Климов 1.1

Петров никогда не занимался сексом с Кирой в своем особняке, но всегда этого хотел… Все же это был его дом, хотя воспоминания о нем были не из приятных. Спустившись к бассейну, Грачев с сомнением посмотрел на воду, не зная, что там делала Вера, а от мысли о ней у него пропадало всякое желание, впрочем, стоило только Кире снять платье и остаться в одном белье, как он тут же перевел на неё взгляд. Рабочие уже успели уехать, погрузив все вещи и в особняке кроме них троих никого не было. - А я помню, как мы тут зависали, когда Верки дома не было… - пройдясь по периметру бассейна, проговорил Грачев, сняв пиджак, он подошел к столику, на котором лежало пять пачек презервативов. – Мда… - И чем вы здесь тогда занимались? – спросила Кира, облюбовав один довольно крепкий шезлонг. – Устраивали групповой секс? - Если бы… Палыч всегда посматривал со стороны… - приблизившись к Кире, Грачев прошелся ладонями по её талии, затем расстегнув лифчик возлюбленной. - Никогда не присоединялся… - Гриш, а сейчас присоединишься? – взглянув на Петрова, спросила Кира. - Так лучше… - постелив на шезлонг чистый плед, сам не зная, что и с кем могла здесь делать Вера, сказал Петров, приходя в возбуждение, глядя на возлюбленную. - Ложись... – проговорила Кира, взяв инициативу в свои руки, затем переглянувшись с Грачевым, он быстро сообразил, чего она хочет. Не став раздевать Петрова, Кира дождалась, пока он опуститься на шезлонг и забралась сверху, пройдясь рукою поверх молнии его брюк, начиная мягко поглаживать, чувствуя, что он и без того твердый, но ей нравилось доводить его до такого состояния, когда он полностью утрачивал контроль. Кира, наконец, высвободив возбужденный… Петрова, сдвинув ткань своих стрингов мягко насадилась на него, чуть застонав, ощущая, как он проникает в неё, так распаляя. Грачев остановился справа от неё, так что Кира могла с легкостью повернуться к нему, расстегнув молнию его брюк, она обхватила ладонью его горячий, напряженный… и скользнула языком, все больше возбуждаясь и сама, чувствуя, как от её прикосновений он твердеет все больше… Немного приподняв её, держа за бедра, Петров принялся проникать в неё снизу, сначала медленно, затем набирая темп, ощущая, как она сжимает его в себе мышцами, оторвавшись спиною от шезлонга, он приподнялся, впившись губами в её грудь, продолжая с силой врываться в неё, и Кира не могла сдержать стонов, сама впадая в неистовство… Все больше возбуждаясь, истекая, она в запале все более напористо скользила языком по всему стволу Грачева, захватывая губами и заводя пальцы под его…, делая этот процесс ещё более сладострастным, вырывая из его груди сдавленные стоны. Пройдясь ладонью по её волосам, Грачев, чувствуя, как она в исступлении настолько увлеченно обхватывает его губами, проходясь сверху вниз по стволу и пальцами и языком, только шире расставил ноги, его стоны становились все громче, он почти рычал от накатившего перевозбуждения. Кира и сама была на пределе, чувствуя, как Петров бешено проникает в неё и его поцелуи становились все более раскованными… - Ещё… Ещё… - застонала она, желая ускорить темп, приподнимаясь, интенсивно сжимая его в себе, продолжая доводить и Грачева, зная, что он уже близок к разрядке. Зайдя в дом, а прежде увидев автомобиль Грачева на территории особняка, Вера услышала громкие стоны, впрочем, и она была не одна, а в компании молодого любовника. Спустившись вместе с ним к бассейну, она остановилась у лестницы, глядя на то, как её бывший муж в диком исступлении, чего прежде она сама за ним не замечала, занимается сексом с Кирой, ко всему же в этом участвовал и Грачев, и теперь Вера рассмотрела и его размер. - Мы так не договаривались, я не согласен вчетвером, ты мне платила только за себя! – проговорил её любовник, решив, что она намеренно привела его, чтобы устроить оргию. И только тогда Грачев перевел взгляд на Веру, которая с нескрываемой похотью смотрела на его…, обернулась и Кира, ей, впрочем, было наплевать на то, что их видели, она была уже в таком дурманном состоянии, как и Петров, не в силах остановиться. - Вы совсем обнаглели! Это мой дом! – закричала Вера, продолжая смотреть на