Климов 1.1

Договорившись с местными мужиками, Грачев с Кирой остались у машины, ожидая, пока те принесут им канистру бензина, чтобы потом подъехать к некой бабе Степаниде, в распоряжении которой был огромный дом и она могла бы пустить новых жильцов на пару дней, за плату. Кире совсем не хотелось оставаться в такой дыре на целых два дня, но выбора не было и она имела надежду, что и в такой обстановке они втроем смогут провести нормальный уикенд. К тому же у бабы Степаниды была баня, разумеется не такая хорошая, как городская сауна, но за неимением другого можно было воспользоваться и этим… - Женька, будем его будить? – подойдя к машине, спросила Кира, взглянув на спящего Петрова. - Не знаю… Жалко будить… - признался Грачев, представляя, каково будет удивление друга, когда тот проснется и увидит в какую глушь они заехали. Ко всему же Петров был слишком изнежен цивилизацией, не был в горячих точках, любил изысканную кухню и комфорт и ему было бы сложнее привыкнуть к такой гнетущей обстановки, чем Грачеву. - Да, жалко, - согласилась Кира, обняв возлюбленного за руку. – Но, может, пока… эти несут бензин… мы с тобой… - Детка, я и сам хочу… - захватив Киру в свои объятья, проговорил сдавленно Грачев. – Ты же знаешь… - Знаю, с утра нам нужен секс… очень нужен…- прошептала она, скользнув рукой по его груди. – Давай… в машине…., Женька… - Мы приехали? – открыв глаза, услышав их разговор, пробормотал сонно Петров. - Приехали, Палыч… Только это не коттеджный поселок… это адская пропасть…. – ухмыльнулся Грачев, крепче прижимая к себе Киру. - То есть? – слегка ошарашено уставившись на него, переспросил Петров. - Увидишь… - с долей ехидства проговорил Грачев. – Да и мы тут на пару дней, кажется, застряли… дороги размыло… здесь не асфальт… так что, придется ждать пока высохнет… - Я не хочу ждать… - печально вздохнула Кира, от вида этой деревни ей становилось не по себе, впрочем, она ещё ничего толком-то и не узнала о жителях и их нравах, однако предчувствие её не часто обманывало и она не питала иллюзий к подобного рода поселениям. - Я тоже… - мрачно окидывая взглядом деревню, произнес негромко Петров. - Палыч, ну ты-то хоть не начинай… Да, лобстеров и ядовитых устриц тут не подают, но два дня-то потерпишь… - хмыкнул Грачев, скептически поглядев на друга. - Гриша прав… тут мерзко… - переведя взгляд на Петрова, пробормотала подавленно Кира. – И сыро… - Я тебя согрею… - все же нашелся Грачев, но тут же прибавил, посмотрев на Петрова. – Палыч, ты… не мог бы… не хочу, чтобы нас видели эти уроды из деревни… ну… ты понял… Грачеву и самому было неловко просить об этом друга, но зная, как Кира после нападения Климова реагирует на посторонних мужчин, он не хотел, чтобы кто-то их увидел… во время секса, ко всему и ему не нравилось, как местные пожирают глазами его возлюбленную. - Да, конечно… - выйдя из автомобиля, прекрасно понимая к чему клонит Грачев, Петров выпрямившись, ощутил легкую боль в позвоночники, после ночи проведенной в сидячем положении. – Черт… - Палыч, ты в порядке? – замечая, как он покривился от боли, спросил обеспокоенно Грачев, помня, про его проблемы со спиной. - Да, надо немного размяться… Идите в машину, я посмотрю, чтобы никто не… - начал было Петров, однако Кира, подойдя к нему, тут же закрыла его рот поцелуем. - Когда мы приедем в дом, который снимем на пару дней... устроим себе персональный рай… - прошептала ласково она, коснувшись рукой его лица. Оба генерала её понимали и Кира ощущала себя с ними комфортно в любой обстановке, она и сама не хотела выдавать свой страх – боязнь других мужчин, которая вернулась к ней после нападения Климова, а Грачев и Петров все чувствовали без слов и ей не нужно было произносить это вслух и ей бы хотелось остаться с ними наедине, устроить секс-марафон втроем…., но в машине – у всех на виду это было слишком неудобно, их могли заметить, сфотографировать и выложить фото в сесть… Грачеву было плевать на карьеру, ровно как и Петрову, но все же подобное вмешательство в личную жизнь могло закончится очередным скандалом в прессе… А Кире и вовсе не хотелось портить репутацию Грачева, хотя и зная, что он ею не слишком-то дорожил…, но одно дело было просто подать в отставку, а другое – уйти с такой шумихой, да ещё и не по своей воли…. Отойдя от Петрова, Кира первой забралась на заднее сидение, мгновенно, стоило только Грачеву заглянуть в салон, она схватила его за пояс брюк, рывком потянув на себя, не давая ему опомниться. - А это заводит… мысль о том, что нас могут увидеть… - с пьяной улыбкой, глядя на него горящими азартом глазами, произнесла Кира, резко потянув возлюбленного на себя. - Меня тоже, детка… - накрывая её собою, Грачев закинул одну её ногу к себе на плечо, не снимая с неё белье, а только сдвигая полоску стрингов, не теряя времени, пробираясь глубже пальцами, разгорячено впиваясь губами в её губы. - Люблю тебя… - немного отстранившись, прошептала она, пройдясь кончиками пальцев по его щеке, затем опустив руку к груди