Климов 1.1

Ницца Оставив Зотова в коттедже, не став так сразу выгонять на улицу, дав три дня на то, чтобы убраться, Грачев перенес рейс в Венецию, взяв билеты на полдень следующего дня, чтобы не находится с сыном долго в одном доме. Миша раздражал не только его, но и Петрова и Киру, вел себя так, словно все ему чем-то обязаны, хотя на деле все обстояло с точностью до наоборот – они решали его проблемы, а он поливал их грязью. Кире было обидно за Грачева, сын не ценил его, ставил в неловкое положение. И если сама она всерьез не воспринимала оскорбления Зотова понимая, что он просто озлоблен после развода, то Грачев просто не мог это игнорировать, слишком гадок бывал Миша и всегда бил по больному. К тому же Миша почему-то слишком презрительно стал относиться к Петрову и Кира совсем не понимала с чем это связанно. Прежде они всегда были в хороших отношениях, Зотов считал Петрова едва ли не вторым отцом, а сейчас в его взгляде было столько насмешки и высокомерия, что это приводило Киру в тупик. Да и сам Петров как-то разочаровался в Мише, впрочем, не он один…. Проснувшись в седьмом часу, чтобы успеть сложить вещи, перед самолетом, Кира заметила, что Грачев тоже не спит, повернувшись набок, она прошлась рукой по его груди, и скользнула ниже, поверх простыни, видя, как поднята она там, где нужно. - Мой генерал хочет секса? – спросила она, затем коснувшись его губ. - А принцесса разве не хочет? – стащив с неё простынь, полностью обнажив возлюбленную, Грачев прошелся рукой по её бедру, заставив Киру вновь лечь на спину, и завел ладонь между её ног, начиная медленно проникать пальцами. - Женька, твоя принцесса всегда тебя хочет… - тихо застонав, Кира развела ноги, начиная поглаживать его возбужденный…, поверх простыни. Проснувшись от её стонов, Петров поднял голову, тут же замечая, чем занимается Кира с Грачевым, его и самого это начало заводить, да и от вида обнаженной возлюбленной он столь стремительно приходил в возбуждение. Повернув к нему голову, Кира с улыбкой притянула его к себе, одарив мягким поцелуем, давая знак, что она желает и его. - Доброе утро… - проговорил он, склонившись над Кирой, начиная целовать её шею, быстро спустившись к груди и тут же останавливаясь, увлекаясь. - Сообразим на троих? – ухмыльнулся Грачев, довольный тем, что Петрова все-таки удалось уговорить остаться и он не купился на бред Зотова. - На троих… - повторила Кира, чуть выгнув спину, ощущая, как Грачев все глубже проникает в неё пальцами, заставляя её сходить с ума от захлестывающего вожделения. – Женька, а может ты… - с тем она скинула с него простыню, обхватив рукою его возбужденный… Однако едва только Грачев повернулся набок, как дверь в спальню открылась. - Нихрена себе, вы че тут прямо оргии устраиваете?! – выпалил Зотов. - Паршивый отпуск! – схватив простыню, Кира быстро прикрылась, изнывая от желания, но настроения продолжать это у неё больше не было, она отвернулась от двери, а Грачев, взяв халат и надев его, кое-как завязав, вытолкнул сына из спальни. - Ты нарываешься! – выпалил он, толкнув сына к лестнице. – Пошел вон отсюда, урод, и чтоб я тебя возле моей спальни не видел, сопляк! - Я не знал, что вы там голые… Мне нужна зубная щетка… - пробормотал Миша, ухватившись рукою за перила. - Тебе нужны мозги, а не зубная щетка. Ещё раз вломишься в мою спальню, я тебе зубы повыбиваю, и щетка не понадобиться, щенок! – замахнувшись на него, но остановившись, все же Миша стоял на самой верхней ступеньке и Грачев не хотел, чтобы тот свалился вниз, он только покачал головой, глядя на сына и вернулся в спальню, однако Киры в постели уже не было. - Где она? – спросил негромко Грачев, закрыв на всякий случай дверь на ключ. - Ушла в душ… - продолжая лежать на постели, ответил Петров. – Все это её достало… - Меня тоже, надо было с вечера запереть дверь, но раньше он никогда такого себе не позволял… - присев на постель, вздохнул Грачев, ему все более неловко становилось от того, что привнес в их отдых Зотов. Он отлично понимал Киру, то, что она чувствовала себя так ужасно в этот момент, сперва Миша отвесил ей гадость на пляже, затем увидел сейчас полностью обнаженной… Это бесило и Грачева, он не желал, чтобы кто-то кроме него и Петрова мог видеть Киру обнаженной, но больше ему было обидно за возлюбленную… - Успокой её… - посмотрев на него, сказал Петров. – А я начну вещи собирать… Возьмем немного, мы же ненадолго… - Может, ты успокоишь? Миша мой сын… я…виноват… - хмуро проговорил Грачев. - Прекрати… Ты ни в чем не виноват, иди и поговори с ней… - поднявшись с постели, Петров отыскал свой