я не помню… не помню…, на полу… я сидел на полу… в наручниках…, но я сбежал… я всех обхитрил… у меня был лось! Знак! Значительный лось! – с гордостью произнес он. – Мы с ним были… колготки! Я все знаю! Петров ебет Киру, они трахаются как животные, похотливые козлы…, потому что она блядь! Она трахается со всеми, все со всеми… со всеми, со всеми, со всеми… с этими козлами, они старые козлы… и пахнет от них, как от козлов… Степнов присел за стол, мебель была привинчена к полу, но у него в голове не укладывалось, как Грачев и Петров могли держать где-то Климова, чем-то колоть и такое сделать, но именно так он понял с его слов. Саше казалось, что Климов сошел с ума в тот момент, когда его так изувечили…, но он не задумывался о причинах, о том, от чего Грачев такое с ним сделал…, так глубоко не копая…, решив все по-своему.