Климов 1.1

Поднявшись на ноги, Вера попятилась от Грачева к лестнице, обернувшись в поисках своего любовника, желая отыскать в нем защиту, но того нигде не было. Переведя взгляд на Петрова, стоящего в каком-то оцепенении, Грачев сам несколько побледнел, теперь до конца осознавая, что происходило в этом особняке… - Поехали домой… - проговорила сдавленно Кира, сама пребывая в шоке от того, что услышала, ко всему же и, общаясь, все-то время с Верой. Если со Светой Вера не скрывала своего презрения и даже как-то глубинной ненависти к Петрову, то с Кирой – ещё тогда, зная, насколько она хорошо относится к нему – молчала, говорила как-то более мягко, впрочем, из-за этого и, рассорившись в конце концов, ибо не могла скрыть своего истинного отношения в полной мере. Вера всегда хотела выглядеть лучше в глазах других людей, пока до поры не портила с ними окончательно отношения и зная об отношении Киры к Петрову – не стала так агрессивно о нем говорить. Но теперь, когда они стали врагами – Вера сознательно сказала то, что могло, по её странной логике, оттолкнуть от него Киру... Эта необъяснимая дикая брезгливость, всегда сопровождавшая Веру – никогда не была понятна Кире, а сейчас она едва сама могла посмотреть на Петрова от того, что слышала это, и ей было неловко. - Кирочка… - схватив её за руку, так, словно она собиралась куда-то от него сбежать, дрожащим голосом проговорил Петров. – Я сейчас просто… я не знаю, что… - Перестань, - оборвала его Кира, пока он и сам в таком отчаявшемся состоянии не наговорил лишнего. – Гриш, поедем домой… Поедем, милый… Он так рассеянно заглядывал в глаза Киры, не зная, как она теперь на него посмотрит, что сделает, впрочем, в глубине души он уже понимал, что это ничего не изменит, и она любит его, да и стыдиться-то ему было нечего, но жизнь с Верой заставляла теперь сомневаться практически во всем. - Все, давай, пошли, - тронув друга за плечо, Грачев сам заговорил как-то негромко, подавленный услышанным, сам не представляя, что бы стало, если бы ему пришлось пройти через такое. Ранение и то оказалось для него испытанием – он никогда не ощущал себя так беспомощно, как тогда, а рядом была Кира, и Грачев тогда по глупости думал, что ей будет как-то неприятно за ним ухаживать, видеть его таким – немощным. Но он думал так может пару часов, но потом все рассеялось, и только благодаря ей он так быстро встал на ноги, а сейчас у него вообще не осталось никаких страхов. А Петров жил с женщиной, которая всеми силами пыталась его унизить, смешать с грязью, настолько глубоко ненавидя, вспоминая и теперь его положение, в котором он был тогда, пытаясь оттолкнуть от него Киру, эти были настолько жалкие попытки, но Грачев знал, по-мужски понимая, как это мерзко слышать и чувствовать, когда рядом любимая женщина и это было оскорбление и лично ему… Вера унизила его друга – человека, с которым Грачев столько лет был одной связке, пережив все, что только можно представить… Грачев отправился вместо него в Чечню, а Петров – спас его от самого ужасно, что могло с ним произойти в ту ночь – у котлована, а потом… даже будучи в ссоре… они порой помогали друг другу… Грачев отмазал Полину, а Петров каждый день навещал его в больнице, заботился и о нем и о Кире тогда, тем больнее и обиднее было видеть это унижение… И Грачев жалел, что не поговорил с другом раньше, не разузнал все от него, чтобы понять, помочь пережить… Но ко всему он хотел и разобраться с Верой, сам, понимая, что Петров не станет этого делать даже сейчас, что это было – дань прожитых лет или просто не желание уничтожать мать своего ребенка, значения не мело и у Грачев не было подобных преград и его ничего не останавливало. Грачев подошел к лестницы, чтобы в зал первым, зная, что Кира позаботится о Петрове, но тот, казалось, был близок к нервному срыву. - Тебе плохо? – поддерживая Петрова под руку, спросила Кира и только тогда Грачев, на последней ступеньке обернулся к ним, ведомый сейчас порывом, и пощечины, которую он влепил Вере – было мало. - Нет, не…. Сердце сильно стучит… я… в порядке, - проговорил как-то путано Петров, едва и в состоянии произнести хоть слово и Грачев протянул ему руку, помогая выйти наверх. - Что-то с сердцем? – с опаской на него взглянув, когда они уже поднялись в зал, Грачев услышал, как Вера, хлопнув дверцей сейфа, быстро сбежала к ним. Любовник Веры, парень лет двадцати, впрочем, довольно спортивного телосложения, но, по-всему слегка глуповатый, с недоумением смотрел на них всех, кажется, узнав и губернатора и его жену. - Женя, у неё пистолет! – выпалила Кира, увидев, как у Веры в руке мелькнул черный ПМ. - Вера, ты, что совсем с катушек слетела?! Положи! – на этот раз не растерялся и Петров, понимая, что та собирается выстрелить, но не в него, а в Грачева, за эту пощечину, словно и в самом деле пребывая в каком-то одурении. - Ненавижу вас всех! – подняв руку с пистолетом, Вера положила руку на курок, посмотрев на Грачева. – А что теперь сделаешь?! Боишься! - Нет, такую тварь как ты бояться… - все же допуская, что она может выстрелить, усмехнулся Грачев, начиная приближаться к Вере, но им снова овладела та ярость, которую ему трудно было контролировать. – Ты только беспомощных можешь унижать, мразь? Давай, попробуй, стреляй, че смотришь, чучело ботексное, ты же сама ничтожество, Вера… И после всего рассчитываешь легко отделаться? Я сам тебя уничтожу, обещаю…, сука, слово даю! И мне плевать баба ты или нет… - Женя, стой! – бросившись к Грачеву, видя, что он словно бы идет на этот выстрел, Кира замерла, схватив его за руку, когда Вера нажала на курок. Ощутив, как что-то обожгло щеку и, услышав странный звук за спиной, точно что-то упало, Грачев обернулся, позади него лежал труп любовника Веры. Но Кира сама испуганно смотрела на возлюбленного, заметив, что пуля оцарапала и его щеку, прежде чем убить парня позади него. Перехватив пистолет – взявшись за ствол, Петров вырывал его из руки Веры, оттолкнув её в сторону, пока она не выстрелила снова, и сам чуть едва не рухнул, такой жгучей болью отдалось его сердце. - Палыч, ты чего? Черт… - забыв и о выстреле и о трупе в тоже мгновение, Грачев бросился к другу, увидев, насколько ему стало плохо. Вера и сама не поняла, что произошло, она только ошарашено смотрела на труп. А Грачев едва успел подхватить Петрова под руку, усадив на диван, понимая, что тот близок к сердечному приступу и от того, что наговорила Вера, и от того – что пыталась сделать, да и сделала, впрочем, не так, как ей того хотелось. - Женя, она чуть не застрелила тебя…- в ужасе прошептала Кира, не в состоянии ещё толком отойти от того, что сделала Вера, но и то, что Петров был в таком болезненном состоянии, заставляло её взять себя в руки. – Таблетки…, у меня в сумочке что-то было…, я сейчас… Только…- она перевела взгляд на Веру, не желая оставлять её и генералов в одном помещении, но пистолет лежал на диване, в отдалении, а та сама была близка к истерике. - Иди, все нормально, - посмотрев на возлюбленную, проговорил Грачев, покосившись на пистолет.