халат, а Грачев, понимая, что друг прав – отправился за Кирой. Она только включила воду в душе, однако не зашла, а села на край ванной, все ещё обернутая в шелковую темно-бордовую простыню, ей не хотелось возвращаться обратно в спальню, было так неприятно, что Зотов видел её обнаженной и всю эту сцену на постели. Это было бестактно с его стороны и Кире становилось все менее комфортно в этом коттедже, отпуск так испортился за эти сутки, что она поймала себя на желании уехать обратно в Москву. Зайдя в ванную, Грачев подошел к Кире, остановившись напротив, она только растеряно на него взглянула, ничего не говоря. - Милая… жаль, что... Скажи, что я могу сделать? – присев рядом с нею на бортик ванной, спросил он, положив руки на её плечи. - Я не хочу, чтобы ты грустила, Миша больше сюда не зайдет… - Мне с ним в одном доме противно находиться после всего, что он сделал… вчера и сегодня… - оскорблено проговорила она. – Как он посмел заходить к нам в спальню?! И ты оставил его здесь на три дня… - Прости, этого не надо было делать… - согласился Грачев, убрав руки с её плеч так резко, что Кира обернулась к нему, замечая, как он сам выглядит потерянно от того, как вел себя Зотов. - Жень…, извини, прости меня, любимый… - пройдясь ладонью по его волосам, Кира так трогательно взглянула на него. – Я ни за что и никогда не буду с тобой ссориться, мой хороший, милый… Я… мне просто неприятно…, но я зла на него, а не на тебя, прости… - Я закрыл дверь в спальню…Мне правда так… стыдно за этого кретина… Детка, я вообще не понимаю, откуда в нем появилось столько наглости, что на него нашло… Но он больше не найдет, обещаю… Может, вернешься? – начиная снимать с неё простыню, опуская её с груди Киры, спросил он. - Пойдем со мной в душ… - встав с бортика ванной, Кира увлекла его за собой, заставляя подняться, взяв за пояс халата, и с неё самой спала простыня. - Пошли… - улыбнулся Грачев, следуя за ней. У душевой кабинки, Кира сняла с него халат, на мгновение замерев, прижавшись к нему всем телом, ощущая, к его твердый…, упирается в её живот, она чувствовала как Грачев все больше возбуждается, как смотрит на неё таким пылким полным желания взглядом и как завороженная она сама заглядывала в его лицо, поднимая голову, чувствуя себя перед ним девчонкой. Порою, глядя на него такого необыкновенного… исступленно желавшего её, Кира ощущала какую-то внутреннюю робость перед ним, словно отдавалась ему впервые и это ощущение так пьянило… - Какой же ты все-таки сказочный… - выдохнув, сгорая от нахлынувшего на неё вожделения, прошептала Кира, ощутив, как он крепко взял её за руки, чуть выше локтей и завел в душ, буквально приподняв её. Попав под струи горячей воды, они впились друг другу в губы, Кира обвила его шею руками, приподнимаясь в его руках настолько, что смог насадить её на себя таким резким движением, что Кира громко вскрикнула, получив желаемое, тут же столь стремительно осваиваясь в новом положении, истекая от перевозбуждения, начиная приподниматься на нем, упираясь теперь ладонями в плечи. И ей хотелось коснуться губами его груди, он был так красив, сейчас под душем, вода стекала по его плечам, рукам, мускулистому торсу, Кира зачарованно смотрела на него, продолжая целовать его губы, так жадно и сильно, чуть не до боли, чувствуя, как он прижимает её к стенке кабинки, начиная сам двигаться в ней, с каждым рывком увеличивая скорость. - Когда мы вернемся из Венеции, его уже не будет здесь, слово даю… - проговорил охрипшим от страсти голосом Грачев, чуть отстранившись грудью от её груди и Кира, кусая губы, опустила взгляд вниз, глядя, как он проникает в неё, взяв такой бешеный темп. - Тогда мы и поиграем в фотографа и натурщицу… - простонала Кира, так остро ощущая его в себе, испытывая такие сладострастные приливы, начиная сама безотчетно отвечать ему на каждое движение не только сжатием мышц, но и так извиваясь на его…, что взгляд Грачева стал до того туманен и зыбок, а скорость, с которой он проникал в неё – все чаще. - Мы это сделаем, детка, как только приедем…, но можем и в Венеции, я заказал там отличный номер…, ты увидишь…, черт… как ты это делаешь…, я с ума схожу… - уткнувшись лицом в её плеч, он закрыл глаза, полностью отдавшись ритму. - Где скажешь… ты же знаешь, тебе стоит только сказать и я сделаю все, что… ты захочешь…- едва выговорила Кира и закричала в накрывшем её оргазме, вся пульсируя, ощущая, как он изливается в неё и от того их движения немыслимо участились, а дыхание сбилось. Кира крепче обвила его ногами, и Грачев проник в неё до упора, так замерев, сжимая руки на её бедрах.