Грачева, однако её внимание рассеивалось, от того, в каком запале двигался с Кирой Петров. - Да пошла ты, - бросил Грачев, голос его был несколько сорван, Кира больше не оборачивалась к Вере, в сущности, и ей нечего было смущаться перед женщиной, которая всю жизнь изменяла мужу, издевалась над ним, когда Петров был прикован к инвалидному креслу, да ещё и раздала вещи. А Петрову и вовсе было наплевать на Веру, он уже был близок к разрядке, и Кира не собиралась ничего прерывать, наоборот, продолжая. Желая довести и Грачева, Кира снова обхватила губами его возбужденный… - Я подожду наверху… - пробормотал парень, которого Вера притащила с собой. Кира уже не слышала то, что происходило за её спиною, вся отдавшись инстинктам, её захлестнул оргазм, она стала конвульсивно дико двигаться на Петрове, мышцы её бешено сокращались, а стоны перешли в крик. - Кирочка, девочка… - пьяно зашептал Петров и сам, дойдя до разрядки, полностью опустив возлюбленную на себя, пребывая в пространном распаленном состоянии, ещё инстинктивно двигаясь не в силах остановиться сразу. Кира в порыве, все более настойчиво и чувствительно продолжала заниматься Грачевым, и вскоре его накрыло так сильно, что едва удержался на ногах. Откинувшись на спинку шезлонга, Петров перевел взгляд на Веру, она по-прежнему сверлила их троих злым взглядом. - Что-то хочешь сказать? – спросил он, совершенно не понимая, что её так взбесило. – Вон твои презервативы, мы их не трогали, бери и иди… - Это мой дом! Вы превратили его… - начала было Вера. - Рот закрой и вали к черту! – выпалил Грачев, быстро застегивая брюки, чтобы она прекратила, наконец, на него смотреть, от этого взгляда у него пропадало всякое желание. – Больная тварь! - Даже стыдно, что я с нею дружила… - проговорила Кира, не оборачиваясь к Вере, взглянув на Петрова и встретившись с ним взглядом, в сладком изнеможении улыбнулась. – Дома надо повторить… Только без одежды… - Меня сейчас вырвет! – почти что закричала Вера. – Нашла кого раздевать… И это я-то больная? Да вы все тут чокнутые! Кира быстро перевела взгляд на Грачева, зная, что, после всего, у него может быть самая жуткая реакция. Так и было, он, надев пиджак, подошел к Вере, едва сдерживаясь, чтобы самому не врезать ей, останавливало только то, что перед ним внешнее подобие женщины. - А ты не слишком оборзела? – пристально взглянув на Веру, проговорил Грачев. - Женя, не надо… мы уже все решили…- встав с шезлонга, Петров подошел к другу, не желая, чтобы все это закончилось каким-то скандалом. - Я ничего не решал, - отрезал Грачев. - Может, просто уйдем… - подала голос Кира, надев платье, она и сама не меньше, чем Грачев ненавидела теперь Веру, но все эти разборки должны были окончиться с разводом. Только Вера отчего-то продолжала говорить гадости в адрес теперь уже бывшего мужа не в состоянии успокоиться. - Да, Кира, правильно, выметайтесь из моего дома… Любуйся на Гришу, если тебе так нравятся убитые мужики… - проговорила зло Вера, затем посмотрев на Петрова. – Одна дура дала, и ты уже возомнил о себе, а сам-то давно с инвалидного кресла? Нужен бы ты ей был, когда встать не мог сам на ноги… Как свалился со своего кресла в туалете, когда Денис уехал на неделю, ты хотел, чтобы я за тобой убирала… - Вера, замолчи! – выпалила Кира, с ужасом на неё глядя, понимая теперь и откуда кровь в ванной, и от чего Петров был настолько забит, хотя Вера только расходилась и вся эта лавина озлобленных откровений только все разрасталась. – Не смей! Слышишь, не смей… Кире было страшно от того, в какое состояние могла загнать Вера Петрова своими словами, но та и не думала останавливаться, вероятно, не совсем верно понимая её реакцию. - Что образ уже слегка полинял, Кира? Да, представляю, что бы ты делала, если бы он перед тобой растянулся, ничтожный… плачущий… - продолжила Вера, пока не получила от Грачева хлесткую пощечину да такую, что свалилась на пол. Петров с какой-то затаенной жутью взглянул на Киру, но как-то даже не мог ничего сказать, словно в горле застрял какой-то ком, а глаза стремительно покраснели. Все, что он хотел забыть, о чем не мог говорить, Вера выболтала в своем озверении за минуту.