Грачева, дойдя до низа его живота, с легкостью расстегнув на его брюках ремень и опустив молнию вниз, высвобождая, сама чуть приподнимаясь навстречу, ощущая, как он мягко проникает в неё пальцами. – Женька, не мучай меня… Я вся теку от тебя…, пожалуйста… - скользнув ладонью по его возбужденному…, сорвано простонала Кира. Заглядывая в её лицо, Грачев, не в силах сдержать нежной улыбки, глядя на то, как Кира изнывает от желания и сам перевозбужденный до предела, он все же ощущал что-то ещё, кроме безумной дикой похоти, полностью накрывающей его, какое-то особое чувство – ощущение полного обладания ею…, но ему хотелось большего, с каждым прожитым днем, с каждым мгновением – он жаждал её все сильнее – всю целиком – и тело и душу… Впрочем, это никак не мешало ему делить Киру с Петровым, наоборот – слишком дорожа этими отношениями, зная о том, что именно с тех пор, как они стали жить втроем – все изменилось и он больше не боялся потерять возлюбленную, как-то особенно сблизившись с нею именно тогда – после Иркутска, осознав свои ошибки… Тогда он изменился, наплевав на все, кроме семьи, не имело значение ничего – что стояло прежде на первом месте и Грачев был этому рад, наконец получив и осознав единственно важные для себя ценности. Поцелуй его становился все горячее, требовательнее, сильнее, порывистее, настолько, что Кира, вся отдавшись в его руки, пребывая в полублаженстве от переполнявшей Грачева нежности, необыкновенной чувствительности, сама направила его в себя, позволяя с легкостью проникнуть одним движением. Крепко обхватив его ногами, она сорвано и жадно отвечала на поцелуй возлюбленного, ощущая, как он начинает двигаться, сперва медленно – словно бы давая ей время попривыкнуть и не желая так резко отстраняться от её губ, продлевая наслаждение… Однако с каждым рывком чувства обострялись до невозможности далее сдерживаться и Кира с Грачевым, охваченные животной страстью, цепляясь друг за друга руками, взяли безумный, дикий ритм, задыхаясь стонами и сдавленными вскриками, ощущая приближение экстаза, не в состоянии оторваться друг от друга, впадая в пограничное, неконтролируемое состоянии, не закрывая глаза, сходясь исполненными похоти взглядами и вновь впиваясь в губы поцелуями… - Ещё, ещё! – закричала Кира, хватаясь пальцами за его плечи, сжимая его в себе мышцами, всякий раз, когда он резко и быстро врывался в неё, сходя с ума от наслаждения. – Трахай меня сильнее, милый, боже… как хорошо… Женька, сильнее, да…, да, ещё… - Детка, моя киска… - взглянув на неё, даже не пытаясь себя контролировать, Грачев усилил темп, вырывая из груди Киры сладострастные крики, ощущая, как она доходит до оргазма. – Хочу кончить с тобой… вместе, моя принцесса. Все больше усиливая скорость, Грачев буквально вдавливал Киру собою в сидение авто, всякий раз проникая до основания и выходя едва ли не полностью, затем снова и снова размашисто врываясь, уже и сам не сдерживая стонов, утопая в экстатическом дурмане. - Женька…, мой Женька…. – застонала Кира, подняв одну руку к его лицу, стараясь отвечать на его ритм, однако вскоре её накрыло, вся пульсируя, она, извиваясь под Грачевым, крепче стиснула его ногами, чувствуя, как он вот-вот дойдет до разрядки. Оглянувшись к довольно активно раскачивающемуся внедорожнику, остановившись неподалеку, Петров только сонно потер переносицу и опустив обе руки в карманы брюк, прошелся чуть вперед, и сам испытывая сильнейшее возбуждение, в особенности от стонов Киры – которые не могли не пробуждать в нем желания. Но увидев идущих в сторону автомобиля двух шатающихся мужиков в рванных майках и каких-то растянутых гамашах, он слегка осекся, заметив, что у одного из них в руках грязная промасленная канистра с бензином, а у другого – между пальцами зажата горящая папироса то и дело доходящая почти до самой канистры, в размахе руки. - Тут… это… - пробормотал он, вернувшись к внедорожнику, чуть приоткрыв дверцу. Грачев, не останавливаясь, метнул на Петрова не самый дружелюбный взгляд, через пару секунд дойдя до разрядки, ощущая, как мышцы Киры бешено сокращаются и она сама как заведенная, отвечает ему, приподнимаясь на встречу. - Детка, ты божественна… - хрипло простонал Грачев, инстинктивно продолжая двигаться, изливаясь в неё. – Хочу ещё, а ты? - Я тоже… Женька… хочу тебя… - пьяно прошептала Кира, удерживая его на себе. – Не спеши…, любимый… - Ни хуя себе! – выпалил один из мужиков с канистрой в руке, сообразив, от чего так яростно раскачивался внедорожник. – А я тоже хочу ебаться! Хочу ебаться! - Выеби Верку, она всем дает… - предложил другой, затянувшись папиросой. - Надо же… все Верки что ли одинаковые… - пробормотал Петров, на всякий случай забравшись в салон, сев за руль, не желая общаться с местным населением, тем более, что бензин просил не он, а Грачев. - Чего там? – в запале подняв голову, Грачев увидел мужиков приближающихся к машине. - Бензин для нас, похоже… - пожал плечами Петров, покосившись на мужиков. – Или они просто хотят нас поджечь…